Загрузка...
Черновые наброски — обложка книги
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга сочетает исторические события, личные конфликты и процесс создания рукописи, рассказывая о правлении короля Альфреда, его битвах с датчанами, личных драмах и литературном анализе.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между королём Альфредом и вельможами, а также внешняя угроза датчан.

Ключевые идеи

  • Прибытие короля как символ единства и власти
  • Внутренние конфликты и жалобы на Этельбальда
  • Роль религии и отсутствие священников
  • Война с датчанами и необходимость укрепления обороны
  • Сила веры и решимости в битве
  • Дипломатия как средство завершения конфликта
  • Конфликт между личной честью и насилием
  • Роль баринской семьи в управлении хозяйством
  • Влияние социальных иерархий на повседневную жизнь
  • Борьба украинского народа за свободу и выживание в условиях войны и экономических трудностей.
  • Сочетание поэтических образов с реальными событиями, подчёркивающее эмоциональную глубину персонажей.
  • Внутренний конфликт и личные страдания, отражающие общую судьбу народа.

Вывод

Книга подчёркивает необходимость реформ, справедливости и единства для преодоления конфликтов.

Кому полезна

  • Историки
  • литературоведы
  • студенты
  • интересующиеся англосаксонской историей и литературой Гоголя

Главные темы

  • Исторический конфликт между англосаксонским королём и вельможами
  • Война с датчане и дипломатические переговоры
  • Личная честь и насилие в дуэлях
  • Украинская история и военные конфликты
  • Литературный процесс и редактирование рукописей

Персонажи

  • Альфред — Прибывает на берег, приветствуется народом, объявляет о намерениях укрепить государство и отразить нападения датчан, призывает к единству и реформам. Показывает решимость и христианскую веру, отказывается от капитуляции, инициирует переговоры с Губбо, выражает радость от встречи и надеется на помощь в борьбе с врагами.
  • Кудред — Жалуется на Этельбальда, утверждая, что тот обманул его и лишил земли. Говорит о том, что его обвинили в рабстве и выражает недовольство. Жалуется королевскому тана Этельбальду.
  • Туркил — Обсуждает прибытие короля, рассказывает о путешествии и о том, как датчане влияют на его жизнь. Говорит о морских людях, их вооружении и угрозе для Англии.
  • Брифрик — Рассказывает о поездке к французскому королю и визите в Рим, где видел папу, а также жалуется на Этельбальда. Упоминает наследство от тетки Маркинды, половину земли и описание домов и храмов.
  • Вульфинг — Обсуждает войну с датчанами и роль короля. Говорит о морских людях и их вооружении.
  • Этельбальд — Говорит о состоянии государства, поддерживает короля, но также является объектом жалоб. Объект жалобы Кудреда.
  • Губбо — Ведёт бой, проявляет веру в Одена, но готов к мирному соглашению. Говорит о богатстве церквей, необходимости вооружения и мечах англосаксов.
  • Кедовалла — Выражает сомнения в христианстве, обвиняет в демонических влияниях. Включён в речь, имя часто меняется в рукописи.
  • Ринальд — Участвует в бою, проявляет агрессию. Говорит: «Оден! Готовь мне место в Валгале!».
  • Баскаков — Обвиняет Валуева в безчестии и готов к дуэли, чтобы отстоять свою честь. Требует удовлетворения за обиду и выражает недовольство.
  • Петр — Рассказывает о баринской семье и хозяйственных делах. Петр выражает глубокие чувства, размышляя о ночи, природе и внутреннем огне, а также о своих обетах и необходимости прощения.
  • Демьян — Символизирует трансформацию и адаптацию к меняющимся условиям войны. Один из двух крестьян, упомянутых в драме, символизирует народное недовольство.

Цитаты

  • "Папа, я видел его в самом Риме, и он был сияющим, как солнце."
  • "Народ, виват, король!"
  • Альфред. Англосаксы! победа за нами!
  • Губбо. Клянусь моим Оденом, моим...
  • Баскаков: «Я бы тебя мог сию минуту убить; но дивись моему великодушию; две минуты я даю тебе еще приготовиться»
  • Петр: «Барыня как-то нагрубила барину; ну, не вытерпел, человек молодой, и уехал»
  • Облечь ее в месячную ночь и ее серебряное сияние я в роскошное дыхание юга.
  • Бегите и спасайтесь, жены и бабы! Ляхи за нами, и грабят и жгут.
  • Альфред. Я сам не менее рад видеть вас и мою отцовскую землю Англосаксию.
  • Баскаков. Подлец последней степени, мошенник, заклейменный печатью позора, для которого одна награда — виселица, и честь мою?

Сводка по автору из Wikidata

1809–1852. Микола Васильович Гоголь-Яновський гербу Яструбець. русский писатель, драматург и публицист (1809—1852)

Читать онлайн

Страница 2 из 12

<Кудред>. Жалобу прямо самому королю.

<Брифрик>. На кого?

<Кудред>. На королевского тана Этельбальда.

<Брифрик>. Ты шутишь, братец?

<Кудред>. Нет, не шучу.

Голоса в народе. Вишь, на Этельбальда жалуется! — Он сошел с ума! — Да он ведь сильнее всех в королевстве! — Войска и богатства у него больше, чем у короля.

Эгберт. Кто несет жалобу на Этельбальда, тот подай мне руку. Хоть ты и простой сеорл, а я тан, но я пожимаю, потому что ты честный человек и англосакс. Я тебе буду помогать. [По-видимому, сюда относится приписка на соседней странице (возможно, реплика Киссы):

А я расскажу королю, что ты жид, а не христианин, язычник скверный, [что у тебя] что ты никогда не крестишься. — Я знаю, кому ты молишься у тебя на дому есть деревянный болван. Ты ему целуешь руки, язычник скверный… Тебе нужно монастырское покаяние, если не мог…]

Брифрик. За что ж жалуешься?

<Кудред>. За что? Этельбальд, хоть и королевских танов всех старше, но подлец и мошенник. Когда датчане ворвались в Вессекс и начали грабить, я прибегнул к нему, свинье. Думал, он богач и столько имеет земли, что зачем ему бы обижать меня. Я обещался ему, если надобность, первы<м> явиться в его войске и лошадь привести свою и всё вооружение мое. А он, мошенник, как только датчане ушли, совсем зачислил меня в свои рабы. За что я должен ему мостить чертовский мост к его замку и на моих двух лошадях, самых благородных, возить фашинник? А теперь, когда я отлучился по надобности в графство Гексгам, он взял мою собственную землю, родительскую землю, которой было у меня больше 2 гидес, и отдал в лен какому<-то>, а мне отдал двенадцать шагов песчанику за кладбищем. — «Вот тебе», говорит, «земля». Да разве я, старый плут, раб твой? Я вольный. Я сеорл. Я, если бы только захотел, прикупил еще два hydes земли, да выстроил церковь и дом, я бы сам был таном. Никто по законам англосакским не может обидеть и закабалить вольного человека. Разве я сделал какое преступление?

<Брифрик>. Да ходил ли ты с жалобою в ваш ширгемот?

<Кудред>. Подлецы все! Держут его сторону.

<Брифрик>. Ну да всё-таки, как же порешили?

<Кудред>. Вот нá тебе бумагу, если ты прочтешь.

<Брифрик>. Что ты! Э, так у вас судьи пишут? Слышь ты, народ, писанная бумага! У нас во всем ширстве, да и во всем Вессексе ни один шир, ни алдерман не умеют писать. Вишь ты какие каракульки. Тут где-нибудь должно быть А В С… Я уж знаю, меня было начинал учить один церковник.

Туркил (Вульфингу). Я думаю, нет мудренее науки, как письмо.

<Вульфинг? >. Попы всё-таки прочтут.

Брифрик (обращаясь к Кисее). Высокородный тан, прочти-ка. Ты, верно, знаешь?

Кисса. Поди прочь! Я тебе не поп.

Гунтинг. Давай, я прочту.

Туркил. Кто он?

Вульфинг. Не знаю.

Голос. Это, видишь, тот, что был школь<ным> учителем. Да теперь датчане разорили школу.

<Гунтинг> (читает). «Да будет ведомо: в Schirgemot Агельмостане, в графстве Герефорт, во время царствования Этельреда, где…»

— А, при покойном короле! Храбрый был король, всю жизнь бился с этими мерзкими<? > датчанами.

<Гунтинг> (продолжает). «…где заседали: Дунстан епископ, Кеолрик алдерман, Варвик — его сын, и Эсквин — сын Пентвина и Туркил косоглазый, как комиссары короля заседали…»

Вульфинг. Слышишь, Туркил? Это ты?

Туркил. Разве я косоглазый?

<Гунтинг> (продолжает): «…в присутствии Брининга шерифа, Ательварда де Фрома, Леофина де Фрома черного, Годрига де Штока и всех танов графства Герефорта, Кудред — сын Эгвинов — представил суду против высо<ко>родного графа и королевского тана в том, что якобы он, Кудред, от него, выс<о>кородного графа Этельбальда…»

(В народе крик и давка). Пусти, пусти! — Куда теперь сторониться! — Батюшки, батюшки, тресну! Со всех сторон придавили!

