Удобнее читать в приложении
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+
Описание
Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю.
Главный конфликт / проблема
Конфликт между стремлением Федора Ушакова к знаниям и свободе и жесткой властью, а также философский вопрос о справедливости наказания и природе любви
Ключевые идеи
- Стремление к образованию и самосовершенствованию как движущая сила жизни Ушакова.
- Критика авторитарной власти и несправедливости, проявляющаяся в конфликте с гофмейстером Боку.
- Влияние дружбы, честности и взаимной поддержки на личностное развитие и судьбу.
- Право наказания основано на естественной потребности человека защищать себя и общество.
- Права наказания принадлежат государству, которое может передавать их нижним властям.
- Смертная казнь неэффективна и не соразмерна преступлению.
- Любовь – природное чувство, которое может стать добродетелью или пороком.
- Письма отражают стремление автора к наставлению и анализу разума.
Вывод
Книга приводит к выводу о важности честности, дружбы и стремления к знаниям, а также о необходимости соразмерного наказания и осознанной любви.
Кому полезна
- историки
- философы
- студенты
- интересующиеся русской историей и философией
Главные темы
- Проблема власти и личной свободы
- Философские размышления о наказании и любви
Персонажи
- Федор Васильевич Ушаков — Стремится к знаниям, критически относится к власти, ценит дружбу и честность.
- Александр Радищев — Писатель-революционер, который записывает и анализирует жизнь Ушакова.
- Бокум — Авторитарный и жестокий руководитель, который лишает Ушакова и его товарищей свободы.
- Насакин — Поддерживает Ушакова в трудных моментах и участвует в конфликте с Боку.
- Гельвециев — Его работа служит объектом анализа автора.
- Автор — Обсуждает вопросы наказания, любви и разума, обращается к государю за наставлением.
- Государь — Обладает властью, к которой обращается автор за наставлением.
Цитаты
- Не мни, – вещал зрящий кончину своего шествия, томным хотя гласом, но мужественно, – не мни, что, возвещая мне смерть, востревожишь меня безвременно.
- Смертная казнь никогда долговременного не производит впечатления.
- Любовь есть чувство природою в нас впечатленное.
Сводка по автору из Wikidata
1749–1802. Александр Радищев. русский писатель, философ, поэт
Читать онлайн
Страница 3 из 19Привлекши на себя ненависть путеводителя нашего, Федор Васильевич не возмутился сею мыслию, ибо что вещал ему, то была истина. Бокум рачил более о своей прибыли, нежели о вверенных ему. Федор Васильевич имел более опытности, нежели другие его сотоварищи: довольные причины для приведения корыстолюбца на злобу.
Первой случай к несогласию нашему с нашим путеводителем и первая причина его злобствования против Федора Васильевича было само в себе малозначащее происшествие, но великое имело действие на расположение наше к начальнику нашему. Мы все воспитаны были по русскому обряду и в привычке хотя не сладко есть, но до насыщения. Обыкли мы обедать и ужинать. После великолепного обеда в день нашего выезда ужин наш был гораздо тощ и состоял в хлебе с маслом и старом мясе, ломтями резанном. Таковое кушанье, для немецких желудков весьма обыкновенное, востревожило русские, привыкшие более ко штям и пирогам. И если захочешь без предубеждения внять вине нашего неудовольствия, к несчастию нашему потом обратившегося, то найдешь корень оного в первом нашем ужине. Покажется иному смешно, иному низко, иному нелепо, что благовоспитанные юноши могли начальника своего возненавидеть за таковую малость; но самого умереннейшего человека заставь поговеть неделю, то нетерпение в нем скоро будет приметно. Если сладость наскучить может, кольми паче голод. Худая по большей части пища и великая неопрятность в приуготовлении оной произвели в нас справедливое негодование. Федор Васильевич взялся изъявить оное пред нашим начальником. Умеренное его представление принято почти с презрением, а особливо женою Бокума, которую можно было почитать истинным нашим гофмейстером. Сие произвело словопрение, и кончилось тем, что Федор Васильевич возненавижен стал обоими супругами.
Но не знал наш путеводитель, что худо всегда отвергать справедливое подчиненных требование и что высшая власть сокрушалася иногда от безвременной упругости и безрассудной строгости.
Мы стали отважнее в наших поступках, дерзновеннее в требованиях и от повторяемых оскорблений стали, наконец, презирать его власть. Если бы желание учения не остановляло нас в поступках наших и не умеряло нашего негодования, то Бокум на дороге бы испытал, колико безрассудно даже детей доводить до крайности. Во всех сих зыблениях боязни и отваги младшие предводительствуемы были старшими. Из сих первый был Федор Васильевич. Но если его кто почтет или сварливым, или злобным, или пронырливым, или коварным, или вспыльчивым, тот, конечно, ошибется. Единое негодование на неправду бунтовало в его душе и зыбь свою сообщало нашим, немощным еще тогда самим собою воздыматься на опровержение неправды. Таковыми происшествиями уготовлялися мы к одной из знаменитейших, по моему мнению, эпох нашея жизни. Я говорю о содержании нашем в Лейпциге под стражею.
Ничто, сказывают, толико не сопрягает людей, как несчастие. Сия истина подкрепляется и нашим примером. Худые с нами поступки нашего гофмейстера толико нас сделали единомысленными, что, исключая некоторых из нас, могли бы мы поистине один за другого жертвовать всем на свете. Да сие иначе быть не может, ибо дружба в юном сердце есть, как и все оного чувствования, стремительна. Краткое пребывание наше в Митаве, воззрение неизвестных нам доселе нравов, обрядов, языка загладило в душе Федора Васильевича угрызение печали. Ежедневные оскорбления начинали было производить в нем раскаяние о предпринятом путешествии, но новые предметы отвлекли душу его от горестных мыслей и соделали ее на некоторое время к оскорблениям бесчувственною. Но если новые предметы удобны были загладить в душе Федора Васильевича изрытие печали, то не имел он, однако же, довольно опытности, так сказать, в учении, дабы из путешествия своего извлечь всю возможную пользу. Примечания достойно: человек, достигнув возмужалых лет, когда начинает испытывать силы разума, устремляемый бодростию душевных сил, обращает проницательность свою всегда на вещи, вне зримой округи лежащие, возносится на крылиях воображения за пределы естественности и нередко теряется в неосязаемом, презирая чувственность, столь мощно его вождающую. Все почти юноши, мыслить начинающие, любят метафизику; с другой же стороны, все, чувствовать начинающие, придерживаются правил, народным правлениям приличных. И так Федор Васильевич мысли свои обращал более к умственным предметам и не знал еще, какую полезность извлечь можно из путешествия.
Между людьми, получившими воспитание разного рода, понятия о священных вещах долженствовали быть и были разные. Если бы возможно было определить, какое каждый из нас имел тогда понятие о боге и о должном ему почитании, то бы описание сие показалося взятым из какого-либо путешествия, в коем описывается исповедание веры неизвестных народов. Иной почитал бога не иначе как палача, орудием кары вооруженного, и боялся думать о нем, столь застращен был силою его прещения. Другому казался он вскруженным толпою младенцев, – азбучной учитель, которого дразнить ни во что вменяется, ибо уловкою какою-нибудь можно избегнуть его розги и скоро с ним опять поладить. Иной думал, что не токмо дразнить его можно, но делать все ему на смех и вопреки его велениям. Все мы, однако же, воспитаны были в греческом исповедании, и для сохранения нас в православии отправлен с нами был монах, которому в должность предписано было наставлять нас в христианском законе, отправлять для нас службу церковную и быть нашим духовником.
