Загрузка...
Записки маленькой гимназистки — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Записки маленькой гимназистки

Автор Лидия Алексеевна Чарская
6+1.1k читателей
Дата написания1907-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение6+

Описание

Лена, потеряв мать, переезжает в Петербург к дяде, где сталкивается с семейными конфликтами и школьной травлей. В гимназии она переживает изоляцию, но находит поддержку в новых друзьях и в необычных событиях, включая крушение поезда и встречу с Снежинкой. Книга раскрывает её рост и поиск места в новом окружении.

Главный конфликт / проблема

Главная героиня сталкивается с травлей и семейными конфликтами, пытаясь найти место в новом окружении.

Ключевые идеи

  • Переезд и потеря матери как начало новой жизни
  • Первые встречи и конфликт с семьей дяди
  • Буллинг и издевательства среди девочек
  • Страх и изоляция в детской резиденции
  • Надежда на дружбу и поддержку
  • Травля и издевательства в школьной среде
  • Влияние учителя и правил на динамику класса
  • Проблемы внутреннего конфликта и самооценки ученицы
  • Сила дружбы и поддержки в преодолении травли
  • Стремление Лены помочь другу после трагедии.
  • Использование наказания как способа выйти из школы.
  • Переход от реальности к фантастическому миру в поисках спасения.

Вывод

Книга показывает, что даже в трудных обстоятельствах можно найти поддержку и обрести силы.

Кому полезна

  • Дети и подростки, интересующиеся литературой о школьной жизни
  • Педагоги и психологи, работающие с детьми
  • Любители русской художественной литературы

Главные темы

  • Переезд и адаптация
  • Травля и поиск поддержки
  • Семейные конфликты
  • Фантастические элементы и испытания

Персонажи

  • Лена — Маленькая гимназистка, потеряла мать, переезжает в Петербург к дяде Михаилу Васильевичу Иконину. Сначала чувствует себя чужой, сталкивается с издевательствами, но постепенно находит друзей и осознает, что жизнь изменится. В школе сталкивается с жестокостью, но поддержка Анны помогает ей справиться.
  • Михаил Васильевич Иконин — Дядя Лены, генерал, но в семье ласковый и добрый, принимает её в доме, но дети обижают Лену, создавая конфликт.
  • Никифор Матвеевич — Доброжелательный и заботливый кондуктор, сопровождает Лену в поездке, кормит чаем, развлекает, но погибает в крушении поезда.
  • Матильда Францевна — Резкая и недружелюбная, строгая, иногда жесткая, угрожает «разгами», участвует в школьных уроках, конфликтует с Леной.
  • Тетя Нелли — Строгая и требовательная, но заботится о семье, старается защитить Лену от опасных поступков.
  • Анна (графиня Симолинь) — Молодая графиня, встречает Леночку в библиотеке, обещает помочь, становится её другом и поддержкой.
  • Анна Владимировна Чирикова — Учительница, обсуждает поведение Ленушки, участвует в наказании, пытается восстановить порядок.
  • Жюли — Горбунья, которую обижают, но позже становится потенциальной подругой Лены.
  • Толя — Мальчик, спасает Ленушку от наказания, поддерживает её, предлагает дружбу.
  • Ивина — Черненькая девочка, громкая и властная, инициирует план «травить Яшку».
  • Рош — Толстушка, активно участвует в издевательствах и поддерживает Ивину.
  • Василий Васильевич Яковлев — Учитель, старается восстановить порядок, но сталкивается с непослушанием учеников.

Цитаты

  • Пожалуйте, приехали
  • Мокрица
  • "Сиди здесь, - злобно крикнула она, - если не умеешь вести себя в детском обществе!"
  • "Не наказывайте меня! Не бейте! - кричала я исступленно."
  • "Травить Яшку сегодня же!"
  • "Демьянова уха"
  • "Тетя Нелли! Это он! Он погиб, непременно погиб!"
  • "Снежинка, летим в город, Снежинка!"

Сводка по автору из Wikidata

1875–1937. Лидия Алексеевна Чурилова. русская детская писательница, актриса

Читать онлайн

Страница 1 из 28

Лидия Чарская ЗАПИСКИ МАЛЕНЬКОЙ ГИМНАЗИСТКИ Повесть

1. В чужой город, к чужим людям

Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! - стучат колеса, и поезд быстро мчится все вперед и вперед.

Мне слышатся в этом однообразном шуме одни и те же слова, повторяемые десятки, сотни, тысячи раз. Я чутко прислушиваюсь, и мне кажется, что колеса выстукивают одно и то же, без счета, без конца: вот так-так! вот так-так! вот так-так!

Колеса стучат, а поезд мчится и мчится без оглядки, как вихрь, как стрела...

В окне навстречу нам бегут кусты, деревья, станционные домики и телеграфные столбы, наставленные по откосу полотна железной дороги...

Или это поезд наш бежит, а они спокойно стоят на одном месте? Не знаю, не понимаю.

Впрочем, я многого не понимаю, что случилось со мною за эти последние дни.

Господи, как все странно делается на свете! Могла ли я думать несколько недель тому назад, что мне придется покинуть наш маленький, уютный домик на берегу Волги и ехать одной-одинешеньке за тысячи верст к каким-то дальним, совершенно неизвестным родственникам?.. Да, мне все еще кажется, что это только сон, но - увы! - это не сон!..

- Петербург! - раздался за моей спиной голос кондуктора, и я увидела перед собою его доброе широкое лицо и густую рыжеватую бороду.

Этого кондуктора звали Никифором Матвеевичем. Он всю дорогу заботился обо мне, поил меня чаем, постлал мне постель на лавке и, как только у него было время, всячески развлекал меня. У него, оказывается, была моих лет дочурка, которую звали Нюрой и которая с матерью и братом Сережей жила в Петербурге. Он мне и адрес даже свой в карман сунул - "на всякий случай", если бы я захотела навестить его и познакомиться с Нюрочкой.

- Очень уж я вас жалею, барышня, - говорил мне не раз во время моего недолгого пути Никифор Матвеевич, - потому сиротка вы, а Бог сироток велит любить. И опять, одна вы, как есть одна на свете; петербургского дяденьки своего не знаете, семьи его также... Нелегко ведь... А только, если уж очень невмоготу станет, вы к нам приходите. Меня дома редко застанете, потому в разъездах я все больше, а жена с Нюркой вам рады будут. Они у меня добрые...

Я поблагодарила ласкового кондуктора и обещала ему побывать у него...

- Петербург! - еще раз выкрикнул за моей спиной знакомый голос и, обращаясь ко мне, добавил: - Вот и приехали, барышня. Дозвольте, я вещички ваши соберу, а то после поздно будет. Ишь суетня какая!

И правда, в вагоне поднялась страшная суматоха. Пассажиры и пассажирки суетились и толкались, укладывая и увязывая вещи. Какая-то старушка, ехавшая напротив меня всю дорогу, потеряла кошелек с деньгами и кричала, что ее обокрали. Чей-то ребенок плакал в углу. У двери стоял шарманщик и наигрывал тоскливую песенку на своем разбитом инструменте.

Я выглянула в окно. Господи! Сколько труб я увидала! Трубы, трубы и трубы! Целый лес труб! Из каждой вился серый дымок и, поднимаясь вверх, расплывался в небе. Моросил мелкий осенний дождик, и вся природа, казалось, хмурилась, плакала и жаловалась на что-то.

Поезд пошел медленнее. Колеса уже не выкрикивали свое неугомонное "вот так-так!". Они стучали теперь значительно протяжнее и тоже точно жаловались на то, что машина насильно задерживает их бойкий, веселый ход.

И вот поезд остановился.

- Пожалуйте, приехали, - произнес Никифор Матвеевич.

И, взяв в одну руку мой теплый платок, подушку и чемоданчик, а другою крепко сжав мою руку, повел меня из вагона, с трудом протискиваясь через толпу.

