Загрузка...
Лесные братья — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Темы
революциярабочиеДавыдовыЛбовПермьисториясобытияпротестбоевикиисторический роман

Описание

Книга рассказывает о деятельности рабочих братьев Давыдов и их союзников в начале XX века, их борьбе с репрессиями, участии в революционных акциях и культурной жизни Урала, а также о том, как реальные события вдохновили автора.

Главный конфликт / проблема

рабочие против репрессий властей и жандармерии

Ключевые идеи

  • Роль рабочих в 1905‑1907 годах как движущей силы революционных событий.
  • Противостояние между рабочими и властями, проявляющееся в арестах и репрессиях.
  • Культурная жизнь Урала, включая театр, как контекст для общественных изменений.
  • Алексей ищет поддержку у Лбова и формирует «лесных братьев».
  • Штейников успешно побегает из тюрьмы и присоединяется к группе.
  • Группа проводит нападения на завод и охрану, используя бомбы и оружие.
  • Видимость и истина — тема, пронизывающая разговоры и действия персонажей.
  • Иллюзии и фокусы в театре служат метафорой для обмана и масок в обществе.
  • Мистический ящик и повешенный человек создают центральный сюжетный конфликт, связывая театр и лесных братьев.
  • Выживание в условиях опасности и помощь незнакомцев
  • Революционная борьба 1905 г. и роль «лесных братьев”
  • Проблемы организации и последствий вооружённых действий

Вывод

Книга показывает, как смелость и упорство рабочих, а также культурная активность, оставили след в истории, а память о них сохраняется через литературу.

Кому полезна

  • историки
  • студенты
  • любители исторической прозы
  • чтение о революции

Главные темы

  • рабочее движение и революция
  • конфликт с властью
  • культурная жизнь Урала
  • историческая память

Персонажи

  • Иван Давыдов — Брат Алексея, инициатор забастовки на заводе, соратник Лбова, надёжный подпольщик, тяжело ранен в перестрелке 15 августа 1908 года и умер 3 сентября 1908.
  • Алексей Давыдов — Брат Ивана, читающий листовки, смелый в конфликте с охраной, бежит от полиции, ищет поддержку у Лбова, собирает группу «лесных братьев», арестован 21 августа 1908 года в Добрянском заводе.
  • Штейников — Разрабатывает план побега, выходит из тюрьмы, присоединяется к «лесным братьям», участвует в поиске повешенного, восстанавливается после раны, находит записку о шпионах.
  • Лбов — Организует боевые дружины, действует в лесах Перми, предпочитает бомбы и прямое столкновение с жандармами, отказывается от второй дружины, руководитель боевиков.
  • Али‑Селям — Работает в театре Джонсона, сталкивается с полицией, получает помощь от лбовца, скептичен, ищет смысл в мире, связан, без воды, использует нож и записку для спасения.
  • Лонжерон — Работает в театре Джонсона, сталкивается с полицией, независимый, саркастичный, не любит философию.
  • Петр Неволин — Участвует в конфликте с полицией, стреляет в управляющего Иванова, помогает в организации и поддержке боевиков.
  • Иванов — Пытается арестовать Давыдов и Неволина, подозревая их в связях с Лбовым.
  • Караваев — Получает телеграмму о планах Лбова и организует задержание рабочих.
  • Попов — Служит в охране, участвует в конфликте.
  • Китаев — Пытается схватить Давыдов, но сталкивается с сопротивлением.
  • Франсуа Джонсон — Пытается привлечь публику, сталкивается с проблемами и переезжает в Соликамск.

Цитаты

  • «Ну вы, подзаборные дворяне, если по дороге чуть что… то враз пулю.»
  • «Черт с ними! Это все управитель еще за забастовку науськивает!»
  • «Конечно, дело ясное! Уйду к Лбову, а там дальше видно будет!»
  • «Никаких больших дружин, а провокаторов держи под контролем»
  • Конечно, видимость, — продолжал Али — Селям, опрокидывая еще стакан.
  • Проклиная в душе людскую скупость и сребролюбие, поработав немного, сел он закурить.
  • Разрежешь веревки — беги через трубу, записку отдашь по адресу.
  • Ничего, — подумал Деменов, — вот мы сейчас вам покажем!
  • Засада!
  • Умирать, так с музыкой!

