Загрузка...
Страшная месть — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Жанры
Темы
казакиколдунДнепрсказкаприключенияфольклормифологиясверхъестественноепейзажистория

Описание

В книге «Страшная месть» автор описывает серию сверхъестественных и семейных конфликтов, разворачивающихся в козацкой среде, где свадьба, сон, битва и горные путешествия переплетаются с появлением колдуна и мистических фигур, приводя к трагическим последствиям.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между добром и злом, семейные разногласия и борьба с колдуном, приводящие к трагическим последствиям

Ключевые идеи

  • Существование колдуна как источник страха и мистических событий
  • Влияние сверхъестественного на козацкую жизнь и общественные ритуалы
  • Конфликт между личными обязанностями и семейными ценностями
  • Сон как предвестник и источник сомнений в праведности отца.
  • Колдун как символ зла, манипулирующий восприятием реальности.
  • Борьба между добром и злом через семейные и личные отношения.
  • Конфликт между козаками и ляками приводит к трагическим потерям.
  • Потеря прошлой славы и внутренние раздоры ослабляют козацкий народ.
  • Мистические и пророческие элементы усиливают атмосферу неопределённости и судьбы.
  • Горы как символ барьера и свидетеля сверхъестественных явлений.
  • Цикличность мести и её разрушительные последствия.
  • Влияние мистических фигур (колдун, всадник) на человеческую судьбу.

Вывод

Книга показывает, как сверхъестественные силы и личные конфликты переплетаются, приводя к разрушительным последствиям для семьи и общества.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся исторической фантастикой и славянской мифологией
  • Люди, изучающие козацкую культуру и традиции
  • Любители мистических и драматических сюжетов

Главные темы

  • Козацкая культура и традиции
  • Сверхъестественные силы и колдовство
  • Семейные конфликты и месть

Персонажи

  • Катерина — Беспокоюсь о колдуне, переживаю за сына, участвую в конфликте с отцом. Чувствительная, тревожная, переживаю сон о своём отце и пытаюсь защитить семью от зла. Тревожусь за мужа и сына, переживаю смерть мужа и видю сон о смерти ребёнка. Танцую, пою и в итоге бросаюсь на отца ножом, проявляя крайнее безумие.
  • Колдун — Обладает колдовскими способностями, пытается убедить Катерину в своей власти и манипулировать её сновидениями. Проводит ритуалы на Днепре, пытается вызвать сверхъестественные силы. Он спасается после убийства отца Катерины и позже видит всадника в облаках.
  • Иван — Молодой, беспокоит колдуна, участвует в обсуждении. Он убивает Петра и делит награду с братом.
  • Отец Катерины — Ссорится с Данилом, участвует в схватке. В панике отреагировал на попытку Катерины убить его. Считает себя праведным, но в действительности является антихристом, манипулирующим своей семьёй.
  • Стецько — Помогает в бытовых делах и сопровождает Данила в походе к замку. Помогает Данилу в подготовке к бою и следит за его благополучием.
  • Есаул Горобец — Организует праздник, приносит иконы, защищает гостей от колдуна. Обсуждает события с Катериной и её невесткой, пытается успокоить их.
  • Микитка — Показывает гостеприимство, участвует в праздновании.
  • Данило — Участвует в праздновании, обсуждает колдуна, защищает Катерину. Размышляет о своей судьбе, вспоминает прошлые победы и внутренние раздоры козацкого народа. Погибает в битве с ляками.
  • Бурульбаш — Помогает Данилу в поисках колдуна и участвует в защите семьи.
  • Ляхи — Показывают агрессивное поведение, участвуют в битве с козаками.
  • Старец-схимник — Он живёт в пещере и молится, пока не встречает убийцу.
  • Странный человек — Он убивает всадника, затем сам умирает.

Цитаты

  • Пропади, образ сатаны
  • Шумит, гремит конец Киева
  • Говорил: «Ты посмотри на меня, Катерина, я хорош! Люди напрасно говорят, что я дурен. Я буду тебе славным мужем. Посмотри, как я поглядываю очами!»
  • Колдун: «Покайся, отец! Не страшно ли, что после каждого убийства твоего мертвецы поднимаются из могил?»
  • «Сидит пан Данило за столом в своей светлице, подпершись локтем, и думает…»
  • «Колдун, прибывший на лодке, проводит странные ритуалы, пытаясь вызвать сверхъестественные силы.»
  • Тс… тише, баба! не стучи так, дитя мое заснуло.
  • Ухватил всадник страшною рукою колдуна и поднял его на воздух.

Сводка по автору из Wikidata

1809–1852. Микола Васильович Гоголь-Яновський гербу Яструбець. русский писатель, драматург и публицист (1809—1852)

Читать онлайн

Страница 2 из 12

II

Тихо светит по всему миру: то месяц показался из-за горы. Будто дамасскою дорого́ю и белою, как снег, кисеею покрыл он гористый берег Днепра, и тень ушла еще далее в чащу сосен.

Посереди Днепра плыл дуб. Сидят впереди два хлопца; черные козацкие шапки набекрень, и под веслами, как будто от огнива огонь, летят брызги во все стороны.

Отчего не поют козаки? Не говорят ни о том, как уже ходят по Украйне ксендзы и перекрещивают козацкий народ в католиков; ни о том, как два дни билась при Соленом озере орда. Как им петь, как говорить про лихие дела: пан их Данило призадумался, и рукав кармазинного жупана опустился из дуба и черпает воду; пани их Катерина тихо колышет дитя и не сводит с него очей, а на незастланную полотном нарядную сукню серою пылью валится вода.

Любо глянуть с середины Днепра на высокие горы, на широкие луга, на зеленые леса! Горы те — не горы: подошвы у них нет, внизу их как и вверху, острая вершина, и под ними и над ними высокое небо. Те леса, что стоят на холмах, не леса: то волосы, поросшие на косматой голове лесного деда. Под нею в воде моется борода, и под бородою и над волосами высокое небо. Те луга — не луга: то зеленый пояс, перепоясавший посередине круглое небо, и в верхней половине и в нижней половине прогуливается месяц.

Не глядит пан Данило по сторонам, глядит он на молодую жену свою.

— Что, моя молодая жена, моя золотая Катерина, вдалася в печаль?

— Я не в печаль вдалася, пан мой Данило! Меня устрашили чудные рассказы про колдуна. Говорят, что он родился таким страшным… и никто из детей сызмала не хотел играть с ним. Слушай, пан Данило, как страшно говорят: что будто ему все чудилось, что все смеются над ним. Встретится ли под темный вечер с каким-нибудь человеком, и ему тотчас показывалось, что он открывает рот и выскаливает зубы. И на другой день находили мертвым того человека. Мне чудно, мне страшно было, когда я слушала эти рассказы, — говорила Катерина, вынимая платок и вытирая им лицо спавшего на руках дитяти. На платке были вышиты ею красным шелком листья и ягоды.

Пан Данило ни слова и стал поглядывать на темную сторону, где далеко из-за леса чернел земляной вал, из-за вала подымался старый замок. Над бровями разом вырезались три морщины; левая рука гладила молодецкие усы.

— Не так еще страшно, что колдун, — говорил он, — как страшно то, что он недобрый гость. Что ему за блажь пришла притащиться сюда? Я слышал, что хотят ляхи строить какую-то крепость, чтобы перерезать нам дорогу к запорожцам. Пусть это правда… Я разметаю чертовское гнездо, если только пронесется слух, что у него какой-нибудь притон. Я сожгу старого колдуна, так что и воронам нечего будет расклевать. Однако ж, думаю, он не без золота и всякого добра. Вот где живет этот дьявол! Если у него водится золото… Мы сейчас будем плыть мимо крестов — это кладбище! тут гниют его нечистые деды. Говорят, они все готовы были себя продать за денежку сатане с душою и ободранными жупанами. Если ж у него точно есть золото, то мешкать нечего теперь: не всегда на войне можно добыть…

— Знаю, что затеваешь ты. Ничего не предвещает доброго мне встреча с ним. Но ты так тяжело дышишь, так сурово глядишь, очи твои так угрюмо надвинулись бровями!..

— Молчи, баба! — с сердцем сказал Данило. — С вами кто свяжется, сам станет бабой. Хлопец, дай мне огня в люльку! — Тут оборотился он к одному из гребцов, который, выколотивши из своей люльки горячую золу, стал перекладывать ее в люльку своего пана. — Пугает меня колдуном! — продолжал пан Данило. — Козак, слава богу, ни чертей, ни ксендзов не боится. Много было бы проку, если бы мы стали слушаться жен. Не так ли, хлопцы? наша жена — люлька да острая сабля!

Катерина замолчала, потупивши очи в сонную воду; а ветер дергал воду рябью, и весь Днепр серебрился, как волчья шерсть середи ночи.

Дуб повернул и стал держаться лесистого берега. На берегу виднелось кладбище: ветхие кресты толпились в кучку. Ни калина не растет меж ними, ни трава не зеленеет, только месяц греет их с небесной вышины.

— Слышите ли, хлопцы, крики? Кто-то зовет нас на помощь! — сказал пан Данило, оборотясь к гребцам своим.

— Мы слышим крики, и кажется, с той стороны, — разом сказали хлопцы, указывая на кладбище.

Но все стихло. Лодка поворотила и стала огибать выдавшийся берег. Вдруг гребцы опустили весла и недвижно уставили очи. Остановился и пан Данило: страх и холод прорезался в козацкие жилы.

Крест на могиле зашатался, и тихо поднялся из нее высохший мертвец. Борода до пояса; на пальцах когти длинные, еще длиннее самих пальцев. Тихо поднял он руки вверх. Лицо все задрожало у него и покривилось. Страшную муку, видно, терпел он. «Душно мне! душно!» — простонал он диким, нечеловечьим голосом. Голос его, будто нож, царапал сердце, и мертвец вдруг ушел под землю. Зашатался другой крест, и опять вышел мертвец, еще страшнее, еще выше прежнего; весь зарос, борода по колена и еще длиннее костяные когти. Еще диче закричал он: «Душно мне!» — и ушел под землю. Пошатнулся третий крест, поднялся третий мертвец. Казалось, одни только кости поднялись высоко над землею. Борода по самые пяты; пальцы с длинными когтями вонзились в землю. Страшно протянул он руки вверх, как будто хотел достать месяца, и закричал так, как будто кто-нибудь стал пилить его желтые кости…

Дитя, спавшее на руках у Катерины, вскрикнуло и пробудилось. Сама пани вскрикнула. Гребцы пороняли шапки в Днепр. Сам пан вздрогнул.

Все вдруг пропало, как будто не бывало; однако ж долго хлопцы не брались за весла.

Заботливо поглядел Бурульбаш на молодую жену, которая в испуге качала на руках кричавшее дитя, прижал ее к сердцу и поцеловал в лоб.

— Не пугайся, Катерина! Гляди: ничего нет! — говорил он, указывая по сторонам. — Это колдун хочет устрашить людей, чтобы никто не добрался до нечистого гнезда его. Баб только одних он напугает этим! дай сюда на руки мне сына! — При сем слове поднял пан Данило своего сына вверх и поднес к губам. — Что, Иван, ты не боишься колдунов? «Нет, говори, тятя, я козак». Полно же, перестань плакать! домой приедем! Приедем домой — мать накормит кашей, положит тебя спать в люльку, запоет:

Люли, люли, люли! Люли, сынку, люли! Да вырастай, вырастай в забаву! Козачеству на славу, Вороженькам в расправу!

Слушай, Катерина, мне кажется, что отец твой не хочет жить в ладу с нами. Приехал угрюмый, суровый, как будто сердится… Ну, недоволен, зачем и приезжать. Не хотел выпить за козацкую волю! не покачал на руках дитяти! Сперва было я ему хотел поверить все, что лежит на сердце, да не берет что-то, и речь заикнулась. Нет, у него не козацкое сердце! Козацкие сердца, когда встретятся где, как не выбьются из груди друг другу навстречу! Что, мои любые хлопцы, скоро берег? Ну, шапки я вам дам новые. Тебе, Стецько, дам выложенную бархатом и золотом. Я ее снял вместе с головою у татарина. Весь его снаряд достался мне; одну только его душу я выпустил на волю. Ну, причаливай! Вот, Иван, мы и приехали, а ты все плачешь! Возьми его, Катерина!

Страница 2 из 12

Вам также может понравиться

Страница 1 из 41

Назад1241Далее