Загрузка...
Софист — обложка книги
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияИстория политических и правовых учений, 1
Возрастное ограничение16+

Описание

В диалоге Платона «Софист» обсуждается природа софистов как торговцев знаниями, их роль в обществе, а также философские вопросы о бытии и небытии, что приводит к критике софистической риторики и классификации искусств.

Главный конфликт / проблема

Критика софистической риторики и вопрос о том, как софисты используют искусство речи для обмана и торговли знаниями

Ключевые идеи

  • Софист – платный ритор, торговец знаниями и убеждением.
  • Искусства классифицируются как творческие, приобретательные, подчинительные, охотничьи, торговые; софисты относятся к приобретательному искусству.
  • Бытие – единство, неделимое, может проявляться как единственное и множественное.
  • Небытие – отсутствие существования, невозможно выразить словами без противоречий.
  • Бытие и небытие существуют в той же мере, небытие является иным, но не противоположным бытию.
  • Речь формируется из сочетания имени и глагола; истинная и ложная речь различаются по содержанию.
  • Мышление – внутренняя беседа души, предшествующая речи.
  • Софист – подражатель, опирающийся на мнение, создающий ложные речи.
  • Искусство делится на творческое (божественное/человеческое) и изобразительное (образ/призрак).

Вывод

Платон приходит к выводу, что софисты являются искусниками подражания, их роль в обществе критична, а философия должна стремиться к истинной речи и пониманию бытия

Кому полезна

  • Студенты философии
  • Люди, интересующиеся риторикой
  • Педагоги и преподаватели древнегреческой философии

Главные темы

  • Определение софиста как торговца знаниями
  • Бытие и небытие в философии Парменида
  • Натура речи и мышления
  • Классификация искусств и роль софиста

Персонажи

  • Сократ — Сократ выступает как критический исследователь, который пытается выяснить сущность софистов и понять философские вопросы о бытии.
  • Феодор — Феодор участвует в обсуждении софистов и помогает уточнить их роль в обществе.
  • Теэтет — Теэтет участвует в обсуждении софистов и помогает уточнить классификацию искусств.
  • Чужеземец из Элеи — Чужеземец объясняет, как софисты используют риторику и торговлю знаниями, и участвует в обсуждении бытия и небытия.

Цитаты

  • «Софист – платный охотник за молодыми и богатыми людьми, торговец знаниями и убеждением».
  • «Бытие – единство, неделимое, но при этом может проявляться как единственное и множественное».
  • «Небытие, таким образом, необходимо имеется как в движении, так и во всех родах».
  • «Истинная речь высказывает о тебе существующее, как оно есть».
  • «Софист принадлежит к одному из этих двух (искусств), мы уже признали раньше».

Сводка по автору из Wikidata

-042–-034. Πλάτων. древнегреческий философ

Читать онлайн

Страница 1 из 19

Annotation

«Софист», как и «Парменид», — диалоги, в которых Платон раскрывает сущность своей философии, тему идеи. Ощутимо меняется само изложение Платоном своей мысли. На место мифа с его образной многозначительностью приходит терминологически отточенное и строго понятийное изложение. Неизменным остается тот интеллектуальный каркас платонизма, обозначенный уже и в «Пире», и в «Федре». Неизменна и проблематика, лежащая в поле зрения Платона, ее можно ощутить в самих названиях диалогов «Софист» и «Парменид» — в них, конечно, ухвачено самое главное из идейных течений доплатоновской философии, питающих платонизм, и сделавших платоновский синтез таким четким как бы упругим и выпуклым. И софисты в их пафосе «всеразъедающего» мышления в теме отношения, поглощающего и растворяющего бытие, и Парменид в его теме бытия, отрицающего отношение, — в высшем смысле слова характерны и цельны.

Платон

Платон Софист

Феодор, Сократ, Чужеземец из Элеи, Теэтет

Феодор. Согласно с вчерашним договором, Сократ, мы и сами пришли, как и следовало, да вот и некоего чужеземца из Элей родом с собою ведем, друга последователей Парменида и Зенона, истинного философа.

Сократ. Уж не ведешь ли ты, Феодор, сам того не зная, не чужеземца, но некоего бога, по слову Гомера который рассказывает, что боги, а особенно бог покровитель чужеземцев, бывают вожатыми у тех, кто имеет правую совесть, чтобы наблюдать как своеволие, так и законные действия людей? Так вот, может быть, это и за тобою следует кто-то из всемогущих богов, некий бог-обличитель, чтобы наблюдать и обличать нас, людей, неискусных в речах.

Феодор. Не таков нравом, Сократ, этот чужеземец, он скромнее тех, кто занимается спорами, и представляется мне вовсе не богом, но скорее человеком божественным: ведь так я называю всех философов.

Сократ. Прекрасно, мой друг. На самом деле, по-видимому, различать этот род немногим, так сказать, легче, чем род богов, ибо люди эти «обходят города», причем другим, по невежеству, кем только они ни кажутся: не мнимые, но истинные философы, свысока взирающие на жизнь людей, они одним представляются ничтожными, другим — исполненными достоинства; при этом их воображают то политиками, то софистами, а есть и такие, которые мнят их чуть ли не вовсе сумасшедшими. Поэтому я охотно порасспросил бы у нашего гостя, если это ему угодно, кем считали и как называли этих людей обитатели его мест.

Феодор. Кого же именно?

Сократ. Софиста, политика, философа.

Феодор. В чем же более всего состоит твое недоумение и как ты замыслил о том расспросить?

Сократ. Вот в чем: считали ли те все это чем-то одним, двумя или же, различая, согласно трем названиям, три рода, они к каждому из этих названий относили и отдельный род?

Феодор. По моему мнению, он не откажет рассмотреть это; не так ли, чужеземец?

Чужеземец. Это так: вам, Феодор, нет отказа, да и сказать-то не трудно, что они признают три рода, однако дать каждому из них ясное определение, что именно он такое, дело немалое и нелегкое.

Феодор. Воистину, Сократ, по счастливой случайности ты как раз затронул вопросы, близкие тому, о чем мы расспрашивали его, прежде чем сюда прийти. А он и тогда отвечал нам то же, что теперь тебе: он говорит, что об этих-то вещах наслушался достаточно и твердо их помнит.

Сократ. Так, чужеземец, не откажи нам в первом одолжении, о котором мы тебя просим. Скажи-ка нам вот что: как ты привык — сам в длинной речи исследовать то, что желаешь кому-нибудь показать, или путем вопросов, как это, например, делал в своих великолепных рассуждениях Парменид, чему я был свидетель, когда был молодым, а тот уже преклонным старцем?

Чужеземец. С тем, Сократ, кто беседует мирно, не раздражаясь, легче рассуждать, спрашивая его, в противном же случае лучше делать это самому.

Сократ. Так ты можешь выбрать себе в собеседники из присутствующих кого пожелаешь: все будут внимать тебе спокойно. Но если ты послушаешься моего совета, то выберешь кого-нибудь из молодых, например вот этого Теэтета или же кого-то из остальных, если кто тебе по душе.

Чужеземец. Стыд берет меня, Сократ, находясь теперь с вами впервые, вести беседу не постепенно, слово за словом, но произнося длинную, пространную, непрерывную речь, обращаясь к самому себе или же к другому, словно делая то напоказ. Ведь в действительности то, о чем зашла теперь речь, не так просто, как, может быть, понадеется кто-то, судя по вопросу, но нуждается в длинном рассуждении. С другой стороны, не угодить в этом тебе и другим, особенно же после того, что ты сказал, кажется мне неучтивым и грубым. Я вполне одобряю, чтобы собеседником моим был именно Теэтет, как потому, что и сам я с ним уже раньше вел разговор, так и оттого, что ты меня теперь к этому побуждаешь.

Теэтет. Сделай же так, чужеземец, и, как сказал Сократ, ты угодишь всем.

Чужеземец. Кажется, об этом не приходится более говорить. Что ж, после всего этого моя речь, по-видимому, должна быть обращена к тебе. Если же для тебя из-за обширности исследования что-то окажется обременительным, вини в том не меня, но вот этих твоих друзей.

Теэтет. Я с своей стороны думаю, что в таком случае я не сдамся; а случись что-либо подобное, то мы возьмем в помощники вот этого Сократа, Сократова тезку, моего сверстника и сотоварища по гимнастическим упражнениям, которому вообще привычно трудиться вместе со мной.

Страница 1 из 19

Назад1219Далее