Загрузка...
Мои университеты — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Мои университеты

Автор Максим Горький
12+2006156 читателей
Дата написания1922-12-31
Язык книгиru
СерияАвтобиографическая трилогия, 3; классика М.Горький
Возрастное ограничение12+

Описание

В книге «Мои университеты» Максим Горький описывает свой путь от студенческой жизни в Казани до поисков смысла в деревне Красновидово, чередуя встречи с наставниками, дебаты о вере и милосердии, а также внутренний кризис и попытки саморазрушения.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт героя между желанием найти смысл и борьбой с внешними обстоятельствами, а также с насилием и саморазрушением

Ключевые идеи

  • Стремление к учёбе как путь к самореализации
  • Проблемы бедности и трудностей в студенческой жизни
  • Влияние окружения и встреч с разными людьми на формирование личности
  • Невидимая нить как символ связи людей и их внутреннего мира
  • Критика общества, его безразличия и двойственности
  • Философские дебаты о Боге, любви и милосердии
  • Столкновение с насилием и внутренним конфликтом
  • Проблемы студенческих волнений и их влияние на личность
  • Пытка самоубийства как проявление отчаяния
  • Переезд в деревню как поиск смысла и новых знаний
  • Важность общения с местными и чтения книг для саморазвития

Вывод

Книга приводит к выводу, что путь к смыслу лежит через честное взаимодействие с реальностью, образование и внутреннюю рефлексию

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся личностным ростом, историей образования, философией
  • Студенты и молодые люди, ищущие смысл
  • Писатели и исследователи

Главные темы

  • Поиск смысла и образования
  • Влияние окружения и философских дебатов
  • Борьба с внутренним конфликтом

Персонажи

  • Федосеев — Наблюдатель, ищущий смысл в повседневной жизни и философских дебатах, испытывает внутренний конфликт, стремится к саморазрушению, но ищет новые пути.
  • Н. Евреинов — Молодой человек, убеждающий автора в его способностях к науке и обещающий ему место в Казанском университете.
  • Гурий Плетнёв — Молодой, талантливый, приглашает автора жить в «Марусовке».
  • Никита Рубцов — Обсуждает с Федосеевым вопросы веры и морали, ведёт героя в бар, участвует в драке, пытается наставлять, но также является источником насилия.
  • Андрей Деренков — Обладает библиотекой запрещённых книг, обсуждает идеи о народе.
  • Лавров — Показывает Федосееву сад и участвует в чтении.
  • Яков — Участвует в дебатах о Боге и отвергает традиционные религиозные идеи.
  • Никифорыч — Обсуждает с Федосеевым вопросы милосердия и жёсткости.
  • Михайло Антонов — Обучает героя чтению, жизни в деревне, открывает книги.
  • Мать Евреинов — Живёт с Евреиновыми, пытается выжить, кормит трёх парней из ограниченных ресурсов.
  • Хохол — Обсуждает вопросы свободы, власти, жизни.
  • Кукушкин — Обсуждает трудности деревни.

Цитаты

  • «Вы созданы природой для служения науке»
  • «Учиться, в университет»
  • Незримая нить - в сердцах, в костях, ну-ко - вытрави, выдери её? Царь - народу - бог!
  • Жестокость нужно усилить до того, чтоб все люди устали от неё, чтоб она опротивела всем и каждому, как вот эта треклятая осень!
  • "Пытка самоубийства и неудачный выстрел"
  • "Обучает его чтению и жизни в деревне"

Сводка по автору из Wikidata

1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)

Читать онлайн

Страница 2 из 33

Чтобы не голодать, я ходил на Волгу, к пристаням, где легко можно было заработать пятнадцать - двадцать копеек. Там, среди грузчиков, босяков, жуликов, я чувствовал себя куском железа, сунутым в раскалённые угли, каждый день насыщал меня множеством острых, жгучих впечатлений. Там предо мною вихрем кружились люди оголённо жадные, люди грубых инстинктов, - мне нравилась их злоба на жизнь, нравилось насмешливо враждебное отношение ко всему в мире и беззаботное к самим себе. Всё, что я непосредственно пережил, тянуло меня к этим людям, вызывая желание погрузиться в их едкую среду. Брет-Гарт и огромное количество "бульварных" романов, прочитанных мною, ещё более возбуждали мои симпатии к этой среде.

Профессиональный вор Башкин, бывший ученик учительского института, жестоко битый, чахоточный человек, красноречиво внушал мне:

- Что ты, как девушка, ёжишься, али честь потерять боязно? Девке честь - всё её достояние, а тебе - только хомут. Честен бык, так он - сеном сыт!

Рыженький, бритый, точно актёр, ловкими, мягкими движениями маленького тела Башкин напоминал котёнка. Он относился ко мне учительно, покровительственно, и я видел, что он от души желает мне удачи, счастья. Очень умный, он прочитал немало хороших книг, более всех ему нравился "Граф Монте-Кристо".

- В этой книге есть и цель и сердце, - говорил он.

Любил женщин и рассказывал о них, вкусно чмокая, с восторгом, с какой-то судорогой в разбитом теле; в этой судороге было что-то болезненное, она возбуждала у меня брезгливое чувство, но речи его я слушал внимательно, чувствуя их красоту.

- Баба, баба! - выпевал он, и жёлтая кожа его лица разгоралась румянцем, тёмные глаза сияли восхищением. - Ради бабы я - на всё пойду. Для неё, как для чорта, - нет греха! Живи влюблён, лучше этого ничего не придумано!

Он был талантливый рассказчик и легко сочинял для проституток трогательные песенки о печалях несчастной любви, его песни распевались во всех городах Волги, и - между прочими - ему принадлежит широко распространённая песня:

Не красива я, бедна,

Плохо я одета,

Никто замуж не берёт

Девушку за это...

Хорошо относился ко мне тёмный человек Трусов, благообразный, щеголевато одетый, с тонкими пальцами музыканта. Он имел в Адмиралтейской слободе лавочку с вывеской "Часовых дел мастер", но занимался сбытом краденого.

- Ты, Пешков, к воровским шалостям не приучайся! - говорил он мне, солидно поглаживая седоватую свою бороду, прищурив хитрые и дерзкие глаза. - Я вижу: у тебя иной путь, ты человечек духовный.

- Что значит - духовный?

- А - в котором зависти нет ни к чему, только любопытство...

Это было неверно по отношению ко мне, завидовал я много и многому; между прочим, зависть мою возбуждала способность Башкина говорить каким-то особенным, стихоподобным ладом с неожиданными уподоблениями и оборотами слов. Вспоминаю начало его повести об одном любовном приключении:

"Мутноокой ночью сижу я - как сыч в дупле - в номерах, в нищем городе Свияжске, а - осень, октябрь, ленивенько дождь идёт, ветер дышит, точно обиженный татарин песню тянет; без конца песня: о-о-о-у-у-у...

... И вот пришла она, лёгкая, розовая, как облако на восходе солнца, а в глазах - обманная чистота души. "Милый, - говорит честным голосом, - не виновата я против тебя". Знаю - врёт, а верю - правда! Умом - твёрдо знаю, сердцем - не верю, никак!"

Рассказывая, он ритмически покачивался, прикрывал глаза и часто мягким жестом касался груди своей против сердца.

Голос у него был глухой, тусклый, а слова - яркие, и что-то соловьиное пело в них.

Завидовал я Трусову, - этот человек удивительно интересно говорил о Сибири, Хиве, Бухаре, смешно и очень зло о жизни архиереев, а однажды таинственно сказал о царе Александре III:

- Этот царь в своём деле мастер!

Трусов казался мне одним из тех "злодеев", которые в конце романа неожиданно для читателя - становятся великодушными героями.

Иногда, в душные ночи, эти люди переправлялись через речку Казанку, в луга, в кусты, и там пили, ели, беседуя о своих делах, но чаще - о сложности жизни, о странной путанице человеческих отношений, особенно много о женщинах. О них говорилось с озлоблением, с грустью, иногда - трогательно и почти всегда с таким чувством, как будто заглядывая во тьму, полную жутких неожиданностей. Я прожил с ними две, три ночи под тёмным небом с тусклыми звёздами, в душном тепле ложбины, густо заросшей кустами тальника. Во тьме, влажной от близости Волги, ползли во все стороны золотыми пауками огни мачтовых фонарей, в чёрную массу горного берега вкраплены огненные комья и жилы - это светятся окна трактиров и домов богатого села Услон. Глухо бьют по воде плицы колёс пароходов, надсадно, волками воют матросы на караване барж, где-то бьёт молот по железу, заунывно тянется песня, тихонько тлеет чья-то душа, - от песни на сердце пеплом ложится грусть.

И ещё грустнее слушать тихо скользящие речи людей, - люди задумались о жизни и говорят каждый о своём, почти не слушая друг друга. Сидя или лёжа под кустами, они курят папиросы, изредка - не жадно - пьют водку, пиво и идут куда-то назад, по пути воспоминаний.

- А вот со мной был случай, - говорит кто-то, придавленный к земле ночною тьмой.

Выслушав рассказ, люди соглашаются:

- Бывает и так, - всё бывает...

"Было", "бывает", "бывало" - слышу я, и мне кажется, что в эту ночь люди пришли к последним часам своей жизни, - всё уже было, больше ничего не будет!

Это отводило меня в сторону от Башкина и Трусова, но всё-таки нравились мне они, и по всей логике испытанного мною было бы вполне естественно, если б я пошёл с ними. Оскорблённая надежда подняться вверх, начать учиться - тоже толкала меня к ним. В часы голода, злости и тоски я чувствовал себя вполне способным на преступление не только против "священного института собственности". Однако романтизм юности помешал мне свернуть с дороги, идти по которой я был обречён. Кроме гуманного Брет-Гарта и бульварных романов, я уже прочитал немало серьёзных книг, они возбудили у меня стремление к чему-то неясному, но более значительному, чем всё, что я видел.

И в то же время у меня зародились новые знакомства, новые впечатления. На пустырь, рядом с квартирой Евреинова, собирались гимназисты играть в городки, и меня очаровал один из них - Гурий Плетнёв. Смуглый, синеволосый, как японец, с лицом в мелких чёрных точках, точно натёртым порохом, неугасимо весёлый, ловкий в играх, остроумный в беседе, он был насыщен зародышами разнообразных талантов. И, как почти все талантливые русские люди, он жил на средства, данные ему природой, не стремясь усилить и развить их. Обладая тонким слухом и великолепным чутьём музыки, любя её, он артистически играл на гуслях, балалайке, гармонике, не пытаясь овладеть инструментом более благородным и трудным. Был он беден, одевался плохо, но его удальству, бойким движениям жилистого тела, широким жестам очень отвечали: измятая, рваная рубаха, штаны в заплатах и дырявые, стоптанные сапоги.

Страница 2 из 33

Вам также может понравиться

Страница 1 из 102

Назад12102Далее