Загрузка...
Вместо послесловия — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Вместо послесловия

Автор Максим Горький
12+4 читателей
Дата написания1922-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияЗаметки из дневника. Воспоминания, 28
Возрастное ограничение12+
Темы
очерки

Описание

Книга представляет размышления автора о русской национальной идентичности, роли правды и лжи в обществе, а также о том, как культурное и религиозное сознание может привести к героической жизни.

Главный конфликт / проблема

Как русские определяют цель жизни и как правды и лжи влияют на общество

Ключевые идеи

  • Русский народ задаётся вопросом «для чего жить» и ищет смысл,
  • Правда может быть тяжёлой и иногда лучше её не писать, если она лишь унижает

Вывод

Надежда, что работа с полным культурным и религиозным сознанием позволит жить героической жизнью и научить мир.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся русской культурой и философией
  • Те, кто ищет смысл жизни и национальной идентичности

Главные темы

  • Русская национальная идентичность
  • Роль правды и лжи в обществе
  • Культурное и религиозное сознание

Персонажи

  • Максим Горький — Выражает идею о душевном зрении и вопросе «для чего жить», размышляет о правде, лжи и русской культуре, живёт среди русских полстолетие.
  • Вильям Джеймс — Критически оценивает русскую мысль и упоминает классические романы.

Цитаты

  • «Каждый народ обладает духовным зрением – зрением целей…»
  • «Текущие события в России очень подняли интерес к ней, но сделали её ещё менее понятной…»

Сводка по автору из Wikidata

1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)

Читать онлайн

Страница 1 из 1

Горький Максим Вместо послесловия

А.М.Горький

Вместо послесловия

Странные бывают совпадения мнений: в 901-м году, в Арзамасе, протоиерей Феодор Владимирский рассуждал:

"Каждый народ обладает духовным зрением - зрением целей. Некоторые мыслители именуют свойство это "инстинктом нации", но, на мой взгляд, инстинкт ставит вопрос: "как жить?", - а я говорю о смутной тревоге разума и духа, о вопросе: "для чего жить?" И вот: хотя у нас, русских, зрение целей практических не развито - потому что мы еще не достигли той высоты культуры, с которой видно, куда история человечества повелевает нам идти, однако ж я думаю, что именно нам суждено особенно мучиться над вопросом: "для чего жить?" Пока что - мы живем слепо, на ощупь и крикливо, а все-таки мы уже люди с хвостиками, люди с плюсом".

Через пять лет, в Бостоне, Вильям Джемс, философ-прагматист, говорил:

"Текущие события в России очень подняли интерес к ней, но сделали ее еще менее понятной для меня. Когда я читаю русских авторов, предо мною встают люди раздражающе интересные, однако я не решусь сказать, что понимаю их. В Европе, в Америке я вижу людей, которые кое-что сделали и, опираясь на то, что они уже имеют, стремятся увеличить количество материально и духовно полезного. Люди вашей страны, наоборот, кажутся мне существами, для которых действительность необязательна, незаконна, даже враждебна. Я вижу, что русский разум напряженно анализирует, ищет, бунтует. Но - я не вижу цели анализа, не вижу - чего именно ищут под феноменами действительности? Можно думать, что русский человек считает себя призванным находить, открывать и фиксировать неприятное, отрицательное. Меня особенно удивили две книги: "Воскресение" Толстого и "Карамазовы" Достоевского, - мне кажется, что в них изображены люди с другой планеты, где всё иначе и лучше. Они попали на землю случайно и раздражены этим, даже - оскорблены. В них есть что-то детское, наивное и чувствуется упрямство честного алхимика, который верит, что он способен открыть "причину всех причин". Очень интересный народ, но, кажется, вы работаете впустую, как машина на "холостом ходу". А может быть, вы призваны удивить мир чем-то неожиданным".

Среди таких людей я прожил полстолетия.

Надеюсь, что эта книга достаточно определенно говорит о гом, что я не стеснялся писать правду, когда хотел этого. Но, на мой взгляд, правда не вся и не так нужна людям, как об этом думают. Когда я чувствовал, что та или иная правда только жестоко бьет по душе, а ничему не учит, только унижает человека, а не объясняет мне его, я, разумеется, считал лучшим не писать об этой правде.

Ведь есть немало правд, которые надо забыть. Эти правды рождены ложью и обладают всеми свойствами той ядовитейшей лжи, которая, исказив наше отношение друг к другу, сделала жизнь грязным, бессмысленным адом. Какой смысл напоминать о том, что должно исчезнуть? Тот, кто просто только фиксирует и регистрирует зло жизни, - занимается плохим ремеслом.

Мне хотелось назвать этот сборник: "Книга о русских людях, какими они были".

Но я нашел, что это звучало бы слишком громко. И я не вполне определенно чувствую: хочется ли мне, чтоб эти люди стали иными? Совершенно чуждый национализма, патриотизма и прочих болезней духовного зрения, все-таки я вижу русский народ исключительно, фантастически талантливым, своеобразным. Даже дураки в России глупы оригинально, на свой лад, а лентяи - положительно гениальны. Я уверен, что по затейливости, по неожиданности изворотов, так сказать - по фигурности мысли и чувсгва, русский народ самый благодарный материал для художника.

Я думаю, что когда этот удивительный народ отмучается от всего, что изнутри тяготит и путает его, когда он начнет работать с полным сознанием культурного и, так сказать, религиозного, весь мир связующего значения труда - он будет жить сказочно героической жизнью и многому научит этот, и уставший, и обезумевший от преступлений, мир.

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее