Загрузка...
Назад в библиотеку
Путешествия Гулливера — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Путешествия Гулливера

Автор Джонатан Свифт
6+10k читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1726-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение6+
Жанры
зарубежные детские книгисказкизарубежная фантастиказарубежные приключениякниги о путешествияхпопаданцылитература 18 века
Темы
сатирасемейное чтениесоциальная проза6 класс

Описание

Гулливер, бывший хирург и моряк, после серии кораблекрушений попадает в различные фантастические страны, где он сталкивается с необычными культурами, языками и социальными структурами. Его путешествия раскрывают сатирический взгляд автора на человеческие пороки, политические интриги и культурные различия.

Главный конфликт / проблема

Главный конфликт заключается в том, как Гулливер, сталкиваясь с чужими обществами, вынужден переосмысливать свои убеждения и ценности, одновременно подвергаясь критике человеческих пороков и политических интриг.

Ключевые идеи

  • Переход от моря к земле и плену как испытание
  • Взаимное уважение и взаимопомощь между Гулливером и лилипутами
  • Политическая система Лилипутии и её влияние на судьбу Гулливера
  • Контраст размеров и перспективы, показывающий относительность величия и ничтожества
  • Эксплуатация и человеческая свобода в обществе гигантов
  • Культурный обмен и адаптация в чужой среде
  • Лапута – летающий остров, управляемый магнитом, где жители ценят математику и музыку.
  • Академия прожектеров в Лагадо демонстрирует эксцентричные изобретения и методы обучения.
  • Магические острова, такие как Глаббдобдриб, позволяют управлять смертью и воспоминаниями.
  • Гуигнгнмы – разумные лошади, говорящие на собственном языке.
  • Путешественник учится их языку и погружается в их культуру.
  • Обсуждение войны, закона и человеческой природы в контексте двух разных культур.

Вывод

Книга приводит к выводу, что человеческая природа, с её жадностью, эгоизмом и политическими интригами, часто оказывается более абсурдной, чем любые фантастические общества, в которых он оказывается.

Кому полезна

  • Любители классической сатиры и философской прозы
  • Студенты и исследователи культурологии и социологии

Главные темы

  • Сатирический анализ человеческой природы
  • Культурный и языковой обмен
  • Политические и социальные структуры стран

Персонажи

  • Гулливер — Путешественник, который после кораблекрушения оказывается пленником в Лилипутии, но благодаря своей смирительности и умению общаться получает приют и освобождение. Английский путешественник, оказавшийся в мире гигантов, адаптируется к их культуре и становится экспонатом, а затем служителем королевской семьи.
  • Серый конь — Мудрый и терпеливый представитель гуигнгнм, который принимает путешественника в свой дом. Лошадь, которая помогает нарраторам в путешествии и обсуждает их отношения.
  • Золотой конь — Другой представитель гуигнгнм, с которым путешественник общается.
  • Король Лилипутии — Властвует над Лилипутией, принимает решения о судьбе Гулливера, проявляет доброту и справедливость.
  • Адмирал Болголам — Соперник короля, пытается навредить Гулливера.
  • Фермер — Человек, который держит Гулливера в ящике, кормит и обучает, но позже продаёт его на ярмарке.
  • Глюмдальклич — Девочка, которая учит Гулливера языку и помогает ему адаптироваться.
  • Король — Король, который принимает Гулливера в дворец и использует его как служителя.
  • Королева — Королева, которая принимает Гулливера и использует его как служителя.
  • Капитан Уильям Робинсон — Дружелюбный капитан, который приглашает автора стать его хирургом.
  • Пиратский голландец — Сильный и угрожающий пират, который пытается бросить автора в море.
  • Король Лапуты — Погружённый в расчёты король, который демонстрирует механизм подъёма острова.

Цитаты

  • Лангро дегиль сан!
  • Гекина дегуль!
  • «Я не мог поверить собственным глазам. Лодка неслась, опережая преследователя на полторы мили; к тому же дно бухты было скользким и каменистым, и великан то и дело спотыкался."
  • «Я был словно пестрый африканский таракан, стоящий на задних лапках на её ладони. Я был словно пестрый африканский таракан, стоящий на задних лапках на её ладони."
  • Лапута имеет форму правильного круга диаметром около четырех с половиной миль.
  • Скоро через пять часов я достиг его берегов.
  • Гуигнгнмы произносят слова в нос и гортанно.
  • Гуигнгнмы не имеют ни малейшего представления о письменности, книгах и литературе.
  • "Богачи подчиняют себе бедняков и пользуются плодами их труда. На тысячу неимущих приходится один богач"
  • "Лошади живут в гармонии, без эгоизма, с уважением к друг другу, их общество управляется советом."

Сводка по автору из Wikidata

1667–1745. Jonathan Swift. англо-ирландский писатель-сатирик, публицист, философ, поэт и общественный деятель (1667—1745)

Читать онлайн

Страница 2 из 54

Однако судьба распорядилась иначе. Как только человечки заметили, что я успокоился, они немедленно прекратили обстрел; тем временем шум вокруг меня нарастал, и я догадался, что численность захвативших меня в плен созданий возрастает с каждой минутой. С расстояния четырех ярдов от моего правого уха до меня доносился равномерный стук, продолжавшийся около часа. Повернув голову, насколько это оказалось возможно, я скосил глаза и увидел деревянный помост высотою в полтора фута и ведущую к нему лестницу. Помост был довольно широким, но вскоре я понял, что он строился всего лишь для одного человечка.

По-видимому, меня решила навестить важная персона.

Взобравшись на помост, знатный господин три раза прокричал: «Лангро дегиль сан!» – и веревки, опутывавшие мою голову, были немедленно перерезаны. Я смог внимательно рассмотреть своего гостя. Это была особа мужского пола средних лет, ростом повыше своей свиты; один из сопровождающих, высотою в мой мизинец и по виду паж, держал шлейф вельможи, двое других почтительно замерли по обе стороны. Ко мне обратились с длинной речью, из которой я не понял ни слова, однако звучала она как речь опытного оратора. Человечек долго говорил, угрожающе жестикулируя, пока в его властном голосе не послышались благосклонные нотки; закончил он, как я понял, выражением сожаления и неопределенными обещаниями.

Я дал ему понять, что покорюсь любому его решению, при этом закатил глаза и слегка приподнял руку, как бы призывая небо в свидетели моей искренности и смирения. Меня мучили голод и жажда – в последний раз я ел за несколько часов перед тем, как покинуть корабль. Потому, вопреки этикету, я несколько раз поднес ладонь ко рту, желая показать, что умираю от голода. Гурго (так называют в Лилипутии сановников) отлично понял этот жест. Он важно спустился с помоста и тут же приказал меня накормить.

Сейчас же к моим бокам были приставлены лестницы, по которым ко мне на грудь взобралась сотня человечков с корзинами, полными разнообразной еды, – кушанья были приготовлены и доставлены сюда по приказу монарха, правителя Лилипутии, едва до него дошла весть обо мне. Человечки бодро направились к моему рту. В меню входило жаркое, но из каких именно животных, я не разобрал; все эти лопатки, окорочка и филейные части, отменно приготовленные, по вкусу напоминали баранину. Особенность моего завтрака состояла лишь в том, что любое блюдо по объему не превосходило крылышка жаворонка. Я проглатывал сразу по нескольку порций вместе с тремя хлебами, каждый из которых был не больше ружейной пули. Человечки расторопно прислуживали мне, поражаясь моему аппетиту и огромному росту.

Глядя на то, как стремительно пустеют корзины, слуги поняли, что малым я не удовлетворюсь, и поэтому, когда дело дошло до питья, с помощью веревок подняли самую большую бочку, подкатили к моей руке и ловко вышибли дно. Я одним духом осушил всю бочку, вмещавшую не более полупинты легкого вина, по вкусу напоминавшего наше бургундское. Вторая бочка лишь раззадорила меня, и я попросил добавки, однако, к сожалению, вино закончилось.

Все это время человечки приплясывали на моей груди и вопили: «Гекина дегуль!», показывая знаками, чтобы я ради потехи сбросил обе бочки на землю. Признаюсь, мне с трудом удалось подавить желание схватить первых попавшихся под руку весельчаков и отправить их вслед за пустыми бочками. Но я дал слово вести себя смирно и не хотел новых неприятностей. Кроме того, я считал себя связанным узами гостеприимства с этим маленьким народом, который не пожалел сил и затрат на великолепное угощение.

И следует признать – эти крохотные изобретательные существа были кем угодно, только не трусами. Я должен был казаться им гигантским чудовищем, но они с отчаянным бесстрашием взбирались на меня и разгуливали, оживленно беседуя и не обращая никакого внимания на то, что одна моя рука оставалась свободной и при желании могла бы всех их стереть в порошок.

Как только веселье поутихло, ко мне на грудь в сопровождении многочисленной свиты поднялся посланник короля. Вскарабкавшись наверх, посольство приблизилось к моей голове. Посланник предъявил верительные грамоты, скрепленные королевской печатью, поднеся их к моим глазам, и минут десять что-то энергично говорил, – видимо, здесь любили торжественные речи. В его словах не было ни малейших признаков угрозы, он обращался ко мне с достоинством, то и дело указывая куда-то вдаль; наконец я догадался, что решено доставить меня в столицу королевства, которая, как я узнал позднее, находилась на расстоянии полумили от побережья. Стараясь не задеть сановных лилипутов, я показал жестом, что все еще связан и пора бы меня освободить.

Вероятно, меня поняли, однако важная особа отрицательно покачала головой и, в свою очередь жестикулируя, пояснила, что я останусь пленником, но при этом со мной будут хорошо обращаться, кормить и поить. У меня тут же возникло непреодолимое желание освободиться самостоятельно, но воспоминание о ливне маленьких жгучих стрел, боль от которых я все еще чувствовал, охладило меня, и я покорно опустил веки. Довольные моим смирением, посланник короля и его свита любезно раскланялись и удалились под всеобщее ликование и громкие крики. Я остался лежать на траве.

Раны на лице и левой руке смазали каким-то приятно пахнущим снадобьем, которое тут же уняло боль и зуд. Затем были перерезаны путы, но только с левой стороны, и я тут же повернулся на правый бок и справил малую нужду, заставив человечков броситься врассыпную от мощного и шумного, как им казалось, потока. Сытый и довольный, вскоре я крепко уснул. Проспал я – как выяснилось потом – около восьми часов, и в этом не было ничего удивительного, потому что лилипутские медики подмешали сонного зелья в обе бочки с вином.

Дело, по-видимому, обстояло так. Как только меня нашли спящим на берегу после кораблекрушения, в столицу без промедления отправили гонца с донесением королю. Тотчас собрался государственный совет, на котором было принято решение лишить меня возможности передвигаться – что и было исполнено ночью, – затем накормить, усыпить и доставить в столицу. Такое решение на первый взгляд может показаться неразумным и слишком смелым, однако я пришел к убеждению, что в подобном случае ни один европейский государственный деятель не поступил бы столь гуманно. В самом деле: допустим, меня бы попытались убить. И что же? Почувствовав уколы от микроскопических стрел, я бы проснулся и в припадке ярости порвал путы, а затем уничтожил все живое, попавшееся мне на глаза.

Страница 2 из 54

Назад123…54Далее