Загрузка...
События в Севастополе — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

События в Севастополе

Автор Александр Иванович Куприн
12+201610 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Темы
авторский сборниксборник рассказовКрым10 классСевастополь

Описание

Книга сочетает в себе художественные рассказы о крымской жизни, воспоминания о революционных событиях в Севастополе и биографические детали личности Антона Павловича Чехова, раскрывая культурные традиции, исторические конфликты и личные взаимоотношения.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными стремлениями и общественными требованиями, проявляющийся в исторических событиях и личных отношениях

Ключевые идеи

  • Труппа ищет способы заработать, используя музыку и акробатику.
  • Дружба и взаимопомощь между стариком, мальчиком и псом преодолевают трудности.
  • Чехов ценил честность и простоту, отказавшись от почетного звания.
  • Он был терпеливым наставником, но чувствовал раздражение от постоянных визитов.
  • Тщательно подходил к письму, часто переписывая и редактируя свои работы.
  • Ужасные события и репрессии в Севастополе 1917 года
  • Персональная память автора о войне и повседневной жизни в пивной
  • Восхищение молодого проводника Меджида идеалом Мемета и попытка подражать ему.
  • Романтические и эмоциональные переживания женщины, путешествующей в Ялту.
  • Живописное описание рыболовной жизни и традиций Балаклавы.
  • Незаконная рыбалка в бухте нарушает местный табу, но приносит выгоду.
  • Традиционные методы ловли белуги и их опасности.

Вывод

Книга показывает, как личные истории, культурные традиции и исторические события переплетаются, подчёркивая важность памяти, дружбы и взаимопонимания в сложных обстоятельствах.

Кому полезна

  • Историки и исследователи крымской истории
  • Любители крымской культуры и традиций
  • Читатели, интересующиеся биографиями писателей

Главные темы

  • Крымская культура и традиции
  • Исторические события в Севастополе
  • Личность и творчество Антона Павловича Чехова

Персонажи

  • Адмирал Чухнин — Символ жесткой репрессии в Севастополе, поднимал сигнал «Командую Черноморским флотом» и приказал расстрелять бунтовщиков, включая пожар на барже «Очаков».
  • Антон Павлович Чехов — Честный, скромный и критичный к себе писатель, отказался от академического звания, поддерживал молодых писателей, и в конце упоминал болезнь.
  • Мартын Лодыжкин — Старик-музыкант, возглавляющий труппу, заботится о мальчике Сергею и псе Арто, пытается заработать деньги, демонстрируя простую дружбу.
  • Меджид — Проводник, увлечённый своей работой, восхищён идеалом Мемета, стремится к совершенству, наблюдает за туристами и подражает Мемету.
  • Мемет — Образованный, стильный и харизматичный проводник, вдохновляющий Меджида, символ идеала проводника.
  • Игнатий Игнатьевич Лешедко — Молодой прокурор, стремится завоевать уважение баронессы и коллег, участвует в дегустации, спасён из бочки.
  • Вера Николаевна Шеин — Сдержанная и благородная, заботится о семье и гостях, переживает за браслет и письмо, играет на пианино.
  • Анна Николаевна Фриессе — Жизнерадостная, любознательная, приносит браслет и письмо, обсуждает природу моря и семейные традиции.
  • Сергей — Двенадцатилетний мальчик, обучает пса предсказывать, ищет приключения и дружбу, участвует в акробатике.
  • Арто — Собака, сопровождающая труппу, участвует в акробатике, играет роль в выступлениях.
  • Наблюдатель (автор) — Путешествовал в Севастополь, наблюдал пожар и жестокость, впоследствии вспоминал атмосферу пивной.
  • Юра Паратино — Крепкий грек, управляющий баркасом и заводом для рыбалки в Балаклаве, участвует в игре и ловле кефали.

Цитаты

  • «Что, брат, ты меня не понимаешь? Я старик, но люблю свою шарманку, даже если она ломается».
  • «Моя монета – это не деньги, а память о том, кто меня ценит».
  • «В декабре прошлого года я получил извещение об избрании А.М. Пешкова в почетные академики, и я не замедлил повидаться с А.М. Пешковым… Я просил о сложении с меня звания почетного академика».
  • «Вы хотите, чтобы я говорил только о недостатках, и этим ставите меня в затруднительное положение. В этой повести недостатков нет…»
  • Ночь 15 ноября. Не буду говорить о подробностях, предшествовавших тому костру из человеческого мяса, которым адмирал Чухнин увековечил свое имя во всемирной истории.
  • Мы окликали, спрашивали. Ни один из беглецов не отозвался.
  • Меджид, а как его зовут?
  • И молодые красавцы настойчиво выдерживали их взгляд, выпрямляя спины, делая внезапно серьезные, неподвижные глаза.
  • Море горит!
  • Вот так рыба!

Сводка по автору из Wikidata

1870–1938. Александр Иванович Куприн. русский писатель (1870—1938)

Читать онлайн

Страница 1 из 78

Annotation

А.И. Куприн (1870–1938) – один из самых известных прозаиков XX века, реалист, мастер психологического анализа. В книгу включены произведения, события в которых происходят в Крыму.

«Маленький, но отчаянной храбрости паровой катеришка «Герой», который ежедневно бегает между Ялтой и Алупкой, пыхтя, как зарьявшая собака, и треплясь, точно в урагане, в самую легкую зыбь, пробовал было установить пассажирское сообщение и с Балаклавой. Но из этой попытки, повторенной раза три-четыре, ничего путного не вышло: только лишняя трата угля и времени. В каждый рейс «Герой» приходил пустым и возвращался пустым. А балаклавские греки, отдаленные потомки кровожадных гомеровских листригонов, встречали и провожали его, стоя на пристани и заложив руки в карманы штанов, меткими словечками, двусмысленными советами и язвительными пожеланиями…»

Александр Иванович Куприн

Белый пудель

Угар

Брильянты

Пустые дачи

Памяти Чехова

События в Севастополе

Гамбринус

Памяти Н. Г. Михайловского (Гарина)

О том, как я видел Толстого на пароходе «Св. Николай»

Лавры

В Крыму (Меджид)

Леночка

Листригоны

I. Тишина

II. Макрель

III. Воровство

IV. Белуга

V. Господня рыба

VI. Бора

VII. Водолазы

VIII

Винная бочка

Гусеница

Шторм[10]

Сильные люди[11]

Гранатовый браслет

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

Александр Иванович Куприн События в Севастополе

Белый пудель

1

Узкими горными тропинками, от одного дачного поселка до другого, пробиралась вдоль Южного берега Крыма маленькая бродячая труппа. Впереди обыкновенно бежал, свесив набок длинный розовый язык, белый пудель Арто, остриженный наподобие льва. У перекрестков он останавливался и, махая хвостом, вопросительно оглядывался назад. По каким-то ему одному известным признакам он всегда безошибочно узнавал дорогу и, весело болтая мохнатыми ушами, кидался галопом вперед. За собакой шел двенадцатилетний мальчик Сергей, который держал под левым локтем свернутый ковер для акробатических упражнений, а в правой нес тесную и грязную клетку со щеглом, обученным вытаскивать из ящика разноцветные бумажки с предсказаниями на будущую жизнь. Наконец, сзади плелся старший член труппы – дедушка Мартын Лодыжкин, с шарманкой на скрюченной спине.

Шарманка была старинная, страдавшая хрипотой, кашлем и перенесшая на своем веку не один десяток починок. Играла она две вещи: унылый немецкий вальс Лаунера и галоп из «Путешествия в Китай» – обе бывшие в моде лет тридцать – сорок тому назад, но теперь всеми позабытые. Кроме того, были в шарманке две предательские трубы. У одной – дискантовой – пропал голос; она совсем не играла, и поэтому, когда до нее доходила очередь, то вся музыка начинала как бы заикаться, прихрамывать и спотыкаться. У другой трубы, издававшей низкий звук, не сразу закрывался клапан: раз загудев, она тянула одну и ту же басовую ноту, заглушая и сбивая все другие звуки, до тех пор, пока ей вдруг не приходило желание замолчать. Дедушка сам сознавал эти недостатки своей машины и иногда замечал шутливо, но с оттенком тайной грусти:

– Что поделаешь?.. Древний орган… простудный… Заиграешь – дачники обижаются: «Фу, говорят, гадость какая!» А ведь пьесы были очень хорошие, модные, но только нынешние господа нашей музыки совсем не обожают. Им сейчас «Гейшу» подавай, «Под двуглавым орлом», из «Продавца птиц» – вальс. Опять-таки трубы эти… Носил я орган к мастеру – и чинить не берется. «Надо, говорит, новые трубы ставить, а лучше всего, говорит, продай ты свою кислую дребедень в музей… вроде как какой-нибудь памятник…» Ну, да уж ладно! Кормила она нас с тобой, Сергей, до сих пор, бог даст и еще покормит.

Дедушка Мартын Лодыжкин любил свою шарманку так, как можно любить только живое, близкое, пожалуй, даже родственное существо. Свыкнувшись с ней за многие годы тяжелой бродячей жизни, он стал наконец видеть в ней что-то одухотворенное, почти сознательное. Случалось иногда, что ночью, во время ночлега, где-нибудь на грязном постоялом дворе, шарманка, стоявшая на полу, рядом с дедушкиным изголовьем, вдруг издавала слабый звук, печальный, одинокий и дрожащий: точно старческий вздох. Тогда Лодыжкин тихо гладил ее по резному боку и шептал ласково:

– Что, брат? Жалуешься?.. А ты терпи…

Столько же, сколько шарманку, может быть, даже немного больше, он любил своих младших спутников в вечных скитаниях: пуделя Арто и маленького Сергея. Мальчика он взял пять лет тому назад «напрокат» у забулдыги, вдового сапожника, обязавшись за это уплачивать по два рубля в месяц. Но сапожник вскоре умер, и Сергей остался навеки связанным с дедушкой и душою, и мелкими житейскими интересами.

2

Тропинка шла вдоль высокого прибрежного обрыва, извиваясь в тени столетних маслин. Море иногда мелькало между деревьями, и тогда казалось, что, уходя вдаль, оно в то же время подымается вверх спокойной могучей стеной, и цвет его был еще синее, еще гуще в узорчатых прорезах, среди серебристо-зеленой листвы. В траве, в кустах кизиля и дикого шиповника, в виноградниках и на деревьях – повсюду заливались цикады; воздух дрожал от их звенящего, однообразного, неумолчного крика. День выдался знойный, безветренный, и накалившаяся земля жгла подошвы ног.

Сергей, шедший, по обыкновению, впереди дедушки, остановился и ждал, пока старик не поравнялся с ним.

– Ты что, Сережа? – спросил шарманщик.

– Жара, дедушка Лодыжкин… нет никакого терпения! Искупаться бы…

Старик на ходу привычным движением плеча поправил на спине шарманку и вытер рукавом вспотевшее лицо.

– На что бы лучше! – вздохнул он, жадно поглядывая вниз, на прохладную синеву моря. – Только ведь после купанья еще больше разморит. Мне один знакомый фельдшер говорил: соль эта самая на человека действует… значит, мол, расслабляет… Соль-то морская…

– Врал, может быть? – с сомнением заметил Сергей.

– Ну, вот, врал! Зачем ему врать? Человек солидный, непьющий… домишко у него в Севастополе. Да потом здесь и спуститься к морю негде. Подожди, дойдем ужотко до Мисхора, там и пополощем телеса свои грешные. Перед обедом оно лестно, искупаться-то… а потом, значит, поспать трошки… и отличное дело…

Арто, услышавший сзади себя разговор, повернулся и подбежал к людям. Его голубые добрые глаза щурились от жары и глядели умильно, а высунутый длинный язык вздрагивал от частого дыхания.

– Что, брат песик? Тепло? – спросил дедушка.

Собака напряженно зевнула, завив язык трубочкой, затряслась всем телом и тонко взвизгнула.

– Н-да, братец ты мой, ничего не поделаешь… Сказано: в поте лица твоего, – продолжал наставительно Лодыжкин. – Положим, у тебя, примерно сказать, не лицо, а морда, а все-таки… Ну, пошел, пошел вперед, нечего под ногами вертеться… А я, Сережа, признаться сказать, люблю, когда эта самая теплынь. Орган вот только мешает, а то, кабы не работа, лег бы где-нибудь на траве, в тени, пузом, значит, вверх, и полеживай себе. Для наших старых костей это самое солнце – первая вещь.

Страница 1 из 78

Назад1278Далее

Вам также может понравиться