Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Мистер Уэйн (главный герой) переступает грань между мирами (не выходя из собственного дома) и встречается ни много ни мало с Адамом, Евой и Лилит – их ужасной дочерью, о которой говорится в Талмуде, но не упоминается в Библии. Лилит – прекрасный оборотень, очаровательная кровопийца, суккуб, с удовольствием творящий зло и не желающий от него отрекаться. Смерть – это сладкий сон, в котором можно наконец отдохнуть, но, если душа ещё не готова, она не сможет заснуть, и это мучительно. Самое лучшее, что есть в потустороннем мире – это дети: ласковые, смелые, любящие и не желающие взрослеть. Смысл путешествия мистера Уэйна не сразу становится ясен ему, но понятно главное: такое странствие не может не изменить человека и его мир.

Дата написания1894-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Жанры
зарубежное фэнтезилитература 19 века

Читать онлайн

Страница 3 из 80

Маленькая комната была залита светом. Такой свет бывает в покинутых местах, он уныл и печален и (так как проку от него было здесь немного), словно был полон сожаления о собственном появлении здесь.

Несколько тусклых утренних лучей, проложивших себе дорогу сквозь поднявшееся облако пыли, падали на длинное пыльное зеркало, старинное и слишком узкое – оно выглядело, как обычное прозрачное стекло. Оно было вставлено в раму из черного дерева, увенчанную черным орлом с распростертыми крыльями. Орел держал в клюве золотую цепочку с черным шаром на конце.

Я хотел осмотреться, нет ли еще здесь чего-нибудь, кроме зеркала, когда вдруг осознал, что оно не отражает ни комнату, ни собственно меня. Мне показалось, что я вижу перед собой растаявшую стену, но сие превосходило всякое вероятие – мог ли я ошибаться, решив, что передо мной стекло, закрывающее прекрасную картину?

Передо мной открылась дикая, вересковая страна. Пустынные невысокие холмы (правда, иногда странного вида) занимали средний план, у линии горизонта простирались вершины далеких гор, выстроившихся в ряд; на переднем плане была вересковая пустошь, плоская и унылая.

Я близорук, поэтому я подошел поближе, чтобы получше рассмотреть поверхность камня, лежащего у самой рамы картины, и вдруг передо мной торжественно прошествовал большой и древний ворон, иссиня-черный цвет перьев которого тут и там смягчался серым.

Похоже, он искал червей.

Ничуть почему-то не удивившись появлению живого существа в картине, я сделал еще один шаг вперед, чтобы получше его рассмотреть, споткнулся обо что-то (может быть, о раму зеркала) и оказался нос к носу с птицей.

Я был на открытом воздухе и вокруг меня была безлюдная вересковая пустошь.

Глава 3 ВОРОН

Я обернулся и посмотрел назад – там все было расплывчатым и изменчивым: так бывает трудно отличить облако от горного склона и туман от поля, над которым он висит. Ясно было одно – ничего подобного я никогда не видел. Мое воображение увлекло меня в мир иллюзий и мне надо было до чего-нибудь дотронуться, чтобы развеять наваждение. Я вытянул руки и пошел в этом направлении, ощупывая пространство вокруг себя. Если бы мне повезло, то там, где я не мог ничего разглядеть, я, возможно, смог бы что-нибудь нащупать. Но искал я напрасно.

И тогда я инстинктивно повернулся к ворону, как к единственному живому существу, находящемуся поблизости. Ворон стоял неподалеку, глядя на меня с выражением одновременно почтительным и насмешливым. Внезапно до меня дошло, насколько абсурдно искать поддержки у подобного существа, и я, ужаснувшись, снова затравленно и смущенно огляделся по сторонам.

Не попал ли я, часом, в страну, в которой материальные связи и физические законы нашего мира являются недействительными? Может ли человек одновременно стремиться в царство порядка и быть игрушкой беззакония? Все же я видел ворона, чувствовал под ногами землю, слышал шум ветра в траве.

– Как я сюда попал? – спросил я, видимо, слишком громко, так как тут же получил ответ на этот вопрос.

– Вы прошли сквозь дверь. – ответил странный и довольно грубый голос.

Я оглянулся назад, затем посмотрел вокруг, но рядом не обнаружилось ни единого человеческого существа. Я пришел в ужас оттого, что, похоже, безумие занесло надо мной свою костлявую руку… Смогу ли я впредь доверять своему сознанию и своим чувствам? И в тот же миг я понял, что это ворон говорил со мной, так как он с выжидающим видом стоял рядом и смотрел на меня снизу вверх. Несмотря на то, что солнце не светило, птица отбрасывала тень, которая казалась частью ее самой.

