Читать бесплатно онлайн

Серебряное копытце. Уральские сказы

Автор Павел Петрович Бажов

0+4 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза детская проза документальная литература

Темы

сказкиволшебствоУральские сказанияпавел божовелена белоусоваизображениядетская литературасборникмистикаприрода

Описание

Книга «Серебряное копытце. Уральские сказы» представляет собой собрание фольклорных рассказов, в которых простые люди Урала сталкиваются с мистическими силами, а ремесленное мастерство и семейные традиции становятся ключом к их судьбам.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между обычной жизнью и мистическими силами, которые влияют на судьбу героев

Ключевые идеи

Кокованя проявляет доброту, беря сиротку и кошку.
Серебряное копытце козла символизирует источник богатства и волшебства.
Связь человека и животных как основа доброты и приключений.
Мистическая связь между человеком и природой через малахит и ящерки.
Маленькая шкатулка как символ богатства, силы и опасности.
Труд и наказание в горном деле как испытание для смелости.
Семейные и социальные последствия владения мистическим предметом.
Трудное обучение и рост ремесленника
Важность наставника и поддержки
Смысл и опасность каменного цветка
Легенда огневушки-Поскакушки как часть народной культуры
Предоставление региональных и профессиональных терминов, используемых в книге.

Вывод

Книга показывает, что легенды и реальность переплетаются, оставляя следы в судьбах людей и в природе

Кому полезна

Любители русской народной литературы
Исследователи фольклора
Школьники и студенты
Мастера и ремесленники

Главные темы

Магические легенды Урала
Ремесленное мастерство
Наследие и судьба

Персонажи

Кокованя — Покорный, добрый, любит рассказывать сказки, заботится о сиротке и кошке.
Дарёнка — Любопытная, смелая, стремится узнать о козле и его серебряном копытце.
Козёл с серебряным копытцем — Небольшой, с пятью рожками, чьи шаги создают драгоценные камни.
Степан Петрович — Неженатый, смелый, но иногда боязливый, получает от Хозяйки малахитовую шкатулку и сталкивается с наказанием.
Хозяйка Медной горы — Женщина, облачённая в малахитовый шёлк, владеющая ящерками и малахитом, дающая задания и шкатулку.
Прокопич — Старый, строгий, но справедливый наставник, который отказывается обучать неподходящих учеников.
Данилко Недокормыш — Молодой, худой, но любопытный, который постепенно осваивает малахитное ремесло и ищет каменный цветок.
Вихориха — Мудрая женщина, владеющая травами и рассказывающая о каменном цветке.
Федюнька — Слушает легенду о огневушке-Поскакушке и пытается найти её.
Ефим — Рассказывает Федюньке о легенде огневушки-Поскакушки и золотой редьке.
Мурёнка — Ободранная, но умная, мурлычет «Пр-равильно».
Настасья — Сохраняет шкатулку после смерти мужа, но сталкивается с её мистическими свойствами.

Цитаты

Пр-равильно
У него на правой передней ноге серебряное копытце.
Ты что же, Степан Петрович, на девичью красу даром глаза пялишь?
Молодец, Степанушко. За приказчика тебя похвалила, а за это вдвое похвалю.
"Прокопьич, – то ли ему жаль было расставаться со своим мастерством, то ли ещё что, – учил шибко худо."
"Огневушка-Поскакушка – девочка, которая танцует на огне, и где она исчезает, там появляется золотая редька."
Пару́н – жаркий день после дождя.
Изро́биться – выбиться из сил от непосильной работы, потерять силу, стать инвалидом.

Сводка по автору из Wikidata

1879–1950. Pawel Petrowitsch Baschow. русский, советский писатель, фольклорист

Читать онлайн

Страница 17 из 19

– Тюнька Поскакушка! Тюнька Поскакушка! Про девчонку скажи! Скажи про девчонку!

Старику от прозвища какая беда? Хоть горшком назови, только в печку не ставь. Ну а Федюньке по малолетству обидно показалось. Он и дрался, и ругался, и ревел не раз, а ребятишки пуще того дразнят. Хоть домой с прииска не ходи. Тут ещё перемена жизни у Федюньки вышла. Отец-то у него на второй женился. Мачеха попалась, прямо сказать, медведица. Федюньку и вовсе от дома отшибло.

Дедко Ефим тоже не часто домой с прииска бегал. Намается за неделю, ему и неохота идти, старые ноги колотить. Да и не к кому было. Один жил.

Вот у них и повелось. Как суббота, старатели домой, а дедко Ефим с Федюнькой на прииске останутся.

Что делать-то? Разговаривают о том, о другом. Дедко Ефим рассказывал небывальщины разные, учил Федюньку, по каким логам золото искать и протча тако. Случалось, и про Поскакушку вспомнят. И всё у них гладко да дружно. В одном сговориться не могут. Федюнька говорит, что филин всей неудаче причина, а дедко Ефим говорит – вовсе не причина.

Раз так-то заспорили. Дело ещё на свету было, при солнышке. У балагана всё-таки огонёк был – от комаров курево. Огонь чуть видно, а дыму много. Глядят – в дыму-то появилась махонькая девчонка. Точь-в-точь такая же, как тот раз, только сарафанчик потемнее и платок тоже. Поглядела весёлыми глазками, зубёнками блеснула, платочком махнула, ножкой притопнула и давай плясать.

Сперва круги маленькие давала, потом больше да больше, и сама подрастать стала. Балаган на пути пришёлся, только это ей не помеха. Идёт, будто балагана и нет. Кружилась-кружилась, а как ростом с Федюньку стала, так и остановилась у большой сосны. Усмехнулась, ножкой притопнула, платочком махнула, как свистнула:

– Фи-т-ть! й-ю-ю-у…

И сейчас же филин заухал, захохотал. Дедко Ефим подивился:

– Откуда филину быть, коли солнышко ещё не закатилось?

– Видишь вот! Опять филин наше счастье спугнул. Поскакушка-то, может, от этого филина и убежала.

– А ты разве видел Поскакушку?

– А ты разве не видел?

Начали они тут друг дружку расспрашивать, кто что видел. Всё сошлось, только место, где девчонка в землю ушла, у разных сосен указывают.

Как до этого договорились, так дедко Ефим и вздохнул:

– О-хо-хо! Видно, нет ничего. Одна это наша думка.

Только сказал, а из-под дёрна по балагану дым повалил. Кинулись, а там жердник под деревом затлел. По счастью, вода близко была. Живо залили. Всё в сохранности осталось. Одне дедовы рукавицы обгорели. Схватил Федюнька рукавицы и видит – дырки на них, как следочки от маленьких ног. Показал это чудо дедке Ефиму и спрашивает:

– Это, по-твоему, тоже думка?

Ну, Ефиму податься некуда, сознался:

– Правда твоя, Тюньша. Знак верный – Поскакушка была. Придётся, видно, завтра опять ямы бить – счастье пытать.

В воскресенье и занялись этим с утра. Три ямы вырыли – ничего не нашли. Дедко Ефим жаловаться стал:

– Наше-то счастье – людям смех.

Федюнька опять вину на филина кладёт:

– Это он, пучеглазик, наше счастье обухал да обхохотал! Вот бы его палкой!

В понедельник старатели прибежали из заводу. Видят – свежие ямы у самого балагана. Сразу догадались, в чём дело. Смеются над стариком-то:

– Редька редьку искал…

Потом увидели, что в балагане пожар начинался, давай их ругать обоих. Федюнькин отец зверем на парнишку накинулся, чуть не поколотил, да дедко Ефим застоял:

– Постыдился бы мальчонку строжить! Без того он у тебя боится домой ходить. Задразнили да загрызли парнишка. Да и какая его вина? Я, поди-ко, оставался – с меня и спрашивай, коли у тебя урон какой случился. Золу, видно, из трубки высыпал с огоньком – вот и загорелось. Моя оплошка – мой и ответ.

Отчитал так-то Федюнькиного отца, потом и говорит парнишку, как никого из больших близко не было:

– Эх, Тюньша, Тюньша! Смеётся над нами Поскакушка. Другой раз случится увидеть, так ей в глаза надо плюнуть. Пускай людей с пути не сбивает да на смех не ставит!

Федюнька своё заладил:

– Дедо, она не со зла. Филин ей вредит.

– Твоё дело, – говорит Ефим, – а только я больше ямы бить не стану. Побаловался – и хватит. Немолодые мои годы – за Поскакушкой скакать.

Ну, разворчался старик, а Федюньке всё Поскакушки жаль.

– Ты, дедо, не сердись на неё! Вон она какая весёлая да хорошая. Счастье бы нам открыла, кабы не филин.

Про филина дедко Ефим промолчал, а на Поскакушку всё ворчит:

– То-то она счастье тебе открыла! Хоть домой не ходи!

Сколько ни ворчит дедко Ефим, а Федюнька своё:

– А как она, дедо, ловко пляшет!

– Пляшет-то ловко, да нам от этого ни жарко ни холодно, и глядеть неохота.

– А я бы хоть сейчас поглядел! – вздохнул Федюнька. Потом и спрашивает: – А ты, дедо, отворотишься? И поглядеть тебе не любо?

– Как не любо? – проговорился дедко, да спохватился и давать опять строжить Федюньку: – Ох, и упорный ты парнишко! Ох, и упорный! Что в головёнку попало, то и засело! Будешь вот, что моё же дело, – всю жизнь мыкаться, за счастьем гоняться, а его, может, вовсе и нету.

– Как нету, коли я своими глазами видел.

– Ну, как знаешь, а я тебе не попутчик. Набегался. Ноги заболели.

Поспорили, а дружбу вести не перестали. Дедко Ефим по работе сноровлял Федюньке, показывал, а в свободный час о всяких случаях рассказывал. Учил, значит, как жить-то надо. И самые весёлые у них те дни были, как они вдвоём на прииске оставались.

Зима загнала старателей по домам. Рассовал их приказчик до весны по работам, куда пришлось, а Федюнька по малолетству дома остался. Только ему дома-то несладко. Тут ещё новая беда пришла: отца на заводе покалечило. В больничную казарму его унесли. Ни жив ни мёртв лежит. Мачеха и вовсе медведицей стала – загрызла Федюньку. Терпел он, терпел да и говорит:

– Пойду, нето, я к дедку Ефиму жить.

А мачехе что?

– Провались ты, – кричит, – хоть к Поскакушке своей!

Надел тут Федюня пимишки, шубейку-ветродуйку покромкой покрепче затянул. Хотел отцовскую шапку надеть, да мачеха не дала. Натянул тогда свою, из которой давно вырос, и пошёл.

На улице первым делом парнишки налетели, дразниться стали:

– Тюнька Поскакушка! Тюнька Поскакушка! Скажи про девчонку!

Федюня знай идёт своей дорогой. Только и сказал:

– Эх вы! Несмышлёныши!

Ребятам что-то стыдно стало. Они уж вовсе по-доброму спрашивают:

– Ты куда это?

– К дедку Ефиму.

– К Золотой Редьке?

– Кому Редька – мне дедко.

– Далеко ведь! Ещё заблудишься.

– Знаю, поди-ко, дорогу.

– Ну, замёрзнешь. Вишь, стужа какая, а у тебя и рукавиц нет.

– Рукавиц нет, да руки есть, и рукава не отпали. Засуну руки в рукава – только и дела. Не догадались!

Ребятам занятно показалось, как Федюнька разговаривает, они и стали спрашивать по-хорошему:

– Тюньша! Ты правда Поскакушку в огне видел?

– И в огне видел, и в дыму видел. Может, ещё где увижу, да рассказывать недосуг, – сказал Федюнька да и зашагал дальше.

Дедко Ефим то ли в Косом Броду, то ли в Северной жил. На самом выезде, сказывают, избушка стояла. Ещё перед окошком сосна бортевая[61] росла. Далеконько всё ж таки, а время холодное – самая середина зимы. Подзамёрз наш Федюнька. Ну, дошагал всё ж таки. Только ему за дверную скобу взяться, вдруг слышит:

– Фи-т-ть! й-ю-ю-у…

Страница 17 из 19

Назад 1…16 17 18 19 Далее