Загрузка...
Гусев — обложка книги
Дата написания1890-12-31
Язык книгиru
СерияБиблиотека Всемирной Литературы
Возрастное ограничение12+

Описание

Гусев, бессрочноотпускной рядовой, переживает суровую службу на пароходе, сталкиваясь с болезнями, системой, мечтами о родном крае и смертью, пока его судьба приводит к падению в море.

Главный конфликт / проблема

Система военной службы и личные испытания, которые испытывает Гусев, включая болезни, классовую несправедливость и неизбежность смерти

Ключевые идеи

  • Монотонность и бессмысленность военной службы
  • Тоска за родиной и внутренние фантазии
  • Больные на корабле рассматриваются как «скоты», которые можно легко обмануть и избавиться от них.
  • Павел Иваныч выражает циничное отношение к службе и к тому, как их используют.
  • Гусев переживает галлюцинации и пытается понять реальность вокруг.
  • Классовая дискриминация на пароходе
  • Павел Иваныч как символ протеста
  • Боль и смерть в военной среде
  • Тоска за родиной и надежда на спасение
  • Судьба и неизбежность войны
  • Слияние сна и реальности
  • Морская символика как путь к внутреннему поиску

Вывод

Книга приводит к выводу о том, как война и военная система разрушают личность, но память и надежда остаются

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся военной литературой
  • Люди, изучающие психологию военных
  • Любители русской классической прозы

Главные темы

  • Военная служба и её психологические последствия
  • Морская жизнь и смерть
  • Мечты о родном крае и реальность
  • Классовая система и протест

Цитаты

  • Слышишь, Павел Иваныч? Мне один солдат в Сучане сказывал: ихнее судно, когда они шли, на рыбину наехало и днище себе проломило.
  • Пошли им, господи, – шепчет он, – ума-разума, чтоб родителей почитали и умней отца-матери не были…
  • «Я начинаю догадываться… Да… Я теперь отлично все понимаю.»
  • «Шестой годочек пошел, а все еще разума нет!»
  • Да, вот мы и на рейде, – говорит Павел Иваныч, насмешливо улыбаясь.
  • Я воплощенный протест. Вижу произвол – протестую, вижу ханжу и лицемера – протестую, вижу торжествующую свинью – протестую.
  • «Тяжко, братцы… – говорит он. – Я пойду наверх. Сведите меня, ради Христа, наверх!»
  • «В море теперь Павла Иваныча бросят… – говорит солдат с повязкой. – В мешок да в воду.»
  • Благословен бог наш, – начинает священник, – всегда, ныне и присно, и во веки веков!
  • Пена покрывает его, и мгновение кажется он окутанным в кружева

Сводка по автору из Wikidata

1860–1904. Антон Павлович Чехов. русский писатель, прозаик, драматург (1860—1904)

Читать онлайн

Страница 4 из 4

V

Гусев возвращается в лазарет и ложится на койку. По-прежнему томит его неопределенное желание, и он никак не может понять, что ему нужно. В груди давит, в голове стучит, во рту так сухо, что трудно пошевельнуть языком. Он дремлет и бредит, и, замученный кошмарами, кашлем и духотой, к утру крепко засыпает. Снится ему, что в казарме только что вынули хлеб из печи, а он залез в печь и парится в ней березовым веником. Спит он два дня, а на третий в полдень приходят сверху два матроса и выносят его из лазарета.

Его зашивают в парусину и, чтобы он стал тяжелее, кладут вместе с ним два железных колосника. Зашитый в парусину, он становится похожим на морковь или редьку: у головы широко, к ногам узко… Перед заходом солнца выносят его на палубу и кладут на доску; один конец доски лежит на борте, другой на ящике, поставленном на табурете. Вокруг стоят бессрочноотпускные и команда без шапок.

– Благословен бог наш, – начинает священник, – всегда, ныне и присно, и во веки веков!

– Аминь! – поют три матроса.

Бессрочноотпускные и команда крестятся и поглядывают в сторону на волны. Странно, что человек зашит в парусину и что он полетит сейчас в волны. Неужели это может случиться со всяким?

Священник посыпает Гусева землей и кланяется. Поют «вечную память».

Вахтенный приподнимает конец доски, Гусев сползает с нее, летит вниз головой, потом перевертывается в воздухе и – бултых! Пена покрывает его, и мгновение кажется он окутанным в кружева, но прошло это мгновение – и он исчезает в волнах.

Он быстро идет ко дну. Дойдет ли? До дна, говорят, четыре версты. Пройдя сажен восемь-десять, он начинает идти тише и тише, мерно покачивается, точно раздумывает, и, увлекаемый течением, уже несется в сторону быстрее, чем вниз.

Но вот встречает он на пути стаю рыбок, которых называют лоцманами. Увидев темное тело, рыбки останавливаются, как вкопанные, и вдруг все разом поворачивают назад и исчезают. Меньше чем через минуту они быстро, как стрелы, опять налетают на Гусева и начинают зигзагами пронизывать вокруг него воду…

После этого показывается другое темное тело. Это акула. Она важно и нехотя, точно не замечая Гусева, подплывает под него, и он опускается к ней на спину, затем она поворачивается вверх брюхом, нежится в теплой, прозрачной воде и лениво открывает пасть с двумя рядами зубов. Лоцмана в восторге; они остановились и смотрят, что будет дальше. Поигравши телом, акула нехотя подставляет под него пасть, осторожно касается зубами, и парусина разрывается во всю длину тела, от головы до ног; один колосник выпадает и, испугавши лоцманов, ударивши акулу по боку, быстро идет ко дну.

А наверху в это время, в той стороне, где заходит солнце, скручиваются облака; одно облако похоже на триумфальную арку, другое на льва, третье на ножницы… Из-за облаков выходит широкий зеленый луч и протягивается до самой средины неба; немного погодя рядом с этим ложится фиолетовый, рядом с ним золотой, потом розовый… Небо становится нежно-сиреневым. Глядя на это великолепное, очаровательное небо, океан сначала хмурится, но скоро сам приобретает цвета ласковые, радостные, страстные, какие на человеческом языке и назвать трудно.

1890

Страница 4 из 4

Назад134Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее