Читать бесплатно онлайн

Заговор (сборник)

Автор Марк Александрович Алданов

12+201372 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Дата написания1970-01-01

Язык книгиru

Возрастное ограничение12+

Жанры

литература 20 века русская классика историческая литература

Темы

исторические личностисборник рассказовисторические событияисторические романыполитические заговорыпортрет эпохирусские императоры

Описание

В романе «Заговор (сборник)» автор Марк Алданов Александрович описывает политические интриги и тайные общества в России начала XIX века через призму жизни служащего Иванчука, путешественника Штааля и других персонажей, раскрывая их личные амбиции, взаимоотношения и участие в заговоре против императора Павла I.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными амбициями и политической реальностью, а также заговор против императора Павла I, который ставит под угрозу стабильность государства.

Ключевые идеи

Театральный зал как сцена политических интриг
Тайные общества и их влияние на решения высших чинов
Размышления о судьбе России и роли аристократии
Талызин как посредник и организатор политических и масонских встреч.
Переворот 18‑го брюма как символ смены правовых и социальных норм.
Масонство как скрытая политическая сила в Петербурге.
Театральные репетиции как метафора жизни и подготовки.
Взаимоотношения между актерами, инспектором и репетирующим.
Путешествие как способ самопознания и смены обстановки.
Штааль ищет приключения и ощущает разочарование в повседневной жизни.
Взаимодействие между персонажами раскрывает социальные и личные напряжения.
Покупка земли становится центральным событием, влияющим на отношения и планы героев.

Вывод

Книга приводит к выводу о том, как тайные общества и личные амбиции влияют на политические события, приводя к конфликтам и изменению власти, и подчёркивает необходимость осознания исторических процессов для предотвращения повторения подобных трагедий.

Кому полезна

Историки и любители исторических романов
Читатели, интересующиеся политикой и тайными обществами
Студенты и преподаватели истории России

Главные темы

Политические интриги и заговоры
Тайные общества и масонство
Театральная жизнь и культурные события
Личностные отношения и амбиции

Персонажи

Пален — Главный conspirator, orchestrates plot against Emperor Pavel I, persuades others, confident in his motives, discusses freedom and revolution, leads actions.
Талызин — Масон, организует ужин, объединяет противоборствующие группы, поддерживает дискуссии, ищет Пален, участвует в перевороте.
Штааль — Бедный, амбициозный, путешествует, участвует в заговоре, переживает страх, скрывает деньги, наблюдает за офицерами, получает поручения от Пален и Уварова, внутренний конфликт.
Иванчук — Наблюдательный, помогает Штаалю, интересуется Шевалье, стремится к богатству, заботится о Настеньке, участвует в планах, иногда сомневается.
Зубов — Участник заговоров, встречается с Штаалем, участвует в планах, иногда сомнителен, может быть генералом.
Баратаев — Алхимик, обсуждает философский камень, заговор, участвует в обсуждении.
Ламор — Французский монах, предоставляет документы, рассказывает о 18‑м брюме, участвует в заговоре.
Панино — Писатель, пишет депешу о свержении, подчеркивает важность сохранения власти.
Настенька — Женщина, влюблена в Иванчук, соглашается выйти за него замуж, наблюдает за событиями.
Шевалье — Госпожа, принимает гостей, обсуждает политические темы, живет театрально.
Frau Gertruda — Сдержанная, помогает Иванчук в переговорах, иногда флиртует.
Александр Павлович — Опасный, подозрительный, противодействует Палену, участвует в обсуждении.

Цитаты

«Палено, как и все, в людях всегда именинник…»
«Заговор – это партия, но с более высокой ставкой»
«Не растаял бы лед, Никифор»
«Память о 18‑м брюме – это символ смены правовых и социальных норм»
«Ни принцесса, ни дюшесса, ни княгиня, ни графиня» — хриплый баритон пел, создавая атмосферу ожидания.
«Да, я и так слушаюсь» — Иванчук, когда Штааль говорил о своих чувствах к госпоже Шевалье.
Жаль, правда, нет де Бальмена, — вдруг догадался он.
Ach, die Herrschaften sind aus Petersburg bekannt, aber natürlich!
Халуй!
Вполне натурально

Сводка по автору из Wikidata

1886–1957. Mark Alexandrowitsch Aldanow. русский прозаик, публицист, автор очерков на исторические темы, философ и химик

Читать онлайн

Страница 1 из 98

Annotation

v 1.0 — создание fb2 Vitmaier

Марк Алданов

Предисловие

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

III

VII

VIII

XII

XIII

XIV

XVI

XVII

XVIII

XIX

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

III

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

III

VII

VIII

XII

XIII

XIV

XVI

XVII

XVIII

XIX

XXI

XXII

XXIII

XXIV

XXV

XXVI

XXVII

XXVIII

XXIX

XXX

XXXI

XXXII

XXXIII

XXXIV

XXXV

XXXVI

XXXVII

notes

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142

143

144

145

146

147

148

149

150

151

152

153

154

155

156

157

158

159

160

161

162

163

164

165

166

167

168

169

170

171

172

173

174

175

176

177

178

179

180

181

182

183

184

185

186

187

188

189

190

191

192

193

194

195

196

197

198

199

200

201

202

203

204

Марк Алданов ЗАГОВОР

Предисловие

В основу настоящей книги легла мрачная историческая драма. В деле, закончившемся 11 марта 1801 года, сказалась с необыкновенной силой черта безвыходности. В совершенно безвыходном положении были и царь и цареубийцы.

Император Павел по характеру не был тупым, кровожадным извергом, каким не раз его изображали историки русские и иностранные. От природы человек одаренный и благородный, он стал жертвой душевной болезни, по-видимому, очень быстро развившейся в последние месяцы его царствования. Неограниченная власть самодержца превратила его личную драму в национальную трагедию.

Среди участников заговора были, разумеется, люди разные.

Первые пятнадцать лет 19-го века представляются мне самым блестящим периодом во всей истории России. Подход к этому времени был, по многим причинам, нелегкий. Нужно было прежде всего преодолеть в себе и казенного Иловайского, и Иловайского революционного, — для людей моего поколения второй был опаснее первого. Как романиста, меня в первую очередь занимали не исторические события, не политические явления, а живые люди. Долголетнее изучение документов, относящихся к людям, убедило меня в том, что не только наиболее выдающиеся из русских деятелей конца 18-го и начала 19-го веков (Суворов, Пален, Безбородко, Панин, Воронцовы), но и многие другие (Талызин, Вал. Зубов, Яшвиль, Завадовский, Строгановы, С. Уваров) в умственном и в моральном отношении стояли не ниже, а выше большинства их знаменитых западных современников, участников Французской революции. Убийцы Павла I составляли небольшую часть блестящей исторической группы. Но и часть эта отнюдь не была однородной: заговорщики говорили на разных языках — даже почти в буквальном смысле этого выражения.[ 1] Если б граф Пален остался у власти в царствование Александра I, вероятно, история России (а с ней и европейская история) приняла бы иное направление. Гадать на эту тему не приходится, но всемирное историческое значение дела 11 марта достаточно очевидно.

Август 1927 года

Париж

Автор

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Солнце четко очерченным малиновым шаром просвечивало сквозь молочный туман. Казалось, будто странная чужая планета подошла к освещенной не ею земле и неподвижно повисла в тусклой белизне неба.

К Кушелевскому театру беспрерывно подъезжали экипажи, каждый раз неожиданно вырастая в тумане перед глазами будочников. Поспешно соскакивали лакеи, откидывали подножки карет и высаживали господ, которые, беспокойно оглядываясь на темневший вдали тенью Зимний дворец, осторожно по мерзлым ступеням лестницы поднимались в сени театра, бледно светившиеся дрожью масляных фонарей. Будочники, переводя глаза от седоков к кучерам, мгновенно меняли почтительное выражение лиц на злобное и строгое. Кареты быстро отъезжали, исчезая за серой стеной тумана.

Морщась от света ламп и от запаха горелого масла, Иванчук в сенях отряхнул снег с сапог, снял перчатки и заботливо положил в карманы шубы, так, чтобы их не оттопырить. Затем скинул с себя шубу и, сложив ее вдвое, мехом вверх, отдал у боковой вешалки лакею, которого несколько раз твердо и отчетливо назвал по имени, напоминая этим, что он здесь свой человек. Не торопясь, он осмотрелся перед тускло освещенным зеркалом под насмешливым взором дамы, желавшей поправить прическу. Иванчук, не поворачиваясь, через зеркало послал даме приятную, слегка игривую улыбку. За дамой в зеркале отразилась высокая фигура в мундире. Улыбка Иванчука стала чуть задумчивой, — будто он улыбался своим мыслям. Он отошел от зеркала и направился к дверям зрительного зала, испытывая, как всегда в большом обществе, легкое нервное возбуждение. Его место было во втором ряду паркета: для первого ряда он еще считал недостаточным свое служебное положение, а третий стоил столько же, сколько второй. За свои деньги Иванчук желал и умел получать самое лучшее. Знакомый кассир оставлял ему даже на парадные спектакли всегда одно и то же, запиравшееся ключом, кресло. Таким образом, внимательные к мелочам люди могли думать, что кресло это взято Иванчуком по абонементу на целый сезон и что он, как человек очень занятой, посещает только парадные спектакли. Грациозно наклонив голову, слегка улыбаясь и повторяя «пардон», «миль пардон», Иванчук прошел боком к своему креслу, отпер ключом замок, но не сел. Он быстро одним взглядом окинул зрительный зал, сразу заметил почти всех, кто этого стоил, затем поднес к глазам лорнет (лорнеты опять вошли в моду) и, беспрестанно отводя его в сторону, — без лорнета он видел лучше, — принялся рассматривать залу, любезно раскланиваясь, с легкой улыбкой и с грациозным движеньем левой руки. Иванчука, состоявшего теперь на немаловажной должности при графе Палене, в лицо начинали знать почти все. Люди, неуверенно вспоминавшие его имя, смутно знали, что это очень способный и основательный молодой человек, делающий прекрасную карьеру. И даже неблагозвучная фамилия его, по мере того, как к ней привыкали, принимала какой-то новый, нисколько уже не смешной характер.

С легкой досадой Иванчук подумал, что приехал все-таки минут на пять раньше, чем следовало бы. Лучшие ложи первого яруса и места в паркете еще не все были заняты. Зато партер и второй ярус были набиты битком. В ложах верхнего яруса расположилось купечество, по преимуществу немецкое. Дамы там были одеты попроще и носили на шее не бриллианты, а жемчуга. Некоторые раскладывали на барьере бутерброды и филейное вязанье. Иванчук имел знакомых и в верхнем ярусе, но с ними не раскланялся. Он подошел к одной из лож и, часто оглядываясь, поговорил со старой дамой, которая ласково кивала ему головой.

Театр быстро наполнялся. На спектакле, сборном и благотворительном, было лучшее общество. Императорская ложа, однако, была пуста. Входившие в залу люди первым делом оглядывались на эту ложу и облегченно вздыхали, увидев, что в ней не зажжены свечи.

Страница 1 из 98

Назад1 2…98 Далее