Загрузка...
Васса Железнова (сборник) — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Васса Железнова (сборник)

Автор Максим Горький
12+2006169 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияРусская классика XX века
Возрастное ограничение12+
Темы
сборник рассказов

Описание

Сборник повествует о взрослении и внутреннем конфликте молодого человека Фомы Гордеева, чья жизнь проходит под влиянием семейных драм, финансовых трудностей и поисков смысла в обществе. Через серию событий – от семейных испытаний и похорон до участия в театральных постановках и учебных поисках – автор раскрывает темы власти, ответственности, любви и критического отношения к социальным институтам.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт Фомы Гордеева, возникающий из семейных конфликтов, финансовых трудностей и поиска личной ответственности в обществе

Ключевые идеи

  • Жадность и власть как главные мотивы жизни Игната
  • Семейные отношения разрушаются изнутри, а не из внешних обстоятельств
  • Невозрастная наивность Фомы и её влияние на отношения с родителями
  • Внутренний конфликт Фомы между желанием власти и моральными ожиданиями
  • Смерть отца как катализатор взросления и принятия ответственности
  • Смерть отца как катализатор внутреннего кризиса Фомы
  • Финансовые трудности и моральные дилеммы
  • Влияние наставлений Маякина и общественного давления
  • Любовные чувства к Медынской и их влияние на решения
  • Фома чувствует себя изолированным и ищет утешения в отношениях с Сашей.
  • Конфликт с барином и купцом Званцевым подчеркивает напряжённость в группе.
  • Стремление к личной независимости и замужеству как выход из одиночества.

Вывод

Книга приводит к осознанию необходимости личной ответственности, критического взгляда на общественные институты и поиска собственного пути в жизни

Кому полезна

  • чтение художественной литературы
  • исследователи социологии и психологии
  • люди, интересующиеся историей и культурой России

Главные темы

  • семейные отношения и власть
  • внутренний конфликт и взросление
  • финансовые и бизнес‑риски
  • критика общественных институтов
  • поиск смысла и личная ответственность
  • политические изменения и семейные обязательства

Персонажи

  • Фома Гордеев — Невозрастный, наивный, но стремящийся к власти и признанию. Молодой человек, переживающий смерть отца, сталкивающийся с финансовыми трудностями и внутренним конфликтом, испытывающий чувства к Медынской. Бледный, с искорками в глазах, ищет утешения в отношениях с Сашей, переживает экзистенциальный кризис, встречается с Ежовым и участвует в собрании рабочих. Обвиняет окружающих в разрушении своей жизни, позже становится безумным и изолированным.
  • Игнат Гордеев — Жадный и властный человек, стремящийся к богатству и наследнику, часто проявляет жестокость и безразличие к близким.
  • Маякин — Опытный наставник, который пытается направить Фому в «правильный» путь, но часто использует иронию и сарказм. Прагматичный, ориентированный на расчёты и выгоду, не учитывающий чувства дочери.
  • Медынская — Символ женского влияния и общественного статуса, вызывает у Фомы одновременно восхищение и раздражение.
  • Пелагея — Красивая, умная, вызывает у Фомы сильные эмоции и желание контроля.
  • Ефим — Строгий, но справедливый, помогает Фоме адаптироваться к работе на реке.
  • Шуров — Предлагает финансовую помощь, но требует залог и условия, вызывающие сомнения у Фомы.
  • Яков Тарасович — Недоволен тем, что Фома доверяет Шурову.
  • Любова — Обсуждает книги и чувства к Медынской.
  • Ухтищев — Веселый и разговорчивый, обсуждает уход Софьи Павловны.
  • Званцев — Небольшой, с бакенбардами, критически относится к пению и конфликтует с Фомой.
  • Саша — Песни вызывают у Фомы сильные эмоции, но она отказывается от подарка и говорит, что любит за деньги.

