Загрузка...
Путешествие из Петербурга в Москву (сборник) — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Путешествие из Петербурга в Москву (сборник)

Автор Александр Николаевич Радищев
12+2007129 читателей
Дата написания1789-12-31
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+
Темы
сборник рассказовшкольная программа

Описание

Книга представляет собой сборник путешествий, размышлений и критики социальной, образовательной и политической системы России XVIII‑XIX веков, объединённых в повествование автора, который через встречи с разными людьми и событиями раскрывает проблемы власти, свободы, реформ и человеческого страдания.

Главный конфликт / проблема

Книга ставит перед читателем проблему социальной несправедливости, бюрократии, ограничений свободы мысли и необходимости реформ в образовании, правах крестьян и цензуре, а также внутренний конфликт автора, ищущего истины и справедливости.

Ключевые идеи

  • Путешествие как инструмент наблюдения и критики социальных и политических реалий России.
  • Бюрократия и социальная несправедливость проявляются в отношениях с чиновниками и крестьянством.
  • Природа и человеческое страдание служат фоном для размышлений о судьбе и справедливости.
  • Критика классической системы образования и необходимость преподавания на русском языке.
  • Размышления о праве, морали и роли закона в обществе.
  • Влияние путешествия на личные убеждения и философские взгляды автора.
  • Необходимость постепенного освобождения крестьян и отмены домашнего рабства.
  • Свобода печати и отказ от цензуры как ключ к развитию общества.
  • Несправедливость и эксплуатация людей в аукционах и рекрутских наборах.
  • Критика традиционного русского стихосложения и влияние Ломоносова.
  • Размышления о свободе, самодержавии и роли истории в формировании общества.
  • Стремление к знаниям и учёбе как движущая сила жизни Федора.

Вывод

Книга приводит к выводу, что свобода, справедливость и открытость к новым идеям являются ключевыми для развития общества, а критика существующей системы и личное самопознание способствуют движению к реформам и более гуманному обществу.

Кому полезна

  • Историки и литературоведы, интересующиеся русской литературой и историей
  • Студенты и преподаватели философии и социологии
  • Люди, интересующиеся вопросами реформ и свободы в обществе
  • Любители путешествий и приключений

Главные темы

  • Критика социальной несправедливости и бюрократии
  • Образовательные реформы и язык науки
  • Права крестьян и отмена рабства
  • Философские размышления о праве, любви и свободе
  • Проблемы цензуры и свободы печати
  • Исторический контекст и влияние литературы
  • Путь героя от моряка к рыцарю
  • Памятные стихи о власти и истории

Персонажи

  • Автор — Путешественник из Петербурга в Москву, размышляющий о природе, страдании, социальной несправедливости и реформах. Он описывает события, обсуждает право наказания, любовь, разум и память, выступая инициатором критики существующей системы.
  • Александр Николаевич Радищев — Революционный мыслитель, служивший в Петербурге, автор критической книги «Путешествие». Был арестован, сослан и покончил жизнь самоубийством. В завещании выражает веру в Бога, призывает к честности и уважению к власти.
  • Бова — Скромный, честный герой, сохраняющий целомудрие в соблазнах, стремится к служению и любви. Он проходит путь от простого моряка к рыцарю, сталкиваясь с испытаниями и победами.
  • Федор Васильевич Ушаков — Трудолюбивый, стремящийся к знаниям, но часто попадающий в конфликт с властью. Его усилия и конфликты отражают напряженность между личной честностью и государственной властью.
  • Пахарь — Обсуждает с автором вопросы крестьянского и помещичьего статуса, демонстрируя социальную несправедливость и конфликт между классами.
  • Почтовый комиссар — Отказался дать лошадей, но после вмешательства автора согласился, показывая бюрократические препятствия и влияние личных усилий.
  • Карп Дементич — Обсуждает вопросы торговли, семейных отношений и семейных традиций, представляя экономические и социальные аспекты жизни в Новгороде.
  • Семинарист — Обсуждает недостатки классической системы образования и необходимость преподавания на русском языке, подчеркивая культурные и образовательные реформы.
  • Слуга — Рассказывает о своей истории, о том, как его господин продавал его в рекруты, показывая эксплуатацию и рабство в обществе.
  • Французский рекрут — Рассказывает о своём пути в Россию и о том, как он оказался в рекрутах, отражая международный аспект военной службы.
  • Старуха — Выражает тревогу о судьбе своих детей и о том, как рекруты меняют жизнь деревни. Помогает Бове на острове, дает зеркало и учит его использовать его.
  • Почтальон — Передаёт автору бумаги и рассказывает о путешествии, связывая события и идеи.

Цитаты

  • Кто мир нравственный уподобил колесу, тот, сказав великую истину, не иное что, может быть, сделал, как взглянул на круглый образ земли и других великих в пространстве носящихся тел, изрек только то, что зрел.
  • Боже мой! – продолжал он с восклицанием, – если бы привести примеры из размышлений и разглагольствований судей наших о делах!
  • «Свобода печати и отказ от цензуры как ключ к развитию общества»
  • «Необходимость постепенного освобождения крестьян и отмены домашнего рабства»
  • Вольность… Ода…
  • Петр…
  • «Показав, что человек, ощущая себя слабым на удовлетворение своих недостатков в единственном положении, следуя чувствительному своему сложению, для сохранности своей вступает в общество.»
  • «Не мни, – вещал зрящий кончину своего шествия, томным хотя гласом, но мужественно, – не мни, что, возвещая мне смерть, востревожишь меня безвременно или дух мой приведешь в трепет. Умереть нам должно; днем ранее или днем позже, какая соразмерность с вечностию!»
  • Смертная казнь никогда долговременного не производит впечатления.
  • Любовь есть чувство природою в нас впечатленное, которое один пол имеет к другому.

Сводка по автору из Wikidata

1749–1802. Александр Радищев. русский писатель, философ, поэт

Читать онлайн

Страница 100 из 102

«Не станем укорять Радищева в слабости и непостоянстве характера. Время изменяет человека как в физическом, так и в духовном отношении. Муж, со вздохом иль с улыбкою, отвергает мечты, волновавшие юношу. Моложавые мысли, как и моложавое лицо, всегда имеют что-то странное и смешное. Глупец один не изменяется, ибо время не приносит ему развития, а опыты для него не существуют. Мог ли чувствительный и пылкий Радищев не содрогнуться при виде того, что происходило во Франции во время Ужаса, мог ли он без омерзения глубокого слышать некогда любимые свои мысли, проповедуемые с высоты гильотины, при гнусных рукоплесканиях черни? Увлеченный однажды львиным ревом колоссального Мирабо, он уже не хотел сделаться поклонником Робеспьера, этого сентиментального тигра».

Здесь, конечно, полускрытая пушкинская исповедь – об эволюции собственных взглядов, – для чего жизнь Радищева важнейший повод. И вот Радищев на свободе, на службе; ему хочется принести пользу, ибо имел «отвращение от многих злоупотреблений и некоторые благонамеренные виды».

Ничего не выходит: от прежних идей Радищев как будто удалился – новые хозяева ему не очень доверяют, угрожают: «Эй, Александр Николаевич, охота тебе пустословить по-прежнему! или мало тебе было Сибири?»

Радищев оканчивает жизнь самоубийством: «Огорченный и испуганный, он возвратился домой, вспомнил о друге своей молодости, об лейпцигском студенте, подавшем ему некогда первую мысль о самоубийстве, и… отравился. Конец, им давно предвиденный и который он сам себе напророчил!»

Эти строки, написанные Пушкиным за год до гибели, страшно читать. Ведь поэт, пусть во многом иначе, чем Радищев, тоже не пришелся ко двору, и, как Радищев, устал, и конец свой давно предвидел, и «сам себе напророчил», вспоминая погибших прежде друзей:

И мнится, очередь за мной, Зовет меня мой Дельвиг милый, Товарищ юности живой, Товарищ юности унылой, Товарищ песен молодых, Пиров и чистых помышлений, Туда, в толпу теней родных Навек от нас утекший гений.

Пушкин в «Александре Радищеве» опять себе пророчил, он видел свое сходство со столь, казалось бы, непохожим человеком прошлого столетия. Это сходство очень и очень занимало поэта, идущего «вослед Радищеву…»

Но статья при жизни Пушкина не вышла в свет. К тому же – как печально заметил век спустя Виктор Шкловский в письме к Юрию Тынянову (а речь шла о Маяковском): «Поэт живет на развертывании, а не на забвении своего горя… Он писал о том, что он умрет. Слова были рифмованы. Рифмам не верят».

«Не верят» также иносказаниям. Когда поэт пишет о другом, как о себе…

История литературы знает немало примеров, когда произведение, даже примечательное, опоздав к современникам на несколько и более лет, встречало непонимание, сопротивление читателей (иногда преодолеваемое временем, а порою – нет). Снова повторим, что если бы Герцен и Добролюбов познакомились с пушкинской статьей в детстве или юности, то «привыкли» бы к ней: возможно, все равно бы не согласились, но судили бы более исторично. Однако статья явилась как новая в другую эпоху, в период революционного подъема, когда звучали иные голоса, иные песни.

И снова Герцен и его современники, толкуя о Радищеве, говорили о себе («это наши мечты, мечты декабристов»). Статья же Пушкина казалась «инородным телом», разговором из другой эпохи. Поэтому на нее так страстно набросились.

Набросились, не замечая, что саму страстность подхода все равно невольно заимствовали от Пушкина, Пушкин же – от Радищева, от его неравнодушной, самосжигающейся книги.

Как видим, спор, противоречия были завещаны второму, третьему, четвертому поколениям от самого первого, XIX веку – от XVIII.

Мы говорим о радищевских спорах, где сошлось уже многое, практически все, о чем будут толковать и дискутировать следующие поколения, размышляющие о Радищеве.

И о себе.

Эпилог

Побежали 1860-е годы.

В статье «Новая фаза русской литературы» (1864) Герцен повторил и углубил мысль своей старой работы «О развитии революционных идей в России» насчет значения для русской литературы «фонвизинского смеха». Но уже появляется Радищев:

«Как только сознание пробудилось, человек с отвращением увидел окружавшую его гнусную жизнь: никакой независимости, никакой безопасности, никакой органической связи с народом. Само существование было лишь своего рода казенной службой. Жаловаться, протестовать – невозможно! Радищев опробовал было. Он написал серьезную, печальную, исполненную скорби книгу. Он осмелился поднять голос в защиту несчастных крепостных. Екатерина II сослала его в Сибирь, сказав, что он опаснее Пугачева. Высмеивать было менее опасно».

Через 10 лет после герценовской публикации, через 30 с лишним лет после пушкинской попытки заговорить о первом революционере в Петербурге, в типографии Головина было отпечатано издание «Радищев и его книга „Путешествие из Петербурга в Москву“», куда были включены сильно изуродованные фрагменты.

Этот факт отмечен Герценом в письме к Огареву от 3 (15) мая 1868 г. Публикация, несмотря на ее слабый общественный резонанс, занимала создателей Вольной печати как пример влияния, определенного отзвука их деятельности: в 9-м номере французского «Колокола» появляется статья Герцена «Наши великие покойники начинают возвращаться».

Издание 1885 г. было поводом к формальному снятию (30 марта 1868 г.) прежнего абсолютного запрета на «Путешествие». Однако книге суждено было еще пережить немало гонений.

В 1872 г. под редакцией П. А. Ефремова были напечатаны два тома сочинений Радищева, в том числе полный текст «Путешествия» с документальными приложениями. На издание, однако, тут же был наложен арест. В докладе цензора Смирнова отмечалось, что «книга, сохранив почти „в целости свой первоначальный характер, и в настоящем виде содержит множество мест, непозволительных по ныне действующим цензурным постановлениям“…Так как некоторые из принципов, порицаемых автором, еще и ныне составляют основу нашего государственного и социального быта, то я полагаю неудобным допустить эту книгу к обращению в публике в настоящем ее виде частью потому, что она может возбуждать к своему содержанию сочувствие в легкомысленных людях, частью – служить удобным прецедентом для горячих и неблагонамеренных публицистов, которые не затруднятся провозгласить Радищева мучеником за его гуманные утопии, жертвою произвола и попытаются подражать ему».

Этот цензурный отзыв, как и другие документы, свидетельствовал об огромной политической актуальности книги Радищева и во второй половине XIX в.

До революции 1905 г. было предпринято еще несколько попыток полностью или частично переиздать «Путешествие».

В 1888 г. А. С. Суворин воспроизвел текст 1790 г. «из строки в строку, из буквы в букву, приблизительно с таким же шрифтом, со всеми опечатками подлинника, всего в количестве 100 экземпляров»; позднейшая попытка более массового (2900 экземпляров) издания была, однако, пресечена Главным управлением по делам печати: 26 июня 1903 г. тираж был арестован и уничтожен.

Страница 100 из 102

Вам также может понравиться

Страница 1 из 4

Назад124Далее