- Все мы совершаем в жизни ошибки, о которых потом сожалеем, - заметил я, отыскивая в кармане сигарету. Прикуривая от зажигалки, я видел, что она, приподняв голову, смотрит на меня широко открытыми глазами.

- С Жаком что-нибудь случилось? Ты был там?

- Он убит. Его застрелили.

- Убит? - Из ее груди вырвался стон. - О, Лу! Он обращался со мной жестоко и подло, но в нем было что-то...

Не закончив фразы, она умолкла.

- Это, конечно, Бриджетт! - сказала она через минуту.

- Я не уверен.

Внезапно Марго села.

- Я не сомневаюсь, что это сделала Бриджетт. Ведь она пыталась убить его, разве не так? - Спустив ноги с кушетки, Марго продолжала: - Она убила его! Но ничего, безнаказанно ей это не пройдет! Отец добьется правды!

- Предположим, добьется, а что дальше?

В темноте я почувствовал на себе ее пристальный взгляд.

- Как что? Он выкинет ее из дома!

- Я полагал, ты не станешь впутывать в это дело полицию, - спокойно заметил я.

- Конечно, нет, полиция ничего не будет знать. Отец просто вышвырнет ее вон.

В окно я увидел, как к бунгало на большой скорости приближался автомобиль, на крыше которого мигала красно-синяя сигнальная лампа.

- Не думаю, что полицейские останутся в стороне, - сказал я, поднимаясь. - Через минуту они будут здесь. - Я вышел в холл и сунул оба револьвера - свой и миссис Криди - в ящик тумбочки.

Глава тринадцатая

Машина остановилась перед домом, и из нее вылез Ренкин в сопровождении сержанта Кенди.

Я вышел навстречу.

- Мне надо поговорить с вами, - сказал Ренкин. - Пойдемте в бунгало.

- Обернитесь, лейтенант, - негромко произнес я, и вы, возможно, передумаете.

Ренкин посмотрел на "кадиллак" и на стоявший рядом "бьюик".

- Ну и что? - спросил он.

- Вы, конечно, знаете, кто владелец "кадиллака". Если вас не интересует капитанское звание, входите. Но тогда - я это гарантирую - вам не видать повышения, как своих ушей.

- Хорошо. Мы побеседуем по пути к Трисби.

- К Трисби вы поедете один, лейтенант, мне там нечего делать, ответил я. - У меня хватает хлопот и с владельцем "кадиллака".

- Вы поедете или мы повезем вас силой? - неожиданно нетерпеливым и угрожающим голосом спросил Ренкин.

Приблизившись к нам, Кенди многозначительно сунул руку в карман пиджака.

- Хорошо, коль вы настаиваете, - счел за лучшее согласиться я. - Но что вам нужно?

- Хватит морочить нам голову, - раздраженно сказал Ренкин. - Вы только что вернулись от Трисби.

- Попробуйте доказать это, - сказал я, садясь в полицейский автомобиль.

Я посмотрел на бунгало; Марго не подавала никаких признаков, что находится там.

- Дайте мне револьвер, - потребовал Ренкин.

- У меня его нет.

- Где он?

- В бунгало.

- Поехали обратно, - приказал водителю лейтенант.

Машина развернулась. Преследуемый Кенди по пятам, я вошел в дом. Я старался загородить тумбочку от сержанта, но тот, оттолкнув меня, выдвинул ящик и извлек револьвер. Это был принадлежащий мне револьвер тридцать восьмого калибра.

- Он? - спросил сержант.

- Да.

Я удивленно посмотрел в ящик: револьвер Бриджетт бесследно исчез.

Кенди заглянул в ствол и обнюхал его. Потом положил в карман.

- Кто оставил здесь "кадиллак"?

- Спроси об этом у лейтенанта, - буркнул я в ответ. - Зачем я вам понадобился?

- Не представляйся дурачком. Мы видели, как ты вышел от Трисби.

- Почему же меня не арестовали сразу?

- Не было ордера на арест.

- Кто подписал ордер?

- Капитан.

- Холдинг знает об этом?

Кенди пошевелил языком, перемещая во рту жевательную резинку.

- Забудь о Холдинге, ситуация в городе изменилась.

Когда мы подошли к машине, Ренкин спросил:

- Нашли?

- Да, - ответил Кенди, протягивая револьвер.

- Вы обвиняете меня в убийстве Трисби и его слуги?

- Я никого ни в чем не обвиняю, - ответил Ренкин устало. - Мне приказано доставить вас, и я выполняю распоряжение.

- Но ведь Холдинг...

- О нем вы узнаете в свое время, а сейчас заткнитесь.

Больше за дорогу не было произнесено ни слова.

Пользуясь тем, что никто не мешал думать, я еще раз сделал обзор всех происшествий, невольным участником которых мне довелось стать в Сан-Рафеле. Когда человек внимательно анализирует минувшие дела и события, ему зачастую удается обнаружить связующее звено между, казалось бы, разрозненными фактами. Так случилось и со мной. Неожиданно я почувствовал, что держу в руках ключ ко всем хитросплетениям.

Я не успел по-настоящему восхититься своей сообразительностью, так как вскоре мы подъехали к "Белой даче".

Ренкин и я вышли из автомобиля.

- Поезжай обратно в бунгало, - сказал лейтенант своему помощнику. Обыщи дом, все, что найдешь, привези сюда. Отправляйся.

Кенди коснулся плеча водителя, и через минуту машина скрылась из вида.

- Думаете, она успела уехать? - спросил у меня Ренкин.

- Конечно. Что случилось с Холдингом?

- Сук, на котором вы сидели, Брэндон, с треском обломился. Кенди договорился с судьей Гаррисоном, и Холдинг снова поддерживает администрацию. В городе больше нет оппозиции.

Слова полицейского были для меня полной неожиданностью.

- Поторопитесь, - сказал Ренкин, - капитан не любит, когда его заставляют ждать. Вас предупреждали, чтобы вы не совались в это дело, теперь пеняйте на себя.

- Но Холдинг дал мне добро на продолжение расследования.

- Вы разве не видели, что это за тип?

Когда мы поднялись на веранду, по ней взад и вперед расхаживали трое полицейских. В ярко освещенной гостиной с сосредоточенным видом сновал фотограф и работали специалисты по отпечаткам пальцев.

- Капитан здесь? - спросил Ренкин у одного из них.

- Наверху.

Поднявшись по лестнице, мы оказались в спальне, где поперек кровати по-прежнему лежало тело Трисби. У окна виднелась массивная фигура Кетчена. Два человека в штатском рылись в многочисленных ящиках.

Капитан стоял к нам спиной, глядя в окно. Он курил сигару, и дым полз по комнате серыми облачками, распространяя неприятный сильный запах.

Минуты две тянулось томительное молчание.

- Где его револьвер? - не оборачиваясь, сказал Кетчен.

Все было рассчитано на то, чтобы вывести меня из душевного равновесия, расслабить волю. Это был старый полицейский прием, много раз испытанный на простофилях.

Ренкин отошел от двери, и его место сразу занял другой инспектор - на случай, если я попытаюсь удрать.

- Наручники на нем?

- Нет, капитан. - Лицо Ренкина напряглось.

- Почему нет? - прорычал Кетчен. Его хриплый, полный ненависти голос мог вызвать содрогание у кого угодно.

- Я не думал, что в этом есть необходимость.

- Тебе платят не за то, чтобы думать. Немедленно надеть!

Ренкин извлек из кармана наручники и подошел ко мне. Я протянул руки, и стальные кольца с лязгом сомкнулись.

- Приказание выполнено, капитан, - сказал он, отходя прочь.

Кетчен медленно повернулся. Его жестокое лицо было багрово-темным от застоявшейся крови. Глаза - маленькие и беспокойные, как у бродячего слона, - смотрели с яростью.

- Ты думал, что тебе все так и сойдет? Что тебя защитит Холдинг? Не вышло! Сейчас ты будешь горько раскаиваться в своей ошибке!

Он приближался ко мне. В его глазах прыгали безумные красные искорки.

- Я знал, что повстречаюсь с тобой еще раз, - продолжал он. - Но будь проклят, если я рассчитывал когда-нибудь изловить тебя на двойном убийстве.

Страница 38 из 43

Назад 1…37 38 39…43 Далее