Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Михаил Арцыбашев (1878–1927) – один из самых популярных беллетристов начала XX века, чье творчество многие годы подвергалось жестокой критике и лишь сравнительно недавно получило заслуженное признание. Роман «Санин» – главная книга писателя – долгое время носил клеймо «порнографического романа», переполошил читающую Россию и стал известным во всем мире. Тонкая, деликатная сфера интимных чувств нашла в Арцыбашеве своего сильного художника. «У Арцыбашева и талант, и содержание», – писал Л. Н. Толстой. Помимо романа «Санин», в книгу вошли повести и рассказы: «Роман маленькой женщины», «Кровавое пятно», «Старая история» и другие.

Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение0+
Жанры
русская классика
Темы
сборник рассказов

Читать онлайн

Страница 191 из 194

Лампа разгоралась медленно, и при свете ее Веригин рассмотрел непомерно высокого старика, в черной жилетке, с костяными пуговками, в белой рубахе навыпуск, с длинной седой бородой и седыми нависшими бровями, из-под которых зорко смотрели острые черные глазки. При виде его Веригин вспомнил того старика в лесу.

– А вы, Федор Иваныч, чайку с нами не выпьете? – продолжал Шутов.

– А и выпью! – глухо, как сквозь подушку, ответил старик. – Из тех же будете? – проницательно глядя из-под седых кустов, спросил он Веригина, принимая от него толстый стакан и наливая на блюдечко.

– Из тех самых!

– Тэк-с… – неодобрительно, как показалось Веригину, буркнул старик, дуя на блюдечко, которое держал высоко на растопыренных пальцах. Потом с хрустом откусил сахар, запил и, поставив пустое блюдечко на стол, сейчас же стал наливать, спокойно держа горячий стакан в заскорузлых пальцах.

Отпив стакан, пока Веригин наливал ему другой, старик сидел прямо и пытливо смотрел на гостя.

– Что вы на меня так смотрите? – спросил Веригин.

– Смотрю… Зря вы сделали, неладно, нехорошо! – сурово сказал старик.

– А что? – удивился Веригин.

– А то! – непонятно буркнул старик и взялся за блюдечко. Веригин понял, что ему известна история в лесу, и слегка покраснел.

– А вы откуда знаете? – недружелюбно спросил он.

– Выходит, что знаю… Сорока на хвосте принесла! – загадочно отвечал старик.

– Да вы о чем? – спросил Шутов с любопытством. Веригину не хотелось рассказывать, но он все-таки рассказал.

– Да, вот… – сказал старик, когда Веригин замолчал, – и выходит, что поступили вы очень даже неладно. Я этого старичка знаю: это тут в давние времена были какие-то поселенцы, из первых… Жизнь тогда тут была дикая, ну, и они обурятились, свою веру забыли, стали идолу кланяться… Так и живут, как бы идолопоклонники, выходит. Однако, опричь этого, дурного о них сказать нечего. Хорошо живут, правильно.

Старик говорил глухо, – усы мешали, – но веско и даже торжественно, как власть имеющий.

– Я их так понимаю, что смещение произошло: Христа-то они забыли, а обычай христианский соблюдают не в пример многим и из наших. Водки не пьют, никому худого не делают, воровства промеж них нет… нравственность имеют высокую и себя очень соблюдают. Наших не чуждаются, нет, но только идола своего никому показывать не могут. Такой у них, значит, закон… А старичок тот у них заместо главного шамана, что ли, считается. Очень правильный старичок. А теперь у них такое идет, что ну!.. И какие последствия тому могут быть, неизвестно. А только я вам скажу, что назад тем же путем вам теперь идти несподручно. Вы тут денька два поживите, а сын старший мой вернется, я ему прикажу, он вас проводит.

– Фью! – самоуверенно присвистнул Веригин и посмотрел на свое ружье, стоявшее в углу. Ему было досадно, что старик как бы нотацию ему читает, и тем более досадно, что ему самому было стыдно своей мальчишеской выходки.

Старик покачал головой, но ничего но сказал и стал наливать на блюдечко.

Шутов с тревогой посмотрел на него.

– А ты знаешь, ты в самом деле не ходи, подожди! – волнуясь, сказал он.

– Наплевать! – хвастливо возразил Веригин, именно потому, что ему самому что-то стало жутко, и стыдно было в этом признаться.

В избе было душно и темно. Лампочка давала мало свету; по стене от самоварного пара быстро проползали и исчезали под потолком дымные тени.

– Нехорошо! – повторил старик как бы про себя.

– Ну, что ж, – заговорил Веригин, озлившись на его осуждающий тон, – вы, верно, человек религиозный, следовательно, должны одобрять мой поступок: разрушил идолопоклонство!.. Святые отцы всегда так поступали.

Старик покосился на него, показывая, что понял насмешку.

– Вашему делу святые отцы не пример! – неодобрительно сказал он. – И не все правильно и святые делали.

– Что ж, по-вашему, не надо бороться с суевериями? Пусть себе идолам поклоняются, что ли? – насмешливо спросил Веригин.

Старик помолчал.

– Всяк человек своего идола имеет! – наставительно возразил он. – Не в том дело, чему человек поклоняется… Нам с вами чужую веру гнать не к лицу!.. Ты свою веру знай, барин, а чужой не касайся. Ты себя в добре держи и будешь тем самым Богу слуга. Не в храме, а в духе! – торжественно и непонятно возгласил старик, значительно подняв толстый, заскорузлый палец.

– Так то дух, а то деревянный чурбан! – не вдумываясь в слова старика, возразил Веригин.

– Чурбан!.. А ты во что веришь, барчук? – уже явно неодобрительно вдруг спросил старик и зорко уставился на Веригина.

Веригин засмеялся.

– Я в человечество верю, старик!

– В человечество? – раздумчиво и как бы с недоверием переспросил Федор Иванович. – В человечество!.. Ну, ин по-твоему… И крепко веришь?

– Верно, крепко, коли сюда попал!

– Во! А почем ты знаешь, что твоя вера – правая?

– Я думаю!

– А ты не думай, а говори, как понимаешь! Вот, скажем, и я, и Василий Васильевич, и старичок тот, и урядник наш, скажем, тоже – люди-человеки. Так ты и в нас веришь?

– Ну, почему – в вас?.. Я, старик, в идею человечества верю! – улыбнулся снисходительно Веригин.

– Ась? – переспросил Федор Иванович и наклонил ухо, из которого торчали седые волосы.

– Ну, во всех вместе верю! – смеясь, пояснил Веригин.

– Нет, это ты пустое говоришь! – покачал головой старик. – В каждого человека верить ты не можешь, потому что человек смертен и в юдоли своей весьма даже ничтожен. Этак ты и в козу поверишь!.. А веришь ты, как и все мы, в правду да в добро… Ты в людях правде и добру кланяешься. И выходит, что человек тебе наместо чурбана служит.

– Как? – в свою очередь переспросил Веригин.

– Намедни к нам миссионер приезжал, – как бы не слушая, продолжал старик, наливая чай, – собрал народ, книги вывалил и пошел: не так крестимся да не так молимся, неправедно, значит, живем и через то геенне огненной уготованы!.. А у самого рожа, как самовар… Постник!.. Ты-то как крестишься, когда анафеме людей предаешь? – спрашиваю… Как ты Богу молитвы возносишь перед образами постников великих, ежели от тебя винищем разит?.. Осерчал, изругал, да и уехал!.. Смеялись потом наши… А мне не смешно!.. Человек не Богу, а вере кланяется… Построил себе церкву, ей и служит, а в жизни у него Бога-то и нет!.. Руки да язык верят!.. К чему такая вера, хоть будь она самая расправильная? Ни к чему!.. А тот старичок, которого ты изобидел и, может, веры решил, своему идолу нелицеприятно служил!.. Дай Бог тебе, чтобы ты так со своим человечеством жил, как он со своей чурбашкой!.. А ты зачем человеку зло сделал, коли в человека веришь?..

– А черт же его знал! – обозлился Веригин и в замешательстве стал закуривать, притворяясь, что все его внимание поглощено огоньком спички.

– Нет, не черт! – укоризненно возразил старик. – то знай, что у каждого свой чурбан есть, и никакая перед другой никакого преимущества не имеет. Бога никто же не видел нигде же!.. Ты Бога спрашивал, какая вера ему милее?.. Перед ним все веры равны, а человеку та и лучше, от которой в нем зла меньше. Ты мимо своего чурбана на Бога смотри, так чурбан-то уже и не чурбан выйдет!.. Вот тебе и весь сказ, а ты над ним подумай. А я пойду… Покорнейше благодарим за угощение…

Страница 191 из 194

Назад1…190191192…194Далее

Вам также может понравиться

Тихий Дон — обложка книги

Тихий Дон

Михаил Александрович Шолохов

Братья Карамазовы — обложка книги

Братья Карамазовы

Федор Михайлович Достоевский

Идиот — обложка книги

Идиот

Федор Михайлович Достоевский

Преступление и наказание — обложка книги

Преступление и наказание

Федор Михайлович Достоевский

Ночевала тучка золотая — обложка книги

Ночевала тучка золотая

Анатолий Игнатьевич Приставкин

Живые и мертвые — обложка книги

Живые и мертвые

Константин Михайлович Симонов

Вечный зов — обложка книги

Вечный зов

Анатолий Степанович Иванов

Евгений Онегин — обложка книги

Евгений Онегин

Александр Сергеевич Пушкин

Герой нашего времени — обложка книги

Герой нашего времени

Михаил Юрьевич Лермонтов

Бесы — обложка книги

Бесы

Федор Михайлович Достоевский

Отцы и дети — обложка книги

Отцы и дети

Иван Сергеевич Тургенев

Камера обскура — обложка книги

Камера обскура

Владимир Владимирович Набоков

Страница 1 из 402

Назад12…402Далее