Читать бесплатно онлайн

Эстетика «Мертвых душ» и ее наследье

Автор Иннокентий Фёдорович Анненский

0+1 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

критика литературоведение

Темы

ГогольМертвые душиэстетиканаследиелитературарусская литератураанализкритикапубликацияакадемический

Описание

Книга исследует эстетический подход Гоголя, его влияние на русскую литературу и разъясняет терминологию и литературные отсылки, представленные в комментариях к основному тексту.

Главный конфликт / проблема

Как Гоголь создает двойное «я» и влияет на развитие русской литературы через карикатурные образы и критическую перспективу

Ключевые идеи

Гоголь создает мир, где телесность и карикатура объединяются, подчёркивая типичность и скрытую индивидуальность.
Двойное «я» – осязательный и загадочный – является центральной концепцией, влияющей на восприятие персонажей и их развитие.
Разъяснение литературных отсылок и цитат
Пояснение терминологии и исторических фактов
Список персонажей и их ролей в контексте произведений

Вывод

Наследие Гоголя продолжает формировать русскую литературу, предоставляя эстетический подход, который остаётся актуальным для анализа и интерпретации русских произведений.

Кому полезна

Литературоведы
Студенты русской литературы
Исследователи русской культуры

Главные темы

Гогольская эстетика и двойное «я»
Влияние Гоголя на русских писателей
Терминология и литературные отсылки

Персонажи

Гоголь — Художник, который отделяет два «я» и создает яркие, карикатурные образы.
Чичиков — Образ, демонстрирующий типичность и скрытую индивидуальность. В примечании отмечается его появление в только что сшитом фраке и его действия в отношении чиновника.
Собакевич — Символизирует телесность и карикатурность, подчёркивая типичность внешнего облика.
Ноздрев — Многогранный образ, демонстрирующий яркую, карикатурную личность.
Достоевский — Упоминание его родины как казенной квартиры и госпиталя в Москве.
Макар Алексеевич Девушкин — Обиделся на Вареньку за прочтение повести об украденной шинели.
Агафья Тихоновна — Упомянута в списке персонажей.
Любим Торцов — Упомянут в списке персонажей.
Михеев — Упомянут в примечаниях к «Мертвым душам».
Степан Пробка — Упомянут в примечаниях к «Мертвым душам».
Чубарый — Упоминается в списке персонажей.
Фемистоклюс — Упоминается в примечаниях.

Цитаты

Гоголь оторвал первого из двух слитых жизнью людей от второго и сделал его столь ярко-типичным, люди у него вышли столь ошеломляюще-телесными, что тот, второй человек, оказался решительно затертым.
Пушкин был завершителем старой Руси. Пушкин запечатлел эту Русь, радостный ее долгим неслышным созреванием и бесконечно гордый ее наконец-то из-под сказочных тряпиц засиявшим во лбу алмазом.
Глагол времен! металла звон! / Твой страшный глас меня смущает…
Пепельница

Сводка по автору из Wikidata

1855–1909. Innokenti Fiodorovitch Annenski. русский поэт, драматург, переводчик, критик, педагог и административный деятель образования

Читать онлайн

Страница 4 из 5

Странно бы, кажется, среди наследья гоголевской эстетики искать Куприна. Но бес неумирающего Гоголя щекочет и этого писателя. Тип хотел бы слить у него воедино побольше индивидуальностей и весело царить над ними. Но художник то и дело сбивается с ноги. Мораль ломает ему перегородки, и тип поневоле должен прятаться, жить под чужим именем, а иногда, как в «Яме», даже и вовсе без всякого имени, просто в виде какой-то упорной телесности, невыносимо властной, однако, среди самых разубедительных силлогизмов и живой, несмотря на неврастенического Баркова.[ 25]

Любопытен и арцыбашевский «Санин».[ 26] Избави вас бог только искать базаровщины. Базаров — это был разночинный вольтерианец, и он так же глубоко, как все тургеневское, сидел на своем корню. А Санин, наоборот, чисто по-гоголевски карикатурен и метафизичен.

Любить ее или нет, это ваше дело, но одно несомненно — карикатура вышла властною. А заметьте, автор не мог воспользоваться при ее осуществлении таким важным пособием, как смех.

Немногие, кажется, оценили в концепции «Санина» всю ее сентиментальность. Хотя, может быть, именно эта-то черта и делает «Санина» оригинальным эстетически.

Туже всегда шли на Гоголя стихотворцы. Экзотизма, т. е. попросту декорации, в нас стало уже так много, что хоть отбавляй.

У меня есть на примете всего одна параллель, и та старая. Через четверть века после «Мертвых душ» так же, как они, была не досказана смертью другая русская поэма — некрасовское «Кому на Руси жить хорошо»…

Далеко разошлись и по замыслу, и по силе, и по темпераменту, и даже по пламенной стихии художников обе поэмы. Но есть в них обеих, кроме даже близкой загадки, что-то общее, что-то никому, кроме нас, не понятное, что-то безмерное, что-то безоглядно наше. И, может быть, только Некрасов своим поздним эпосом дает нам возможность не измерить Гоголя, нет, но ужаснуться всей безмерности того мира, который когда-то дерзко задумал воплотить, т. е. ограничить собою, Гоголь.

Впервые: «Аполлон», 1911, э 8, с. 50–58. Автограф: ЦГАЛИ. ф. 6, оп. 1, ед. хр. 161. Ед. хр. 162 — рукописная копия с правкой автора, не имеет существенных разночтений с опубликованным текстом статьи. Печатается по тексту журнала.

Статья написана, по-видимому, после того, как была завершена работа над «Книгами отражений». В письме к Н. В. Анненской (8. VI 1909) Анненский сообщает, что читал знакомым свою статью о Гоголе (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр. 277). Очевидно, речь идет о публикуемой статье, которая к этому времени, вероятно, была только что закончена. Известно, что Анненский любил читать написанное им «по свежим следам». Кроме того, другие статьи его о Гоголе были к 1909 г. опубликованы, и никаких сведений о том, что после этого им была написана еще одна статья, помимо публикуемой, нет. Едва ли можно полагать, что Анненский читал конспект своей лекции о Гоголе (автограф в ЦГАЛИ), так как произведений незавершенных он, насколько известно по его письмам, вообще не читал. Поэтому можно предположить, что публикуемая статья была завершена летом 1909 г. Существует и косвенное подтверждение этой гипотезы: Анненский включил бы эту статью в свои книги, если бы она была написана к моменту их составления, ибо она вполне соответствует проблематике, общей стилистике и методу «Книг отражений».