Загрузка...
Искусство говорить на суде — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Искусство говорить на суде

Автор Герман Де Бетс
12+4 читателей
Дата написания1890-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаfr
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга представляет собой практическое руководство по искусству судебной речи, основанное на лекциях гентского адвоката Германна де Бетса и дополненное критикой традиционной риторики, акцентом на импровизацию, аналитический подход и постоянную тренировку.

Главный конфликт / проблема

Традиционная риторика и подготовка речей, создающие иллюзию мастерства, против необходимости живого, гибкого и глубокого понимания дела

Ключевые идеи

  • Риторика не делает ораторов; практический подход важнее.
  • Русские юристы должны стремиться к роли «сотрудника судьи».
  • Судебная речь должна быть естественной, а не искусственной.
  • Трудолюбие, глубокое изучение дела и искренность – ключ к успеху.
  • Подготовка речи не заменяет подготовку себя к выступлению.
  • Живая импровизация, основанная на глубоком знании дела, является ключом к убедительности.
  • Широкий кругозор и постоянная практика письма усиливают ораторские навыки.
  • Баланс между письменной подготовкой и импровизацией обеспечивает гибкость и точность.
  • Лень и самонадеянность препятствуют развитию истинного ораторского мастерства.
  • Разум, а не сердце, делает оратора убедительным
  • Воображение – комбинация наблюдаемых элементов, а не мгновенное порождение
  • Аналитическое мышление и группировка идей необходимы для контроля эмоций

Вывод

Книга приводит к выводу, что истинный успех в суде достигается через трудолюбие, глубокое изучение дела, искреннее общение и гибкую, импровизированную речь, а не через запоминание риторических схем

Кому полезна

  • Юристы-стажеры
  • Молодые адвокаты
  • Преподаватели юридических факультетов
  • Судьи
  • Юридические практики

Главные темы

  • Практическое руководство по судебной речи
  • Искусство импровизации
  • Развитие аналитических и эмоциональных навыков
  • Ключи к ясности и эффективности
  • Практические рекомендации и критика существующей литературы

Персонажи

  • Herman de Betts — Гентский адвокат, член совета дисциплины, президент конференции молодых адвокатов, автор лекций «L’art de plaider». Он выступает против традиционной подготовки речей, подчеркивая важность импровизации и личной подготовки, и обосновывает необходимость серьёзной подготовки судебных речей.
  • V. Bykovsky — Переводчик книги, объясняет её происхождение, критикует традиционную риторику и подчёркивает практическую ценность лекций, а также указывает на перевод примеров.
  • Judge — Цель оратора – убедить судью в правильности своих выводов.
  • Young lawyers — Студенты и стажеры, которым адресована лекция.
  • Teacher — Написал восемь речей, но самый убедительный был девятый, произнесённый импровизированно.
  • Antoine Rondelle — Показал, что импровизация может превзойти подготовленные речи.
  • Plevako — Автор считает его природным оратором.
  • Spasovich — Известен своей эрудицией и искусством.
  • Levinstim — Критически относится к подготовке речей.
  • Obninsky — Обсуждает роль судебных прений в судах с присяжными.
  • You — Обучаемый, которому даются рекомендации по развитию ораторских навыков.

Цитаты

  • «Риторика, которая, говорит он, «ни одного человека не сделала оратором».
  • «Пледировать очень легко, для этого достаточно уметь пледировать».
  • «Не приготовляйте ваших речей! совсем не приготовляйте!»
  • «Потеря времени…»
  • "Pectus est quod disertos fasit"
  • "Caput est quod disertos fasit"
  • Плевако, по моему убеждению, является среди русской адвокатуры поразительным талантом, самородком, оратором от природы, а Спасович – образцом эрудиции поражающим знанием и искусством.
  • Двадцать раз переделывайте вашу работу, полируйте ее беспрерывно.

Читать онлайн

Страница 13 из 15

Испытайте эту систему. Судья не будет болтать во время вашей речи; он устремит на вас свой взор, как вы на него, до тех пор, пока вы оба не убедитесь, что известный аргумент принял окончательную форму, получил полную силу, и тогда лишь ваше сотрудничество кончится; вы опустите свой взгляд, судья отвернется от вас, и если вы дадите ему минуту отдыха, он пошепчется с соседом, но вы не жалуйтесь на это: он усвоил ваши аргументы, он говорит за или против них, но он говорит о них, он размышляет о ваших словах.

Начинайте вновь вашу речь: индукция возобновится. И заметьте, когда вы поставите себя таким путем в общение с судьей, когда вы будете вместе работать над уяснением ваших мыслей, станет невозможным для вас не быть искренним в выражении вашего мнения, и само собою у судьи образуется убеждение в вашей искренности. Ведь легко приготовить заранее в холодном размышлении разные хитрые доказательства и затем повторять их; но невозможно рассуждать вслух, при возбуждении от публичного заседания, не сжимая при этом рассуждения до такой степени, чтобы заставить выскочить разные и тонкие хитросплетения между идеями.

IX

Скажите мне, возможно ли, чтобы при этой системе речь не была ясной?

Лиувилл написал относительно ясности речи следующие прелестные строки, полные милой наивности: «Стыдно адвокату, который не умеет быть ясным. Что сказать о нем, чтобы поразить его проклятием? Что его просили открыть окно, а он хочет закрыт ставни? Этого мало, – что он похож на обезьяну в басне, показывавшую волшебный фонарь, не засветив его? И этого мало. Нет, надо сказать, что, будучи дан в проводники судье, он начинает путь с обмана и сбивает его с пути».

Речь обязательно должна быть ясной, и я охотно присоединяюсь ко всем проклятиям Лиувилля.

Но какие для этого существуют средства, кроме самого точного, детального знания дела? Я не понимаю, как можно ясно излагать то, чего сам ясно не понимаешь. Но я также мало понимаю возможность запутанного, неясного изложения дела, когда хорошо усвоил себе предмет. Какое может быть другое средство кроме подвижности, гибкости плана речи, получения его из рук слушателя? Но бывает ясность и ясность. Речь может быть совершенно ясной сама по себе, особенно для вас самих, и не давать никакого ясного представления о деле слушателю. Ведь судьи не знают ни одного факта из тех, которые вам известны в совершенстве, и как бы они ни были специально образованы, они хуже вас знают юридические вопросы, относящиеся к данному делу, так как вы пользуетесь преимуществом недавнего изучения этих вопросов.

Итак, будьте осторожны. То, что само по себе и вполне ясно, то, что для вас кажется очевидным, для них может казаться непонятным. Не открывайте сразу и быстро фонарь, освещающий процесс. Этот фонарь содержит в себе целый пук лучей. Выпускайте эти лучи постепенно. Рассуждайте аналитически, и для этого поступайте так, как я вам говорил: станьте в тесное общение с судьями. Наблюдайте за приспособлением их глаз. Смотря по тому, хорошо или дурно освещены для них предметы, удаляйте или приближайте ваш фонарь, убавляйте огонь или освещайте полным пламенем. Отнюдь не давайте вашим слушателям вполне готовых выводов, излагайте их постепенно, разлагайте их на основные элементы, в быстрой или медленной последовательности, смотря по обстоятельствам дела.

Дайте судье время самому связать в один логический узел воспринятые мысли и усвоенные данные дела. Выводите заключение в тот самый момент, когда и он умозаключает вместе с вами.

Не торопите мысль судьи, иначе вы утомите его. Но и не отставайте от нее, иначе вы наскучите ему. В обоих случаях вы потеряете его внимание. Дайте ему то удовлетворение ума, когда он чувствует, что сам пришел к известному выводу в тот именно момент, когда и вы подходите к нему. Судья будет считать вас самым приятным спутником, а вы будете в восторге от него; идя ровным шагом, вы оба пойдете бодро, без утомления.

То же правило, которое служит средством к ясности, приводит и к краткости. Нужно говорить перед судьей именно до того момента, пока внутренно он умозаключает вместе с вами, и раз этот момент наступил, нужно перестать говорить, не надо настаивать на том, что ясно для судьи.

Повторяю еще раз, что этот результат возможен только при двойном условии: при хорошем знании того, к какому именно выводу желают привести слушателя, и при живом, полном, тесном внутреннем общении с ним, при умении читать в глазах судьи, что он «схватил», усвоил мысль.

Что же сказать об единстве речи? Ведь оно неминуемо будет достигнуто при этих условиях. Если адвокат ясно представляет себе строгие выводы, которые могут привести его к главному, основному выводу процесса, и если он настойчиво, постоянно рассуждает с судьей в мысленной беседе с ним, то он никак не может заблудиться в отступлениях; стараясь рассуждать с судьей, делать все свои выводы вместе с ним, он не может уклониться от своего предмета, иначе он принужден будет сам громко заявить, что он пустился в отступления. Но ведь не сознаются перед судьей, что произносят речь для того, чтобы говорить о предметах, чуждых делу; не признаются, что говорят для публики, не заявляют же громко, что выпрашивают аплодисменты у толпы.

Страница 13 из 15