2. Моя мамочка

Была у меня мамочка, ласковая, добрая, милая. Жили мы с мамочкой в маленьком домике на берегу Волги. Домик был такой чистый и светленький, а из окон нашей квартиры видно было и широкую, красивую Волгу, и огромные двухэтажные пароходы, и барки, и пристань на берегу, и толпы гуляющих, выходивших в определенные часы на эту пристань встречать приходящие пароходы... И мы с мамочкой ходили туда, только редко, очень редко: мамочка давала уроки в нашем городе, и ей нельзя было гулять со мною так часто, как бы мне хотелось. Мамочка говорила:

- Подожди, Ленуша, накоплю денег и прокачу тебя по Волге от нашего Рыбинска вплоть до самой Астрахани! Вот тогда-то нагуляемся вдоволь.

Я радовалась и ждала весны.

К весне мамочка прикопила немножко денег, и мы решили с первыми же теплыми днями исполнить нашу затею.

- Вот как только Волга очистится от льда, мы с тобой и покатим! - говорила мамочка, ласково поглаживая меня по голове.

Но когда лед тронулся, она простудилась и стала кашлять. Лед прошел, Волга очистилась, а мамочка все кашляла и кашляла без конца. Она стала как-то разом худенькая и прозрачная, как воск, и все сидела у окна, смотрела на Волгу и твердила:

- Вот пройдет кашель, поправлюсь немного, и покатим мы с тобою до Астрахани, Ленуша!

Но кашель и простуда не проходили; лето было сырое и холодное в этом году, и мамочка с каждым днем становилась все худее, бледнее и прозрачнее.

Наступила осень. Подошел сентябрь. Над Волгой потянулись длинные вереницы журавлей, улетающих в теплые страны. Мамочка уже не сидела больше у окна в гостиной, а лежала на кровати и все время дрожала от холода, в то время как сама была горячая как огонь.

Раз она подозвала меня к себе и сказала:

- Слушай, Ленуша. Твоя мама скоро уйдет от тебя навсегда... Но ты не горюй, милушка. Я всегда буду смотреть на тебя с неба и буду радоваться на добрые поступки моей девочки, а...

Я не дала ей договорить и горько заплакала. И мамочка заплакала также, а глаза у нее стали грустные-грустные, такие же точно, как у того ангела, которого я видела на большом образе в нашей церкви.

Успокоившись немного, мамочка снова заговорила:

- Я чувствую, Господь скоро возьмет меня к Себе, и да будет Его святая воля! Будь умницей без мамы, молись Богу и помни меня... Ты поедешь жить к твоему дяде, моему родному брату, который живет в Петербурге... Я писала ему о тебе и просила приютить сиротку...

Что-то больно-больно при слове "сиротка" сдавило мне горло...

Я зарыдала, заплакала и забилась у маминой постели. Пришла Марьюшка (кухарка, жившая у нас целые девять лет, с самого года моего рождения, и любившая мамочку и меня без памяти) и увела меня к себе, говоря, что "мамаше нужен покой".

Вся в слезах уснула я в эту ночь на Марьюшкиной постели, а утром... Ах, что было утром!..

Я проснулась очень рано, кажется, часов в шесть, и хотела прямо побежать к мамочке.

В эту минуту вошла Марьюшка и сказала:

- Молись Богу, Леночка: Боженька взял твою мамашу к себе. Умерла твоя мамочка.

- Умерла мамочка! - как эхо повторила я.

И вдруг мне стало так холодно-холодно! Потом в голове у меня зашумело, и вся комната, и Марьюшка, и потолок, и стол, и стулья - все перевернулось и закружилось в моих глазах, и я уже не помню, что сталось со мною вслед за этим. Кажется, я упала на пол без чувств...

Очнулась я тогда, когда уже мамочка лежала в большом белом ящике, в белом платье, с белым веночком на голове. Старенький седенький священник читал молитвы, певчие пели, а Марьюшка молилась у порога спальни. Приходили какие-то старушки и тоже молились, потом глядели на меня с сожалением, качали головами и шамкали что-то беззубыми ртами...

Страница 1 из 28

Назад1228Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 17

Назад1217Далее