Загрузка...
Кровавая расправа в Манор-Плэсе — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Кровавая расправа в Манор-Плэсе

Автор Артур Конан Дойл
18+
Язык книгиru
Возрастное ограничение18+
Темы
убийствопсихологиядетективманорсудстрахованиеанглияпреступлениежертвасудебное расследование

Описание

Книга рассказывает о том, как эгоизм Виллиама Юнгмана приводит к убийству матери Мэри и её братьев, а затем к его аресту, суду и казни, подчёркивая последствия безрассудных действий и реакцию общества в 1960‑х годах.

Главный конфликт / проблема

Эгоизм приводит к убийству и судебному преследованию, ставя под угрозу жизни и свободу людей.

Ключевые идеи

  • Эгоизм как корень преступления
  • Страхование жизни как средство обмана

Вывод

Книга приводит к выводу, что безумный эгоизм несёт разрушительные последствия, а общество реагирует на такие преступления строго и решительно.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся криминальными драмами
  • Люди, изучающие психологию преступлений

Главные темы

  • Эгоизм и его последствия
  • Общественная реакция на преступления в 1960‑х годах

Персонажи

  • Виллиам Годфрей Юнгман — Самоуверенный, эгоистичный портной, стремится к богатству через страхование жизни и убийство. Он женат на Мэри, застраховал её, но после убийства её матери и братьев обвиняет мать в преступлении, пытаясь оправдать себя. В итоге арестован и приговорён к смертной казни.
  • Мэри Стритер — Дружелюбная и любящая девушка, дочь фермерского Стритера. Она женится на Виллиаме, но противостоит его требованию уничтожить любовные письма. После убийства её матери и братьев она становится жертвой трагедии, а её смерть приводит к судебному разбирательству.
  • Констебль Варней — Констебль, прибывающий на место преступления, организует расследование, фиксирует доказательства, арестует Виллиама и участвует в судебном процессе.
  • Барда — Житель дома, который видит убийство и помогает полиции.
  • Беван — Житель дома, который видит убийство и помогает полиции.

Цитаты

  • "Дорогая моя, я приготовил заявление и отнес его в контору страхования жизни."
  • "Не забудьте сжечь письма."

Сводка по автору из Wikidata

1859–1930. Sir Arthur Ignatius Conan Doyle. английский писатель (1859—1930)

Читать онлайн

Страница 3 из 4

В пять часов старик встал, торопливо оделся и в двадцать минут шестого спустился по лестнице и запер за собой входную дверь. Таким образом, с места драмы ушел последний свидетель, и все, что случилось после его ухода, известно лишь на основании логических выводов и косвенных улик. Точных подробностей случившегося никто не знает, и для меня, летописца, это, пожалуй, даже приятно, так как едва ли события, подобные нижеизлагаемому, можно смаковать, вникая во все их ужасные подробности.

Я уже говорил, что внизу под Юнгманами, жили супруги Бард; в половине шестого, через десять минут после того, как из дома ушел старик-портной, госпожа Бард проснулась; ее разбудил шум, доносившийся с верхнего этажа. Казалось, что в квартире Юнгманов бегают взад и вперед дети. Легкий топот голых ног явственно слышался сверху.

Женщина стала прислушиваться и наконец сообразила, что это очень странно: с какой это стати дети стали бегать и резвиться в такой необычный час?

Госпожа Бард разбудила мужа и обратила его внимание на необычный шум. Оба сели в постели и стали слушать. И вдруг...

И вдруг они услыхали громкий задыхающийся крик, и затем на пол над их головами упало что-то мягкое и тяжелое.

Бард выскочил и бросился вниз по лестнице. Но на верхнюю площадку он не вошел, ибо еще стоя на верхних ступенях, он заглянул в открытую дверь квартиры Юнгманов. Его глазам представилось нечто такое, что заставило его дико закричать и поспешно броситься вниз. Еще момент и Бард стучался к Бевану, крича:

- Ради Бога, подите скорее! Здесь убийство.

Беван выскочил на лестницу. Он и сам слышал этот зловещий стук чьего-то тяжелого падения. Оба - и Беван, и Бард - опять поднялись по скрипучей лестнице наверх. Золотые лучи июльского солнца освещали их бледные и перепуганные лица.

Но и на этот раз они не добрались до места. Они остановились на ступеньке, с которой была видна площадка. На пороге двери и на площадке виднелись лежащие белые фигуры. Эти фигуры были залиты кровью. Зрелище было прямо до ужаса нестерпимое!

На площадке виднелось всего три трупа, а по комнате кто-то ходил; этот кто-то вышел на площадку. Перепуганные соседи увидали перед собой Виллиама Годфрея Юнгмана. Он был в одном нижнем белье, весь перепачканный кровью. Один рукав рубашки был разорван и висел.

Увидав перепуганных соседей, Виллиам крикнул:

- Мистер Бард! Ради Бога, приведите поскорее врача! Может быть еще можно кого-то спасти!

Соседи побежали вниз по лестнице, а Виллиам крикнул им вдогонку:

- Это все моя мать наделала! Она зарезала мою невесту и братьев, а я, защищаясь от нее... мне кажется, что я ее убил.

Это объяснение Виллиам Юнгман повторял до самого своего конца.

Но соседям некогда было рассуждать. Они бросились каждый в свою комнату, поспешно оделись и выскочили на улицу искать врача и полицию. А Юнгман стоял на верхней площадке и все повторял свое объяснение.

Я воображаю, как сладок показался Бевану и Барду летний утренний воздух после того, как они выскочили из этого проклятого дома, я воображаю, как удивлялись честные продавцы молока, глядя на этих двух растрепанных и перепуганных людей. Но идти далеко им не пришлось. На углу улицы стоял городовой Джон Верней, солидный и невозмутимый, как тот закон, который он представлял своей особой.

Городовой Варней с вселяющей бодрость в двух испуганных обывателей медлительностью и достоинством двинулся к дому, в котором произошла драма.

Увидав на лестнице лакированную каску полицейского Юнгман вскрикнул;

- Глядите, что здесь произошло! Что мне делать?

Констебль Варней остался невозмутимым при виде кровавых тел, Юнгману он дал самый своевременный и практический совет:

- Одевайтесь и идите со мной!

- Но за что? - воскликнул молодой человек. - Я убил мать, защищая себя, ведь и вы поступили бы так же. Я не нарушил закона.

Констебль Варней не любил высказывать своих мнений о законе, но на этот раз он был вполне убежден, что самое лучшее, что может сделать в данном случае Юнгман, так это одеться.

Между тем на улице перед домом стала собираться толпа, и на место происшествия прибыли другой констебль и полицейский инспектор. Положение было совершенно ясно. Правду ли, нет ли говорит Юнгман, но так или иначе он в убийстве матери признался и, стало быть, должен быть арестованным.

На полу был найден кинжал-нож, погнувшийся от силы ударов. Юнгман должен был признаться, что этот кинжал принадлежит ему. Оглядели и трупы. Раны были ужасны: такие раны мог нанести только человек, обладающий мужской силой и энергией...

Выяснилось одним словом, что Юнгман заблуждается, называя себя жертвой обстоятельств. Совершенно напротив, Юнгман оказывался одним из крупнейших злодеев нашей эпохи.

Но прямых свидетелей не было, злодейская рука заставила замолчать всех - и невесту, и мать, в малолетних братьев.

Бесцельность этого ужасного преступления поразила всех. Негодование общества было чрезвычайно велико. Затем, когда открылось, что Юнгман застраховал в свою пользу жизнь бедной Мэри, стало казаться, что повод к преступлению найден. Обратили внимание на то, что обвиняемый лихорадочно торопился закончить дело со страховкой. И зачем он просил невесту уничтожить его письма?

Это были наиболее тяжкие улики против Юнгмана.

Но в то же время как Юнгман мог зарегистрировать и получить страховую сумму из общества "Аргус", не будучи ни мужем, ни родственником Мэри? Ведь все это было нелепо до крайности и заставляло думать, что преступник или круглый невежда, или сумасшедший.

Стали исследовать дело с этой стороны, и оказалось, что безумие было не чуждо предкам Юнгмана. Мать его матери и брат отца содержались в психиатрических больницах. Дед Юнгмана (отец портного) также одно время содержался в сумасшедшем доме, но перед смертью "пришел в разум".

Основываясь на этих данных, приходилось признать, что деяние в Манор-Плэс надо зарегистрировать не с уголовной, а с медицинской точки зрения.

В наше гуманное время Юнгмана едва ли бы повесили, но в шестидесятых годах на преступников глядели иначе.

Дело разбиралась в главном уголовном суде 16 августа.

Председательствовал судья Виллионс. На суде выяснилось, что нож, которым было совершено убийство, был приобретен Юнгманом заблаговременно. Он даже показывал где-то в кабачке этот нож своим знакомым.

Один из этих знакомых, добрый британец, преданный закону и порядку, заметил, что мирному гражданину носить такой нож не годится. Юнгман на это ответил:

- Всякий может защищать себя таким способом, какой ему понравится.

Добрый британец едва ли подозревал, что беседует с невменяемым человеком и находится на волосок от смерти.

Страница 3 из 4

Вам также может понравиться

Страница 1 из 11

Назад1211Далее