Отец Павел был в своем роде человек полуученый, знал по-латыне, по-гречески и несколько по-еврейски. В семинарии прошел все нижние и вышние философские и богословские классы и был учителем риторики. Но если ему известны были правила красноречия, древними авторами преподанного, если знал он, что есть метафора, антитезис и прочие риторические фигуры, то никто столь мало не был красноречив, как наш отец Павел. Добродушие было первое в нем качество, другими он не отличался и более способствовал к возродившемуся в нас в то время непочтению к священным вещам, нежели удобен был дать наставление в священном законе. Судить можно из следующего.
Исправление наше (ибо при первом нашем свидании он почел нас богоотступниками, хотя ручаться можно, что ни один из нас в то время ниже повести не читывал о афеистах) – исправление наше начал он тем, что заставил нас при утренних и вечерних на молитве собраниях петь. Если воспомнишь, мой друг, сколь нестройной, несогласной и шумной у нас был всегда концерт, то и теперь еще улыбнешься. Иной тянул очень низко, иной высоко, иной тонко, иной звонко, иной чресчур кудряво, и, наконец, устроенное на приучение ко благоговению превратилося постепенно в шутку и посмеялище.
Отец Павел, если припомнишь, гораздо был смешлив, и если случалося ему во время богослужения видеть что-либо смешное, то, забыв важность своего действия, начинал смеяться, как то случилося ему в Лейпциге, увидев одного из нас, а именно князя Трубецкого, поющего на крылосе, искривив лицо для высокого напева. Для сей-то причины он отправлял богослужение, большею частию зажмурившись.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/1omDOve8","pageTitle":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений (Александр Николаевич Радищев) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Александр Николаевич Радищев","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 18 века","item":"https://bookra.app/genre/5306"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","item":"https://bookra.app/books/1omDOve8"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","name":"«Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#work","name":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","description":"Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 18 века","русская классика"],"sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-radischev/zhitie-fedora-vasilevicha-ushakova-s-priobscheniem-nek-172995/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719#person","name":"Александр Николаевич Радищев","url":"https://bookra.app/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D1%89%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q217470"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 18 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#edition","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-radischev/zhitie-fedora-vasilevicha-ushakova-s-priobscheniem-nek-172995/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/1omDOve8","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":791482,"shortId":"1omDOve8","title":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","annotationText":"Александр Радищев – русский литератор-революционер, по выражению Екатерины II, «бунтовщик хуже Пугачева», – писатель глубокий и смелый. За книгу «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева посадили в Петропавловскую крепость. Суд приговорил его к смертной казни, которую императрица заменила лишением чинов и дворянства и ссылкой в сибирский острог. Эта книга – редчайший по силе просветительский трактат, написанный в виде путевых очерков, где и точные наблюдения путешественника, и вдохновенные лирические отступления увлекают читателя к сопереживанию и соразмышлению: что есть Россия, что для нее благо и что зло. В книгу вошли наиболее значительные произведения А.Н.Радищева: «Житие Федора Васильевича Ушакова», «Дневник одной недели», «Бова» и другие.","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","authors":[{"id":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","displayName":"Александр Николаевич Радищев","protectedUrl":"/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D1%89%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q217470"}],"genres":[{"id":5306,"title":"литература 18 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5306"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1970-01-01"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"series","label":"Серия","value":"Русская классика"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Конфликт между стремлением Федора Ушакова к знаниям и свободе и жесткой властью, а также философский вопрос о справедливости наказания и природе любви"},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Стремление к образованию и самосовершенствованию как движущая сила жизни Ушакова.","Критика авторитарной власти и несправедливости, проявляющаяся в конфликте с гофмейстером Боку.","Влияние дружбы, честности и взаимной поддержки на личностное развитие и судьбу.","Право наказания основано на естественной потребности человека защищать себя и общество.","Права наказания принадлежат государству, которое может передавать их нижним властям.","Смертная казнь неэффективна и не соразмерна преступлению.","Любовь – природное чувство, которое может стать добродетелью или пороком.","Письма отражают стремление автора к наставлению и анализу разума."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Книга приводит к выводу о важности честности, дружбы и стремления к знаниям, а также о необходимости соразмерного наказания и осознанной любви."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["историки","философы","студенты","интересующиеся русской историей и философией"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Проблема власти и личной свободы","Философские размышления о наказании и любви"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Федор Васильевич Ушаков — Стремится к знаниям, критически относится к власти, ценит дружбу и честность.","Александр Радищев — Писатель-революционер, который записывает и анализирует жизнь Ушакова.","Бокум — Авторитарный и жестокий руководитель, который лишает Ушакова и его товарищей свободы.","Насакин — Поддерживает Ушакова в трудных моментах и участвует в конфликте с Боку.","Гельвециев — Его работа служит объектом анализа автора.","Автор — Обсуждает вопросы наказания, любви и разума, обращается к государю за наставлением.","Государь — Обладает властью, к которой обращается автор за наставлением."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Не мни, – вещал зрящий кончину своего шествия, томным хотя гласом, но мужественно, – не мни, что, возвещая мне смерть, востревожишь меня безвременно.","Смертная казнь никогда долговременного не производит впечатления.","Любовь есть чувство природою в нас впечатленное."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1749–1802. Александр Радищев. русский писатель, философ, поэт"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_791482","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_791482","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_791482","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_791482","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_791482","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_791482"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_791482","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_791482","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_791482","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_791482"},"guestReaderUrl":"/books/1omDOve8?page=3#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","readersCount":115,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2007","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":3,"totalPages":19,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/1omDOve8?page=2#reader-content","nextPageUrl":"/books/1omDOve8?page=4#reader-content","progressLabel":"Страница 3 из 19","sections":[{"id":"id25:18","kind":"paragraph","text":"Привлекши на себя ненависть путеводителя нашего, Федор Васильевич не возмутился сею мыслию, ибо что вещал ему, то была истина. Бокум рачил более о своей прибыли, нежели о вверенных ему. Федор Васильевич имел более опытности, нежели другие его сотоварищи: довольные причины для приведения корыстолюбца на злобу."},{"id":"id25:19","kind":"paragraph","text":"Первой случай к несогласию нашему с нашим путеводителем и первая причина его злобствования против Федора Васильевича было само в себе малозначащее происшествие, но великое имело действие на расположение наше к начальнику нашему. Мы все воспитаны были по русскому обряду и в привычке хотя не сладко есть, но до насыщения. Обыкли мы обедать и ужинать. После великолепного обеда в день нашего выезда ужин наш был гораздо тощ и состоял в хлебе с маслом и старом мясе, ломтями резанном. Таковое кушанье, для немецких желудков весьма обыкновенное, востревожило русские, привыкшие более ко штям и пирогам. И если захочешь без предубеждения внять вине нашего неудовольствия, к несчастию нашему потом обратившегося, то найдешь корень оного в первом нашем ужине. Покажется иному смешно, иному низко, иному нелепо, что благовоспитанные юноши могли начальника своего возненавидеть за таковую малость; но самого умереннейшего человека заставь поговеть неделю, то нетерпение в нем скоро будет приметно. Если сладость наскучить может, кольми паче голод. Худая по большей части пища и великая неопрятность в приуготовлении оной произвели в нас справедливое негодование. Федор Васильевич взялся изъявить оное пред нашим начальником. Умеренное его представление принято почти с презрением, а особливо женою Бокума, которую можно было почитать истинным нашим гофмейстером. Сие произвело словопрение, и кончилось тем, что Федор Васильевич возненавижен стал обоими супругами."},{"id":"id25:20","kind":"paragraph","text":"Но не знал наш путеводитель, что худо всегда отвергать справедливое подчиненных требование и что высшая власть сокрушалася иногда от безвременной упругости и безрассудной строгости."},{"id":"id25:21","kind":"paragraph","text":"Мы стали отважнее в наших поступках, дерзновеннее в требованиях и от повторяемых оскорблений стали, наконец, презирать его власть. Если бы желание учения не остановляло нас в поступках наших и не умеряло нашего негодования, то Бокум на дороге бы испытал, колико безрассудно даже детей доводить до крайности. Во всех сих зыблениях боязни и отваги младшие предводительствуемы были старшими. Из сих первый был Федор Васильевич. Но если его кто почтет или сварливым, или злобным, или пронырливым, или коварным, или вспыльчивым, тот, конечно, ошибется. Единое негодование на неправду бунтовало в его душе и зыбь свою сообщало нашим, немощным еще тогда самим собою воздыматься на опровержение неправды. Таковыми происшествиями уготовлялися мы к одной из знаменитейших, по моему мнению, эпох нашея жизни. Я говорю о содержании нашем в Лейпциге под стражею."},{"id":"id25:22","kind":"paragraph","text":"Ничто, сказывают, толико не сопрягает людей, как несчастие. Сия истина подкрепляется и нашим примером. Худые с нами поступки нашего гофмейстера толико нас сделали единомысленными, что, исключая некоторых из нас, могли бы мы поистине один за другого жертвовать всем на свете. Да сие иначе быть не может, ибо дружба в юном сердце есть, как и все оного чувствования, стремительна. Краткое пребывание наше в Митаве, воззрение неизвестных нам доселе нравов, обрядов, языка загладило в душе Федора Васильевича угрызение печали. Ежедневные оскорбления начинали было производить в нем раскаяние о предпринятом путешествии, но новые предметы отвлекли душу его от горестных мыслей и соделали ее на некоторое время к оскорблениям бесчувственною. Но если новые предметы удобны были загладить в душе Федора Васильевича изрытие печали, то не имел он, однако же, довольно опытности, так сказать, в учении, дабы из путешествия своего извлечь всю возможную пользу. Примечания достойно: человек, достигнув возмужалых лет, когда начинает испытывать силы разума, устремляемый бодростию душевных сил, обращает проницательность свою всегда на вещи, вне зримой округи лежащие, возносится на крылиях воображения за пределы естественности и нередко теряется в неосязаемом, презирая чувственность, столь мощно его вождающую. Все почти юноши, мыслить начинающие, любят метафизику; с другой же стороны, все, чувствовать начинающие, придерживаются правил, народным правлениям приличных. И так Федор Васильевич мысли свои обращал более к умственным предметам и не знал еще, какую полезность извлечь можно из путешествия."},{"id":"id25:23","kind":"paragraph","text":"Между людьми, получившими воспитание разного рода, понятия о священных вещах долженствовали быть и были разные. Если бы возможно было определить, какое каждый из нас имел тогда понятие о боге и о должном ему почитании, то бы описание сие показалося взятым из какого-либо путешествия, в коем описывается исповедание веры неизвестных народов. Иной почитал бога не иначе как палача, орудием кары вооруженного, и боялся думать о нем, столь застращен был силою его прещения. Другому казался он вскруженным толпою младенцев, – азбучной учитель, которого дразнить ни во что вменяется, ибо уловкою какою-нибудь можно избегнуть его розги и скоро с ним опять поладить. Иной думал, что не токмо дразнить его можно, но делать все ему на смех и вопреки его велениям. Все мы, однако же, воспитаны были в греческом исповедании, и для сохранения нас в православии отправлен с нами был монах, которому в должность предписано было наставлять нас в христианском законе, отправлять для нас службу церковную и быть нашим духовником."},{"id":"id25:24","kind":"paragraph","text":"Отец Павел был в своем роде человек полуученый, знал по-латыне, по-гречески и несколько по-еврейски. В семинарии прошел все нижние и вышние философские и богословские классы и был учителем риторики. Но если ему известны были правила красноречия, древними авторами преподанного, если знал он, что есть метафора, антитезис и прочие риторические фигуры, то никто столь мало не был красноречив, как наш отец Павел. Добродушие было первое в нем качество, другими он не отличался и более способствовал к возродившемуся в нас в то время непочтению к священным вещам, нежели удобен был дать наставление в священном законе. Судить можно из следующего."