Читать бесплатно онлайн

Браво, или В Венеции

Автор Джеймс Фенимор Купер

0+1 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза исторические приключения

Темы

ВенецияроманприключенияполитикалюбовьисторияКуперФенимор19 вектриада

Описание

Роман о политической интриге, личных стремлениях и борьбе за свободу в Венеции, где герои сталкиваются с аристократической властью и пытаются изменить свою судьбу.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными желаниями и требованиями аристократической власти, а также борьба за свободу и справедливость в условиях олигархического правления.

Ключевые идеи

Критика олигархического правления и политической коррупции в Венеции.
Моральная двойственность и противоречивость персонажа Якопо Фронтони.
Сочетание любовной интриги, приключений и политического подтекста.
Венецианские законы ограничивают личные отношения и браки с иностранцами.
Личная свобода и государственные интересы находятся в постоянном конфликте.
Духовные наставления и политические манёвры переплетаются в жизни наследницы.
Празднование триумфа объединяет общество, но подчёркивает социальные различия.
Гонки на гондолах демонстрируют мастерство и возможность переворота статуса.
Справедливость и равенство в Венеции
Конфликт между простыми гражданами и высшим сословием
Роль тайных органов власти
Личные желания против политической власти

Вывод

Книга приводит к выводу, что даже в республике власть остаётся в руках аристократии, и индивидуумы вынуждены лавировать между личными стремлениями и политическими интригами, чтобы добиться справедливости и свободы.

Кому полезна

Читатели исторической и политической прозы
Любители приключенческих и интригующих романов
Те, кто интересуется историей Венеции и её политической системой
Писатели и исследователи, изучающие влияние власти на личную судьбу

Главные темы

Политическая критика олигархии
Личная свобода и долги
Тайные интриги и заговоры
Социальные различия и празднества
Борьба за справедливость

Персонажи

Jakopo Frontini — Мрачный и загадочный, символизирует моральную двойственность и противоречивость. Виновен в убийствах и контрабанде, но стремится доказать свою правду и спасти отца. Маскированный гондольер, известный как Карло (Браво) и Якопо.
Don Camillo Montforte — Благородный дворянин, представитель традиционной аристократии, но с открытым взглядом на политические проблемы. Благородный, но опрометчивый, стремится помочь Виолетте, но его действия могут привести к преследованию.
Violate — Молодая, умная и стремящаяся к независимости, но ограниченная законами и ожиданиями общества. Центральный объект интриг, её судьба находится под угрозой из‑за сената.
Donna Florinda — Мудрая и строгая, подчёркивает важность долга и преданности государству. Обеспечивает эмоциональную поддержку и участвует в обсуждении приговора. Обеспечивает безопасность для себя и своей наставницы.
Antonio — Просит свободу для сына, но позже участвует в гонке и выигрывает. Старый рыбак, который отказывается от награды, требуя вернуть своего внука, и выражает глубокую скорбь из‑за потери сына. Был известен своей смелостью и участием в регате; его смерть стала катализатором народного возмущения.
Doge — Он выступает как символ власти, принимает решения и проводит церемонию. Предлагает Антонио золотую цепь, но не принимает отказ и пытается убедить его принять приз. Пытается успокоить толпу и контролировать ситуацию, но сталкивается с требованиями «Правосудия».
Council of Three — Три аристократа, которые рассматривают дело Антонио и его просьбу о возвращении внука. Решает судьбу обвиняемых, манипулирует фактами.
Karamelit — Предоставляет наставления о благодарности и долге. Бледный и обеспокоенный, он сообщает о тяжёлой болезни и о том, что сенат пытается контролировать судьбу Виолетты. Сострадательный и мудрый, пытается смягчить конфликт.
Senator Gradeni — Размышляет над юридическими ограничениями и возможными последствиями.
Jino — Верный слуга, но внутренне сомневающийся, сталкивается с политическими интригами.
Anina — Смышленая и осторожная, но готова помочь. Пытается убедить Донный Камилло в своей правоте, но сталкивается с его решимостью.
Dželsonima — Беспокоится о судьбе Карло и его отца, но не всегда понимает его мотивацию. Помогает женщинам скрыться, предоставляя ключи и информацию.

Цитаты

"Браво” в высшей степени занимательный роман, в котором есть и любовная интрига, и приключения, и тайны, и интересные картины быта и нравов Венеции…
"Коварная, мрачная кинжальная политика венецианской аристократии"
Венеция есть закон, который запрещает родниться с иностранцами тем, кому дороги ее интересы.
Благодарность твоему спасителю — твоя святая обязанность.
Справедливости и милосердия не всегда идут рука об руку.
Антонио, рыбак с лагун, под покровительством святого Антония Чудотворца, получает золотую награду.
Наша прославленная республика гордится тем, что не ущемляет ничьих прав
Ты не должен так думать
— Он уехал! — воскликнула девушка, чей разум, несмотря на смущение, сохранил свою остроту.
— Я даю его тебе, Камилло.

Сводка по автору из Wikidata

1789–1851. James Fenimore Cooper. американский писатель (1789—1851)

Читать онлайн

Страница 109 из 110

Джельсомина высвободилась из объятий возлюбленного, которому, несмотря на его оковы, эта потеря показалась едва ли не тяжелее расставания с жизнью. Теперь борьба в душе Якопо, очевидно, стихла. Он покорно склонил голову на плаху, перед которой стоял на коленях, и по его светлому взгляду можно было догадаться, что он молился о той, что только сейчас покинула его.

Но Джельсомина и не думала сдаваться. Откинув волосы со своего чистого лба, она подошла к рыбакам, которых узнала по босым ногам и красным шапочкам. На лице ее блуждала улыбка, какую можно вообразить лишь у святых, познавших неземную любовь.

— Венецианцы! — крикнула она. — Я не виню вас! Вы пришли сюда, чтобы видеть смерть того, кто, как вам кажется, не достоин жить…

— Это убийца старика Антонио! — откликнулись из толпы.

— А, вы считаете его убийцей этого почтенного человека! Но, когда вы услышите правду, когда наконец узнаете, что тот, кого считали убийцей, был благочестивым сыном, преданным слугой республики, скромным гондольером с чутким сердцем, когда вы узнаете всю правду, то потребуете справедливости вместо кровавой расправы!

Тихий, дрожащий голос девушки, который можно было услышать лишь при глубокой тишине, тонул в ропоте толпы. Подошедший кармелит поднял руку, призывая к молчанию.

— Слушайте ее, люди лагун! — крикнул он. — Она говорит святую правду!

— Этот благочестивый монах и небеса мне свидетели! Когда вы узнаете Карло и услышите его рассказ, вы первые будете требовать его освобождения! Я говорю вам это, чтобы вы не гневались и не думали, что с вами обошлись несправедливо, когда дож появится вон в том окне и подаст знак помиловать Карло. Бедный Карло…

— Эта девушка бредит! — мрачно прервали ее рыбаки. — Здесь нет никакого Карло, есть только Якопо Фронтони, наемный убийца!

Джельсомина улыбнулась, уверенная в своей правоте, и, поборов волнение, продолжала:

— Карло или Якопо, Якопо или Карло — не все ли равно?

— Смотрите! Из дворца подают знак! — крикнул кармелит, протянув руки в сторону дворца, словно принимая щедрый дар.

В эту секунду раздался звук трубы, и по толпе снова прокатился ропот. Радостный крик вырвался из груди Джельсомины, она обернулась, чтобы кинуться к освобожденному. Перед ее глазами блеснул топор, и голова Якопо покатилась по камням, словно навстречу девушке. Толпа зашевелилась, зрелище кончилось.

Далматинцы построились в колонну, отряд, приведший Якопо, растолкал толпу, плиты площади полили водой из залива, подмели опилки, пропитанные кровью; голова Якопо, его тело, помост, плаха — все исчезло, и страшное место вновь заполнила беспечная толпа венецианцев.

Ни отец Ансельмо, ни Джельсомина не шелохнулись во время этой краткой сцены. Все было кончено, и тем не менее происшедшее казалось кошмарным сном.

— Уведите эту безумную! — приказал офицер полиции, кивнув в сторону Джельсомины.

Ему подчинились с готовностью, присущей венецианцам; и, когда полицейские уводили девушку с площади, стало ясно, что слова офицера оказались пророческими.

Кармелит тяжело дышал. С ужасом смотрел он на снующую толпу, на окна дворца и на солнце, так ослепительно сиявшее с небес.

— Вас сомнет толпа! — шепнул вдруг чей-то голос рядом с ним. — Лучше пойдемте со мной, святой отец.

Монах был слишком подавлен, чтобы противиться. Глухими проулками неизвестный вывел его к набережной, где оба сели в гондолу, мгновенно направившуюся в открытое море. И еще прежде, чем настал полдень, потрясенный до глубины души монах уже плыл к владениям римской церкви и вскоре очутился в замке святой Агаты.

В обычный час солнце скрылось за тирольскими вершинами, над Лидо повисла луна. Узкие улицы вновь выплеснули тысячи горожан на площади Венеции. Тусклый свет косо падал на причудливые здания и головокружительную Кампаниллу, заливая город на островах призрачным сиянием.

Портики осветились, и вновь беспечный радовался, забавлялся равнодушный, некто в маске шел к одному лишь ему ведомой цели, а певицы и шуты выступали в своих обычных ролях; и весь город вновь отдался бессмысленному веселью, которое отличает развлечения бездумных и праздных. Каждый жил лишь для себя, а правительство Венеции продолжало свое ужасное дело, развращая и властителей и подданных, попирая священные принципы правды и справедливости.