Я умоляю моего читателя отнестись с пониманием к моей попытке быть вразумительным, если в данном случае понимание между нами действительно возможно. Я находился в мире (или назовем это «состоянием вещей», «структурой условий» или «идеей существования»), так мало согласном с обычаями и образом жизни нашего мира (который мы привыкли считать единственным), что лучшим способом описать или объяснить его будет беглый набросок того, что мне удалось пережить.

Я, правда, начинаю опасаться, что взялся за непосильный труд, пытаясь рассказать о том, что заведомо не могу объяснить, потому что никогда мне не подобрать слов, соответствующих образам в моей голове.

Я наговорил уже много такого, от чего бы с радостью отказался, если бы знал, как найти более точную замену своим высказываниям. Но как только я пытался описать реальность подходящими сочетаниями слов, я оказывался в странном положении: вещи, о которых я говорил, теряли очертания, а я чувствовал себя так, как чувствует себя только что проснувшийся человек, когда хорошо знакомые предметы его привычного обихода меняются до неузнаваемости.

Я подумал, что птица, которая может обратиться к человеку на его собственном языке, имеет право как минимум на вежливый ответ.

Привычка каркать придавала некоторую резкость его голосу, но он, этот голос, не казался неприятным. А то, что он сказал, все же проливало некоторый свет на происходящее со мной. И потом, он не был груб… Я возразил:

– Ни через какую дверь я не проходил.

– Я видел, как вы прошли сквозь нее! – решительно, но вежливо заявил ворон. – Я видел это своими собственными старыми глазами!

Я упорствовал:

– Сроду не видел никаких дверей!

Он ответил:

– Конечно же, не видели! Все двери, с которыми вы были знакомы до сих пор, вели внутрь, а вот теперь вам попалась одна, которая ведет наружу! Должно быть, вам это странно, – задумчиво продолжал он, – что большинство дверей приводило вас внутрь!

– Вы меня очень обяжете, если скажете мне, где я нахожусь.

– Это невозможно! Вы же ничего не знаете о пространстве и местах, которые в нем есть. Есть, пожалуй, единственный способ несколько приблизиться к понимаю того, где вы, – начинайте чувствовать себя здесь как дома.

– Но как начать?.. Вокруг все так странно!

– Займитесь чем-нибудь.

– Чем?

– Чем хотите. Скоро вам станет лучше. Видите ли, до тех пор, пока вы не у себя дома, вам будет казаться, что отсюда очень трудно выйти, хотя все, что действительно надо сделать, – это просто взять и войти.

– Мне показалось досадным то, что сюда слишком просто попасть! В другой раз я и пробовать не стану!

– Вы ошиблись, попав сюда, вполне возможно, что вы когда-нибудь ошибетесь еще раз, и выйдете отсюда. Пока же вам выпало несчастье понаблюдать.

– Вы никогда отсюда не выходите, сэр?

– Иногда мне бывает угодно. Но ненадолго и недалеко.

Ваш мир недозрелый, одновременно детски наивный и чересчур самодовольный; видите ли, он не слишком подходящее место для старого ворона, а это я – к вашим услугам!

– Выходит, я ошибался, считая человека существом высшим по отношению к птице?

– Очень может быть. Мы не тратим сил нашего ума на то, чтобы определить главенство; мы принимаем человека и птицу такими, какие они есть… Знаете, по-моему, теперь моя очередь задать вам вопрос!

– Вы имеете полное право. У вас наилучшее из прав, – ответил я, – оно определяется тем, что вы можете это сделать.

– Прекрасно! – прервал он меня. – А теперь скажите мне, кто вы такой; конечно, если вам случайно это известно.

Страница 3 из 80

Назад1234…80Далее

Вам также может понравиться

Странная история доктора Джекила и мистера Хайда — обложка книги

Странная история доктора Джекила и мистера Хайда

Роберт Льюис Стивенсон

Ундина — обложка книги

Ундина

Фридрих де ла Мотт Фуке

Поворот винта — обложка книги

Поворот винта

Генри Джеймс

Падение дома Эшеров — обложка книги

Падение дома Эшеров

Эдгар Аллан По

Жеводанский зверь — обложка книги

Жеводанский зверь

Эли Берте

Падение дома Ашеров — обложка книги

Падение дома Ашеров

Эдгар Аллан По

Локис — обложка книги

Локис

Проспер Мериме

Джанет продала душу дьяволу — обложка книги

Джанет продала душу дьяволу

Роберт Льюис Стивенсон

Овальный портрет — обложка книги

Овальный портрет

Эдгар Аллан По

Джуман — обложка книги

Джуман

Проспер Мериме

Самая удивительная повесть в мире — обложка книги

Самая удивительная повесть в мире

Редьярд Джозеф Киплинг

Мечта мира — обложка книги

Мечта мира

Генри Райдер Хаггард

Страница 1 из 2

Назад12Далее