},{"id":"id25:25","kind":"paragraph","text":"Исправление наше (ибо при первом нашем свидании он почел нас богоотступниками, хотя ручаться можно, что ни один из нас в то время ниже повести не читывал о афеистах) – исправление наше начал он тем, что заставил нас при утренних и вечерних на молитве собраниях петь. Если воспомнишь, мой друг, сколь нестройной, несогласной и шумной у нас был всегда концерт, то и теперь еще улыбнешься. Иной тянул очень низко, иной высоко, иной тонко, иной звонко, иной чресчур кудряво, и, наконец, устроенное на приучение ко благоговению превратилося постепенно в шутку и посмеялище."},{"id":"id25:26","kind":"paragraph","text":"Отец Павел, если припомнишь, гораздо был смешлив, и если случалося ему во время богослужения видеть что-либо смешное, то, забыв важность своего действия, начинал смеяться, как то случилося ему в Лейпциге, увидев одного из нас, а именно князя Трубецкого, поющего на крылосе, искривив лицо для высокого напева. Для сей-то причины он отправлял богослужение, большею частию зажмурившись."}],"toc":[{"id":"id27:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id26:0:1","label":"Александр Николаевич Радищев Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id25:0:1","label":"Часть первая Житие Федора Васильевича Ушакова","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id24:0:11","label":"Часть вторая Размышлении","page":11,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=11#reader-content"},{"id":"id23:0:11","label":"Разыскание следующих вопросов:","page":11,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=11#reader-content"},{"id":"id22:0:15","label":"О любви","page":15,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=15#reader-content"},{"id":"id21:0:16","label":"Письмы, касающиеся до первой книги Гельвециева сочинения «О разуме»","page":16,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=16#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":787523,"shortId":"1kB2bEBN","title":"Путешествие из Петербурга в Москву","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4693f67b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1kB2bEBN"},{"idCatalog":788163,"shortId":"0b02q4b7","title":"Недоросль","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/58927576-294d-102c-baaf-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0b02q4b7"},{"idCatalog":760218,"shortId":"0lzlq1bY","title":"Бедная Лиза","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/015e3fd2-0225-11e4-848e-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0lzlq1bY"},{"idCatalog":791672,"shortId":"2kanZXpS","title":"Письма русского путешественника","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/c2dc1c91-2e5f-102c-baaf-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2kanZXpS"},{"idCatalog":790712,"shortId":"1Hj2Ehwk","title":"Путешествие из Петербурга в Москву (сборник)","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a46ce57c-0553-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1Hj2Ehwk"},{"idCatalog":761936,"shortId":"4QposJQE","title":"Юлия","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/3498cdcf-6f5a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4QposJQE"},{"idCatalog":761101,"shortId":"4L4sgcr9","title":"Душенька","authorLine":"Ипполит Федорович Богданович","primaryAuthorId":"6b80c7e0-f855-102d-b528-b4a213751508","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/23680285-63ac-11e4-8e76-0025905a069a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4L4sgcr9"},{"idCatalog":764369,"shortId":"2wYvd0El","title":"Письмо к другу, жительствующему в Тобольске по долгу звания своего","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b0582e5e-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2wYvd0El"},{"idCatalog":764878,"shortId":"16f7sX1s","title":"Наставление дяди своему племяннику","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bfb269b9-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/16f7sX1s"},{"idCatalog":764346,"shortId":"1yOyrNds","title":"Каллисфен","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/aee4880a-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1yOyrNds"},{"idCatalog":762002,"shortId":"2U7B9JlM","title":"Евгений и Юлия","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/376dc7cb-6f5a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2U7B9JlM"},{"idCatalog":765724,"shortId":"3pV3u75G","title":"Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d4675d4b-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3pV3u75G"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":38,"totalPages":4,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}