Загрузка...
Соединение и перевод четырех Евангелий — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Соединение и перевод четырех Евангелий

Автор Лев Николаевич Толстой
12+23 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+
Темы
история христианстваЕвангелиежизнь Иисуса Христа

Описание

Книга сочетает в себе исторический и богословский анализ работы Льва Толстого «Соединение и перевод четырёх Евангелий» и подробное изложение учений Иисуса Христа, начиная с его рождения и заканчивая победой духа над плотью. Автор рассматривает борьбу Толстого с репрессиями и церковной властью, а также трактует ключевые библейские темы, такие как Нагорная проповедь, притчи о талантах и главная заповедь, подчеркивая важность внутреннего преобразования и любви к ближнему.

Главный конфликт / проблема

Борьба Толстого с репрессиями и церковной властью за свободу религиозной мысли и поиск истинного учения Иисуса

Ключевые идеи

  • Религия должна служить человеку, а не быть инструментом власти.
  • Истинное христианство – простое учение о любви и братстве.
  • Церковь и государство создают ложную веру, препятствующую духовному росту.
  • Толстой объединяет и переводит Евангелия, чтобы показать их чистый смысл.
  • Иисус воплотил истинное понимание и считает Бога своим отцом.
  • Иисус призывает к внутреннему обновлению и очищению духом, отвергая внешние ритуалы.
  • Проповедь Иоанна Крестителя и искушение в пустыне подтверждают божественную миссию Иисуса.
  • Бог как дух, а не творящий вселенную, в учении Иисуса.
  • Царство Божье внутреннее, живущее в сердцах верующих.
  • Рождение от духа необходимо для входа в Царство.
  • Притчи о сеятеле, закваске и неводе иллюстрируют восприятие Царства.
  • Традиционные догматы о творящем и искуплении возникли из непонимания учения Иисуса.

Вывод

Книга приводит к выводу, что истинное христианство основано на любви и внутреннем преобразовании, а не на догмах, и что победа духа над плотью открывает путь к истинной жизни

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся религиозной критикой
  • Студенты теологии
  • Богословы
  • Общие читатели, ищущие духовные уроки

Главные темы

  • Религиозная свобода и критика церковных догм
  • Учение Иисуса о Царстве и любви
  • Трактовка Нагорной проповеди
  • Притчи о талантах и любви
  • Внутреннее доказательство веры
  • Борьба с соблазнами и искушением
  • Главная заповедь и предательство
  • Победа духа над плотью

Персонажи

  • Иисус — Объясняет истинную жизнь через исполнение воли Отца, отвергает внешние доказательства, учит притчами, любви, смирению, предсказывает смерть как доказательство истины.
  • Петр — Один из первых учеников, сомневается, защищает Иисуса, отречется, плачет после предательства.
  • Иоанн Креститель — Призывает к обновлению и очищению духом.
  • Мария — Обручена с Иосифом, беременна, заботится о сыне.
  • Иосиф — Добрый человек, принявший Марии как жену.
  • Иуда — Показывает, как личная выгода может искажать благие намерения, предает Иисуса, приводит арест и распятие.
  • Лев Николаевич Толстой — Религиозный мыслитель, критик церковных догм и государственной власти, стремится донести простое учение о любви.
  • Фарисеи — Сопротивляются учению Иисуса, требуют доказательств, представляют ложное учение, препятствуют входу в царство.
  • Никодим — Сомневается в учении Иисуса о рождении от духа.
  • Ирод — Представляет власть, искажающую истину.
  • Пилат — Не видит вины в Иисусе, но под давлением иудейских лидеров приказывает распятие.
  • Каиафа — Планирует убийство Иисуса, чтобы спасти народ.

Цитаты

  • «Если религия не на первом месте, она на последнем».
  • «Для христианина нет и не может быть никакой сложной метафизики. Все, что можно назвать метафизикой в христианском учении, состоит в простом понятном всем положении…»
  • Где же вы искали меня? Разве не знаете, что сына надо искать в доме отца?
  • Не хлебом жив человек, но духом, — тем, что от Бога.
  • Иисус объявил, что царство Божие пришло, между тем не произошло никакого видимого явления.
  • Иисус сказал: «Пойми ты, если человек зачат от Бога Отца, то он и увидит царство Божие».
  • «Блаженны нищие, потому что ваше царство Божие» – призыв к духовной бедности и жизни бродягами.
  • «Не сердись, не блудь, не клянись, не суди и не воюй» – пять правил, которые показывают, как жить в любви к Богу и ближнему.
  • Гривна — это разумение в человеке.
  • Тот, кто имеет разумение и положился на пославшего его, тот имеет жизнь невременную.

Сводка по автору из Wikidata

1828–1910. Лев Никола́евич Толсто́й. русский писатель (1828—1910)

Читать онлайн

Страница 4 из 132

В делах мирских люди умеют разглядеть самые хитрые ловушки и не попадают в них; а в этой обмане 1800 летмиллионы живут, закрывая на него глаза. И в нашем европейском мире, и в Америке, где все по-новому, все — как будто сговорились — повторяют тот же самый глупый обман: исповедует каждый свои истины веры, считая их едиными истинными и не замечая того, что другие точь-в-точь то же самое делают.

Мало того, давно уже, очень давно, свободомыслящие людии тонко и умно осмеяли эту людскую глупость и ясно показали, до какой степени это глупо. Они доказывали ясно, что вся эта христианская вера со всеми ее разветвлениями давно отжила, что пришла пора новой веры, и даже некоторые придумывали новые веры; но никто не слушает их и не идет за ними, а все по— старому верят каждый в свою особенную, христианскую веру: католики в свою, лютеране в свою, наши раскольники — поповцы — в свою, беспоповцы — в свою, мормоны — в свою, молокане — в. свою и православные, те самые, к которым я хотел пристать, — в свою.

Что же это такое значит? Почему люди не отстают от этого учения? Ответ один, в котором согласны все свободомыслящие люди, отвергающие религию, и все людидругих религий, — тот, что учение Христа хорошо и потому так дорого людям, что они не могут жить без него. Но почему же люди, верующие в учение Христа все разделились на разные толки и все больше и больше делятся, отрицают, осуждают друг друга и не могутсойтись в одном. веровании? Опять ответ прост и очевиден.

Причина разделения христиан есть именно учение о церкви, учение, утверждающее, что Христос установил единую, истинную церковь, которая по существу своему свята и непогрешима и можети должна учить других. Не будь этого понятия «церкви», не могло бы быть разделения между христианами.

Каждая христианская церковь, т.е. вероучение, несомненно происходит из учения самого Христа, но не одно оно происходит, — от него происходят и все другие учения. Они все выросли из одного семени, и то, что соединяет их; что обще всем им, это то, из чего они вышли, т.е. семя. И потому, чтобы понять истинно Христово учение, не нужно изучать его, как это делает единое вероучение, от ветвей к стволу; не нужно также и так же бесполезно, как это делает наука, история религии, изучать это учение, исходя от его основания, исходя от ствола к ветвям. Ни то, ни другое не дает смысла учения. Смысл дается только познанием того семени, того плода, из которого все они вышли и для которого они все живут. Все вышли из жизни и дел Христа, и все живут только для того, чтобы производить дела Христа, Т.е. дела добра. И только в этих делах они все сойдутся. Меня самого к вере привело отыскивание смысла жизни, Т.е. искание пути жизни, как жить.. И, увидав дела жизни людей, исповедовавших учение Христа, я прилепился к ним. Таких людей, исповедующих делами учение Христа, я одинаково и безразлично встречаю и между православными, и между раскольниками всяких сект, и между католиками и лютеранами; так что, очевидно, общий смысл жизни, даваемый учением Христа, почерпывается не из вероучений, но из чего— то другого, общего всем вероучениям. Я наблюдал добрых людей не одного вероучения, а разных и во всех видел один и тот же смысл, основанный научении Христа. Во всех тех разных сектах христиан я видел полное согласие в воззрении на то, что есть добро, что есть зло, и на то, как надо жить. И все эти люди это воззрение свое объясняли учением Христа. Вероучения разделились, а основа их одна; стало быть, в том, что, лежит в основе всех вер, есть одна истина. Вот эту-то истину я и хочу узнать теперь. Истина веры должна находиться не в отдельных толкованиях откровения Христа, — тех самых толкованиях, которые разделили христиан на тысячи сект, а должна находиться в самом первом откровении самого Христа. Это самое первое откровение — слова самого Христа — находится в Евангелиях. И потому я обратился к изучению Евангелий.

Знаю, что по учению церкви смысл учения находится не в одном Евангелии, но во всем писании и предании, хранимых церковью. Полагаю, что, после всего сказанного прежде, софизм этот, состоящий в том, что писание, служащее основанием моему толкованию, не подлежит исследованию, потому что толкование истинное и святое единственно принадлежит церкви, что софизм этот нельзя уже повторять.. Тем более, что толкование-то каждое разрушено противным толкованием другой церкви; все святые церкви отрицают одна другую. Запрещение этого чтения и понимания писания есть только признак тех грехов толкований, которые, чувствует за собою толкующая церковь.

Бог открыл истину людям. Я — человек и потому не только имею право, но должен воспользоваться ею и стать к ней лицом к лицу без посредников. Если Бог говорит в этих книгах, то он знает слабость моего ума и будет говорить мне так, чтобы не ввести меня в обман. Довод церкви о том, что нельзя допустить толкования писания для каждого, чтобы тол — кующие не заблудились и не распались на большое количество толков, для меня не может иметь значения. Он мог бы иметь значение тогда, когда толк церкви был бы понятен и когда была бы одна церковь и один толк. Но теперь, когда толкование церкви о сыне Божием и Боге, о Боге в трех лицах, о деве, родившей без повреждения девства, о теле и крови Бога, съедаемом в виде хлеба, и т.п., не может вместиться в здоровую голову; и когда толк не один, а их тысячи, то довод этот, сколько бы его ни повторяли, не имеет никакого смысла. Теперь, напротив, толкование нужно, и нужно такое, в котором бы все согласились. А согласиться могут все только тогда, когда толкование будет разумно. Все мы сходимся, несмотря на различие, только в том, что разумно. Если откровение это — истина, то оно для убеждения не должно и не может бояться света разума: оно должно призывать его. Если все это откровение окажется глупостью, то тем лучше, и Бог с ним. Все может Бог, это — правда, но одного он не может, это — говорить глупости. А написать такое откровение, которого нельзя бы было понимать, было бы глупо.

Откровением я называю то, что открывается перед разумом, дошедшим до последних своих пределов, — созерцание божественной, т.е. выше разума стоящей, истины. Откровением я называю то, что дает ответ на тот неразрешимый разумом вопрос, который привел меня к отчаянию и самоубийству, — какой смысл имеет моя жизнь? Ответ этот должен быть понятен и не противоречить законам разума, как противоречит, напр., утверждение о том, что бесконечное число — чет или нечет. Ответ должен не противоречить разуму, потому что противоречивому ответу я не поверю, и потому он должен быть не только понятен и не произволен, а неизбежен для разума, как неизбежно признание бесконечности для того, кто умеет считать. Ответ должен отвечать на мой вопрос: какой смысл имеет моя жизнь? Если он не отвечает на этот вопрос, то он мне не нужен. Ответ должен быть такой, чтобы, хотя сущность его (как и сущность Бога) и была бы непостижима в себе, но чтобы все выводы последствий, получаемые от него, соответствовали моим разумным требованиям, и чтобы смысл, приданный моей жизни, разрешал бы все вопросы моей жизни. Ответ должен быть не только разумен, ясен, но и верен, Т.е. такой, чтобы я поверил в него всею душою, неизбежно верил бы в него, как я неизбежно верю в существование бесконечности.

Страница 4 из 132

Вам также может понравиться

Страница 1 из 7

Назад127Далее