Загрузка...
Оригинальный человек и другие рассказы — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Оригинальный человек и другие рассказы

Автор Леонид Николаевич Андреев
0+201055 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение0+

Описание

Книга представляет собой сборник рассказов, в которых автор исследует темы одиночества, предрассудков, войны, ответственности и поиска смысла через образы городского и сельского быта, семейных конфликтов и личных трагедий.

Главный конфликт / проблема

Главный конфликт — внутренние и внешние противоречия персонажей, возникающие из личных слабостей, предрассудков и обстоятельств, которые приводят к трагическим исходам.

Ключевые идеи

  • Сложность роли городового, баланс между служебными обязанностями и личными чувствами
  • Проблемы алкоголя и его влияние на общественные отношения
  • Семейные ценности и домашний уют в контексте праздника
  • Одиночество и поиск утешения в трудных условиях.
  • Влияние памятников и символов на восприятие жизни.
  • Проблемы социальной и семейной среды, влияющие на молодёжь.
  • Карточная игра как символ человеческих стремлений и ограничений.
  • Молчание как состояние, в котором люди могли бы говорить, но не хотят.
  • Трагическая судьба и её влияние на память и отношения.
  • Боль и изоляция как испытание человеческой души.
  • Стремление к свободе и переменам в контексте студенческой жизни.
  • Проблемы идентичности и предрассудков в обществе.

Вывод

Книга приводит к выводу, что человеческая жизнь полна конфликтов и трагедий, но в них скрывается возможность понимания и сочувствия, а поиск смысла и ответственности остаётся ключевым для выживания в сложных условиях.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся психологией персонажей, историей, социальной критикой, читатели, ищущие глубокие художественные произведения.

Главные темы

  • Одиночество и семейные отношения
  • Влияние войны и предрассудков
  • Проблемы идентичности и поиска смысла
  • Ответственность и последствия действий

Персонажи

  • Иван Акиндинович Бергамот — Крепкий, строгий городовой, чувствует голод и раздражение, но проявляет сочувствие к Гараське.
  • Гараська — Пьяный, непредсказуемый, пытается проникнуть в дом Бергамота, ведёт себя странно и врет.
  • Лаврентий Петрович Кошеверов — Богатый, одинокий, страдающий от болезни, испытывающий отчуждение и одиночество в клинике.
  • Николай Дмитриевич Масленников — Рискованный и амбициозный, стремится к «большому шлему», но умирает во время игры.
  • О. Игнатий — Пытается понять смерть дочери, погружается в молчание.
  • Марсельеза — Человек с непрерывными слезами, которого окружающие называют «маленькой свиньей»; умирает от тифа.
  • Василий Фивейский — Судьба Фивейского наполнена трагедиями: потеря сына, алкоголизм жены, рождение идиота, смерть жены и собственная смерть; позже становится пастухом.
  • Антон Иванович — Человек, чьи необычные увлечения становятся предметом обсуждения и критики.
  • Чистяков — Молодой человек, живёт в общежитии, испытывает внутренний конфликт и стремится к свободе.
  • Женщина‑работница — Уставшая от труда, ищет укрытия у памятника и встречает писателя.
  • Алексеем Георгиевичем — Обсуждает памятник, читает стихи и пьёт водку.
  • Петяка — Отправляется на дачу, испытывает страх и любопытство.

Цитаты

  • "Тьфу! – плюнул Баргамот, сделав цигарку, и начал нехотя сосать ее."
  • "Гараська хотел сделать жест, выражающий удальство, но благоразумно удержался, плюнул и пошаркал на одном месте ногой, делая вид, что растирает плевок."
  • «Памятник был великий человек. А я вот сижу и думаю, почему один великий человек стоит на пьедестале, а другой вот тут под дождем мокнет и с тобой, умницей, разговаривает.»
  • «Милый… милый ангелочек!»
  • Николай Дмитриевич играет большой шлем в бескозырях!
  • Молчание – это не отсутствие звуков, а то, что люди могли бы говорить, но не хотят.
  • «И весь он перенесен теперь на страницы записей. С каждым днем он все менее принадлежал себе…»
  • «А я люблю негритянок. В них есть нечто экзотическое.»
  • Когда я умру, пойте надо мною Марсельезу.
  • – Да будет святая воля Твоя.