Высокий (болтает вверху руками). Чего эти бабы лезут, желал <бы я знать> <? >.

Брифрик. Чего народ лезет? (Продирается).

— Да взбеленился просто, никого нет. Какой-то дурак опять пронес, что корабль показался.

Кудред (кричит). Бумагу, бумагу, бумагу дай! Экой трус, изорвал…

Кисса. Да кто сказал, что король едет?

<Голоса>. Я не говорил. — Я не говорил. — Опять верно Шпинг.

Шпинг. Нет, высокородный тан, и языком не воротил.

Брифрик. Ей богу, глупый народ! Ну что, хоть бы и в самом деле был корабль.

Вульфинг. А сам, небось, первый полез.

Брифрик. Что ж! Только посмотреть.

Один из народа. Вот таны поехали на лошадях. Это верно встречать короля.

Рыцарь на лошади. Дорогу, дорогу! Народ, посторонись!

<Эгберт>. Кому дорогу?

<Рыцарь на лошади>. Посторонись, говорят тебе! Дорогу высо<кородному> королевскому тану Этельбальду.

Эгберт. Отнеси ему эту пощечину. (Бьет его и убегает).

Рыцарь (кричит). Мы увидимся, проклятый длиннорукий чорт!

<Вульфинг>. Вон поехал граф Эдвиг. Видел?

<Туркил>. Видел. Славное вооружение.

<Вульфинг>. Вон Этельбальд. Гляди, какой около него строй стоит — в толпе рыцарей, как в лесу. Эх, как одеты славно! Какие кирасы, щиты! Ей богу, если б хотели, побили датчан.

Туркил. Отчего ж не хотят?

<Вульфинг>. А так. Сами держат руку неприятелей.

<Туркил>. Ну, вот!

<Вульфинг>. Почему ж не побить? Ведь наших впятеро будет больше, если собрать всех саксонов, а англов-то одних всадников будет на всю дорогу от Лондона до Йорка! А датчан всех-на-всех трех тысяч не будет.

<Туркил>. Э, любезный приятель мой! Как твое имя? Вульфинг?

<Вульфинг>. Вульфинг.

<Туркил>. Так будем приятелями, Вульфинг

<Вульфинг>. Вот тебе рука моя.

<Туркил>. Не говори этого, любезный Вульфинг. Им помогает нечистая сила, тот самый сатана, о котором читал нам в церкви священник, что искушает людей. Они, брат, и море заговаривают. Вдруг из бурн<ого> сделается тихо, как ребенок, а захотят — начнет выть, как волк. Наши всадники давно бы совладали с ними…

<Вульфинг>. Народ опять затеснился. Да и сами таны махают шапками. Посмотрим, верно, король наконец едет.

Голос в народе. Ну, теперь корабль, так корабль!

Туркил. Опять пошла теснота!

Голо<с>а. Корабль с тремя ветрилами. — Зачем дерешься? — Не лезь вперед!

— Вон и люди, как мухи, стоят на палубе.

— А что ж не видно короля?

— Где ж теперь его увидишь? Людей многое-множество.

— Вон что-то блеснуло перед солнцем!

— Скоро идет корабль. Видно, что заморской работы! Вон как окошечки блестят. У нас таких кораблей нет.

— Это должен быть, что блестит, тан.

— Нет, вот тот больше блестит. Смотри — какой шлем, какое богатое убранство!

<Вульфинг? >. Это всё те таны, что поехали за ним в Рим с посольством.

<Туркил? >. Где ж король? Ведь король в короне.

Вульфинг. Да еще не короновался.

<Туркил? >. А, вон снял шляпу… Таны машут… Виват король!..

Весь берег (кричит). Виват, король!.. Здравствуй, король!..

— Вон снова машут… Здравствуй, король!..

Народ. Здравствуй, король!

Всадник на лошади. Расступись, народ! (Машет алеба<рдой>. Народ пятится, прижатые кричат).

<Туркил>. Что он так кричит? Кто это?

<Всадник>. Тан из Кенульф, сын Эгальдов. Тан из Медлисекса, славный воин.

Корабль подходит к самому берегу. За столпившимся народом видны только головы.

Альфред (сходя с корабля). Здравствуйте, добрые мои подданные.

<Народ>. Здравствуй, король! Виват!

(Король и свита подымаются на лошадях на народ).

Народ. Виват! Виват, король!

Страница 2 из 12

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее