Читать бесплатно онлайн

Аул Бастунджи

Автор Михаил Юрьевич Лермонтов

12+20 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Дата написания1833-12-31

Язык книгиru

Язык оригинала0

СерияПоэмы

Возрастное ограничение12+

Жанры

стихи и поэзия литература 19 века русская классика

Описание

В поэме «Аул Бастунджи» поэт описывает разрушение маленького горного поселения, где два брата, Селим и Акбулат, вступают в конфликт из‑за любви к черкеске Заре, что приводит к гибели одного из братьев и разрушению родины.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между братьями Селимом и Акбулатом за любовь к Заре, усугубленный последствиями войны

Ключевые идеи

Любовь и предательство между братьями и к Заре
Разрушение аула Бастунджи и утрата родины
Внутренний конфликт и страдания персонажей
Влияние природы и гор на судьбу людей

Вывод

Память о разрушенном ауле живёт в рассказах черкесов, подчёркивая вечную тоску и неизбежность утраты родины.

Кому полезна

Любители поэзии
Историки Кавказа
Читатели, интересующиеся культурой и историей

Главные темы

Любовь и предательство
Разрушение родного места
Конфликт между братьями
Тоска по Кавказу
Судьба человека в условиях войны

Персонажи

Селим — Селим вырос в одиночестве, любил Зару и защищал её от брата Акбулата. В конфликте с братом погиб, оставив Зару в руках Акбулата.
Акбулат — Акбулат желал Зару, конфликтовал с Селимом и в итоге получил её, но остался одиноким и разочарованным.
Зара — Любимая Селима и Акбулата, ставшая объектом их конфликта, оставалась в руках Акбулата после смерти брата.
Наблюдатель (поэт) — Обращается к Кавказу, описывает природу и события, служит связующим звеном между читателем и трагедией аула Бастунджи.

Цитаты

Тебе, Кавказ, – суровый царь земли
Селим: «Я гибну! – отвечал Селим, Сверкая мутным взором, – я страдаю!…

Сводка по автору из Wikidata

1814–1841. Михаил Юрьевич Лермонтов. русский поэт, прозаик, драматург, художник (1814–1841)

Читать онлайн

Страница 1 из 5

Михаил Юрьевич Лермонтов Аул Бастунджи

Посвященье

1

Тебе, Кавказ, – суровый царь земли — Я снова посвящаю стих небрежный: Как сына ты его благослови И осени вершиной белоснежной! От ранних лет кипит в моей крови Твой жар и бурь твоих порыв мятежный; На севере в стране тебе чужой Я сердцем твой, – всегда и всюду твой!..

2

Твоих вершин зубчатые хребты Меня носили в царстве урагана, И принимал меня лелея ты В объятия из синего тумана. И я глядел в восторге с высоты, И подо мной, как остов великана, В степи обросший мохом и травой, Лежали горы грудой вековой.

3

Над детской головой моей венцом Свивались облака твои седые; Когда по ним гремя катался гром, И пробудясь от сна, как часовые, Пещеры окликалися кругом, Я понимал их звуки роковые, Я в край надзвездный пылкою душой Летал на колеснице громовой!..

4

Моей души не понял мир. Ему Души не надо. Мрак ее глубокой, Как вечности таинственную тьму, Ничье живое не проникнет око. И в ней-то недоступные уму Живут воспоминанья о далекой Святой земле… ни свет, ни шум земной Их не убьет… я твой! я всюду твой!..

Глава первая

I

Между Машуком и Бешту, назад Тому лет тридцать, был аул, горами Закрыт от бурь и вольностью богат. Его уж нет. Кудрявыми кустами Покрыто поле: дикий виноград Цепляясь вьется длинными хвостами Вокруг камней, покрытых сединой, С вершин соседних сброшенных грозой!..

II

Ни бранный шум, ни песня молодой Черкешенки уж там не слышны боле; И в знойный, летний день табун степной Без стражи ходит там, один, по воле; И без оглядки с пикой за спиной Донской казак въезжает в это поле; И безопасно в небесах орел, Чертя круги, глядит на тихий дол.

III

И там, когда вечерняя заря Бледнеющим румянцем одевает Вершины гор, – пустынная змея Из-под камней резвяся выползает; На ней рябая блещет чешуя Серебряным отливом, как блистает Разбитый меч, оставленный бойцом В густой траве на поле роковом.

IV

Сгорел аул – и слух об нем исчез. Его сыны рассыпаны в чужбине… Лишь пред огнем, в туманный день, черкес Порой об нем рассказывает ныне При малых детях. – И чужих небес Питомец, проезжая по пустыне, Напрасно молвит казаку: «Скажи, Не знаешь ли аула Бастунджи?»

V

В ауле том без ближних и друзей Когда-то жили два родные брата, И в Пятигорье не было грозней И не было отважней Акбулата. Меньшой был слаб и нежен с юных дней, Как цвет весенний под лучом заката! Чуждался битв и крови он и зла, Но искра в нем таилась… и ждала…

VI

Отец их был убит в чужом краю. А мать Селим убил своим рожденьем, И, хоть невинный, начал жизнь свою, Как многие кончают, преступленьем! Он душу не обрадовал ничью, Он никому не мог быть утешеньем; Когда он в первый раз открыл глаза, Его улыбку встретила гроза!..

VII

Он рос один… по воле, без забот, Как птичка, меж землей и небесами! Блуждая с детства средь родных высот, Привык он тучи видеть под ногами, А над собой один безбрежный свод; Порой в степи застигнутый мечтами Один сидел до поздней ночи он. И вкруг него летал чудесный сон.

VIII

И земляки – зачем? то знает бог — Чуждались их беседы; особливо Паслись их кони… и за их порог Переступали люди боязливо; И даже молодой Селим не мог, Свой тонкий стан высокий и красивый В бешмет шелкòвый праздничный одев, Привлечь одной улыбки гордых дев.

IX

Сбиралась ли ватага удальцов Отбить табун, иль бранною забавой Потешиться… оставя бедный кров, Им вслед, с усмешкой горькой и лукавой, Смотрели братья, сумрачны, без слов, Как смотрит облак иногда двуглавый, Засев меж скал, на светлый бег луны, Один, исполнен грозной тишины.

X

Дивились все взаимной их любви, И не любил никто их… оттого ли, Что никому они дела свои Не поверяли, и надменной воли Склонить пред чуждой волей не могли? Не знаю, – тайна их угрюмой доли Темнее строк, начертанных рукой Прохожего на плите гробовой…

XI

Была их сакля меньше всех других, И с плоской кровли мох висел зеленый. Рядком блистали на стенах простых Аркан, седло с насечкой вороненой, Два башлыка, две шашки боевых, Да два ружья, которых ствол граненый, Едва прикрытый шерстяным чехлом, Был закопчен в дыму пороховом.

XII

Однажды… Акбулата ждал Селим С охоты. Было поздно. На долину Туман ложился как прозрачный дым; И сквозь него, прорезав половину Косматых скал, как буркою, густым Одетых мраком, дикую картину Родной земли и неба красоту Обозревал задумчивый Бешту.

XIII

Вдали тянулись розовой стеной, Прощаясь с солнцем, горы снеговые; Машук, склоняся лысой головой, Через струи Подкумка голубые, Казалось, думал тяжкою стопой Перешагнуть в поместия чужие. С мечети слез мулла; аул дремал… Лишь в крайней сакле огонек блистал.

XIV

И ждет Селим – сидит он час и два, Гуляя в поле, горный ветер плачет, И под окном колышется трава. Но чуть далекий топот… кто-то скачет… Примчался; фыркнул конь, заржал… Сперва Спрыгнул один, потом другой… что это значит? То не сайгак, не волк, не зверь лесной! Он прискакал с добычею иной.

Страница 1 из 5

Назад1 2…5 Далее