Сводка по автору из Wikidata

1871–1919. 列昂尼德·尼古拉耶维奇·安德列耶夫. российский прозаик, драматург, публицист (1871—1919)

Читать онлайн

Страница 1 из 105

Annotation

Леонид Андреев (1871–1919) – один из величайших русских писателей Серебряного века, создавший ряд в равной степени значительных произведений как в реалистической, так и в символической прозе. Рассказы Леонида Андреева, с их чеканным стилем и яркой, метафоричной образностью, тяготеют чаще всего к философской притче, посвященной «вечным» вопросам бытия, – и по сей день не утратили актуальности.

Леонид Андреев

БАРГАМОТ И ГАРАСЬКА

ПАМЯТНИК

ПЕТЬКА НА ДАЧЕ

АНГЕЛОЧЕК

БОЛЬШОЙ ШЛЕМ

В ПОЕЗДЕ

МОЛЧАНИЕ

ЖИЛИ-БЫЛИ

ИНОСТРАНЕЦ

ОРИГИНАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК

МАРСЕЛЬЕЗА

ЖИЗНЬ ВАСИЛИЯ ФИВЕЙСКОГО

НЕТ ПРОЩЕНИЯ

КРАСНЫЙ СМЕХ

Часть I

Часть II

ГУБЕРНАТОР

ХРИСТИАНЕ

ЕЛЕАЗАР

notes

1

Леонид Андреев ОРИГИНАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК

БАРГАМОТ И ГАРАСЬКА

Было бы несправедливо сказать, что природа обидела Ивана Акиндиныча Бергамотова, в своей официальной части именовавшегося «городовой бляха № 20», а в неофициальной попросту «Баргамот». Обитатели одной из окраин губернского города Орла, в свою очередь, по отношению к месту жительства называвшиеся пушкарями (от названия Пушкарной улицы), а с духовной стороны характеризовавшиеся прозвищем «пушкари – проломленные головы», давая Ивану Акиндиновичу это имя, без сомнения, не имели в виду свойств, присущих столь нежному и деликатному плоду, как бергамот. По своей внешности Баргамот скорее напоминал мастодонта или вообще одного из тех милых, но погибших созданий, которые за недостатком помещения давно уже покинули землю, заполненную мозгляками-людишками. Высокий, толстый, сильный, громогласный Баргамот составлял на полицейском горизонте видную фигуру и давно, конечно, достиг бы известных степеней, если бы душа его, сдавленная толстыми стенами, не была погружена в богатырский сон. Внешние впечатления, проходя в душу Баргамота через его маленькие, заплывшие глазки, по дороге теряли всю свою остроту и силу и доходили до места назначения лишь в виде слабых отзвуков и отблесков. Человек с возвышенными требованиями назвал бы его куском мяса, околоточные надзиратели величали его дубиной, хоть и исполнительной, для пушкарей же – наиболее заинтересованных в этом вопросе лиц – он был степенным, серьезным и солидным человеком, достойным всякого почета и уважения. То, что знал Баргамот, он знал твердо. Пусть это была одна инструкция для городовых, когда-то с напряжением всего громадного тела усвоенная им, но зато эта инструкция так глубоко засела в его неповоротливом мозгу, что вытравить ее оттуда нельзя было даже крепкой водкой. Не менее прочную позицию занимали в его душе немногие истины, добытые путем житейского опыта и безусловно господствовавшие над местностью. Чего не знал Баргамот, о том он молчал с такой несокрушимой солидностью, что людям знающим становилось как будто немного совестно за свое знание. А самое главное, – Баргамот обладал непомерной силищей, сила же на Пушкарной улице была все. Населенная сапожниками, пенькотрепальщиками, кустарями-портными и иных свободных профессий представителями, обладая двумя кабаками, воскресеньями и понедельниками, все свои часы досуга Пушкарная посвящала гомерической драке, в которой принимали непосредственное участие жены, растрепанные, простоволосые, растаскивавшие мужей, и маленькие ребятишки, с восторгом взиравшие на отвагу тятек. Вся эта буйная волна пьяных пушкарей, как о каменный оплот, разбивалась о непоколебимого Баргамота, забиравшего методически в свои мощные длани пару наиболее отчаянных крикунов и самолично доставлявшего их «за клин». Крикуны покорно вручали свою судьбу в руки Баргамота, протестуя лишь для порядка.

Таков был Баргамот в области международных отношений. В сфере внутренней политики он держался с неменьшим достоинством. Маленькая, покосившаяся хибарка, в которой обитал Баргамот с женой и двумя детишками и которая с трудом вмещала его грузное тело, трясясь от дряхлости и страха за свое существование, когда Баргамот ворочался, – могла быть спокойна если не за свои деревянные устои, то за устои семейного союза. Хозяйственный, рачительный, любивший в свободные дни копаться в огороде, Баргамот был строг. Путем того же физического воздействия он учил жену и детей, не столько сообразуясь с их действительными потребностями в науке, сколько с теми неясными на этот счет указаниями, которые существовали где-то в закоулке его большой головы. Это не мешало жене его Марье, еще моложавой и красивой женщине, с одной стороны, уважать мужа как человека степенного и непьющего, а с другой – вертеть им, при всей его грузности, с такой легкостью и силой, на которую только и способны слабые женщины.

Часу в десятом теплого весеннего вечера Баргамот стоял на своем обычном посту, на углу Пушкарной и 3-й Посадской улиц. Настроение Баргамота было скверное. Завтра светлое Христово воскресение, сейчас люди пойдут в церковь, а ему стоять на дежурстве до трех часов ночи, только к разговинам домой попадешь. Потребности молиться Баргамот не ощущал, но праздничное, светлое настроение, разлитое по необычайно тихой и спокойной улице, коснулось и его. Ему не нравилось место, на котором он ежедневно спокойно стоял в течение десятка годов: хотелось тоже делать что-нибудь такое праздничное, что делают другие. В виде смутных ощущений поднимались в нем недовольство и нетерпение. Кроме того, он был голоден. Жена нынче совсем не дала ему обедать. Так, только тюри пришлось похлебать. Большой живот настоятельно требовал пищи, а разговляться-то когда еще!

– Тьфу! – плюнул Баргамот, сделав цигарку, и начал нехотя сосать ее. Дома у него были хорошие папиросы, презентованные местным лавочником, но и они откладывались до «разговленья».

Вскоре потянулись в церковь и пушкари, чистые, благообразные, в пиджаках и жилетах поверх красных и синих шерстяных рубах, в длинных, с бесконечным количеством сборок, сапогах на высоких и острых каблучках. Завтра всему этому великолепию предстояло частью попасть на стойку кабаков, а частью быть разорванным в дружеской схватке за гармонию, но сегодня пушкари сияли. Каждый бережно нес узелок с пасхой и куличами. На Баргамота никто не обращал внимания, да и он с неособенной любовью посматривал на своих «крестников», смутно предчувствуя, сколько путешествий придется ему завтра совершить в участок. В сущности, ему было завидно, что они свободны и идут туда, где будет светло, шумно и радостно, а он торчи тут как неприкаянный.

«Стой тут из-за вас, пьяниц!» – резюмировал он свои размышления и еще раз плюнул – сосало под ложечкой.

Страница 1 из 105

Назад12105Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее