Загрузка...
Знаменитая книга — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Знаменитая книга

Автор Александр Степанович Грин
12+1 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга раскрывает темы потерянности, внутренней борьбы и разрушительных последствий природных катаклизмов через серию взаимосвязанных историй, где персонажи сталкиваются с физическими и психологическими испытаниями, конфликтами и поиском смысла.

Главный конфликт / проблема

Потерянность и неопределенность, приводящие к конфликтам и трагедиям

Ключевые идеи

  • Потеря ориентации в лесу и внутренние конфликты группы
  • Влияние памяти и уверенности на принятие решений
  • Проблемы дружбы и взаимопомощи в условиях неопределённости
  • Личностные переживания и страхи, выраженные в разговоре о деньгах и отношениях
  • Молитва как способ справиться с одиночеством и поиском утраченной любви.
  • Постоянный поиск женщины, который приводит к разочарованиям и внутренним конфликтам.
  • Смешение реальности и сна в ночных кошмарах героя.
  • Желание Ксении покинуть изолированный остров и увидеть город.
  • Трудности и опасности путешествия по реке в суровых зимних условиях.
  • Тайный заговор и подпольная деятельность, организованная Геником и Любой.
  • Небольшие конфликты и напряжённые отношения между участниками заговоров.
  • Голод и отчаяние как движущая сила персонажей

Вывод

Книга показывает, что потерянность и страх могут разрушать, но также открывают путь к самопознанию и пониманию человеческой уязвимости

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся психологией и литературой
  • Люди, ищущие понимание человеческой уязвимости и реакции на кризисы

Главные темы

  • Потерянность и поиск
  • Внутренние конфликты и страх
  • Влияние природных катаклизмов на человеческие отношения

Персонажи

  • Афанасьев — Скептически относится к путанице, но пытается сохранять порядок
  • Благодатский — Скептик, готовый выстрелить, но в конфликте с Гадаутовым
  • Мордкин — Показывает раздражение и усталость, выражает сомнения
  • Гадаутов — Уверен в своём пути, но вызывает сомнения у товарищей
  • Крыга — Праздный, но тревожный, предлагает отправиться на «поплавок»
  • Иванов — Скептически относится к плану Крыги, обсуждает деньги
  • Кильдин — Скептически относится к плану Крыги, обсуждает планы и личные переживания
  • Герой — Мужчина, одержимый поиском женщины, который молится, ищет её в разных местах и переживает ночные кошмары
  • Женщина (Вера) — Объект одержимости героя, которую он ищет и о которой он мечтает
  • Ксения Турпанова — Желающая свободы и новых впечатлений, решает покинуть остров, испытывает страх и тревогу, но также ощущает свободу
  • Турпанов — Скептически относится к отъезду жены, боится за её жизнь, пытается понять её мотивы
  • Кузнецов — Скромный человек, который помогает Ксении попасть в город

Цитаты

  • Мы заблудились.
  • Где же пароход?
  • "Не знаю, верю ли я в тебя. Не знаю, есть ли ты. Я ничего не знаю, ничего."
  • "Каждый вечер, перед тем, как уйти в свою комнату и лечь спать, я с женой читал вслух какую-нибудь книгу."
  • Ксения, зачем это?
  • Маленький заговор
  • Не будете ли так добры, Христа ради, кусок хлеба безработному?
  • Работай… – меланхолически произнес старик
  • "Солнце стало неярким. Низко над горизонтом, тускло и мрачно смотрело оно на желтую кукурузу Эноха; невидимая тяжесть ложилась от его красного диска на струящееся море стеблей, и низкие, как отколовшиеся пласты неба, облака приняли красный оттенок меди."
  • "Жип выстрелил в грудь Риоля. Юноша повернулся на месте, затрясся и медленно упал боком. В тот же момент худенькая рука Мери с силой ударила Жипа по лицу, и он взвыл от ярости."

Сводка по автору из Wikidata

1880–1932. Александр Грин. российский и советский писатель и поэт (1880—1932)

Читать онлайн

Страница 1 из 43

Александр Грин Знаменитая книга

Глухая тропа

I

Маленькая экспедиция, одна из тех, о которых не принято упоминать в печати, даже провинциальной, делала лесной переход, направляясь к западу. Кем была снаряжена и отправлена экспедиция, – геологическим комитетом, лесным управлением или же частным лицом для одному лишь ему известных целей, – неизвестно. Экспедиция, состоявшая из четырех человек, спешила к узкой, глубокой и быстрой лесной реке. Был конец июля, время, когда бледные, как неспавший больной, ночи севера делаются темнее, погружая леса и землю – от двенадцати до двух – в полную темноту. Четыре человека спешили до наступления ночи попасть к пароходу, – маленькому, буксирующему плоты, судну; речная вода спала, и это был тот самый последний рейс, опоздать к которому равнялось целому месяцу странствования на убогом плоту, простуде и голодовкам. Пароход должен был отвезти одичавших за лето, отрастивших бороды и ногти людей – в большой, промышленный город, где есть мыло, парикмахерские, бани и все необходимое для удовлетворения культурных привычек – второй природы человека. Кроме того, путешественников с весьма понятным нетерпением ждали родственники.

Лес, – тихий, как все серьезные, большие леса, с нескончаемыми озерами и ручьями, давно уже приучил участников экспедиции к замкнутости и сосредоточенному молчанию. Шли они по узкой, полузаросшей брусникой и папоротником, тропке, протоптанной линялыми глухарями, зайцами и охотниками. По манере нести ружье угадывался, отчасти, характер каждого. Штуцер бельгийской фирмы висел на прочном ремне за спиной Афанасьева, не болтаясь, словно прибитый гвоздями; Благодатский нес винтовку впереди себя, в позе человека, всегда готового выстрелить, – это был самозабвенный охотник и любитель природы; скептик Мордкин тащил шомпольное ружье под мышкой, путаясь стволом в кустарнике; последний из четырех, с особенным, раз навсегда застывшим в лице выражением спохватившегося на полуслове человека, – не давал своему оружию покоя: он то взводил курок, то вновь опускал его, вскидывал ружье на плечо, тащил за ремень, перекладывал из левой руки в правую и наоборот; звали его Гадаутов. Он шел сзади всех, насвистывал и курил.

Дремучая тропа бросалась из стороны в сторону, местами совершенно исчезая под слоем валежника, огибая поляну или ныряя в непроходимый бурелом, где в крошечных лучистых просветах розовели кисти смородины и пахло грибом. Лиственница, ель, пихта, красные сосны, а в мокрых местах – тальник, – шли грудью навстречу; под ногами, цепляясь за сапоги, вздрагивали и ломались сучья; гнилые пни предательски выдерживали упор ноги и рушились в следующий момент; человек падал.

Когда свечерело и все, основательно избив ноги, почувствовали, что усталость переходит в изнеможение, – впереди, меж тонкими стволами елей, показалась светлая редина; глухой ропот невидимой реки хлынул в сердца приливом бодрости и успокоением. Первым на берег вышел Афанасьев; бросив короткий взгляд вперед себя, как бы закрепляя этим пройденное расстояние, он обернулся и прикрикнул отставшим товарищам:

– Берем влево на пароход!

Все четверо, перед тем как тронуться дальше, остановились на зыбком дерне изрытого корнями обрыва. Струистая, черная от глубины русла и хмурого неба поверхность дикой реки казалась мглой трещины: гоняясь за мошкарой, плавали хариусы; тысячелетняя жуть трущоб покровительственно внимала человеческому дыханию. Ивняк, закрывая отмели, теснился к реке; он напоминал груды зеленых шапок, разбросанных лесовиками в жаркий день. Противоположный, разрушенный водой берег был сплошь усеян подмытыми, падающими, как смятая трава, чахлыми, тонкими стволами.

– Никогда больше не буду курить полукрупку, – сказал Гадаутов. – Сале мезон, апизодон, гвандилье; варварский табак, снадобье дикарей. Дома куплю полфунта за четыре рубля. Барбезон.

Его особенностью была привычка произносить с окончанием на французский лад бессмысленные, выдуманные им самим слова, мешая сюда кое-что из иностранных словарей, засевшее в памяти; вместе это напоминало сонный бред француза в России.

– Прекрасно, – отвечая на свои мысли, сказал Мордкин. – Поживем, увидим.

Постояв, все двинулись берегом. Справа, неожиданно показываясь и так же неожиданно исчезая, прорывался сквозь ветки сумеречный блеск реки; изгибаясь, крутясь, делая петли, тропинка следовала ее течению. Временами на ягоднике, треща жирными крыльями, взлетала тетерка, беспокойно кричали дрозды, затем снова наступала тишина, баюкающая и тревожная. Благодатский увидел белку; она скользила по стволу сосны винтом, показывая одну мордочку. Когда прошел еще один короткий лесной час, и все кругом, затканное дымом сумерек, стало неясным, растворяющимся в преддверии тьмы, и сильнее запела мошкара, и небо опустилось ниже, Афанасьев остановился. Наткнувшись на него, перестали шагать Благодатский, Мордкин и Гадаутов, Афанасьев сказал:

– Мы заблудились.

Страница 1 из 43

Назад1243Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее