Загрузка...
Уральские сказы – II — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Уральские сказы – II

Автор Павел Петрович Бажов
0+8 читателей
Дата написания1951-12-31
Язык книгиru
СерияСобрание сочинений, 2
Возрастное ограничение0+

Описание

Книга представляет собой сборник сказок и легенд о богатствах Урала, их добыче, семейных традициях и мифах, объединяя исторические события, ремесленные практики и культурные воспоминания.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между желанием добывать природные ресурсы и защитой их от промышленников, а также противостояние традиций и индустриализации.

Ключевые идеи

  • Традиция разбирать камешки в деревне Сарапулке и её влияние на поиск ресурсов
  • Неудачные попытки добычи графита и драгоценных камней в Адуе и поиск помощи у местного эксперта
  • Легенда о «Ильменских горах» и «Ленинском» декрете, защищающем горные ресурсы
  • Семейная история и связь с местным заводом
  • Роль демидовских хозяев и их преувеличенная роль в истории
  • Легенда о Марфуше Зубомойке и её вклад в производство каменной кудели
  • Передача ремесленных традиций и горных богатств из поколения в поколение
  • Традиция передачи мастерства от мастера к ученику
  • Разница между самородными и плавлеными камнями
  • Влияние советской эпохи на образование и практику труда
  • Исторические конфликты за землю и ресурсы в Урале
  • Сохранение народных легенд и сказок в устной форме

Вывод

Книга подчёркивает, что богатства Урала и их добыча сопровождаются культурными мифами, семейными традициями и историческими конфликтами, которые продолжают влиять на современное восприятие.

Кому полезна

  • Историки
  • Культурологи
  • Жители Урала
  • Любители фольклора

Главные темы

  • Уральская горная традиция и добыча
  • Местные ремесла и семейные истории
  • Мифы и реальность в индустриальной культуре

Персонажи

  • Автор — Старый рабочий и рассказчик, который с детства жил на Полевском заводе, наблюдал за работой и легендами, вспоминает дружбу с Митьшей Заровняевым, мастерство и трудовые будни Урала.
  • Кондрат Маркелыч — Старый горщик, известный в округе, но отказался помочь артельщикам, заявив, что знает только о местных жилках.
  • Ленин — Выдал декрет о заповедном статусе гор и назначил стариков сторожами.
  • Максим Вахоня — Русский, трудолюбивый, участвовал в поисках горных ресурсов и в обращении к Ленину.
  • Садык Узеев — Башкирец, участвовал в поисках горных ресурсов и в обращении к Ленину.
  • Марфуша Зубомойка — Курносенькая, рябенькая, известная своей изобретательностью и трудолюбием. Она смогла превратить камень в материал для пряжи, что привлекло внимание Демидова.
  • Юрко Шмель — Молодой и трудолюбивый, он помогал Марфуше в работе и получил разрешение на собственную усадьбу от Демидова.
  • Никита Демидов — Покорный, но часто преувеличиваемый в истории, участвовал в развитии завода, но его реальная роль была ограничена.
  • Тимоха Малоручко — Трудолюбивый и умелый, он работал в шахте и был известен своей способностью работать с различными материалами.
  • Митьша Заровняев — Друзья автора, стал мастером огранки, известен своим умением и опытом.
  • Евграф Васильич Менухов — Опытный работник, который делится воспоминаниями о передаче мастерства и роли учёных.
  • Безвредный старичок — Работает на старом руднике, ежедневно добавляет известь в воду, символизирует связь поколений и непрерывность трудовой традиции.

Цитаты

  • Не гляди, что старый, я еще покажу, как жилки искать!
  • Пойдем, поглядим, в коем месте люди хорошо живут.
  • Невьянский завод считается самым старым в здешнем краю.
  • Марфуша Зубомойка смогла превратить камень в материал для пряжи.
  • Не горюйте малолетки, что солнышко уходит!
  • Дело мастера боится.
  • Глухо у них. Здесь в Сысерти при большой дороге живем.
  • Медная гора – как лежащего медведя, будто в ней скрыта малахитовая тайна.

Сводка по автору из Wikidata

1879–1950. Pawel Petrowitsch Baschow. русский, советский писатель, фольклорист

Читать онлайн

Страница 3 из 92

Как гражданская война началась, оба старика в этих же местах оказались. По горняцкому положению, конечно, оба по винтовке взяли и пошли воевать за советскую власть. Потом, как Колчака в Сибирь отогнали, политрук и говорит:

– Пламенное, дескать, вам спасибо, товарищи-старики, от лица советской власти, а только теперь, как вы есть инвалиды подземного труда, подавайтесь на трудовой фронт. К тому же, – говорит, – фронтовую видимость нарушаете, как один кривой, а другой глухой.

Старикам это обидно, а что поделаешь? Правильно политрук сказал:

– Надо поглядеть, что на приисках делается. Пошли сразу к Ильменям, а там народу порядком набилось, и все хита самая последняя. Этой ничего не жаль, лишь бы рублей побольше зашибить. Все ямы, шахты живо засыплет, коли выгодно покажется. За хитой, понятно, купец стоит, только себя не оказывает, прячется. Заподумывали наши старики – как быть? Сбегали в Миас, в Златоуст, обсказали, а толку не выходит. Отмахиваются:

– Не до этого теперь, да и на то главки есть. Стали спрашивать про эти главки, в голове муть пошла. По медному делу – одна главка, по золотому – другая, по каменному – третья. А как быть, коли на Ильменских горах все есть. Старики тогда и порешили.

– Подадимся до самого товарища Ленина. Он, небось, найдет время.

Стали собираться, только тут у стариков рассорка случилась. Вахоня говорит: для показу надо брать один дорогой камень, который в огранку принимают. Ну, и золотой песок тоже. А Садык свое заладил: всякого камня образец взять, потому дело научное.

Спорили, спорили, на том договорились: каждый соберет свой мешок, как ему лучше кажется.

Вахоня расстарался насчет цирконов да фенакитов. В Кочкарь сбегал, спроворил там эвклазиков синеньких да розовых топазиков. Золотого песку тоже. Мешочек у него аккуратный вышел и камень все – самоцвет. А Садык наворотил, что и поднять не в силах. Вахоня грохочет:

– Хо-хо-хо. Ты бы все горы в мешок забил! Разберись, дескать, товарищ Ленин, которое к делу, которое никому не надо.

Садык на это в обиде.

– Глупый, – говорит, – ты, Максимка, человек, коли так бачку Ленина понимаешь. Ему научность надо, а базарная цена камню – наплевать.

Поехали в Москву. Без ошибки в дороге, конечно, не обошлось. В одном месте Вахоня от поезда отстал. Садык хоть и всердцах на него был, сильно запечалился, захворал даже. Как-никак всегда вместе были, а тут при таком важном деле разлучились. И с двумя мешками камней одному хлопотно. Ходят, спрашивают, не соль ли в мешках для спекуляции везешь? А как покажешь камни, сейчас пойдут расспросы, к чему такие камни, для личного обогащения али для музея какого? Одним словом, беспокойство.

Вахоня все-таки как-то исхитрился, догнал поезд под самой Москвой. До того друг другу обрадовались, что всю вагонную публику до слез насмешили: обниматься стали. Потом опять о камнях заспорили, который мешок нужнее, только уж помягче, с шуткой. Как к Москве подъезжать стали, Вахоня и говорит:

– Я твой мешок таскать буду. Мне сподручнее и не столь смешно. Ты поменьше, и мешок у тебя будет поменьше. Москва, поди-ко, а не Миас! Тут порядок требуется.

Первую ночь, понятно, на вокзале перебились, а с утра пошли по Москве товарища Ленина искать. Скоренько нашли и прямо в Совнарком с мешками ввалились. Там спрашивают, что за люди, откуда, по какому делу.

Садык отвечает:

– Бачка Ленин желаим каминь казать.

Вахоня тут же гудит:

– Места богатые. От хиты ухранить надо. Дома толку не добились. Беспременно товарища Ленина видеть требуется.

Ну, провели их к Владимиру Ильичу. Стали они дело обсказывать, торопятся, друг дружку перебивают.

Владимир Ильич послушал, послушал и говорит:

– Давайте, други, поодиночке. Дело, гляжу, у вас государственное, его понять надо.

Тут Вахоня, откуда и прыть взялась, давай свои дорогие камешки выкладывать, а сам гудит: из такой ямы, из такой шахты камень взял, и сколько он на рубли стоит.

Владимир Ильич и спрашивает:

– Куда эти камни идут?

Вахоня отвечает – для украшения больше. Ну, там перстни, серьги, буски и всякая такая штука. Владимир Ильич задумался, полюбовался маленько камешками и сказал:

– С этим погодить можно.

Тут очередь до Садыка дошла. Развязал он свой мешок и давай камни на стол выбрасывать, а сам приговаривает:

– Амазон-каминь, калумбит-каминь, лабрадор-каминь.

Владимир Ильич удивился:

– У вас, смотрю, из разных стран камни.

– Так, бачка Ленин! Правда говоришь. Со всякой стороны каминь сбежался. Каменный мозга каминь, и тот есть. В Еремеевской яме солничный каминь находили.

Владимир Ильич тут улыбнулся и говорит:

– Каменный мозг нам, пожалуй, ни к чему. Этого добра и без горы найдется. А вот солнечный камень нам нужен. Веселее с ним жить.

Садык слышит этот разговор и дальше старается:

– Потому, бачка Ленин, наш каминь хорош, что его солнышком крепко прогревает. В том месте горы поворот дают и в степь выходят.

– Это, – говорит Владимир Ильич, – всего дороже, что горы к солнышку повернулись и от степи не отгораживают.

Тут Владимир Ильич позвонил и велел все камни переписать и самый строгий декрет изготовить, чтоб на Ильменских горах всю хиту прекратить и место это заповедным сделать. Потом поднялся на ноги и говорит:

– Спасибо вам, старики, за заботу. Большое вы дело сделали! Государственное! – И руки им, понимаешь, пожал.

Ну, те, понятно, вне ума стоят. У Вахони вся борода слезами как росой покрылась, а Садык бороденкой трясет да приговаривает:

– Ай, бачка Ленин! Ай, бачка Ленин!

Тут Владимир Ильич написал записку, чтоб определить стариков сторожами в заповедник и пенсии им назначить.

Только наши старики так и не доехали до дому. По дорогам в ту пору, известно, как возили. Поехали в одно место, а угадали в другое. Война там, видно, кипела, и, хотя один был глухой, а другой кривой, оба снова воевать пошли.

С той поры об этих стариках и слуху не было, а декрет о заповеднике вскорости пришел. Теперь этот заповедник Ленинским зовется.[ 2]

Страница 3 из 92

Вам также может понравиться

Страница 1 из 4

Назад124Далее