Читать бесплатно онлайн

Исповедь

Автор Михаил Юрьевич Лермонтов

12+30 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Дата написания1829-12-31

Язык книгиru

Язык оригинала0

СерияПоэмы

Возрастное ограничение12+

Жанры

стихи и поэзия литература 19 века

Описание

Книга «Исповедь» повествует о внутреннем конфликте молодого испанского отшельника, заключённого в монастырскую тюрьму, и его поисках смысла, прощения и судьбы через диалоги с старцем и размышления о вере, долге и личных желаниях.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт между личной ответственностью, монастырским законом и собственным сердцем, а также поиск прощения и понимания судьбы

Ключевые идеи

Судьба и личная ответственность молодого отшельника
Внутренний конфликт и поиск смысла в тюрьме
Внутренний конфликт между монастырским законом и личным сердцем.
Тоска по утраченной молодости и признание вины.
Отказ от молений и страха, поиск смысла рая
Принятие смерти и прощения

Вывод

Книга приводит к осознанию того, что принятие судьбы, поиск прощения и внутреннее понимание могут привести к внутреннему спокойствию, даже в условиях тюрьмы и смерти.

Кому полезна

Читатели, интересующиеся духовными и философскими темами
Люди, сталкивающиеся с внутренним конфликтом и поиском смысла в жизни

Главные темы

Внутренний конфликт и поиск смысла
Судьба и прощение
Вера и смерть

Персонажи

Гвадалкивир — Заключённый в монастырскую тюрьму, молодой испанский отшельник, не ищет оправдания, знает людей и закон, но не ожидает от них ничего. Он выражает мысли о судьбе, божьем суде, молодости, внутреннем конфликте между долгом и сердцем, и служит нарративом всей истории.
старец — Старый дряхлый и седой человек, входящий в тюрьму, задаёт вопросы о сожалении, приветствии и смысле рая, влияя на внутренний конфликт главного героя.
Незримый человек — Отказывается от молений, ищет смысл рая и принимает смерть, представляя внутренний монолог о судьбе и освобождении.
Мадонна — Сияет в храме, символизируя рай и высшую духовность, присутствует в финальной сцене погребения.
девы — Молятся в храме, символизируя связь между жизнью и смертью, присутствуют как призраки в финальной сцене.

Цитаты

День гас; в наряде голубом Крутясь бежал Гвадалкивир
Не говори, что божий суд Определяет мне конец
Пусть монастырский ваш закон рукою неба утвержден; но в этом сердце есть другой, ему не менее святой;
И если б мог я эту грудь перед тобою развернуть, ты верно не прочел бы в ней, что я преступник иль злодей.
«Я о спасенье не молюсь, Небес и ада не боюсь;»
«И в эту ночь могильный звон Был степи ветром принесен»

Сводка по автору из Wikidata

1814–1841. Михаил Юрьевич Лермонтов. русский поэт, прозаик, драматург, художник (1814–1841)

Читать онлайн

Страница 1 из 2

Михаил Юрьевич Лермонтов Исповедь

I

День гас; в наряде голубом Крутясь бежал Гвадалкивир, И не заботяся о том, Что есть под ним какой-то мир, Для счастья чуждый, полный злом, Светило южное текло, Беспечно, пышно и светло; Но в монастырскую тюрьму Игривый луч не проникал; Какую б радость одному Туда принес он, если б знал; Главу склоня, в темнице той Сидел отшельник молодой, Испанец родом и душой; Таков был рок! – зачем, за что, Не знал и знать не мог никто; Но в преступленье обвинен, Он оправданья не искал; Он знал людей и знал закон… И ничего от них не ждал. Но вот по лестнице крутой Звучат шаги, открылась дверь, И старец дряхлый и седой Взошел в тюрьму – зачем теперь? Что сожаленья и привет Тому, кто гибнет в цвете лет?

II

«Ты здесь опять! напрасный труд!.. Не говори, что божий суд Определяет мне конец. Всё люди, люди, мой отец… Пускай погибну, смерть моя Не продолжит их бытия, И дни грядущие мои Им не присвоить – и в крови, Неправой казнью пролитой, В крови безумца молодой, Согреть им вновь не суждено Сердца, увядшие давно; И гроб без камня и креста, Как жизнь их ни была свята, Не будет слабым их ногам Ступенью новой к небесам. И тень невинного, поверь, Не отопрет им рая дверь. Меня могила не страшит. Там, говорят, страданье спит В холодной вечной тишине, Но с жизнью жаль расстаться мне; Я молод – молод, – знал ли ты, Что значит молодость, мечты? Или не знал – или забыл, Как ненавидел и любил, Как сердце билося живей При виде солнца и полей С высокой башни угловой, Где воздух свеж и где порой, В глубокой скважине стены Дитя неведомой страны, Прижавшись голубь молодой Сидит, испуганный грозой! Пускай теперь прекрасный свет Тебе постыл – ты слеп, ты сед, И от желаний ты отвык; Что за нужда? – ты жил, старик Тебе есть в мире что забыть! Ты жил! я также мог бы жить!

