Загрузка...
Олеся (cборник) — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Олеся (cборник)

Автор Александр Иванович Куприн
12+2006303 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+

Описание

Роман о жизни в отдалённой полесьской деревне, где иностранный писатель, охотник и учитель, сталкивается с местными обычаями, колдовством и любовными испытаниями, пытаясь защитить молодую женщину Олеся и сохранить память о ней.

Главный конфликт / проблема

Нарратор пытается защитить Олеся и старуху от местной власти, одновременно пытаясь понять и принять колдовские предсказания и свои чувства, сталкиваясь с конфликтами с Ярмолой и бабушкой Мануйлихой

Ключевые идеи

  • Трудности общения с местными и их непонимание чужих языков.
  • Проблемы обучения письму в условиях отдалённости.
  • Весна как символ обновления и новых начинаний
  • Встреча с Олеся и её колдовские способности
  • Тема судьбы и предсказаний
  • Конфликт с другом Ярмолой и изменение дружбы
  • Небольшое сообщество сталкивается с угрозой выселения из-за изменений в землевладении.
  • Нарратор пытается посредничать, используя дружеские связи и подарки.
  • Проблема власти и местных чиновников проявляется в личных отношениях и страхе.
  • Личное здоровье и эмоциональное состояние нарратора тесно связаны с событиями вокруг Олеся.
  • Возрождение любви после болезни и изоляции
  • Конфликт с бабушкой и социальные ограничения

Вывод

Книга приводит к осознанию того, что любовь и судьба подвержены влиянию внешних обстоятельств, а память о потерях остаётся живой и сильной.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской литературой и историей Полесья
  • Любители мистических и психологических романов

Главные темы

  • Мистика и колдовство в полесьской культуре
  • Трудности общения и письменности в отдалённой деревне
  • Любовные и социальные испытания персонажей

Персонажи

  • Ванечка — Иностранный писатель, ищущий вдохновение в природе, живущий в лесу. Он сталкивается с трудностями общения, переживает болезнь, стремится к браку с Олесей, но испытывает тревогу и чувство вины за события с ней.
  • Олеся — Молодая женщина, живущая в лесу, умеющая гадать и демонстрировать колдовские трюки. Она направляет рассказчика к Ириновскому шляху, бывшая подруга, сейчас тревожная и отстранённая. Боясь церковных обрядов, считает себя «незаконной», переживает за здоровье Ванечки, сомневается в браке и ощущает необходимость покинуть деревню.
  • Ярмола — Пьяный, ленивый охотник, пытающийся научиться писать. Он предупреждает Ванечку о грозе и необходимости покинуть деревню.
  • Мануйлиха — Бывшая ведьма Мануйлиха, живущая в хате, не одобряет отношения героя и Олеси, часто конфликтует и пытается удержать их от совместной жизни. Она отказывается помогать, но после обмена монетой и картами даёт непонятные предсказания.
  • Бабушка (старуха) — Стареет, не так хорошо гадит, но всё ещё обладает некоторыми знаниями.
  • Иван Тимофеевич — Молодой человек, наблюдающий за природой и вступающий в контакт с Олесей и её бабушкой.
  • Евпсихий Африканович — Серьёзный чиновник, который требует водки и пытается отобрать землю.

Цитаты

  • "Гай буг" – приветствие, которое звучит в деревне.
  • "Ведьмака – это колдунья" – ответ Ярмолы, когда рассказчик спрашивает о ведьме.
  • Не бойтесь, живы останетесь.
  • Воробьи, стаями обсыпавшие придорожные ветлы, кричали так громко и возбужденно, что ничего нельзя было расслышать за их криком.
  • «Чего ты фордыбачишься, дурочка! Тебе дело говорят, а ты нос дерешь.»
  • «У меня бла бла… Я отремонтировал ружье, и теперь я могу дать его тебе.»
  • «Трефовая дама – я, это со мной будет несчастье…»
  • «Люблю, Олеся. Давно люблю и крепко люблю. Но… не целуй меня больше…»
  • Ой вышло вийско турецкое, Як та черная хмара…
  • Бабка, – сказал он своим тихим голосом, в котором слышалось беспокойство. – Паныч, треба вам отсюда уезжать…

Сводка по автору из Wikidata

1870–1938. Александр Иванович Куприн. русский писатель (1870—1938)

Читать онлайн

Страница 21 из 22

– Ох, правда, правда, Олеся, – все на нас, горемычных, свалят… Не жить нам на белом свете, изведут нас с тобой, совсем изведут, проклятики… А тогда, как меня из села выгнали… Что ж? Разве не так же было? Погрозилась я… тоже вот с досады… одной дурище полосатой, а у нее – хвать – ребенок помер. То есть ни сном ни духом тут моей вины не было, а ведь меня чуть не убили, окаянные… Камнями стали шибать… Я бегу от них, да только тебя, малолетку, все оберегаю… Ну, думаю, пусть уж мне попадет, а за что же дитю-то неповинную обижать?.. Одно слово – варвары, висельники поганые!

– Да куда же вы поедете? У вас ведь нигде ни родных, ни знакомых нет… Наконец, и деньги нужны, чтобы на новом месте устроиться.

– Обойдемся как-нибудь, – небрежно проговорила Олеся. – И деньги у бабушки найдутся, припасла она кое-что.

