Читать бесплатно онлайн

Стихотворения (сборник)

Автор Роберт Бернс

12+

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Всё обнял черной ночи мрак. Но светел-радостен кабак. Тому, кто пьян, стакан вина – Свет солнца, звезды и луна…»

Дата написания1795-12-31

Язык книгиru

Возрастное ограничение12+

Жанры

зарубежная классика стихи и поэзия литература 18 века

Темы

лирикасборник рассказовфилософская поэзия

Читать онлайн

Страница 9 из 9

Перевод В. Костомарова (1875)

Субботний вечер поселянина

Ревел ноябрь; в долине злилась вьюга; Холодный день ненастно догорал; И, весь в грязи, отпряжен вол от плуга, И чёрный грач на кочке задремал. Поселянин сегодня допахал Участок свой и. кончивши работу, Мотыку, лом и заступ свой прибрал, И через лес, по топкому болоту, Спешит домой – и рад, что с плеч долой заботу. Вот на холме, под тенью старой ивы, Его изба уютная видна – И пахарь к ней спешит нетерпеливо. Там у огня, детьми окружена, Уж ждёт его радушная жена, И всё в избе как будто улыбалось: В ней жизнь текла так мирна и честна́, Что у огня невольно забивалась Забота жгучая, и бедность, и усталость. Вслед за отцом, полчасом лишь позднее, И сыновья приходят из села: Один пахал; другой, посмышленнее, На ярмарке улаживал дела. Потом и Джен из города пришла: Как не прийти, когда на ней обнова! Но если б Джен семью в нужде нашла, Поверьте мне, что, не сказавши слова, Трудом добытое сейчас отдать готова. Все на лицо; весёлый, откровенной О новостях идёт у них рассказ – И у огня, в семье благословенной, Стрелой летит, как миг, за часом час. Старик-отец с детей не сводит глаз – И люб ему их лепет бестолковой; А мать меж тем, иглой вооружась, Спешит, чтоб сын был к празднику с обновой: Из платья старого кроит камзольчик покой. Отец и мать заботливо старались Укоренять любовь к добру в сердцах Своих детей; забав они чуждались И средства жить искали лишь в трудах. «Премудрости начало – Божий страх; Лишь он один к стезе добра приводит; Помолимся: да в жизненных путях Нас Божий перст повсюду руководит! Кто ищет Господа, всегда Его находит.» Чу! в дверь стучат почти за Дженни следом; Уж знает Джен, что значит этот стук, И говорит: «Я встретилась с соседом, Он шёл со мной до дому через луг… Одной так страшно там идти… И вдруг Вся вспыхнула… Любви румянец алый Отца встревожил; но его испуг Прошёл сейчас же: гость их запоздалый (Он знал его давно) был скромный, честный малый. И гостя Джен с улыбкой ясной вводит: Его смутил родных пытливый взор… Но вот старик сейчас же с ним заводит О ферме их подробный разговор – И хвалит рожь, ячмень и скотный двор… И с радости застенчиво краснеет Стыдливый гость. «Молодчик не хитёр», Смекает мать: «вот, видишь, как робеет! Ну, да и видно, Джен держать себя умеет.» Любовь! блажен тот, кто тебя изведал! Восторг сердец! без меры благодать! Что, если б Бог отрады этой не дал? Но опыт мне теперь велит сказать, Что если Бог благоволил нам дать Отрады миг в юдоли безнадежной, То этот миг – его так сладко ждать – Когда сидишь в томленьи страсти нежной С стыдливой девушкой под ильмой белоснежной. И где же тот, что образ Божий носит, Тот, в чьей груди живое сердце есть, И между-тем коварно Дженни бросит? Тот, чья любовь – была б обман и лесть? Где тот злодей? Или быть-может честь И совесть – всё давно уже в изгнаньи? Позор тому, кто может перенесть Печаль отца и матери страданья, И видеть жертв своих без слёз, без состраданья! Но стол накрыт и уж паррич здоровый, Родное блюдо Скоттии, их ждёт, И сливки, дань единственной коровы, Что, чай, траву в хлеву теперь жуёт… Хозяйка-мать приветливо несёт Для гостя сыр, про случай сбережённый, И говорит, что ровно минул год Ему, когда цвести стал лён зелёный – И хвалит жёлтый сыр наш юноша влюблённый. Вот ужин кончен; дети у камина Уселись все – и старец обнажил Тогда свои священные седины И пред собой с молитвой положил Святую Библию, которой дорожил Его отец… В ней он открыл сначала Ту песнь, что в славу Бога вышних сил В сионском храме некогда звучала; А мать «помолимся!» торжественно сказала. Тогда, стремясь к одной и той-же цели, Все в лад поют они псалом святой… И, может-быть, они песнь «Донди» пели, Суровый гимн, с которым в смертный бой Свои полки водил Эльгин герой… Как сладок ты и твой напев священный, Гимн гор родных! В сравнении с тобой Бездушна песнь Италии растленной: Та нежит слух, а ты – хвала Творцу вселенной. Потом рассказ о первом человеке Старик-отец семье своей читал; Как Моисей с исчадьем Амалека Святую брань вести нам завещал; Как царь-певец пред Господом рыдал, Увидев меч, простёртый над Солимом; Как Иов жил, безропотно страдал, Иль, как, горя в огне неопалимом, Пророк был пламенным восхищен серафимом. Или о том, как язвами своими Господь хотел мир грешный искупить; Как Тот, что там несёт второе имя, Здесь не имел где голову склонить; Как всюду шли потом благовестить Апостолы с спасительным законом, Как-тот, что был на Патмос сослан жить, Зрел ангелов, паривших над Сионом, И слышал грозный суд над блудным Вавилоном. О, Царь небес! Колени преклоняет Супруг, отец с мольбою пред Тобой: Торжественно молитва возлетает На небеса, за радостной мечтой, Что встретим мы друг друга в жизни той, Где больше нет ни слёз, ни воздыханья, Где будем петь все вместе гимн святой И где, в лучах небесного сиянья, Свершится некогда блаженных душ слиянье. Тогда с детьми старик-отец прощался, И на покой их всех благословлял; Когда ж один с женою оставался, Он снова в прах главу свою склонял Пред Тем, кто птиц согрел и напитал И в блеск одел цветки весенних лилий. Чтоб Он им всем насущный хлеб послал Чтоб все Его боялись и любили И все Его завет в сердцах своих хранили.

Перевод В. Костомарова (1875)

Страница 9 из 9

Назад 1…8 9Далее