Читать бесплатно онлайн

Мари

Автор Генри Райдер Хаггард

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

В романе «Мари» автор вновь знакомит читателя с Алланом Квотермейном, героем, известным по предыдущим книгам. История разворачивается в Южной Африке и повествует о молодости, приключениях и опасностях, которые переживает главный герой. Книга сочетает элементы исторического повествования с личными переживаниями, раскрывая сложные взаимоотношения и культурные контрасты. Читатель погружается в атмосферу колониальной эпохи, где переплетаются судьбы людей разных национальностей.

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

исторические приключения

Темы

Аллан КвотермейнМариЮжная Африкаисторияприключениявоенные конфликтыпутешествияфранцузский языкбурская войнапамятка

Читать онлайн

Страница 2 из 79

Можно себе представить, как я, редактор, был удивлен, получив это письмо и при нем пакет рукописей. У меня это тоже вызвало ощущение, будто мой старый друг поднялся из могилы и стал передо мной, рассказывая историю своего бурного и трагического прошлого тем спокойным, размеренным голосом, который я никогда не смогу забыть…

Первая рукопись, — «Мари», — описывала необыкновенные переживания мистера Квотермейна в юности и его первую любовь…

Я никогда не слышал, чтобы он рассказывал об этой Мари, за исключением одного случая. Я припоминаю, что по какому-то поводу, — это было празднество в саду одного местного благотворителя, — я стоял рядом с Квотермейном, когда кто-то представил ему стоявшую по соседству молодую девушку, отличившуюся тем, что на празднестве она очень приятно пела. Фамилию ее я забыл, но помню, что ее звали Мари. Аллан Квотермейн вздрогнул, когда услышал это имя, и спросил, не француженка ли она. Та ответила отрицательно, добавив, что это имя действительно французского происхождения и дано ей в честь бабушки, которую тоже звали Мари.

«Правда? — сказал он. — Некогда я знал девушку, похожую на вас, которая также была французского происхождения и носила имя Мари. Возможно, вы будете более счастливы в жизни, нежели она, но лучше или благороднее ее вы никогда не сможете стать», — и он поклонился ей просто и вежливо, затем отошел в сторону. Позже, когда мы били одни, я спросил его, кто была та Мари, о которой он говорил молодой леди. Он немного помолчал, потом ответил:

«Она была моей первой женой, но я умоляю вас не говорить о ней со мной или с кем-нибудь другим, потому что мне тяжело слышать ее имя. Может быть в один прекрасный день вы узнаете о ней все».

Затем к моему огорчению и удивлению, у него вырвалось нечто вроде рыдания, и он быстро вышел из комнаты.

После прочтения мемуаров об этой Мари я могу теперь хорошо понять, почему он был тогда так взволнован. Я печатаю книгу фактически в том виде, в каком написала ее его рука.

Были там также и другие рукописи, одна из которых, озаглавленная «Дитя бури», рассказывает волнующую историю о прекрасной и, — боюсь, что я вынужден добавить, — злой зулусской девушке по имени Мамина, которая совершила много дурного в свое время и ушла нераскаявшейся из этого мира.

Оказались там также и другие манускрипты, среди которых одна рукопись раскрывает причину разгрома Сетевайо и его армии англичанами в 1879 году, что случилось незадолго до того, как Квотермейн встретил сэра Генри Куртиса и капитана Гуда.

Эти три повести в большей или меньшей степени фактически связаны друг с другом. По крайней мере, один старый карлик по имени Зикали, колдун и ужасный человек, имел отношение к ним всем, хотя в первой — «Мари» — он только невнятно упомянут в связи с резней Ретифа, где, несомненно, являлся первым подстрекателем. Поскольку «Мари» идет первой в хронологическом порядке и была положена ее автором поверх связки рукописей, я и публикую ее первой. С остальными я намереваюсь работать позже, когда найду для этого время и возможность.

Но будущее должно само заботиться о себе. Мы не можем контролировать его, и события его не подвластны нам.

Между тем я надеюсь, что те, кто в юности читал о копях царя Соломона и стране Цувенди, а, может быть, какие-либо другие книги, более ранние, смогут найти много интересного в этих новых главах автобиографии Аллана Квотермейна, что обнаружил и я.

МАРИ Эпизод из жизни покойного Аллана Квотермейна

ГЛАВА I Аллан изучает французский язык

Несмотря на мой преклонный возраст, я, Аллан Квотермейн, уже кое-что писавший, никогда ни единых словом не обмолвился о моей первой любви и о приключениях, сопутствовавших ее прекрасной и трагической истории. Думаю, что это происходило потому, что она всегда казалась мне слишком святой, слишком далекой от обыденности, такой же святой и далекой, как небеса, на которые вознесена великолепная душа Мари Марэ.

Не теперь, в моем возрасте, приближающем меня к бесконечности, по ночам, уносясь мыслями к звездам, иногда мне хочется приоткрыть двери, сквозь которые должен буду пройти и я, склонившись к земле, в преддверии бесконечности, с раскинутыми руками и увлажненными глазами, начинаю различать давно забытую тень — тень Мари Марэ…

Это сон старика и, несомненно, ничто иное. Но я попытаюсь изложить эту историю, окончившуюся такой великой жертвой и достойную записи, хоть я и надеюсь, что ни один человеческий глаз не прочитает ее, пока густой туман забвения не окутает память обо мне.

И я доволен, что предпринимаю эту попытку, ибо мне кажется, что лишь в смерти я приду к пониманию истинной ценности той, о ком я говорю, и о той страстной любви, которую она подарила такому недостойному ее человеку, как я… Я до сих пор удивляюсь, чем только я заслужил любовь таких женщин как Мари и Стелла, также уже давно умершая, единственная в мире, кому я рассказал всю историю Мари?

Я вспоминаю, что я тогда опасался, чтобы она не приняла ее близко к сердцу, но этого не случилось. И в самом деле, во время наших недолгих семейных дней она много думала и говорила о Мари, и некоторые из ее последних слов ко мне были о том, что Стелла намеревается найти Мари на том свете, и что они вместе будут дожидаться меня в стране любви, чистые и бессмертные.

Так что со смертью Стеллы вся эта страница жизни закончилась для меня, ибо в течение долгих лет, тянувшихся между тем временем и нынешним, Я уже никогда не говорил нежных слов женщине. Я признаю что однажды, значительно позже, одна маленькая зулусская колдунья говорила мне нежные слова и на какой-то час, или около этого, почти вскружила мне голову, а в этом искусстве она обладала большим уменьем. И я говорю об этом, потому что хочу быть совершенно честным, хотя она, — я имею в виду мою голову, ибо сердце в это дело не вмешивалось, — она, голова, тут же перестала кружиться… Звали ее Мамина и я когда-нибудь отдельно изложу ее удивительную историю.

Возвращаюсь к основному… Как я уже написал в другой книге, я провел свою молодость с моим старым отцом, священником англиканской церкви, там, где теперь находится округ Крадок Капской колонии.

Тогда это было достаточно дикое место с очень небольшим белым населением. Среди наших немногочисленных соседей был один фермер-бур, по имени Анри Марэ, который жил примерно в пятнадцати милях от нашей стоянки на чудесной ферме, носившей название Марэсфонтейн. Я упомянул, что он являлся буром, но, как можно заключить из его имени и фамилии, по происхождению он был француз, гугенот, как и его предок, имя которого также было Анри Марэ, хотя мне и кажется, что «Марэ» тогда произносилось совсем иначе. Этот предок являлся одним из тех первых представителей этой веры, которые эмигрировали в Южную Африку, чтобы избежать жестокости Людовика XIV в период отмены Нантского эдикта.[ 1]

Страница 2 из 79

Назад 1 2 3…79 Далее