Загрузка...
Первые люди на Луне — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Первые люди на Луне

Автор Герберт Джордж Уэллс
0+181 читателей
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
лунная экспедициянаучная фантастикапервый полетпервый человек на Лунепутешествиекосмоснаукакосмическая миссиякосмический корабльпервый человек

Описание

Главный герой, бывший предприниматель Бедфорд, вместе с ученым Кавором отправляется на Луну в поисках нового материала, открывающего возможности освобождения от гравитации, но сталкивается с неизвестными существами и сложными испытаниями, которые заставляют его переосмыслить свои цели и выживание.

Главный конфликт / проблема

Проблема выживания и коммуникации с лунными существами, а также поиск выхода из лунного подземелья.

Ключевые идеи

  • Бедфорд ищет творческого вдохновения и уединения, но его встреча с Кавором открывает путь к научным экспериментам.
  • Кавор разрабатывает материал, который может блокировать гравитацию, открывая новые технологические перспективы.
  • Проверка атмосферы и адаптация к низкой гравитации на Луне.
  • Встреча с лунными существами и потеря убежища подготавливают сюжет к дальнейшим приключениям.
  • Луна представляет собой огромную пустую структуру с внутренними пещерами и машиной.
  • Существа, называемые селенитами, разумны, но выглядят как животные.
  • Коммуникация с существами возможна через геометрические доказательства.
  • План спасения включает либо физическое освобождение, либо установление контакта.
  • Изоляция и поиск товарища в чужом мире.
  • Нахождение записки, раскрывающей опасности селенитов.
  • Переход от лунной пустоты к земной реальности.
  • Культурный шок и попытка объяснить своё богатство.

Вывод

Книга приводит к осознанию того, что даже в самых отдалённых уголках космоса можно найти союзников и что человеческое любопытство может открыть новые горизонты.

Кому полезна

  • Любители научной фантастики
  • Учёные и инженеры
  • Путешественники и исследователи

Главные темы

  • Исследование Луны
  • Технология гравитации
  • Взаимодействие с чужеродными существами

Персонажи

  • Кавор — Практический и осторожный, предлагает решения, помогает в испытаниях и поддерживает автора. Теоретически ориентированный, он пытается понять природу существ и машины, разрабатывать стратегии спасения, оставил шапку и записку, чтобы помочь нарраторам.
  • Бедфорд — Бедфорд – бывший коммерческий предприниматель, разочарованный в бизнесе, ищет покой и возможность написать пьесу. Он живёт в бенгало в Лимпне и постепенно вовлекается в научные эксперименты Кавора. Скептически настроенный, но открытый к новым идеям, он стремится использовать знания геометрии для общения с существами и исследует структуру Луны, пытаясь найти способ вырваться наружу.
  • Автор — Пытается понять лунную среду, испытывает физические и психологические трудности, взаимодействует с Кавором и лунными существами. Покидает лунный шар, ищет Кавора, находит его шапку и записку, возвращается на Землю и сталкивается с местными жителями, пытаясь объяснить своё богатство.
  • Селениты — Они живут в пещерах Луны, используют копья и топоры, но могут быть обучены и дружелюбны, если их разум будет признан.

Цитаты

  • "Одну минуту, сэр," – сказал Кавор, когда Бедфорд подошёл к нему.
  • "Кавор, я не хочу участвовать в этом безумном предприятии," – произнёс Бедфорд, выражая сомнения.
  • Кровеносные сосуды уже начали трепетать в моих ушах, и звуки от движений Кавора делались все слабее, вследствие разрежения воздуха.
  • Мы должны приноровляться к здешнему притяжению. Наши мускулы еще недостаточно приучены.
  • Мы могли бы отыскать шар.
  • Это разумные существа; они умеют устраивать различные штуки и производят нечто.
  • Молчание. Молчание смерти.
  • Бум!.. Бум!.. Бум!..

Сводка по автору из Wikidata

1866–1946. Herbert George Wells. английский писатель и публицист (1866—1946)

Читать онлайн

Страница 43 из 44

Я признал, что улечься в постель было одной из счастливейших мыслей, какая могла у меня явиться в данном случае. Действительно, я думаю, что мог бы или окончательно свихнуться, или совершить какой-нибудь непоправимый жестокий поступок. Но тут, запершись наглухо и оградив себя от вторжений, я мог обдумать свое положение, все его последствия и распорядиться как надо, без всякой помехи.

Разумеется, для меня было как нельзя более ясно, что произошло с мальчуганом. Он забрался в шар, стал играть кнопками, закрыл окошки каворита и взлетел на воздух. Было в высшей степени невероятно, чтобы он привинтил крышку горловины. А даже если он это и сделал, то все-таки была тысяча шансов против его возвращения назад. Представлялось вполне очевидным, что он направится к центру мировой сферы, да так и останется там, вне участия в обычных земных интересах, каким бы замечательным феноменом он ни казался для обитателей какого-нибудь отдаленного уголка в пространстве. Я очень быстро пришел к убеждению относительно этого пункта. Что же касается моей ответственности по этому поводу, то, чем более я размышлял, тем яснее мне становилось, что если только я буду оставаться спокойным, то мне не придется тревожиться на этот счет. Если предо мною предстанут гневные родители, требуя возвращения погибшего мальчика, то я могу просто потребовать возвращения моего потерянного шара, или спросить, что они желают сказать. Сначала перед моим воображением мелькали было и плачущие родители, и полиция, и усложнения всякого рода, но потом я увидал, что мне просто лишь надо держать язык за зубами, и ничего тогда не случится. Действительно, чем дольше я лежал, покуривая и размышляя, тем более делалось очевидным, что самое мудрое — оставаться в покое. Всякий британский гражданин располагает правом, если только он никому не причинил ущерба или обиды, появиться внезапно, где ему вздумается, и каким угодно грязным оборванцем, и с каким угодно количеством чистого золота, какое он окажется способным привезти с собой. При этом никто не имеет малейшего права мешать или задерживать его в такого рода действиях. В конце концов я формулировал это себе и повторял непрерывно как известного рода лютую хартию вольностей.

