Загрузка...
Лирика — обложка книги
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияКлассическая и современная проза
Возрастное ограничение12+

Описание

Сборник лирических стихов Фёдора Ивановича Тютчева, в котором поэт исследует природу, любовь, войну и духовные поиски, соединяя личные переживания с историческими событиями и национальным самосознанием.

Главный конфликт / проблема

Внутренняя борьба автора между страстными чувствами, внешними обстоятельствами войны и поиском гармонии между телесными желаниями и духовными стремлениями.

Ключевые идеи

  • Восхищение природой и её тайнами
  • Поиск духовного и вечного
  • Меланхолия и любовь
  • Любовь как источник радости и боли
  • Война и её разрушительные последствия
  • Природа как источник умиротворения и памяти
  • Внутренняя борьба человека с судьбой и временем
  • Вера как источник силы и морального ориентирования
  • Борьба за свободу совести и национальную идентичность
  • Влияние исторических событий на личные убеждения

Вывод

Книга приводит к выводу, что поиск вечного смысла, гармонии и духовного возрождения возможен только через глубокое осмысление природы, любви, истории и национального самосознания, а личные переживания становятся частью более широкой общественной и духовной картины.

Кому полезна

  • Любители русской поэзии
  • Студенты и преподаватели литературы
  • Историки и исследователи культурных процессов
  • Люди, интересующиеся духовными и философскими вопросами

Главные темы

  • Природа и её тайны
  • Любовь и страсть
  • Война и её ужасы
  • Духовный поиск
  • Национальное самосознание

Персонажи

  • Нарратор — Человек, переживающий любовь, войну и внутренние конфликты
  • Любовь — Символ романтических отношений, вызывающий как счастье, так и страдание
  • Война — Исторический контекст, в котором автор описывает разрушения и страх
  • Князь Горчаков — В тексте упоминается как получатель призыва к службе и как символ русской власти
  • Князь Вяземский — В тексте фигурирует как адресат телеграфа и символ государственной службы
  • Графина А. Д. Блудова — В тексте упоминается как адресат письма, символ благородства

Цитаты

  • Слыхал ли в сумраке глубоком воздушной арфы легкий звон,
  • Люблю грозу в начале мая, когда весенний, первый гром
  • Любовь, любовь – гласит преданье — Союз души с душой родной —
  • Он мерит воздух мне так бережно и скудно… Не мерят так и лютому врагу…
  • Был день, когда Господней правды молот громил, дробил ветхозаветный храм
  • Свобода совести есть бред!

Сводка по автору из Wikidata

1803–1873. Фёдор Иванович Тютчев. русский поэт, публицист, дипломат (1803—1873)

Читать онлайн

Страница 2 из 43

Могила Наполеона

Душой весны природа ожила, И блещет все в торжественном покое: Лазурь небес, и море голубое, И дивная гробница, и скала! Древа кругом покрылись новым цветом, И тени их, средь общей тишины, Чуть зыблются дыханием волны На мраморе, весною разогретом… Давно ль умолк Перун его побед, И гул от них стоит доселе в мире. . . И ум людей великой тенью полн, А тень его, одна, на бреге диком, Чужда всему, внимает шуму волн И тешится морских пернатых криком.

<Не позднее 1828; начало 50-х гг. >

cache-cache[1]

Вот арфа ее в обычайном углу, Гвоздики и розы стоят у окна, Полуденный луч задремал на полу: Условное время! Но где же она? О, кто мне поможет шалунью сыскать, Где, где приютилась сильфида моя? Волшебную близость, как бы благодать, Разлитую в воздухе, чувствую я. Гвоздики недаром лукаво глядят, Недаром, о розы, на ваших листах Жарчее румянец, свежей аромат: Я понял, кто скрылся, зарылся в цветах! Не арфы ль твоей мне послышался звон? В струнах ли мечтаешь укрыться златых? Металл содрогнулся, тобой оживлен, И сладостный трепет еще не затих. Как пляшут пылинки в полдневных лучах, Как искры живые в родимом огне! Видал я сей пламень в знакомых очах, Его упоенье известно и мне. Влетел мотылек, и с цветка на другой, Притворно-беспечный, он начал порхать. О, полно кружиться, мой гость дорогой! Могу ли, воздушный, тебя не узнать?

<Не позднее 1828>

Летний вечер

Уж солнца раскаленный шар С главы своей земля скатила, И мирный вечера пожар Волна морская поглотила. Уж звезды светлые взошли И тяготеющий над нами Небесный свод приподняли Своими влажными главами. Река воздушная полней Течет меж небом и землею, Грудь дышит легче и вольней, Освобожденная от зною. И сладкий трепет, как струя, По жилам пробежал природы, Как бы горячих ног ея Коснулись ключевые воды.

<Не позднее 1828>

Видение

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья, И в оный час явлений и чудес Живая колесница мирозданья Открыто катится в святилище небес. Тогда густеет ночь, как хаос на водах, Беспамятство, как Атлас, давит сушу; Лишь Музы девственную душу В пророческих тревожат боги снах!

<Не позднее первой половины 1829>

Бессонница

Часов однообразный бой, Томительная ночи повесть! Язык для всех равно чужой И внятный каждому, как совесть! Кто без тоски внимал из нас, Среди всемирного молчанья, Глухие времени стенанья, Пророчески-прощальный глас? Нам мнится: мир осиротелый Неотразимый Рок настиг — И мы, в борьбе, природой целой Покинуты на нас самих; И наша жизнь стоит пред нами, Как призрак на краю земли, И с нашим веком и друзьями Бледнеет в сумрачной дали; И новое, младое племя Меж тем на солнце расцвело, А нас, друзья, и наше время Давно забвеньем занесло! Лишь изредка, обряд печальный Свершая в полуночный час, Металла голос погребальный Порой оплакивает нас!

<Не позднее 1829>

Утро в горах

Лазурь небесная смеется, Ночной омытая грозой, И между гор росисто вьется Долина светлой полосой. Лишь высших гор до половины Туманы покрывают скат, Как бы воздушные руины Волшебством созданных палат.

<Не позднее 1829>

Последний катаклизм

Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных: Все зримое опять покроют воды, И Божий лик изобразится в них!

<Не позднее 1829>

Снежные горы

Уже полдневная пора Палит отвесными лучами, — И задымилася гора С своими черными лесами. Внизу, как зеркало стальное, Синеют озера струи, И с камней, блещущих на зное, В родную глубь спешат ручьи. И между тем как полусонный Наш дольний мир, лишенный сил, Проникнут негой благовонной, Во мгле полуденной почил, — Горе, как божества родные, Над издыхающей землей Играют выси ледяные С лазурью неба огневой.

<Не позднее 1829>

К N. N

Ты любишь, ты притворствовать умеешь, — Когда в толпе, украдкой от людей, Моя нога касается твоей — Ты мне ответ даешь – и не краснеешь! Все тот же вид рассеянный, бездушный, Движенье персей, взор, улыбка та ж… Меж тем твой муж, сей ненавистный страж, Любуется твоей красой послушной. Благодаря и людям и судьбе, Ты тайным радостям узнала цену, Узнала свет: он ставит нам в измену Все радости… Измена льстит тебе. Стыдливости румянец невозвратный, Он улетел с младых твоих ланит — Так с юных роз Авроры луч бежит С их чистою душою ароматной. Но так и быть! В палящий летний зной Лестней для чувств, приманчивей для взгляда Смотреть, в тени, как в кисти винограда Сверкает кровь сквозь зелени густой.

<Не позднее 1829>

* * *

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала, И облаков вечерних тень По светлым кровлям пролетала. И доносилися порой Все звуки жизни благодатной — И все в один сливалось строй, Стозвучный, шумный и невнятный. Весенней негой утомлен, Я впал в невольное забвенье; Не знаю, долог ли был сон, Но странно было пробужденье… Затих повсюду шум и гам И воцарилося молчанье — Ходили тени по стенам И полусонное мерцанье… Украдкою в мое окно Глядело бледное светило, И мне казалось, что оно Мою дремоту сторожило. И мне казалось, что меня Какой-то миротворный гений Из пышно-золотого дня Увлек, незримый, в царство теней.

<Не позднее 1829; 1851>

Страница 2 из 43

Вам также может понравиться

Страница 1 из 74

Назад1274Далее