Удобнее читать в приложении
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+
Описание
Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю.
Главный конфликт / проблема
Конфликт между стремлением Федора Ушакова к знаниям и свободе и жесткой властью, а также философский вопрос о справедливости наказания и природе любви
Ключевые идеи
- Стремление к образованию и самосовершенствованию как движущая сила жизни Ушакова.
- Критика авторитарной власти и несправедливости, проявляющаяся в конфликте с гофмейстером Боку.
- Влияние дружбы, честности и взаимной поддержки на личностное развитие и судьбу.
- Право наказания основано на естественной потребности человека защищать себя и общество.
- Права наказания принадлежат государству, которое может передавать их нижним властям.
- Смертная казнь неэффективна и не соразмерна преступлению.
- Любовь – природное чувство, которое может стать добродетелью или пороком.
- Письма отражают стремление автора к наставлению и анализу разума.
Вывод
Книга приводит к выводу о важности честности, дружбы и стремления к знаниям, а также о необходимости соразмерного наказания и осознанной любви.
Кому полезна
- историки
- философы
- студенты
- интересующиеся русской историей и философией
Главные темы
- Проблема власти и личной свободы
- Философские размышления о наказании и любви
Персонажи
- Федор Васильевич Ушаков — Стремится к знаниям, критически относится к власти, ценит дружбу и честность.
- Александр Радищев — Писатель-революционер, который записывает и анализирует жизнь Ушакова.
- Бокум — Авторитарный и жестокий руководитель, который лишает Ушакова и его товарищей свободы.
- Насакин — Поддерживает Ушакова в трудных моментах и участвует в конфликте с Боку.
- Гельвециев — Его работа служит объектом анализа автора.
- Автор — Обсуждает вопросы наказания, любви и разума, обращается к государю за наставлением.
- Государь — Обладает властью, к которой обращается автор за наставлением.
Цитаты
- Не мни, – вещал зрящий кончину своего шествия, томным хотя гласом, но мужественно, – не мни, что, возвещая мне смерть, востревожишь меня безвременно.
- Смертная казнь никогда долговременного не производит впечатления.
- Любовь есть чувство природою в нас впечатленное.
Сводка по автору из Wikidata
1749–1802. Александр Радищев. русский писатель, философ, поэт
Читать онлайн
Страница 6 из 19Опасаясь дальнейшего следствия, Бокум вышел из горницы. Писарь Бокумов, бывший тогда с нами, вообразив себе, что Насакин хочет господина его заколоть, ибо имел при себе шпагу, оторвал у него ее с бедры, за что он был наказан только тем, что М. Ушаков снял с него парик. Но причина, для коей Насакин имел при себе шпагу, была иная; он был в гостях и пришед не имел времени раздеться, и на сражение пришел со шляпою и шпагою; но Бокум в обвинении своем не пропустил сего обстоятельства и сказал, что мы, а паче Насакин, покушались на его жизнь и сей вынул уже шпагу из ножен до половины, но он нас, как ребят, разогнал и раскидал. Итак, в самой клевете, не забывал он хвастовства и никогда не признался, что Насакин возвратил пощечину с лихвою.
Но если бы вздумали располагать великость вины по оружию, которое кто имел, то никого не надлежало обвинить более других, как меня. Ибо у меня были в то время карманные пистолеты, заряженные с дробью, которые я, купив за день пред сим происшествием, зарядил и хотел идти испытать оных действие в определенном к тому месте, но, по счастию, меня тогда не обыскали. Из сего глупыя юности происшествия могло бы произойти, признаюся охотно, что-либо слезное и несмешное, если бы Бокум имел кого-либо при себе, опричь старого своего писаря; и если бы, вождаем мыслию, что мы умышляли убить его, стал бы на нас наступать. В жару исступления чего не могло бы случиться, но, к счастию, М. Ушаков двери запер, и на крик старого писаря никто войти не мог.
По совершении нашего приступа мы, почитая его правильным поступком, заявили о нем университетскому ректору. Возвратяся от него, души наши покойны не были. Мы чувствовали наш проступок, но чувствовали и тягость нашего положения, и на весах правосудия мы осуждены бы быть не могли. Но всякий судия есть человек, нередко вождается внешностию.
Я ныне еще трепещу, воспоминая о намерении нашем при сем происшествии. Мы рассуждали, что наш поступок, конечно, не одобрят, что Бокум расцветит его тусклыми красками клеветы, что, если посадил под стражу за маловажный поступок, может сделать над нами еще более, и мы возвращены будем в Россию для наказания, а более того на посмеяние; и для того многие из нас намерение положили оставить тайно Лейпциг, пробраться в Голландию или Англию, а оттуда, сыскав случай, ехать в Ост-Индию или Америку. Таковы могли быть следствия безрассудной строгости начальника и неопытной юности. Но Бокум предварил умышляемому нами побегу, и не прошло получаса, как он, испросив от тамошнего военного начальника солдат вооруженных, посадил нас под стражу каждого в своей комнате.
В сем тягчительном для нас положении мы прибегнули к российскому в Дрездене министру, описав ему случившееся во всей подробности; но письмо наше до него не дошло, как то мы после того узнали, ибо Бокум тамошнему правительству сказал ложно, что ему велено было все наши письма останавливать и не прежде отправлять в Россию, как он уведомлен будет о их содержании. Таким образом, ни министр нашего двора в Дрездене, ни в Петербурге не могли быть известны о истинном нашем положении, сколько мы о том ни писали. Когда же нашелся человек, нас довольно любящий, из сожаления единственно и на своем иждивении отправившийся в Россию для извещения, кого должно, о происшедшем с нами, то о всем было от министра нашего по представлениям Бокума предварено, и жалобе нашей не внято.
Но я могу тебе наскучить, мой любезный друг, рассказывая о том, что тебе столь же известно, как мне; и для того заключу повествование о сем неприятном тогда для нас происшествии, но, по истине сказать, преподавшем нам много нравоучения деятельно. Намерение мое было показать только то, сколь много ошибаются начальники в употреблении своей власти и коликой вред причиняют безвременною и безрассудною строгостию. Если бы мы исполнили наше намерение и ушли бы из Лейпцига, вообрази, колико горести навлекли бы мы нашим родителям, друзьям, да и всем сердцам, юность возлюбляющим. Если бы государство изгнанием добровольным десяти граждан ничего, казалося, не потеряло, но отечество потеряло бы, конечно, искренно любящих его сынов. Буде кто захочет на сие доказательства, то не дам никакого; но тебе только, мой друг, воспомяну о возвращении нашем в Россию. Воспомни нетерпение наше видеть себя паки на месте рождения нашего, воспомни о восторге нашем, когда мы узрели межу, Россию от Курляндии отделяющую. Если кто бесстрастный ничего иного в восторге не видит, как неумеренность или иногда дурачество, для того не хочу я марать бумаги; но если кто, понимая, что есть исступление, скажет, что не было в нас такового и что не могли бы мы тогда жертвовать и жизнию для пользы отечества, тот, скажу, не знает сердца человеческого. Признаюсь, и ты, мой любезный друг, в том же признаешься, что последовавшее по возвращении нашем жар сей в нас гораздо умерило. О вы, управляющие умами и волею народов властители, колико вы бываете часто кратковидцы и близоруки, коликократно упускаете вы случай на пользу общую, утушая заквас, воздымающий сердце юности. Единожды смирив его, нередко навеки соделаете калекою.
Под стражею содержимы были мы как государственные преступники или отчаянные убийцы. Не токмо отобраны были у нас шпаги, но рапиры, ножи, ножницы, перочинные ножички, и когда приносили нам кушанье, то оно было нарезано кусками, ибо не было при оном ни ножей, ни вилок. Окончины были заколочены, оставлено токмо одно малое отверстие на возобновление воздуха, часовой сидел у нас в предспальной комнате и мог видеть нас лежащих на постеле, ибо дверь в спальную нашу была вынута.
Невзирая на все предосторожности, чтобы воспретить нам между собою сообщение и чтобы мы не могли известить министра нашего о нашем положении, ибо сие и была причина строгого нашего содержания под стражею, мы написали письмо и подписали его все своеручно. Никого к нам не допускали, сидели мы по двое вместе, и потому странно покажется, что все могли подписать письмо. Способ мы к тому употребили особый, и да знают удручители, что не редко строгость их бывает осмеяна в самом том, в чем они усугубляют оную.