Раз я отыскал такой выход с одной стороны, то мог воспрянуть духом и разобрать подобным же образом некоторые обстоятельства, о которых я едва решался перед тем думать. А именно, все, что касалось моего денежного банкротства. Но теперь, вникая в это дело спокойно и на досуге, я без труда увидал, что если только я скроюсь куда-нибудь, усвоив себе на время какое-нибудь менее известное имя и сохраню бороду, отросшую за два месяца, то риск относительно преследования меня несносными кредиторами, на которых уже я намекал прежде, делался весьма незначительным. Отсюда до известного рода разумных земных действий был всего один шаг.

Я распорядился, чтобы мне доставили письменные принадлежности, и написал письмо в новый Ромнейский банк, ближайший, как сообщил мне слуга отеля; я уведомлял директора банка, что хотел бы открыть у него текущий счет, и просил его прислать двух особ, заслуживающих доверия и с надлежащими полномочиями, в кебе с хорошей лошадью, чтобы отвезти несколько сот пудов золота, очутившихся в моем распоряжении. Я подписал письмо: «Г. Д. Уэльс», что показалось мне весьма почтенным именем. Покончив с этим, я отправился в контору, вызвал управляющего и попросил его прислать мне портного, чтобы снять мерку для суконной пары; велел, кроме того, принести мне чемодан, панталоны, сорочки, шляпы (для примерки); часовщику же заказал часы. Разослав все эти письма, я съел такой хороший завтрак, какой только отель мог изготовить, и лежал затем, посасывая сигару, до тех пор, пока, согласно моим инструкциям, явились два надлежаще уполномоченные клерка из банка, свесили и забрали у меня золото. После этого я укрылся с головой одеялом, чтобы оградить себя от всякого стука в дверь, и заснул с величайшим комфортом.

Да, я предался сну. Без сомнения, это было несколько прозаично для первого человека, вернувшегося сейчас с луны, и мне не трудно представить, что какой-нибудь молодой, одаренный фантазиею читатель найдет мое поведение подрывающим всякий интерес к моей личности, но я был до крайности утомлен и измучен, и, черт побери, что же мне еще оставалось делать? Ведь, разумеется, не было ни малейшего шанса, что мне поверят, когда бы я стал рассказывать свои похождения. Это, наверно, лишь подвергло бы меня множеству неприятностей.

Итак, я заснул. Проснувшись, наконец, я стал взирать на мир так, как я всегда привык это делать с тех пор, как начал жить сознательною жизнью. Я уехал из Литльстона в Италию, где и пишу эту историю. Если свет не захочет признать ее фактом, то пусть признает за небылицу; меня это не касается.

А теперь, когда счеты покончены, я восхищаюсь при мысли, как гладко сошло и было закончено все приключение. Каждый убежден, что Кавор был не особенно даровитым научным исследователем, который спалил свой дом и самого себя в Лимпне; удар же, сопровождавший мое прибытие в Литльстон, объясняют в связи с опытами над взрывчатыми веществами, которые постоянно производятся в одном из лиддских казенных учреждений, за две мили от города. Я должен сознаться, что до сих пор не обнаружил своей прикосновенности к исчезновению Томми Симонса, — так звали мальчугана. Да это, пожалуй, и не легко было бы доказать, если бы я даже и попытался пуститься в разъяснения. Мое появление в лохмотьях, с двумя полосами чистейшего золота, на литльстонском берегу толкуется разными остроумными способами, и меня мало трогает, что вообще думают об этом. Иные говорят, что я нарочно сочинил всю историю, во избежание слишком подробных расспросов об источнике моего богатства. Хотел бы я видеть человека, который бы мог выдумать историю, настолько последовательную, как моя. Ну, они желают считать эту за выдумку, пусть так и будет!

Я поведал свои приключения, а теперь, полагаю, мне снова придется навалить на себя бремя земных забот. Даже человек, побывавший на луне, должен все-таки добывать себе пропитание. Вот я и работаю тут в Амальфи над сценарием той самой драмы, которую я набрасывал еще прежде, чем Кавор вторгся в мою жизнь. Однако, должен сознаться, что мне не легко сосредотачивать внимание на пьесе, когда лунный свет проникает в мою рабочую комнату. Теперь полнолуние, и в прошлую ночь я целыми часами безумствовал, вперив взоры на этот сияющий светлый щит, который сулит так много. Представьте только себе и столы и стулья, и станки и палки из чистого золота! О, проклятие! Если бы хоть кто-нибудь вновь натолкнулся на этот каворит!.. Но подобные вещи не случаются два раза в жизни. Я живу тут немного получше, чем в Лимпне, вот и все. А Кавор покончил самоубийством более сложным образом, чем какое бы то ни было человеческое существо, и вся история разрешается в конце концов совершенно как сновидение. Она так мало вяжется с остальными жизненными происшествиями, столь многое в ней стоит вполне обособленно от человеческого опыта — прыганье, питание, дыхание, в этих сферах, лишающих веса, — что в самом деле бывают моменты, когда, несмотря на лунное золото, я более чем наполовину готов поверить, что все происшедшее было сон.

Страница 43 из 44

Вам также может понравиться

Страница 1 из 190

Назад12190Далее