Цитаты

  • «Волга дала, Волга и взяла… Чай, не руки мне оторвало…»
  • «Слава тебе, господи! Не восхотел ты, стало быть, чтобы прекратился род мой!»
  • «Надо будет съездить туда» – думал Фома.
  • «Ф… ф… ахх…» – голос Игната, когда он умер.
  • Смерть отца ошеломила Фому и наполнила его странным ощущением: в душу ему влилась тишина, – тяжелая, неподвижная тишина, безответно поглощавшая все звуки жизни.
  • Маякин: «Ты теперь – полководец на войне и должен своими солдатиками командовать храбро».
  • «Ми-ило-осердия двери отверзи нам… благословенная богородице…».
  • «За глаза – не ругайся – а ругайся – в глаза прямо – в глаза – прямо в глаза…»
  • Нам и без этого скучно…
  • Слава! – сказал Фома, улыбаясь ей.

Сводка по автору из Wikidata

1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)

Читать онлайн

Страница 2 из 128

Но во всех трех полосах жизни Игната не покидало одно страстное желание – желание иметь сына, и чем старее он становился, тем сильнее желал. Часто между ним и женой происходили такие беседы. Поутру, за чаем, или в полдень, за обедом, он, хмуро взглянув на жену, толстую, раскормленную женщину, с румяным лицом и сонными глазами, спрашивал ее:

– Что, ничего не чувствуешь?

Она знала, о чем он спрашивал, но неизменно отвечала:

– Как мне не чувствовать? Кулаки-то у тебя – вона какие, как гири…

– Я про чрево спрашиваю, дура…

– От такого бою разве можно понести?

– Не от бою ты не родишь, а оттого, что жрешь много. Набьешь себе брюхо всякой пищей – ребенку и негде зародиться.

– Будто я не родила тебе?..

– Девок-то! – укоризненно говорил Игнат. – Мне сына надо! Понимаешь ты? Сына, наследника! Кому я после смерти капитал сдам? Кто грех мой замолит? В монастырь, что ль, все отдать? Дадено им, – будет уж! Тебе оставить? Молельщица ты, – ты, и во храме стоя, о кулебяках думаешь. А помру я – опять замуж выйдешь, попадут тогда мои деньги какому-нибудь дураку, – али я для этого работаю? Эх ты…

И его охватывала злобная тоска, он чувствовал, что жизнь его бесцельна, если не будет у него сына, который продолжал бы ее.

За девять лет супружества жена родила ему четырех дочерей, но все они умерли. С трепетом ожидая рождения, Игнат мало горевал об их смерти – они были не нужны ему. Жену он бил уже на второй год свадьбы, бил сначала под пьяную руку и без злобы, а просто по пословице: «люби жену – как душу, тряси ее – как грушу»; но после каждых родов у него, обманутого в ожиданиях, разгоралась ненависть к жене, и он уже бил ее с наслаждением, за то, что она не родит ему сына.

Однажды, находясь по делам в Самарской губернии, он получил из дома от родных депешу, извещавшую его о смерти жены. Он перекрестился, подумал и написал куму Маякину:

«Хороните без меня, наблюдай за имуществом…»

Потом он пошел в церковь служить панихиду и, помолившись о упокоении души новопреставленной Акилины, решил поскорее жениться.

В то время ему было сорок три года; высокий, широкоплечий, он говорил густым басом, как протодьякон; большие глаза его смотрели из-под темных бровей смело и умно; в загорелом лице, обросшем густой черной бородой, и во всей его мощной фигуре было много русской, здоровой и грубой красоты; от его плавных движений и неторопливой походки веяло сознанием силы. Женщинам он нравился и не избегал их.

Не прошло полугода со дня смерти жены, как он уже посватался к дочери знакомого ему по делам уральского казака-старообрядца. Отец невесты, несмотря на то, что Игнат был и на Урале известен как «шалый» человек, выдал за него дочь. Ее звали Наталья. Высокая, стройная, с огромными голубыми глазами и длинной темно-русой косой, она была достойной парой красавцу Игнату; а он гордился своей женой и любил ее любовью здорового самца, но вскоре начал задумчиво и зорко присматриваться к ней.