Дом, в котором мы жительствовали, был в два жилья и имел четыре отделения вверху и четыре внизу, в каждом отделении было по две комнаты, и мы жили по двое вместе. Шестеро из нас жили вверху и четверо внизу, прочие комнаты занимали учители наши. Письмо написано было Федором Васильевичем. Привязав его на длинную нитку, выпускали его за окно; способный ветр приносил его к отверстию другого окна, в которое оно было приемлемо, и по подписании тем же способом доставляли его в другую комнату; таким образом, мы умели на пользу нашу употребить самые силы естества. На почту относимы письма наши были одним из наших учителей, который из единого человеколюбия жертвовал всем своим тогдашним счастием и отправился в Россию для нашего защищения, взяв от нас на дорогу одни карманные часы, в чем состояло все тогдашнее наше богатство; но в предприятии своем не успел, как то я сказал уже прежде. Великодушный муж! Никто из нас не мог тебе за то воздать достойно, но ты живешь и пребудешь всегда в наших сердцах.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/1omDOve8","pageTitle":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений (Александр Николаевич Радищев) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Александр Николаевич Радищев","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 18 века","item":"https://bookra.app/genre/5306"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","item":"https://bookra.app/books/1omDOve8"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","name":"«Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#work","name":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","description":"Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 18 века","русская классика"],"sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-radischev/zhitie-fedora-vasilevicha-ushakova-s-priobscheniem-nek-172995/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719#person","name":"Александр Николаевич Радищев","url":"https://bookra.app/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D1%89%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q217470"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 18 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1omDOve8#edition","url":"https://bookra.app/books/1omDOve8","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-radischev/zhitie-fedora-vasilevicha-ushakova-s-priobscheniem-nek-172995/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/1omDOve8","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":791482,"shortId":"1omDOve8","title":"Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc38d05b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","annotationText":"Александр Радищев – русский литератор-революционер, по выражению Екатерины II, «бунтовщик хуже Пугачева», – писатель глубокий и смелый. За книгу «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева посадили в Петропавловскую крепость. Суд приговорил его к смертной казни, которую императрица заменила лишением чинов и дворянства и ссылкой в сибирский острог. Эта книга – редчайший по силе просветительский трактат, написанный в виде путевых очерков, где и точные наблюдения путешественника, и вдохновенные лирические отступления увлекают читателя к сопереживанию и соразмышлению: что есть Россия, что для нее благо и что зло. В книгу вошли наиболее значительные произведения А.Н.Радищева: «Житие Федора Васильевича Ушакова», «Дневник одной недели», «Бова» и другие.","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","authors":[{"id":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","displayName":"Александр Николаевич Радищев","protectedUrl":"/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D1%89%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q217470"}],"genres":[{"id":5306,"title":"литература 18 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5306"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1970-01-01"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"series","label":"Серия","value":"Русская классика"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Книга представляет собой биографию юного ученого Федора Васильевича Ушакова, описывая его стремление к знаниям, конфликт с властями и раннюю смерть, а также философские размышления автора о наказании, любви и разуме, выраженные в письмах к государю."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Конфликт между стремлением Федора Ушакова к знаниям и свободе и жесткой властью, а также философский вопрос о справедливости наказания и природе любви"},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Стремление к образованию и самосовершенствованию как движущая сила жизни Ушакова.","Критика авторитарной власти и несправедливости, проявляющаяся в конфликте с гофмейстером Боку.","Влияние дружбы, честности и взаимной поддержки на личностное развитие и судьбу.","Право наказания основано на естественной потребности человека защищать себя и общество.","Права наказания принадлежат государству, которое может передавать их нижним властям.","Смертная казнь неэффективна и не соразмерна преступлению.","Любовь – природное чувство, которое может стать добродетелью или пороком.","Письма отражают стремление автора к наставлению и анализу разума."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Книга приводит к выводу о важности честности, дружбы и стремления к знаниям, а также о необходимости соразмерного наказания и осознанной любви."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["историки","философы","студенты","интересующиеся русской историей и философией"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Проблема власти и личной свободы","Философские размышления о наказании и любви"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Федор Васильевич Ушаков — Стремится к знаниям, критически относится к власти, ценит дружбу и честность.","Александр Радищев — Писатель-революционер, который записывает и анализирует жизнь Ушакова.","Бокум — Авторитарный и жестокий руководитель, который лишает Ушакова и его товарищей свободы.","Насакин — Поддерживает Ушакова в трудных моментах и участвует в конфликте с Боку.","Гельвециев — Его работа служит объектом анализа автора.","Автор — Обсуждает вопросы наказания, любви и разума, обращается к государю за наставлением.","Государь — Обладает властью, к которой обращается автор за наставлением."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Не мни, – вещал зрящий кончину своего шествия, томным хотя гласом, но мужественно, – не мни, что, возвещая мне смерть, востревожишь меня безвременно.","Смертная казнь никогда долговременного не производит впечатления.","Любовь есть чувство природою в нас впечатленное."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1749–1802. Александр Радищев. русский писатель, философ, поэт"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_791482","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_791482","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_791482","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_791482","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_791482","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_791482"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_791482","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_791482","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_791482","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_791482"},"guestReaderUrl":"/books/1omDOve8?page=6#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","readersCount":115,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2007","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":6,"totalPages":19,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/1omDOve8?page=5#reader-content","nextPageUrl":"/books/1omDOve8?page=7#reader-content","progressLabel":"Страница 6 из 19","sections":[{"id":"id25:52","kind":"paragraph","text":"Опасаясь дальнейшего следствия, Бокум вышел из горницы. Писарь Бокумов, бывший тогда с нами, вообразив себе, что Насакин хочет господина его заколоть, ибо имел при себе шпагу, оторвал у него ее с бедры, за что он был наказан только тем, что М. Ушаков снял с него парик. Но причина, для коей Насакин имел при себе шпагу, была иная; он был в гостях и пришед не имел времени раздеться, и на сражение пришел со шляпою и шпагою; но Бокум в обвинении своем не пропустил сего обстоятельства и сказал, что мы, а паче Насакин, покушались на его жизнь и сей вынул уже шпагу из ножен до половины, но он нас, как ребят, разогнал и раскидал. Итак, в самой клевете, не забывал он хвастовства и никогда не признался, что Насакин возвратил пощечину с лихвою."},{"id":"id25:53","kind":"paragraph","text":"Но если бы вздумали располагать великость вины по оружию, которое кто имел, то никого не надлежало обвинить более других, как меня. Ибо у меня были в то время карманные пистолеты, заряженные с дробью, которые я, купив за день пред сим происшествием, зарядил и хотел идти испытать оных действие в определенном к тому месте, но, по счастию, меня тогда не обыскали. Из сего глупыя юности происшествия могло бы произойти, признаюся охотно, что-либо слезное и несмешное, если бы Бокум имел кого-либо при себе, опричь старого своего писаря; и если бы, вождаем мыслию, что мы умышляли убить его, стал бы на нас наступать. В жару исступления чего не могло бы случиться, но, к счастию, М. Ушаков двери запер, и на крик старого писаря никто войти не мог."},{"id":"id25:54","kind":"paragraph","text":"По совершении нашего приступа мы, почитая его правильным поступком, заявили о нем университетскому ректору. Возвратяся от него, души наши покойны не были. Мы чувствовали наш проступок, но чувствовали и тягость нашего положения, и на весах правосудия мы осуждены бы быть не могли. Но всякий судия есть человек, нередко вождается внешностию."},{"id":"id25:55","kind":"paragraph","text":"Я ныне еще трепещу, воспоминая о намерении нашем при сем происшествии. Мы рассуждали, что наш поступок, конечно, не одобрят, что Бокум расцветит его тусклыми красками клеветы, что, если посадил под стражу за маловажный поступок, может сделать над нами еще более, и мы возвращены будем в Россию для наказания, а более того на посмеяние; и для того многие из нас намерение положили оставить тайно Лейпциг, пробраться в Голландию или Англию, а оттуда, сыскав случай, ехать в Ост-Индию или Америку. Таковы могли быть следствия безрассудной строгости начальника и неопытной юности. Но Бокум предварил умышляемому нами побегу, и не прошло получаса, как он, испросив от тамошнего военного начальника солдат вооруженных, посадил нас под стражу каждого в своей комнате."},{"id":"id25:56","kind":"paragraph","text":"В сем тягчительном для нас положении мы прибегнули к российскому в Дрездене министру, описав ему случившееся во всей подробности; но письмо наше до него не дошло, как то мы после того узнали, ибо Бокум тамошнему правительству сказал ложно, что ему велено было все наши письма останавливать и не прежде отправлять в Россию, как он уведомлен будет о их содержании. Таким образом, ни министр нашего двора в Дрездене, ни в Петербурге не могли быть известны о истинном нашем положении, сколько мы о том ни писали. Когда же нашелся человек, нас довольно любящий, из сожаления единственно и на своем иждивении отправившийся в Россию для извещения, кого должно, о происшедшем с нами, то о всем было от министра нашего по представлениям Бокума предварено, и жалобе нашей не внято."},{"id":"id25:57","kind":"paragraph","text":"Но я могу тебе наскучить, мой любезный друг, рассказывая о том, что тебе столь же известно, как мне; и для того заключу повествование о сем неприятном тогда для нас происшествии, но, по истине сказать, преподавшем нам много нравоучения деятельно. Намерение мое было показать только то, сколь много ошибаются начальники в употреблении своей власти и коликой вред причиняют безвременною и безрассудною строгостию. Если бы мы исполнили наше намерение и ушли бы из Лейпцига, вообрази, колико горести навлекли бы мы нашим родителям, друзьям, да и всем сердцам, юность возлюбляющим. Если бы государство изгнанием добровольным десяти граждан ничего, казалося, не потеряло, но отечество потеряло бы, конечно, искренно любящих его сынов. Буде кто захочет на сие доказательства, то не дам никакого; но тебе только, мой друг, воспомяну о возвращении нашем в Россию. Воспомни нетерпение наше видеть себя паки на месте рождения нашего, воспомни о восторге нашем, когда мы узрели межу, Россию от Курляндии отделяющую. Если кто бесстрастный ничего иного в восторге не видит, как неумеренность или иногда дурачество, для того не хочу я марать бумаги; но если кто, понимая, что есть исступление, скажет, что не было в нас такового и что не могли бы мы тогда жертвовать и жизнию для пользы отечества, тот, скажу, не знает сердца человеческого. Признаюсь, и ты, мой любезный друг, в том же признаешься, что последовавшее по возвращении нашем жар сей в нас гораздо умерило. О вы, управляющие умами и волею народов властители, колико вы бываете часто кратковидцы и близоруки, коликократно упускаете вы случай на пользу общую, утушая заквас, воздымающий сердце юности. Единожды смирив его, нередко навеки соделаете калекою."},{"id":"id25:58","kind":"paragraph","text":"Под стражею содержимы были мы как государственные преступники или отчаянные убийцы. Не токмо отобраны были у нас шпаги, но рапиры, ножи, ножницы, перочинные ножички, и когда приносили нам кушанье, то оно было нарезано кусками, ибо не было при оном ни ножей, ни вилок. Окончины были заколочены, оставлено токмо одно малое отверстие на возобновление воздуха, часовой сидел у нас в предспальной комнате и мог видеть нас лежащих на постеле, ибо дверь в спальную нашу была вынута."},{"id":"id25:59","kind":"paragraph","text":"Невзирая на все предосторожности, чтобы воспретить нам между собою сообщение и чтобы мы не могли известить министра нашего о нашем положении, ибо сие и была причина строгого нашего содержания под стражею, мы написали письмо и подписали его все своеручно. Никого к нам не допускали, сидели мы по двое вместе, и потому странно покажется, что все могли подписать письмо. Способ мы к тому употребили особый, и да знают удручители, что не редко строгость их бывает осмеяна в самом том, в чем они усугубляют оную."},{"id":"id25:60","kind":"paragraph","text":"Дом, в котором мы жительствовали, был в два жилья и имел четыре отделения вверху и четыре внизу, в каждом отделении было по две комнаты, и мы жили по двое вместе. Шестеро из нас жили вверху и четверо внизу, прочие комнаты занимали учители наши. Письмо написано было Федором Васильевичем. Привязав его на длинную нитку, выпускали его за окно; способный ветр приносил его к отверстию другого окна, в которое оно было приемлемо, и по подписании тем же способом доставляли его в другую комнату; таким образом, мы умели на пользу нашу употребить самые силы естества. На почту относимы письма наши были одним из наших учителей, который из единого человеколюбия жертвовал всем своим тогдашним счастием и отправился в Россию для нашего защищения, взяв от нас на дорогу одни карманные часы, в чем состояло все тогдашнее наше богатство; но в предприятии своем не успел, как то я сказал уже прежде. Великодушный муж! Никто из нас не мог тебе за то воздать достойно, но ты живешь и пребудешь всегда в наших сердцах."}],"toc":[{"id":"id27:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id26:0:1","label":"Александр Николаевич Радищев Житие Федора Васильевича Ушакова с приобщением некоторых его сочинений","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id25:0:1","label":"Часть первая Житие Федора Васильевича Ушакова","page":1,"pageUrl":"/books/1omDOve8#reader-content"},{"id":"id24:0:11","label":"Часть вторая Размышлении","page":11,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=11#reader-content"},{"id":"id23:0:11","label":"Разыскание следующих вопросов:","page":11,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=11#reader-content"},{"id":"id22:0:15","label":"О любви","page":15,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=15#reader-content"},{"id":"id21:0:16","label":"Письмы, касающиеся до первой книги Гельвециева сочинения «О разуме»","page":16,"pageUrl":"/books/1omDOve8?page=16#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":787523,"shortId":"1kB2bEBN","title":"Путешествие из Петербурга в Москву","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4693f67b-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1kB2bEBN"},{"idCatalog":788163,"shortId":"0b02q4b7","title":"Недоросль","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/58927576-294d-102c-baaf-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0b02q4b7"},{"idCatalog":760218,"shortId":"0lzlq1bY","title":"Бедная Лиза","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/015e3fd2-0225-11e4-848e-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0lzlq1bY"},{"idCatalog":791672,"shortId":"2kanZXpS","title":"Письма русского путешественника","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/c2dc1c91-2e5f-102c-baaf-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2kanZXpS"},{"idCatalog":790712,"shortId":"1Hj2Ehwk","title":"Путешествие из Петербурга в Москву (сборник)","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a46ce57c-0553-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1Hj2Ehwk"},{"idCatalog":761936,"shortId":"4QposJQE","title":"Юлия","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/3498cdcf-6f5a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4QposJQE"},{"idCatalog":761101,"shortId":"4L4sgcr9","title":"Душенька","authorLine":"Ипполит Федорович Богданович","primaryAuthorId":"6b80c7e0-f855-102d-b528-b4a213751508","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/23680285-63ac-11e4-8e76-0025905a069a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4L4sgcr9"},{"idCatalog":764369,"shortId":"2wYvd0El","title":"Письмо к другу, жительствующему в Тобольске по долгу звания своего","authorLine":"Александр Николаевич Радищев","primaryAuthorId":"4bc5e3c7-c66d-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b0582e5e-0550-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2wYvd0El"},{"idCatalog":764878,"shortId":"16f7sX1s","title":"Наставление дяди своему племяннику","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bfb269b9-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/16f7sX1s"},{"idCatalog":764346,"shortId":"1yOyrNds","title":"Каллисфен","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/aee4880a-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1yOyrNds"},{"idCatalog":762002,"shortId":"2U7B9JlM","title":"Евгений и Юлия","authorLine":"Николай Михайлович Карамзин","primaryAuthorId":"bb1ab480-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/376dc7cb-6f5a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2U7B9JlM"},{"idCatalog":765724,"shortId":"3pV3u75G","title":"Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях","authorLine":"Денис Иванович Фонвизин","primaryAuthorId":"b43679df-d47f-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d4675d4b-5295-11e2-956c-002590591ea6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3pV3u75G"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":38,"totalPages":4,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}