Загрузка...
Две королевы — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
королевыисторияполитикаЕвропаинтригисемьявлияниепериоддворгерцог

Описание

В романе «Две королевы» Дюма Александр описывает сложные политические интриги, личные испытания и борьбу за власть в Савойском и испанском дворах. Главные герои – принц Виктор Амедей, королева Мария Луиза и их окружение – сталкиваются с похищениями, арестами, отравлениями и внутренними конфликтами, которые влияют на судьбу королевств. Книга раскрывает, как личные чувства и политические обязанности переплетаются, создавая напряжённость и драму.

Главный конфликт / проблема

Соперничество между личными чувствами и политическими обязанностями в королевских дворах, приводящее к интригам, отравлениям и смене власти.

Ключевые идеи

  • Виктор Амедей балансирует между личными чувствами и политическими обязанностями.
  • Роль женщин, таких как Мария Анна и маркиза ди Сан Себастьяно, критична для политической стратегии принца.
  • Политическая интрига и страх перед слабостью приводят к принудительным мерам, влияющим на стабильность власти.
  • Мария Луиза сталкивается с угрозами и культурными различиями в испанском дворе.
  • Инквизиция и внутренние напряжения создают опасность для дворцовых отношений.
  • Трудности выбора между честностью и выживанием в условиях инквизиции.
  • Внутренние и внешние угрозы для королевской власти.
  • Роль интриг и личных связей в политической динамике испанского двора.
  • Графиня де Суасон использует личные разговоры для политического влияния.
  • Мария Луиза переживает отсутствие наследников и страх смерти.
  • Состояние короля Карла II усиливает интриги и неопределённость в Испании.
  • Отравление королевы тортом графини Суасонской

Вывод

Книга показывает, как интриги, личные страдания и политические решения формируют судьбу королевств, подчёркивая, что власть часто зависит от сложных взаимоотношений и непредсказуемых событий.

Кому полезна

  • Любители исторической прозы
  • Студенты истории и политологии
  • Профессионалы, интересующиеся политическими интригами

Главные темы

  • Политические интриги и борьба за власть
  • Влияние женщин в политике
  • Личные страдания и внутренние конфликты
  • Отравления и тайные заговоры

Персонажи

  • Мария Луиза — Молодая французская принцесса, пытающаяся адаптироваться к испанской культуре и политике, борется с отсутствием наследников, страхом смерти и стремится сохранить власть. Видения влияют на Карла, а её нерешительность и отравление приводят к трагическим событиям.
  • Карл II — Болен, слабый, страдает от болезни и психических приступов, видения Марии Луизы. Пытается удержать власть, но вынужден передать трон эрцгерцогу; после осмотра принимает решение продлить жизнь королевы.
  • Герцог де Асторга — Отказывается лгать, опасаясь наказания, пытается сохранить репутацию. Ответственный за безопасность двора, вызывает Юсуфа, принимает решения. Благородный и трагический персонаж, арестован инквизицией, судьба неизвестна.
  • Анна Нёйбургская — Молодая и решительная, стремится к власти, заботится о короле, пытается удержать баланс между личными чувствами и обязанностями. Удерживает контроль над двором, но её доверие к Берлепш растёт, пока она не осознаёт её манипуляции.
  • Нада — Доверенное лицо королевы, предупреждает о врагах, помогает в политических делах, служит Марии Луизе и Карлу II. Карлик, утверждающий, что он и королева отравлены тортом.
  • Луизон — Рискованно проникает в подземелья замка, чтобы узнать судьбу де Асторга. Она наблюдает за допросом и пытается защитить королеву.
  • Графиня де Суасон — Использует личные разговоры для политического влияния и продвижения интересов Франции.
  • Юсуф — Старый врач, который осматривает Наду и королеву, подтверждает наличие яда.
  • Филипп — Он помогает королеве и Луизон в опасных ситуациях.
  • Де Терранова — Обвиняется в шпионаже и в содействии аресту мажордома.
  • Граф ди Верруа — Похищен в ходе политической интриги.
  • Inquisitor — Он пытается заставить герцога признаться, угрожая пыткой.

Цитаты

  • Французы похитили графиню ди Верруа.
  • Вы были свободны, сударыня, и если покинули меня, то, наверное, потому, что наш союз тяготил Вас.
  • — Я не могу, не могу… Рука короля дрожала так, что он действительно не мог вывести буквы; глаза его наполнились слезами.
  • — Государь! Ваше величество! — Воскликнул король, выражая ярость и протест.
  • "Он устроит нам какую-нибудь пакость"
  • "Она бледнеет"
  • «Он даже пообещал мне, госпожа, что, если я соглашусь выйти замуж за него, достанет балахон с накидкой, которые носят нижние чины инквизиции, и возьмет меня с собой, как только отправится в тюрьму, и там я сама все увижу.»
  • «Герцогиня — образец главной камеристки, самая преданная и самая добродетельная из придворных дам!»
  • «Я не могу лгать, чтобы спасти свою жизнь, не могу оклеветать невинную королеву и навлечь на ее голову грозу вашего суда.»
  • «Празднование, организованное герцогом, и его попытка защитить королеву.»

Сводка по автору из Wikidata

1802–1870. Alexandre Dumas. французский писатель и драматург (1802—1870)

Читать онлайн

Страница 1 из 136

Александр Дюма Две королевы

Часть первая

I

Начиная с описания того времени, к которому мы наконец подошли, эти мемуары будут разделены на две совершенно самостоятельные части: содержание первой составит история жизни Виктора Амедея вплоть до его кончины, наступившей в прошлом году; все подробности событий тех лет стали доподлинно известны мне от моего сына, зятя и двух-трех надежных друзей, в том числе от знаменитого немого и дона Габриеля, которые тогда были еще живы.

С этого мы и начнем наш рассказ. Затем, если у меня достанет смелости, я приподниму густую вуаль, скрывающую немало тайн испанского двора, куда явилась царствовать сначала одна из дочерей Месье, а затем — дочь Виктора Амедея.

Мне довелось узнать то, что, уверяю вас, мало кому известно, и, если Всевышний продлит мои дни, я пролью яркий свет на этот период истории.

Вернемся же в Савойю. После своего бегства я по-прежнему оставалась в курсе происходивших там событий — мои друзья сообщали мне обо всем.

В обширной корреспонденции, которую я сохранила, чуть ли не день за днем было описано все, что происходило при савойском дворе: меня оповещали о делах и переживаниях принца, обычно не скрывавшего своих чувств, если, конечно, они не касались политики, ибо в делах государства он был особенно скрытен.

О моем похищении герцог узнал во время смотра отрядов ополчения, сформированных на средства горожан, в тот самый час, когда его приветствовали возгласами, исполненными преданности и восторга.

Один из офицеров подошел к нему и сообщил эту новость. Герцог чуть не закричал от досады, но тут же овладел собой: государь возобладал в нем над человеком.

Он продолжил смотр, обратившись к ополчению с обычным своим красноречием, но, исполнив свой долг и вернувшись в палатку, впал в ту дикую ярость, приступам которой был подвержен всегда, а с годами все больше. Он даже не стал выслушивать подробный рассказ о моем бегстве, терзаясь лишь тем, что я безусловно уже принадлежу его сопернику, а бросился в деревню, откуда меня увезли, и стал расспрашивать хозяина гостиницы, но ничего от него не узнал; тогда он потребовал, чтобы ему показали комнату, где я останавливалась, и весь постоялый двор, и после этого дал волю своему безумному отчаянию.

Письмо мое не разгневало, а напротив, успокоило герцога. Он прочел его довольно невозмутимо, затем отправился в Турин и, словно сообщая какую-то незначительную новость, заявил герцогиням:

— Французы похитили графиню ди Верруа.

— И она больше не вернется? — оживилась его супруга.

— Не думаю, что ей это удастся: эти люди не отпустят ее.

Герцогини обменялись взглядами, удивившись этой невозмутимости и этому спокойствию принца; они больше ничего не сказали, опасаясь навлечь на себя его упреки, — к тому же супруга герцога и сама не знала, огорчаться ей или радоваться. Что же касается маркизы ди Сан Себастьяно, слышавшей этот разговор, ее сердце просто затрепетало от счастья: она уже видела, как занимается заря ее царствования, а тон, которым его высочество сообщил о моем отъезде, вполне убедил ее, что государь далеко не безутешен.

Никому, даже самым близким людям принц никогда не доверял своих мыслей по этому поводу. Он пожелал написать мне ответ, и это письмо по-своему увековечило безграничное величие его души и благородство его чувств:

«Вы были свободны, сударыня, и если покинули меня, то, наверное, потому, что наш союз тяготил Вас, эти цепи казались для Вас слишком тяжелыми, — следовательно, Вы правильно поступили, порвав их.

О детях Вам не следует волноваться, ведь они мне не чужие, а это означает, что им не придется завидовать ничьей судьбе. Так же как и я, они будут помнить, что принадлежат Вам и никогда Вас не забудут.

Что же касается Вашего имущества, мебели и других вещей, Вы ничего не должны потерять. Все будет отослано Вам в Париж по тому адресу, который Вы укажете. Я передал Вашу виллу нашей дочери: вилла должна принадлежать только ей. Вам перешлют наличными сумму, соответствующую стоимости имения, а также денежную компенсацию за все земли, которыми Вы владеете в Пьемонте и Савойе.

Если Вы храните какие-то обиды на меня, мне бы не хотелось знать о них; ибо я не смогу забыть, что ради меня Вы покинули свою семью, пожертвовали репутацией, и, какие бы ошибки Вы ни совершили, они обратятся в ничто при одной мысли об этом. Будьте счастливы, если сможете, и рассчитывайте на меня, если когда-нибудь мне представится случай доказать Вам это.

Виктор Амедей».

После того как это послание было написано и отправлено, герцог никогда больше не произносил моего имени. В первые месяцы он целиком посвятил себя заботам о подданных, неизменно проявляя величие духа, неподвластного превратностям его судьбы.

Принц Евгений готов был прийти к нему на помощь, но герцог Вандомский был настороже и мешал их сближению, оказывая противодействие обоим.

Как бы ни оценивать это его интриганство, герцог Вандомский оставался выдающимся полководцем; он, конечно, не отличался тонкостью, но обладал удивительной проницательностью, был необычайно храбр, и, если бы не его лень, ему ни в чем не было бы равных. Даже его враг принц Евгений часто говорил мне об этом.

Герцог Савойский видел, как его крепости, несмотря на отчаянное сопротивление осажденных, одна за другой переходят в руки противника. Осада одного только Верчелли вынудила французов в течение месяца вести крытые подступы к этой крепости, после чего герцог Вандомский и г-н де Лафейад объединили свои армии, и вскоре у Виктора Амедея не осталось ничего, кроме его столицы и нескольких незначительных городов, а также поредевшее войско и разоренные финансы.

Но, тем не менее, герцог не сдавался.

Он засел в укрепленном лагере неподалеку от Крешентино, на левом берегу реки По, где благодаря своему военному искусству и храбрости продержался целых пять месяцев. Напрасно принц Евгений пытался присоединиться к нему и вызволить его из западни — герцог Вандомский и Лафейад не выпускали его из виду и в битве при Кассано одержали над ним верх.

Людовик XIV приказал стереть с лица земли савойские крепости, чтобы не пришлось охранять их, а тем более возвращать, если произойдет перемирие, что казалось почти невероятным: обе стороны были теперь настроены воинственнее, чем когда-либо прежде.

Принцессы, в том числе и Мария Анна, без конца посылали письма в Версаль с просьбой не преследовать больше принца, разоренного, несчастного, испытывающего крайние лишения.

Герцог не подозревал об этих демаршах, иначе он не допустил бы подобных действий, ибо был бы ими глубоко оскорблен. К тому же Людовик XIV оставался непреклонен, в чем я сама имела случай убедиться.

Герцогиня Савойская хорошо изучила меня: она переслала мне тайком письмо для своей августейшей дочери герцогини Бургундской, поручив мне передать его в ее собственные руки, получить ответ и отправить его тем же путем.

Страница 1 из 136

Назад12136Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 78

Назад1278Далее