Улыбка редко являлась на овальном, строго правильном лице его жены, – всегда она думала о чем-то, и в голубых ее глазах, холодно спокойных, порой сверкало что-то темное, нелюдимое. В свободное от занятий по хозяйству время она садилась у окна самой большой комнаты в доме и неподвижно, молча сидела тут по два, по три часа. Лицо ее обращено на улицу, но взгляд был так безучастен ко всему, что жило и двигалось за окном, и в то же время был так сосредоточенно глубок, как будто она смотрела внутрь себя. И походка у нее была странная – Наталья двигалась по просторным комнатам дома медленно и осторожно, как будто что-то невидимое стесняло свободу ее движений. Дом был обставлен с тяжелой, грубо хвастливой роскошью, все в нем блестело и кричало о богатстве хозяина, но казачка ходила мимо дорогих мебелей и горок, наполненных серебром, боком, пугливо, точно боялась, что эти вещи схватят ее и задавят. Шумная жизнь большого торгового города не интересовала эту женщину, и когда она выезжала с мужем кататься – глаза ее смотрели в спину кучера. Если муж звал ее в гости – она шла, но и там вела себя так же тихо, как дома; если к ней приходили гости, она усердно поила и кормила их, не обнаруживая интереса к тому, о чем говорили они, и никого из них не предпочитая. Лишь Маякин, умница и балагур, порой вызывал на лице ее улыбку, неясную, как тень.

Он говорил про нее:

– Дерево – не баба! Однако – жизнь – как костер неугасимый, вспыхнет и эта молоканка, дай срок! Тогда увидим, какими она цветами расцветет…

– Эй, кулугурка! – шутливо говорил Игнат жене. – Что задумалась? Или по своей станице скучаешь? Живи веселей!

Она молчала, спокойно поглядывая на него.

– Больно уж ты часто по церквам ходишь… Погодила бы! успеешь еще грехи-то замолить, – сперва нагреши. Знаешь: не согрешишь – не покаешься, не покаешься – не спасешься… Ты вот греши, пока молода. Поедем кататься?

– Не хочется…

Он подсаживался к ней, обнимал ее, холодную, скупо отвечавшую на его ласки, и, заглядывая в ее глаза, говорил:

– Наталья! Чего ты такая нерадостная? Скучно, что ли, со мной, а?

– Нет, – кратко отвечала она.

– Так что же – к своим, что ли, хочется?

– Да, – нет… так это…

– О чем ты думаешь?

– Я не думаю…

– А что же?

– Так…

Однажды он добился от нее более многосложного ответа:

– В сердце у меня – смутное что-то. И в глазах… И все кажется мне, что это – не настоящее…

Она повела вокруг себя рукой, на стены, мебель, на все. Игнат не подумал над ее словами и, смеясь, сказал ей:

– Это ты напрасно! Тут все самое настоящее… вещь все дорогая, прочная!.. Но – захочешь – все сожгу, распродам, раздарю и – новое заведу! Ну, желаешь?

– На что? – спокойно сказала она.

Его удивляло, как это она, такая молодая, здоровая, живет – точно спит, ничего не хочет, никуда, кроме церквей, не ходит, людей дичится. И он утешал ее:

– Вот погоди – родишь ты мне сына, – совсем другая жизнь у тебя пойдет. Это ты оттого печалишься, что заботы у тебя мало, он тебе даст заботу… Родишь ведь сына, а?

– Как бог даст, – отвечала она, опуская голову.

Потом ее настроение стало раздражать его.

– Ну, молоканка, что нос повесила? Ходит – ровно по стеклу смотрит – будто душу чью-то загубила! Баба ты такая ядреная, а вкуса у тебя нет ни к чему, – дуреха!

Раз, придя домой выпивши, он начал приставать к ней с ласками, а она уклонялась от них. Тогда он рассердился и крикнул:

– Наталья! Не дури, смотри.

Она обернулась лицом к нему и спокойно спросила:

– А то что будет?

Игнат освирепел от этих слов и ее безбоязненного взгляда.

– Что? – рявкнул он, наступая на нее.

– Прибить, что ли, хочешь? – не двигаясь с места и не моргнув глазом, спрашивала она.

Игнат привык, чтоб пред гневом его трепетали, ему было дико и обидно видеть ее спокойствие.

– А – вот!.. – крикнул он, замахиваясь на нее. Не быстро, но вовремя она уклонилась от его удара, потом схватила руку его, оттолкнула ее прочь от себя и, не повышая голоса, сказала:

– Ежели тронешь, – больше ко мне не подходи! Не допущу до себя!

Большие глаза ее сузились, и их острый, режущий блеск отрезвил Игната. Он понял по лицу ее, что она тоже – зверь сильный и, если захочет, – не допустит его до себя, хоть до смерти забей ее.

Страница 2 из 128

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее