Удобнее читать в приложении
AI-разбор доступен после входа
Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.
auto_awesomeПолучить AI-разборО книге
«К какой бы национальности ни принадлежал человек, будь он хоть самый завзятый немецкий или русский шовинист, он все-таки должен сознаться, приехавши в Париж, что дальше уже некуда двигаться, если искать центр общественной и умственной жизни. Мне на моем веку приходилось нередко видеть примеры поразительного действия Парижа на людей самых раздраженных, желчных и скучающих. В особенности сильно врезалось в память впечатление разговора с одним из наших выдающихся литературных деятелей, человеком не молодым, болезненным, наклонным к язвительному и безотрадному взгляду на жизнь. Он, кажется, лет до пятидесяти не выезжал из России. Болезнь погнала его за границу, где он сначала жил на водах и на юге, а под конец попал в Париж…»
Дата написания1877-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Читать онлайн
Страница 2 из 17Париж мысли, таланта и умственного труда занимает две топографические местности. Одна на правом берегу Сены, над бульварами, в улицах, ведущих к Монмартрским высотам; другая – на левом, в так называемом до сих пор Латинском квартале. По составу местность правого берега представляет собою более однообразный характер. Там живут литераторы всяких специальностей и оттенков, но уже люди профессии, составившие себе положение, или простые труженики прессы, но уже не ищущие больше других путей успеха и заработка. Там же живут и художники – и с именем и без имени. На левом берегу интеллигентное население гораздо разнохарактернее. Тут и студенты, тут и начинающие артисты и актеры, тут и молодые ученые, тут же и академики, профессора, специалисты и просто мыслители, живущие и совершенном уединении, не мечтающие о приманках Бнешней карьеры…
Недавно в одной из книжек «Вестника Европы» Эмиль Золя набросал картину жизни и нравов современной парижской молодежи, которая из всех концов Франции стремится в Латинский квартал. Он отнесся к этой молодежи строго, но не придирчиво. Я знал ее с половины 60-х годов. Можно и тогда было сказать почти то же самое. Но эта общая картина все-таки не дает понятия о том, что такое мыслительная и трудовая жизнь на левом берегу Сены, где приютилась молодежь. И во Вторую империю, и теперь, при республике, масса студентов медицинской школы, юридической школы и Сорбонны жила и живет праздно. И до сих пор стоит вам только пройтись или проехаться по главной артерии Латинского квартала – бульвару St. Michel – и вы увидите те же кафе, к вечеру битком набитые студентами, те же пивные с женской прислугой (caboulots), тот же публичный бал Бюллье, где по воскресеньям и четвергам пляшут сотни студентов.
И провинциалы и парижане одинаково легко смотрят на студенческое время. Почти все они дети достаточных родителей и знают, что, кое-как взявши звание ticencie (кандидата (фр.)) или диплом доктора, они найдут себе место, или папенька купит им контору нотариуса. Но среди этой тысячной толпы гуляк, фланеров, «блягеров», любителей женского пола живут и молодые люди совсем другого типа. Их трудно узнать, но узнать можно. Стоит только походить в публичные библиотеки, читальни, на лекции. В течение четырех сряду лет, которые я провел в Париже, мне удавалось знакомиться с молодыми людьми такого именно типа. Не все они были бедняки: некоторым родители высылали по две, по три тысячи франков в год. Между ними, помимо людей даровитых и блестящих, я находил и отличных тружеников, необычайно выносливые натуры; некоторые поражали даже нас, русских, способностью к какой-то, не то что уж лихорадочной, а сверхъестественной деятельности. Один из таких французов погиб на моих глазах жертвой адски усиленного труда. Обыкновенно французские фельетонисты и писатели любят распространяться о той молодежи Латинского квартала, которая ведет жизнь богемы, мечтает о литературной славе, больше болтает, шумит и пьет, чем делает дело.