Сводка по автору из Wikidata

1904–1941. Аркадий Петрович Голиков. русский советский детский писатель и киносценарист, военный корреспондент (1904—1941)

Читать онлайн

Страница 1 из 20

Аркадий Петрович Гайдар Лесные братья (Давыдовщина)

Повесть[1]

Предлагая эту повесть вниманию читателей «Уральского рабочего», автор должен сделать оговорку. Повесть эта написана на исторической канве, и главные действующие лица ее — действительно существовавшие люди, все же второстепенные персонажи — вымышлены и введены исключительно с тем, чтобы сделать повесть более занимательной и интересной.

А поэтому некоторое расхождение написанного с действительно происходившим не должно смущать товарищей, которым когда — либо приходилось встречаться с «лесными братьями». Самих боевиков — Алексея и Ивана Давыдовых автор, поскольку мог, старался вывести без излишних прикрас, по тем материалам и воспоминаниям, которые удалось достать.

Автор (1927)

УНТЕР — ОФИЦЕР ШТЕЙНИКОВ ОТПРАВЛЯЕТСЯ В АРЕСТАНТСКИЕ РОТЫ

На севере Пермской губернии, в Соликамском уезде, в одной версте от маленькой станции Копи, посреди высоких гор, на берегу озера, убегающего в зеленую даль кудрявых лесов, стоял старый Александровский завод Демидова. До 1905 беспокойного года каждый день из каменных труб черною лентою плыл в небо тающий дым, дышали огнем раскаленные печи и ударами железного сердца звенели тяжелые молотки закопченных кузнецов.

В 1905 беспокойном году, в один из будничных дней, как потушенные окурки гигантских папирос, перестали вдруг дымить трубы. Остыли печи, и перестало биться железное сердце, надорванное стихийной в то время эпидемией рабочих забастовок.

Конечно, в этой забастовке повинны были и управители завода, хищными зубами конторских расчетов выгрызающие каждую заработанную копейку у александровцев. Конечно, в этой забастовке повинна была и волна революционного брожения, начавшаяся по всей России. Но при всем этом все же нельзя не указать, что главными инициаторами, главными вдохновителями этой забастовки были братья Иван и Алексей Давыдовы, в то время простые рабочие, потом — сотоварищи по делу великого бунтовщика Лбова, позднее — грозные мстители за его смерть и каторгу сотен других революционеров и еще позднее — мертвецы, погребенные в глубоких тайниках каменных тюрем рядом с трупами многих десятков расстрелянных и повешенных товарищей.

Точное место их могилы неизвестно, ибо нет над ними ни памятников, ни каменных плит, ни даже поросших травою холмиков набросанной земли. Но имена их живы и до пор в памяти рабочих седого Урала, с благодарностью вспоминающих их славную жизнь и с горечью — их гордую смерть.

В мае 1907 года с одним из первых пароходов, пришедших из Чердыни, прибыла в Соликамск партия арестантов.

Их построили попарно. Окружили цепью стражников. И перед тем, как тронуться, старший конвоир еще раз озабоченно посмотрел — все ли в порядке, крикнул толпе зевак, чтобы она держалась подальше, потом сделал выражение лица таким, какое он всегда считал необходимым при разговоре с арестантами, то есть свирепым до неестественности, и гаркнул громко:

— Ну вы, подзаборные дворяне, если по дороге чуть что… то враз пулю.

Хотя эти слова должны были, по — видимому, относиться ко всей партии, но обращены они были в первую очередь к невысокому, крепко сколоченному арестанту, стоявшему в первой паре.

Запрятав усмешку в края чуть обвислых губ арестант плюнул на землю, растер плевок ногою и по-солдатски, прикладывая руку к козырьку, ответил четко:

— Так точно! Уж постараемся, ваше благородие!