III

«Ты слушать исповедь мою Сюда пришел – благодарю; Не понимаю: что была У них за мысль? – мои дела И без меня ты должен знать — А душу можно ль рассказать? И если б мог я эту грудь Перед тобою развернуть, Ты верно не прочел бы в ней, Что я преступник иль злодей. Пусть монастырский ваш закон Рукою неба утвержден; Но в этом сердце есть другой, Ему не менее святой; Он оправдал меня – один Он сердца полный властелин; И тайну страшную мою Я неизменно сохраню, Пока земля в урочный час Как двух друзей не примет нас. Доселе жизнь была мне плен Среди угрюмых этих стен, Где детства ясные года Я проводил, бог весть куда! Как сон, без радости и бед, Промчались тени лучших лет, И воскресить те дни едва ль Желал бы я – а всё их жаль! Зачем, молчание храня, Так грозно смотришь на меня? Я волен… я не брат живых. Судей бесчувственных моих Не проклинаю… но, старик, Я признаюся, мой язык Не станет их благодарить За то, что прежде, может быть, Чем луч зари на той стене Погаснет в мирной тишине, Я, свежий, пылкий, молодой, Который здесь перед тобой, Живу, как жил тому пять лет, Весь превращуся в слово: нет!.. И прах, лишенный бытия, Уж будет прах один, – не я!

IV

«И мог ли я во цвете лет, Как вы, душой оставить свет И жить, не ведая страстей, Под солнцем родины моей? Ты позабыл, что седина Меж этих кудрей не видна, Что пламень в сердце молодом Не остудить мольбой, постом! Когда над бездною морской Свирепой бури слышен вой И гром гремит по небесам, Вели не трогаться волнам, И сердцу бурному вели Не слушать голоса любви!.. Да если б черный сей наряд Не допускал до сердца яд, Тогда я был бы виноват; Но под одеждой власяной Я человек, как и другой! И ты, бесчувственный старик, Когда б ее небесный лик Тебе явился хоть во сне, Ты позавидовал бы мне И в исступленье, может быть, Решился б также согрешить, Отвергнув всё, закон и честь, Ты был бы счастлив перенесть За слово, ласку или взор Мое страданье, мой позор!..

V

«Я о спасенье не молюсь, Небес и ада не боюсь; Пусть вечно мучусь: не беда! Ведь с ней не встречусь никогда! Разлуки первый, грозный час Стал веком, вечностью для нас! И если б рай передо мной Открыт был властью неземной, Клянусь, я, прежде чем вступил, У врат священных бы спросил, Найду ли там, среди святых, Погибший рай надежд моих? Нет, перестань, не возражай… Что без нее земля и рай? Пустые звонкие слова, Блестящий храм без божества! Увы! отдай ты мне назад Ее улыбку, милый взгляд, Отдай мне свежие уста, И голос сладкий, как мечта… Один лишь слабый звук отдай… О! старец! что такое рай?..

VI

«Смотри, в сырой тюрьме моей Не видно солнечных лучей; Но раз на мрачное окно Упал один – давным-давно; И с этих пор между камней Ничтожный след веселых дней Забыт, как узник, одинок Растет бледнеющий цветок; Но вовсе он не расцветет, И где родился – там умрет; И не сходна ль, отец святой, Его судьба с моей судьбой? Знай, может быть ее уж нет… И вот последний мой ответ: Поди, беги, зови скорей Окровавленных палачей: Судить и медлить вам на что? Она не тут – и всё ничто! Прощай, старик; вот казни час: За них молись… в последний раз Тебе клянусь перед творцом, Что не виновен я ни в чем. Скажи: что умер я как мог, Без угрызений и тревог, Что с тайной гибельной моей Я не расстался для людей… Забудь, что жил я… что любил Гораздо более, чем жил! Кого любил? отец святой, Вот что умрет во мне, со мной; За жизнь, за мир, за вечность вам Я этой тайны не продам!» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Страница 1 из 2

Назад1 2 Далее