Поэт Мюрже связал свое имя с этим царством богемы, и до сих пор у всякого читателя при одном имени Латинского квартала возникают в воображении картинки разгульной, беззаботной жизни, попавшие и в стихи, и в рассказы, и на сцену. Но и тогда еще это не было вполне верно. Припомните, что говорит о богеме времен Мюрже товарищ его и приятель – французский беллетрист Шанфлери. Он в своих воспоминаниях уверяет, что и тогда и он, и его ближайшие приятели не предавались вовсе поэтическому ничегонеделанию: они были для этого слишком бедны; рядом с порыванием в область идеала нужно было подумать и о насущном куске. Только в то время романтизм накладывал на жизнь молодежи более яркий колорит, а теперь и в Латинском квартале царствует уже более трезвый, положительный дух.
Теперь молодежь распадается на два главных оттенка: или истинно трудовые люди, или же пустые фланёры, неспособные, вплоть до окончания курса, над чем-нибудь задуматься. Но и теперь есть кружки, стремящиеся к художественным наслаждениям, мечтающие о славе поэта, новатора в драме, романе и часто стихотворных произведениях. Несмотря на разрастающийся культ чувственных удовольствий, денег, мелкого честолюбия, мы видим, что в том же Латинском квартале зародилась новая семья молодых поэтов. Это поэтическое движение назрело в последние годы Второй империи. К половине 70-х годов один из парижских издателей мог уже напечатать большой том стихотворений, который он озаглавил «Парнас». В него вошли отдельные пьесы нескольких десятков молодых, начинающих поэтов. Между ними есть люди крупного дарования, как, например, Ришпен, уже известный русской публике в переводах. Меньшинство этой поэтической плеяды составляют поэты-колористы реального оттенка. Они не останавливаются ни перед какими смелостями, но не из желания вдаваться в какую-нибудь прозаическую односторонность, нет: они только ищут самых реальных выразительных форм, не пугаются никакой правды, но желают облекать ее в жизненные краски, действовать на читателя не сантиментальностью, не условными метафорами, а чем-нибудь новым, сильным, выхваченным из жизни.
Рядом с этими колористами реального характера заявляют себя и поэты с философскою мыслью, с смелым интеллигентным протестом. Они уже высвободились из-под влияния прежней декламации, стряхнули с себя устарелый налет романтизма и сладких поэтических бредней. Но есть и такие, которые чересчур вдаются в обработывание формы. Они продолжают традиции В. Гюго и смотрят на него, как на своего великого учителя. Все эти оттенки были также не так давно характеризованы Э. Золя в одном из его русских писем. Мне рассказывали, что кружок самых смелых реальных колористов, с Ришпеном во главе, в известной степени продолжает традиции той богемы, которая воспета поэтом Мюрже. Эти молодые люди не хотят ничего знать, кроме своей рифмы и своих цветистых образов, сидят по пивным, любят разгульную жизнь, не мечтают о деловой карьере и ко всему относятся с тем «черт побери», которое так соблазнительно было для парижского юношества 30 и 40 лет тому назад; многие считают их даже циниками.
Каковы бы они ни были, это распускание новой поэзии на рубеже Второй империи и Третьей республики показывает, что французская молодежь живет, а не прозябает. Она могла временно подчиниться растлевающим дыханиям бонапартова режима. Две трети ее бросились на наживу, на грубый материализм, на погоню за местами и окладами, но известная доля осталась восприимчивой к мысли и красоте. Мозг в ней по-прежнему ищет новой работы, кровь волнуется во имя светлых идей и творческих образов, увлечения молодости служат материалом для художественного воспроизведения жизни; сердца ее бьются в унисон со всем лучшим, что французская нация выработывает в лице своих бойцов за свободу ума, человечные права и общественную правду.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","pageTitle":"У романистов (Петр Дмитриевич Боборыкин) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «У романистов». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«У романистов». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Петр Дмитриевич Боборыкин","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"биографии и мемуары","item":"https://bookra.app/genre/5169"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"У романистов","item":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","url":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","name":"«У романистов». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «У романистов». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f0d38b89-a2be-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA#work","name":"У романистов","url":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","description":"«К какой бы национальности ни принадлежал человек, будь он хоть самый завзятый немецкий или русский шовинист, он все-таки должен сознаться, приехавши в Париж, что дальше уже некуда двигаться, если искать центр общественной и умственной жизни. Мне на моем веку приходилось нередко видеть примеры поразительного действия Парижа на людей самых раздраженных, желчных и скучающих. В особенности сильно врезалось в память впечатление разговора с одним из наших выдающихся литературных деятелей, человеком не молодым, болезненным, наклонным к язвительному и безотрадному взгляду на жизнь. Он, кажется, лет до пятидесяти не выезжал из России. Болезнь погнала его за границу, где он сначала жил на водах и на юге, а под конец попал в Париж…»","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f0d38b89-a2be-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["биографии и мемуары"],"sameAs":["https://litres.ru/book/petr-boborykin/u-romanistov-3260925/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/dab2bc13-e477-102d-b7a9-b3a2127410f2#person","name":"Петр Дмитриевич Боборыкин","url":"https://bookra.app/author/dab2bc13-e477-102d-b7a9-b3a2127410f2"}],"about":[{"@type":"Thing","name":"биографии и мемуары"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA#edition","url":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/petr-boborykin/u-romanistov-3260925/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «У романистов»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/4BFrTHUA","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":793028,"shortId":"4BFrTHUA","title":"У романистов","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f0d38b89-a2be-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","annotationText":"«К какой бы национальности ни принадлежал человек, будь он хоть самый завзятый немецкий или русский шовинист, он все-таки должен сознаться, приехавши в Париж, что дальше уже некуда двигаться, если искать центр общественной и умственной жизни. Мне на моем веку приходилось нередко видеть примеры поразительного действия Парижа на людей самых раздраженных, желчных и скучающих. В особенности сильно врезалось в память впечатление разговора с одним из наших выдающихся литературных деятелей, человеком не молодым, болезненным, наклонным к язвительному и безотрадному взгляду на жизнь. Он, кажется, лет до пятидесяти не выезжал из России. Болезнь погнала его за границу, где он сначала жил на водах и на юге, а под конец попал в Париж…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Петр Дмитриевич Боборыкин","authors":[{"id":"dab2bc13-e477-102d-b7a9-b3a2127410f2","displayName":"Петр Дмитриевич Боборыкин","protectedUrl":"/author/dab2bc13-e477-102d-b7a9-b3a2127410f2","wikipediaUrl":null,"wikidataUrl":null}],"genres":[{"id":5169,"title":"биографии и