Но, очевидно, «его благородию» не пришелся по вкусу ни неуместный плевок, ни подозрительный смысл полученного ответа, ибо он, повернув коня, перекрестил дважды арестанта нагайкой и еще раз, приказав конвойным быть начеку, подал команду трогаться.

Лязгнули кандалы, и, сопровождаемые толпой любопытных мальчишек, державшихся поодаль, арестанты тронулись в путь.

На перекрестке одной из улиц вышла маленькая задержка: из — за угла перерезала путь похоронная процессия. Хоронили умершего с перепоя купца Сидора Перегоркина. Арестанты остановились, конвойные настороженно приподняли шашки, ибо получилась заминка — одна из тех, во время которых конвойному полагается быть настороже.

Арестант из первого ряда толкнул локтем соседа и шепнул ему что — то, но в следующую же минуту обернулся, по тому, что услышал чей — то негромкий окрик из толпы:

— Штейников!

И в ту же секунду к: его ногам упал маленький камешек, завернутый в бумагу.

Воспользовавшийся давкой арестант быстро поднял его и сунул за пазуху. Как раз в это же время монахи, прибавившие ход, освободили дорогу, и партия тронулась дальше.

Штейников внимательно посмотрел на рассасывающуюся толпу, стараясь угадать бросившего камень. Сначала он никого не увидел, но потом взгляд его остановился на старьевщике стучавшемся деревянной палкой в ворота соседнего дома.

«Не тот ли? — подумал Штейников. — Но кто бы это мог быть?»

Ворота тюрьмы широко раскрыли железную пасть, погнули, проглотив серую массу заключенных. И арестант из первого ряда, бывший унтер-офицер Штейников, еще раз плюнув на землю очередной тюрьмы, констатировал факт что еще один этап по пути в арестантские роты пройден.

Незадолго до этого управляющий Луньевскими копями, лежащими в семи верстах от Александровского завода, Иванов позвонил приставу Караваеву и попросил его арестовать и выслать из Луньевки рабочих: Алексея Давыдова и Петра Неволина, выгнанных им из завода и работающих на постройке одного из казенных домов.

В эту же минуту пристав Караваев был озабочен только что полученной телеграммой из Перми, в которой говорилось, что, по имеющимся у охранного отделения агентурным сведениям, известный бунтовщик и мятежник Лбов собирается распространить свое влияние на северные уезды губернии, а поэтому приставу предлагалось быть более осторожным, тщательно наблюдать за вновь прибывающими и проезжающими пассажирами, а также обо всем исключительном немедленно доносить не только в Соликамск, уездному исправнику, но и непосредственно в Пермь.

Эта телеграмма, с одной стороны, несколько встревожила пристава, с другой — польстила его самолюбию, ибо с уездным исправником был он не в ладах и надеялся, что теперь плоды его усердной работы будут по достоинству оценены непосредственно губернским жандармским управлением.

И пристав Караваев, получив сообщение управляющего, решил немедленно, сейчас же круто прибрать к рукам всех подозрительных и неблагонадежных людей, а потому тот час же вызвал к себе урядника Китаева и стражника Попова, приказав им задержать обоих рабочих.

Было раннее теплое утро, когда оба полицейских неторопливо и важно подошли к кучке отдыхающих рабочих.

Однако при их появлении никто не счел нужным ни встать, ни поздороваться с ними, наоборот, все замолчали и сделали вид, что прибывших не замечают. И если бы полицейские были более внимательны, то они, вероятно, смогли бы заметить, что при их приближении кто — то быстро шмыгнул в кусты, а некоторые торопливо попрятали какие — то отпечатанные листки за пазухи.

— Углев! — окрикнул стражник подрядчика. — А где у тебя эти зайчики? Почему их не видно?

Углев лениво повернул голову и ответил спокойно, как будто бы не понимая, о ком идет речь:

— Какие еще?

— Петька и Алексей!

Страница 1 из 20

Назад1220Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 108

Назад12108Далее