Загрузка...
Леонид Андреев — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Леонид Андреев

Автор Максим Горький
12+19 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Жанры

Описание

Книга представляет собой сборник размышлений и бесед Леонида Андреевича с Максимом Горьким, раскрывающих философские взгляды, критический подход к литературе и личные внутренние конфликты писателя.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт Леонида Андреевича между стремлением к истине и сомнениями, а также его критика традиционной литературы

Ключевые идеи

  • Критика традиционной литературы и скептицизм к классическим текстам
  • Проблемы писателя: трудности с письмом и внутренние сомнения
  • Влияние личных переживаний и философских размышлений на творчество

Вывод

Книга демонстрирует сложную личность писателя и его влияние на Горького, подчеркивая важность личных убеждений и философских размышлений в творчестве.

Кому полезна

  • Литературные критики
  • Писатели
  • Студенты литературы
  • Исследователи русской литературы

Главные темы

  • Философские размышления о истине и роли писателя
  • Критика традиционной литературы
  • Влияние личных конфликтов и алкоголя на творчество

Персонажи

  • Леонид Николаевич Андреев — Талантливый, но скептический писатель, полагающийся на интуицию и фантазию, критик традиционной литературы, испытывающий трудности с письмом и внутренние сомнения, склонный к алкоголю и философским размышлениям

Цитаты

  • «Сытому быть великодушным столь же приятно, как пить кофе после обеда»
  • «Писать я трудно, - сознавался он. - Перья кажутся мне неудобными, процесс письма слишком медленным и даже унижающим»

Сводка по автору из Wikidata

1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)

Читать онлайн

Страница 12 из 12

- Конечно - царствие небесное и прочая чепуха. Я думаю, что Иуда был не еврей, - грек, эллин. Он, брат, умный и дерзкий человек, Иуда. Ты когда-нибудь думал о разнообразии мотивов предательства? Они - бесконечно разнообразны. УАзефа была своя философия - глупо думать, что он предавал только ради заработка. Знаешь, - если б Иуда был убежден, что в лице Христа пред ним сам Иегова, - он все-таки предал бы его. Убить бога, унизить его позорной смертью - это, брат, не пустячок!

Он долго говорил на Геростратову тему, и - как всегда, когда он сталкивался с такими мыслями, - говорил интересно, возбужденно, подхлестывая фантазию свою острейшими парадоксами. В такие минуты его грубовато красивое, но холодное лицо становится тоньше, одухотворенней, и темные глаза, в которых у него нескрываемо блестит страх пред чем-то, - в такие минуты горят дерзко, красиво и гордо.

Потом он вернулся к началу беседы:

- Но все-таки о евреях ты что-то выдумываешь, тут у тебя - литература! Я - не люблю их, они меня стесняют. Я чувствую себя обязанным говорить им комплименты, относиться к ним с осторожностью. Это возбуждает у меня охоту рассказывать им веселые еврейские анекдоты, в которых всегда лестно и хвастливо подчеркнуто остроумие евреев. Но - я не умею рассказывать анекдоты, и мне всегда трудно с евреями. Они считают и меня виновным в несчастиях их жизни, - как же я могу чувствовать себя равным еврею, если я для него - преступник, гонитель, погромщик?

- Тогда ты напрасно вступил в это общество - зачем же насиловать себя?

- А - стыд? Ты же сам говоришь - стыд. И - наконец - русский писатель обязан быть либералом, социалистом, революционером - черт знает чем еще! И - всего меньше - самим собою.

Усмехаясь, он добавил:

- По этому пути шел мой хороший приятель Горький, и - от него осталось почтенное, но - пустое место. Не сердись.

- Продолжай.

Он налил себе крепкого чая и - с явной целью задеть меня - стал грубо отрицать превосходный, суровый талант Ивана Бунина, - не любит он его. Но вдруг, скучным голосом, сказал:

- А женился я на еврейке!

В 16-м году, когда привез мне книги свои, оба снова и глубоко почувствовали, как много было пережито нами и какие мы старые товарищи. Но мы могли, не споря, говорить только о прошлом, настоящее же воздвигало между нами высокую стену непримиримых разноречий.

Я не нарушу правды, если скажу, что для меня стена эта была прозрачна и проницаема - я видел за нею человека крупного, своеобразного, очень близкого мне в течение десяти лет, единственного друга в среде литераторов.

Разногласия умозрений не должны бы влиять на симпатии, я никогда не давал теориям и мнениям решающей роли в моих отношениях к людям.

Л.Н.Андреев чувствовал иначе. Но не я поставлю это в вину ему, ибо он был таков, каким хотел и умел быть - человеком редкой оригинальности, редкого таланта и достаточно мужественным в своих поисках истины.

Страница 12 из 12

Назад11112Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 124

Назад12124Далее