мемуары","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5169"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1877-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[],"authorSummary":null,"hasArtifacts":false,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_793028","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_793028","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_793028","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_793028","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_793028","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_793028"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_793028","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_793028","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_793028","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_793028"},"guestReaderUrl":"/books/4BFrTHUA?page=2#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/dab2bc13-e477-102d-b7a9-b3a2127410f2","readersCount":0,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":2,"totalPages":17,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/4BFrTHUA#reader-content","nextPageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=3#reader-content","progressLabel":"Страница 2 из 17","sections":[{"id":"id29:3","kind":"paragraph","text":"Париж мысли, таланта и умственного труда занимает две топографические местности. Одна на правом берегу Сены, над бульварами, в улицах, ведущих к Монмартрским высотам; другая – на левом, в так называемом до сих пор Латинском квартале. По составу местность правого берега представляет собою более однообразный характер. Там живут литераторы всяких специальностей и оттенков, но уже люди профессии, составившие себе положение, или простые труженики прессы, но уже не ищущие больше других путей успеха и заработка. Там же живут и художники – и с именем и без имени. На левом берегу интеллигентное население гораздо разнохарактернее. Тут и студенты, тут и начинающие артисты и актеры, тут и молодые ученые, тут же и академики, профессора, специалисты и просто мыслители, живущие и совершенном уединении, не мечтающие о приманках Бнешней карьеры…"},{"id":"id29:4","kind":"paragraph","text":"Недавно в одной из книжек «Вестника Европы» Эмиль Золя набросал картину жизни и нравов современной парижской молодежи, которая из всех концов Франции стремится в Латинский квартал. Он отнесся к этой молодежи строго, но не придирчиво. Я знал ее с половины 60-х годов. Можно и тогда было сказать почти то же самое. Но эта общая картина все-таки не дает понятия о том, что такое мыслительная и трудовая жизнь на левом берегу Сены, где приютилась молодежь. И во Вторую империю, и теперь, при республике, масса студентов медицинской школы, юридической школы и Сорбонны жила и живет праздно. И до сих пор стоит вам только пройтись или проехаться по главной артерии Латинского квартала – бульвару St. Michel – и вы увидите те же кафе, к вечеру битком набитые студентами, те же пивные с женской прислугой (caboulots), тот же публичный бал Бюллье, где по воскресеньям и четвергам пляшут сотни студентов."},{"id":"id29:5","kind":"paragraph","text":"И провинциалы и парижане одинаково легко смотрят на студенческое время. Почти все они дети достаточных родителей и знают, что, кое-как взявши звание ticencie (кандидата (фр.)) или диплом доктора, они найдут себе место, или папенька купит им контору нотариуса. Но среди этой тысячной толпы гуляк, фланеров, «блягеров», любителей женского пола живут и молодые люди совсем другого типа. Их трудно узнать, но узнать можно. Стоит только походить в публичные библиотеки, читальни, на лекции. В течение четырех сряду лет, которые я провел в Париже, мне удавалось знакомиться с молодыми людьми такого именно типа. Не все они были бедняки: некоторым родители высылали по две, по три тысячи франков в год. Между ними, помимо людей даровитых и блестящих, я находил и отличных тружеников, необычайно выносливые натуры; некоторые поражали даже нас, русских, способностью к какой-то, не то что уж лихорадочной, а сверхъестественной деятельности. Один из таких французов погиб на моих глазах жертвой адски усиленного труда. Обыкновенно французские фельетонисты и писатели любят распространяться о той молодежи Латинского квартала, которая ведет жизнь богемы, мечтает о литературной славе, больше болтает, шумит и пьет, чем делает дело."},{"id":"id29:6","kind":"paragraph","text":"Поэт Мюрже связал свое имя с этим царством богемы, и до сих пор у всякого читателя при одном имени Латинского квартала возникают в воображении картинки разгульной, беззаботной жизни, попавшие и в стихи, и в рассказы, и на сцену. Но и тогда еще это не было вполне верно. Припомните, что говорит о богеме времен Мюрже товарищ его и приятель – французский беллетрист Шанфлери. Он в своих воспоминаниях уверяет, что и тогда и он, и его ближайшие приятели не предавались вовсе поэтическому ничегонеделанию: они были для этого слишком бедны; рядом с порыванием в область идеала нужно было подумать и о насущном куске. Только в то время романтизм накладывал на жизнь молодежи более яркий колорит, а теперь и в Латинском квартале царствует уже более трезвый, положительный дух."},{"id":"id29:7","kind":"paragraph","text":"Теперь молодежь распадается на два главных оттенка: или истинно трудовые люди, или же пустые фланёры, неспособные, вплоть до окончания курса, над чем-нибудь задуматься. Но и теперь есть кружки, стремящиеся к художественным наслаждениям, мечтающие о славе поэта, новатора в драме, романе и часто стихотворных произведениях. Несмотря на разрастающийся культ чувственных удовольствий, денег, мелкого честолюбия, мы видим, что в том же Латинском квартале зародилась новая семья молодых поэтов. Это поэтическое движение назрело в последние годы Второй империи. К половине 70-х годов один из парижских издателей мог уже напечатать большой том стихотворений, который он озаглавил «Парнас». В него вошли отдельные пьесы нескольких десятков молодых, начинающих поэтов. Между ними есть люди крупного дарования, как, например, Ришпен, уже известный русской публике в переводах. Меньшинство этой поэтической плеяды составляют поэты-колористы реального оттенка. Они не останавливаются ни перед какими смелостями, но не из желания вдаваться в какую-нибудь прозаическую односторонность, нет: они только ищут самых реальных выразительных форм, не пугаются никакой правды, но желают облекать ее в жизненные краски, действовать на читателя не сантиментальностью, не условными метафорами, а чем-нибудь новым, сильным, выхваченным из жизни."},{"id":"id29:8","kind":"paragraph","text":"Рядом с этими колористами реального характера заявляют себя и поэты с философскою мыслью, с смелым интеллигентным протестом. Они уже высвободились из-под влияния прежней декламации, стряхнули с себя устарелый налет романтизма и сладких поэтических бредней. Но есть и такие, которые чересчур вдаются в обработывание формы. Они продолжают традиции В. Гюго и смотрят на него, как на своего великого учителя. Все эти оттенки были также не так давно характеризованы Э. Золя в одном из его русских писем. Мне рассказывали, что кружок самых смелых реальных колористов, с Ришпеном во главе, в известной степени продолжает традиции той богемы, которая воспета поэтом Мюрже. Эти молодые люди не хотят ничего знать, кроме своей рифмы и своих цветистых образов, сидят по пивным, любят разгульную жизнь, не мечтают о деловой карьере и ко всему относятся с тем «черт побери», которое так соблазнительно было для парижского юношества 30 и 40 лет тому назад; многие считают их даже циниками."},{"id":"id29:9","kind":"paragraph","text":"Каковы бы они ни были, это распускание новой поэзии на рубеже Второй империи и Третьей республики показывает, что французская молодежь живет, а не прозябает. Она могла временно подчиниться растлевающим дыханиям бонапартова режима. Две трети ее бросились на наживу, на грубый материализм, на погоню за местами и окладами, но известная доля осталась восприимчивой к мысли и красоте. Мозг в ней по-прежнему ищет новой работы, кровь волнуется во имя светлых идей и творческих образов, увлечения молодости служат материалом для художественного воспроизведения жизни; сердца ее бьются в унисон со всем лучшим, что французская нация выработывает в лице своих бойцов за свободу ума, человечные права и общественную правду."}],"toc":[{"id":"id211:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA#reader-content"},{"id":"id210:0:1","label":"Петр Дмитриевич Боборыкин У романистов (Парижские впечатления)","page":1,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA#reader-content"},{"id":"id29:0:1","label":"I","page":1,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA#reader-content"},{"id":"id28:0:3","label":"II","page":3,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=3#reader-content"},{"id":"id27:0:5","label":"III","page":5,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=5#reader-content"},{"id":"id26:0:7","label":"IV","page":7,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=7#reader-content"},{"id":"id25:0:9","label":"V","page":9,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=9#reader-content"},{"id":"id24:0:13","label":"VI","page":13,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=13#reader-content"},{"id":"id23:0:16","label":"VII","page":16,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=16#reader-content"},{"id":"id23:11:17","label":"notes","page":17,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=17#reader-content"},{"id":"id22:0:17","label":"Примечания","page":17,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=17#reader-content"},{"id":"id21:0:17","label":"1","page":17,"pageUrl":"/books/4BFrTHUA?page=17#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":318705,"shortId":"0alJtWiV","title":"«Несвятые святые» и другие рассказы","authorLine":"митрополит Тихон (Шевкунов)","primaryAuthorId":"126f229c-b2ad-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/a7e8efe3-2872-11ea-9c06-0cc47a5f137d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0alJtWiV"},{"idCatalog":22306,"shortId":"2CZGCL0e","title":"Сказать жизни «Да!»: Психолог в концлагере","authorLine":"Виктор Эмиль Франкл, Дмитрий Алексеевич Леонтьев, Альпина нон-фикшн, Д. Ш. Орлова","primaryAuthorId":"a9717311-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/b4682d60-e1ec-4988-9f00-7e4998ae1f66/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2CZGCL0e"},{"idCatalog":14859,"shortId":"4XbSn6uH","title":"Крутой маршрут","authorLine":"Евгения Гинзбург","primaryAuthorId":"10171f93-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/ef7a908b-eb2a-434c-b6e8-6492fc19606e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4XbSn6uH"},{"idCatalog":473490,"shortId":"1OjRpNeC","title":"Мой театр. По страницам дневника. Книга I","authorLine":"Николай Максимович Цискаридзе","primaryAuthorId":"cf6fce88-f85e-11e3-a844-0025905a069a","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e94541b8-2b0d-11ed-9637-ac1f6b0b3464/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1OjRpNeC"},{"idCatalog":12967,"shortId":"3BaMuuGP","title":"Почти серьезно…","authorLine":"Юрий Владимирович Никулин","primaryAuthorId":"cd1706ff-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/4a090bc8-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3BaMuuGP"},{"idCatalog":585118,"shortId":"1x30ArLA","title":"Мемуары","authorLine":"Феликс Феликсович Юсупов, Елена Леонидовна Кассирова, Ксения Николаевна Сфири-Шереметева","primaryAuthorId":"41973474-fbcc-102a-9d2a-1f07c3bd69d8","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/a4e24a52-3223-11ef-8496-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1x30ArLA"},{"idCatalog":502149,"shortId":"2LOXjOLv","title":"Жизнь – сапожок непарный. Книга первая","authorLine":"Тамара Владиславовна Петкевич","primaryAuthorId":"e4de5ccc-7616-4f20-9577-226ee9377b21","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/1044df22-c704-11ed-903e-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2LOXjOLv"},{"idCatalog":307803,"shortId":"0LSulQpp","title":"Корни","authorLine":"Алекс Хейли, БОМБОРА, Татьяна О. Новикова","primaryAuthorId":"6dfad7e4-b776-11e9-9ac7-0cc47a5f1565","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/0e965b8e-e9ce-11e9-aa86-0cc47a5453d6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0LSulQpp"},{"idCatalog":293268,"shortId":"0vWbgZx0","title":"Цветок пустыни","authorLine":"Кэтлин Миллер, Варис Дирие, Ю. Сашникова","primaryAuthorId":"1e8ed2e6-3822-11e2-9b9b-002590591ed2","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/bba562d6-9049-11e9-96df-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0vWbgZx0"},{"idCatalog":67186,"shortId":"2uJ8g1SG","title":"Стив Джобс","authorLine":"Уолтер Айзексон, Анна Цырульникова, Юлия Викторовна Полещук, Дарья Горянина, Анна А. Чередниченко","primaryAuthorId":"bf59dd3c-2c98-11e1-aac2-5924aae99221","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/4da065fa-0092-11e1-8596-00a0d1e80624/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2uJ8g1SG"},{"idCatalog":83882,"shortId":"1KYiSbF2","title":"Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана","authorLine":"Олег Вениаминович Дорман, Издательство Corpus","primaryAuthorId":"da290ea7-3805-11e2-9b9b-002590591ed2","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/91ab88fc-fa04-11e2-8407-002590591ed2/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1KYiSbF2"},{"idCatalog":201535,"shortId":"45QIDwDJ","title":"Моя семья и другие звери","authorLine":"Джеральд Даррелл, Сергей Эмильевич Таск","primaryAuthorId":"8461f2c0-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/774f38e3-155e-11e8-9a05-0cc47a52085c/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/45QIDwDJ"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":2339,"totalPages":195,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}