Загрузка...
Дядя Бернак — обложка книги
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
НаполеонФранцияисторияприключениясемьядядягеройвойнапутешествиедокумент

Описание

В романе «Дядя Бернак» главный герой, Луи де Лаваль, возвращается из долгого изгнания в Англии, чтобы найти своё место в политически нестабильной Франции, сталкиваясь с семейными конфликтами, тайными заговорщиками и службой у Наполеона. По мере продвижения сюжета он раскрывает семейные тайны, участвует в интригах и военных операциях, а также пытается понять, как личные убеждения сочетаются с историческими событиями.

Главный конфликт / проблема

Луи де Лаваль пытается найти своё место в мире, балансируя между семейными ожиданиями, политическими изменениями и личной честностью.

Ключевые идеи

  • Лояльность к семье и родине в условиях политических перемен
  • Изгнание как испытание личной идентичности
  • Влияние Наполеона на судьбу французских дворян
  • Сложность принятия решения о возвращении в родную страну
  • Трудности и опасности путешествия в суровых природных условиях.
  • Теневые политические интриги и скрытые связи между влиятельными личностями.
  • Проблема выбора между убийством и соблюдением закона.
  • Внутренний конфликт между личной лояльностью и политическим порядком.
  • Проблема идентификации и предательства в заговоре.
  • Скрытый проход как символ тайных связей и опасностей.
  • Семейные тайны и конфликт между наследниками Гросбуя.
  • План дяди Шарля Бернака использовать туннель для защиты и выгоды.

Вывод

Книга приводит к осознанию, что личная судьба тесно связана с историческими событиями, и возвращение к родине может стать началом нового пути.

Кому полезна

  • Любители исторической прозы
  • Читатели, интересующиеся эпохой Наполеона
  • Люди, ищущие вдохновение в личных поисках

Главные темы

  • Политические интриги во Франции
  • Личная судьба и возвращение к родине
  • Война и служба Наполеона

Цитаты

  • «Не приезжай»
  • «Я мучительно тружусь над этой несчастной наполеоновской книженцией»
  • Когда человек достиг зрелого возраста, ему всегда приятно оглянуться назад на ту длинную дорогу, которой он шел.
  • Солёное болото было для меня более безопасным убежищем, чем это проклятое логовище!
  • «Не убивай его, Туссак, надо скачала удостовериться, кто он.»
  • «Туссак, я беру на себя всю ответственность!»
  • Вы очень занимательный человек, господин… господин… будьте добры повторить ваше имя!
  • Вы слишком далеко зашли, чтобы идти назад, мой друг.
  • «Он не остановится даже перед этим. Ведь он же убил и мою мать!»
  • «Мы поговорим об этом впоследствии, — в замешательстве сказал он.»

Сводка по автору из Wikidata

1859–1930. Sir Arthur Ignatius Conan Doyle. английский писатель (1859—1930)

Читать онлайн

Страница 45 из 47

— Ну стреляйте же, стреляйте,— крикнул Туссак. — Вы думаете, я боюсь вас, ничтожная мелюзга?! Напрасная мечта! Вам не удастся взять меня живым! О! Я выбью эту мысль из ваших голов!

В один миг он схватил тяжелое кресло, поднял его над головой и стремительно бросился на нас. Мы выстрелили в него все трое, но ничто не могло остановить сильного, как стихия, великана. Кровь лила ручьями из его ран; он бешено размахивал креслом, но силы уже изменили Туссаку. Неожиданно он ударил креслом по краю стола, раздробив его на мельчайшие кусочки. Затем Туссак, совершенно уже обезумев, бросился на Савари, мигом подмял его под себя и, прежде чем мы успели поймать Туссака за руки, он уже успел схватить Савари за подбородок с целью свернуть ему шею.

Мы все трое обладали достаточной физической силой, но этот зверь, даже тяжело раненый, был сильнее нас всех вместе взятых. Туссак, выпустив Савари, стал порывисто вырываться из наших рук, но мы, напрягая все силы, всё сильнее и сильнее сжимали великана.

Он истекал кровью. С каждой минутой силы оставляли его. С неимоверным усилием Туссак встал на ноги, точно медведь с впившимися в него со всех сторон собаками; его колени подогнулись, и с криком гнева и отчаяния, от которого задрожали стёкла в окнах, Туссак упал на пол и более не двигался. Точно черная масса затравленного зверя, лежал он на полу; его всклокоченная борода торчала кверху. Мы, задыхаясь, стояли вокруг, готовые снова броситься на него. Но Туссак уже был мертв! Савари, смертельно бледный, обессилевший, оперся рукою о край стола. Он еще не мог оправиться от железных тисков этого человека.

— Мне кажется, я боролся с медведем! — сказал он. — Однако всё же во Франции стало одним опасным человеком меньше, и Император может более не опасаться этого отважного врага. А ведь он был чертовски смел!

— Какой солдат мог бы выйти из него! — задумчиво сказал Жерар. — Он был бы пригоден как раз для гусар из Бершени. Да, плохо он поступил, идя против воли Императора!

Я сел на диван, истомленный и совсем больной, с истерзанными нервами. Такая сцена не только для меня, но и для человека, уже больше испытавшего, с более крепкими нервами, была слишком тяжела! Савари дал нам по нескольку глотков коньяку из своей походной фляги и затем, сорвав одну из занавесей, прикрыл ею ужасную фигуру дяди Бернака.

— Нам больше здесь нечего делать! — сказал он. — Надо поторопиться с рапортом к Императору. Заберите, господа, все бумаги Бернака, потому что многие из них могут нам быть полезны при раскрытии других заговоров!

Говоря это, он вместе с нами собирал все документы, разложенные по столу. В числе их было письмо, лежавшее перед Бернаком на столе, которое он, казалось, только что написал, когда вошел Туссак.

— Что это такое? — сказал Савари, глядя на письмо. — Я думаю, что наш приятель Бернак был не менее опасным субъектом, чем Туссак. «Мой дорогой Катулл,— начал читать письмо Савари,— я прошу прислать мне еще склянку с той же жидкостью, которую вы прислали мне три года назад. Я говорю о том миндальном отваре, который не оставляет никаких следов. Мне он понадобится на будущей неделе. Умоляю вас не спутать! Вы можете всегда рассчитывать на меня, если вам надо будет обратиться за чем-нибудь к Императору».

— Адресовано известному химику в Амьен,— сказал Савари, поворачивая конверт. — Так он был способен отравлять людей! Ко всем своим добродетелям он добавлял еще и эту. Я не могу догадаться, для кого он мог готовить этот миндальный отвар, который не оставляет ни малейших следов!

— Да! Это странно,— прошептал я.

Я не хотел сказать, что отвар готовился для меня! Ведь всё же он был мой дядя, и к тому же Бернака уже не было в живых. К чему было говорить более?!

17. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Генерал Савари отправился с рапортом прямо к Пон-де-Брик к Императору, тогда как я и Жерар приехали ко мне, чтобы поболтать за бутылкой вина. Я думал застать Сибиллу у себя, но, к моему удивлению, ее и след простыл, и никто не знал, куда она исчезла.

Ранним утром на другой день меня разбудил вестовой Иператора.

— Император желает видеть вас, мсье де Лаваль,— сказал он.

— Где?

— В Пон-де-Брик!

Для того, чтобы выиграть в глазах Наполеона, нужно было быть прежде всего точным. Поэтому через десять минут я уже был на лошади, а через полчаса примчался в замок. Поднявшись по лестнице, я взошел в комнату Жозефины, где был также и Наполеон.

Императрица полулежала на кушетке в очаровательном кружевном на розовой подкладке капоте; Наполеон шагал по комнате в своей энергичной манере, одетый в весьма странный костюм, который он обыкновенно надевал в свободные от официальных занятий часы. На нем был белый халат, пунцовые турецкие туфли; голова была повязана белым шелковым платком; весь этот костюм придавал ему вид плантатора в Вест-Индии.

По сильному запаху одеколона я мог судить, что Наполеон только что вышел из ванны. Он был в прекрасном настроении духа, которое, по обыкновению сообщилось и Жозефине, так что меня встретили веселые смеющиеся лица. Трудно было поверить, что это доброе ласковое выражение лица, глаза, светящиеся гениальным умом, принадлежали тому же человеку, который в прошлую ночь пронесся по комнатам этого залика, как бурный вихрь, оставляя за собою увлажненные слезами щеки и унылые, грустно поникшие лица.

— Славный дебют для моего адьютанта! — сказал он. — Савари рассказал мне всё, что случилось вчера, и могу сказать, что вы ловко воспользовались обстоятельствами. Мне некогда заниматься такими пустяками, но моя жена будет спать спокойнее, уверенная в том, что Туссак уже лишен возможности убить меня!

— Да, да, это был ужасный человек! — воскликнула императрица. — Он был не менее опасен, чем Жорж Кадудаль. Да оба они ужасные люди!

— Я родился под счастливой звездой, Жозефина,— сказал Наполеон, ласково гладя ее по голове. — Я вижу весь свой жизненный путь перед собою и прекрасно знаю, на что обрекла меня судьба! Ничто не может повредить, мне до тех пор пока я не исполню своего долга перед Францией. Арабы верят в существование рока, и они совершенно правы!

— Тогда к чему же все твои планы, Наполеон, раз всё заранее предопределено судьбой?

— Значит мне определено составлять свои планы, маленькая тупица! Разве вы не видите предопределения в том, что мой разум одарен способностью создавать планы?! Я строю свои здания так, что никто до последней минуты не знает, что я делаю. Я никогда не загадываю вперед менее чем на два года, а сегодня, мсье де Лаваль, я всё утро был занят подготовкой событий, которые должны произойти в осень и зиму 1807 года. Ах да, кстати, ваша хорошенькая кузина очень умно оборудовала это дело! Нет, она положительно слишком умна, чтобы связать свою судьбу с таким ничтожеством, как Люсьен Лесаж, просивший пощадить его хоть на неделю. Это ведь не особенно большая милость, согласитесь сами.

Я подтвердил его мнение.

Страница 45 из 47

Вам также может понравиться

Страница 1 из 78

Назад1278Далее