– Ну уж и деньги тоже! – с неудовольствием возразила старуха, отходя от кровати. – Копеечки сиротские, слезами облитые…

– Олеся… А я как же? Обо мне ты и думать даже не хочешь! – воскликнул я, чувствуя, как во мне подымается горький, больной, недобрый упрек против Олеси.

Она привстала и, не стесняясь присутствием бабки, взяла руками мою голову и несколько раз подряд поцеловала меня в лоб и щеки.

– Об тебе я больше всего думаю, мой родной. Только… видишь ли… не судьба нам вместе быть… вот что!.. Помнишь, я на тебя карты бросала? Ведь все так и вышло, как они сказали тогда. Значит, не хочет судьба нашего с тобой счастья… А если бы не это, разве, ты думаешь, я чего-нибудь испугалась бы?

– Олеся, опять ты про свою судьбу? – воскликнул я нетерпеливо. – Не хочу я в нее верить… и не буду никогда верить!..

– Ох, нет, нет… не говори этого, – испуганно зашептала Олеся. – Я не за себя, за тебя боюсь, голубчик. Нет, лучше ты уж об этом и разговора не начинай совсем.

Напрасно я старался разубедить Олесю, напрасно рисовал перед ней картины безмятежного счастья, которому не помешают ни завистливая судьба, ни грубые, злые люди. Олеся только целовала мои руки и отрицательно качала головой.

– Нет… нет… нет… я знаю, я вижу, – твердила она настойчиво. – Ничего нам, кроме горя, не будет… ничего… ничего…

Растерянный, сбитый с толку этим суеверным упорством, я наконец спросил:

– Но ведь, во всяком случае, ты дашь мне знать о дне отъезда?

Олеся задумалась. Вдруг слабая улыбка пробежала по ее губам.

– Я тебе на это скажу маленькую сказочку… Однажды волк бежал по лесу, увидел зайчика и говорит ему: «Заяц, а заяц, ведь я тебя съем!» Заяц стал проситься: «Помилуй меня, волк, мне еще жить хочется, у меня дома детки маленькие». Волк не соглашается. Тогда заяц говорит: «Ну, дай мне хоть три дня еще на свете пожить, а потом и съешь. Все же мне легче умирать будет». Дал ему волк эти три дня, не ест его, а только все стережет. Прошел один день, прошел другой, наконец и третий кончается. «Ну, теперь готовься, – говорит волк, – сейчас я начну тебя есть». Тут мой заяц и заплакал горючими слезами: «Ах, зачем ты мне, волк, эти три дня подарил! Лучше бы ты сразу меня съел, как только увидел. А то я все три дня не жил, а только терзался!» Милый мой, ведь зайчик-то этот правду сказал. Как ты думаешь?

Я молчал, охваченный тоскливым предчувствием близкого одиночества. Олеся вдруг поднялась и присела на постели. Лицо ее стало сразу серьезным.

– Ваня, послушай… – произнесла она с расстановкой. – Скажи мне: покамест ты был со мною, был ли ты счастлив? Хорошо ли тебе было?

– Олеся! И ты еще спрашиваешь!

– Подожди… Жалел ли ты, что узнал меня? Думал ли ты о другой женщине, когда виделся со мною?

– Ни одного мгновения! Не только в твоем присутствии, но даже и оставшись один, я ни о ком, кроме тебя, не думал.

– Ревновал ли ты меня? Был ли ты когда-нибудь на меня недоволен? Не скучал ли ты со мною?

– Никогда, Олеся! Никогда!

Она положила обе руки мне на плечи и с невыразимой любовью поглядела в мои глаза.

– Так и знай же, мой дорогой, что никогда ты обо мне не вспомнишь дурно или со злом, – сказала она так убедительно, точно читала у меня в глазах будущее. – Как расстанемся мы с тобой, тяжело тебе в первое время будет, ох как тяжело… Плакать будешь, места себе не найдешь нигде. А потом все пройдет, все изгладится. И уж без горя ты будешь обо мне думать, а легко и радостно.

Она опять откинулась головой на подушки и прошептала ослабевшим голосом:

– А теперь поезжай, мой дорогой… Поезжай домой, голубчик… Устала я немножко. Подожди… поцелуй меня… Ты бабушки не бойся… она позволит. Позволишь ведь, бабушка?

– Да уж простись, простись как следует, – недовольно проворчала старуха. – Чего же передо мной таиться-то?.. Давно знаю…

– Поцелуй меня сюда, и сюда еще… и сюда, – говорила Олеся, притрагиваясь пальцем к своим глазам, щекам и рту.

– Олеся! Ты прощаешься со мною так, как будто бы мы уже не увидимся больше! – воскликнул я с испугом.

– Не знаю, не знаю, мой милый. Ничего не знаю. Ну поезжай с богом. Нет, постой… еще минуточку… Наклони ко мне ухо… Знаешь, о чем я жалею? – зашептала она, прикасаясь губами к моей щеке. – О том, что у меня нет от тебя ребеночка… Ах, как я была бы рада этому!

Я вышел на крыльцо в сопровождении Мануйлихи. Полнеба закрыла черная туча с резкими курчавыми краями, но солнце еще светило, склоняясь к западу, и в этом смешении света и надвигающейся тьмы было что-то зловещее. Старуха посмотрела вверх, прикрыв глаза, как зонтиком, ладонью, и значительно покачала головой.

– Быть сегодня над Перебродом грозе, – сказала она убедительным тоном. – А чего доброго, даже и с градом.

Страница 21 из 22

Вам также может понравиться

Страница 1 из 27

Назад1227Далее