Загрузка...
Ворон (в разных переводах) — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Ворон (в разных переводах)

Автор Эдгар Аллан По
0+
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
воронпоэмаэдгар попереводрусскийстихотворениетрагедиямеланхолиясимволизмптица

Описание

Книга исследует историю русских переводов стихотворения Эдгара Аллана По «Ворон», анализируя подходы переводчиков, их решения относительно ключевого слова «Nevermore» и влияние переводов на восприятие темы неизбежной утраты. В ней также описывается сам сюжет поэмы и его символика, подчёркивая, как один и тот же мотив может быть передан разными способами, сохраняя при этом эмоциональную глубину оригинала.

Главный конфликт / проблема

Как сохранить звучание и смысл оригинального слова «Nevermore» в русском языке, и как различные подходы к переводу влияют на восприятие темы печали и неизбежности.

Ключевые идеи

  • Многочисленные переводы "Ворона" в русской литературе
  • Трудности передачи звучания слова "Nevermore" в русском языке
  • Горечь утраты и поиск утешения
  • Ворон как символ неизбежной судьбы
  • Символика ворона как воплощения неизбежной утраты
  • Разнообразие русских переводов и их стилистические отличия

Вывод

Книга показывает, что перевод – это не просто буквальная передача, а творческий процесс, в котором каждый переводчик вносит свой оттенок, сохраняя при этом глубину оригинала.

Кому полезна

  • Литературные критики
  • Переводчики
  • Студенты филологии
  • Любители классической поэзии

Главные темы

  • Перевод и лингвистические особенности
  • Символизм и тема неизбежности
  • История русской литературной критики

Персонажи

  • Ворон — Появляется в комнате, сидит на бюсте Палласа и отвечает одним словом – «Никогда». Воплощает неизбежность и повторение.
  • Нарратор — Погружён в печаль о потерянной Леноаре, ищет ответы и утешения в встрече с воронem.
  • Эдгар Аллан По — Американский поэт, чье произведение "Ворон" стало объектом многочисленных переводов.
  • Константин Бальмонт — Сделал классический перевод "Ворона" и написал очерк о жизни По.
  • Мережковский — Сделал классический перевод "Ворона".
  • Брюсов — Сделал классический перевод "Ворона".
  • Андреевский — Предложил буквальный перевод слова "Nevermore" как "Больше никогда!".
  • Пальмин — Ограничился переводом слова "Nevermore" как "Никогда".
  • Жаботинский — В 1907 году отказался от поиска русского аналога слова "Nevermore" и оставил оригинал.
  • Василий Бетаки — В 1977 году предложил новый русский эквивалент слова "Nevermore".
  • Николай Голь — В восьмидесятые годы предложил вариант "всё прошло".

Цитаты

  • "Ни одно художественное произведение не переводилось на русский язык так часто, как это стихотворение Эдгара По."
  • "В 1907 году переводчик Жаботинский нашёл выход: он отказался от поисков русского аналога и оставил английский оригинал - "Невермор!""
  • «Once upon a midnight dreary, while I pondered, weak and weary,»
  • «Quoth the Raven, 'Nevermore.'»
  • Nevermore
  • Больше никогда!

Сводка по автору из Wikidata

1809–1849. Edgar Allan Poe. американский писатель, поэт, литературный критик и редактор (1809—1849)

Читать онлайн

Страница 2 из 9

Ворон Прозаический перевод неизвестного переводчика (1885)

Раз, когда я в глухую полночь, бледный и утомленный, размышлял над грудой драгоценных, хотя уже позабытых ученых фолиантов, когда я в полусне ломал над ними себе голову, вдруг послышался легкий стук, как будто кто-то тихонько стукнул в дверь моей комнаты. «Это какой-нибудь прохожий, – пробормотал я про себя, – стучит ко мне в комнату, – прохожий, и больше ничего». Ах, я отлично помню. На дворе стоял тогда студеный декабрь. Догоравший в камине уголь обливал пол светом, в котором видна была его агония. Я страстно ожидал наступления утра; напрасно силился я утопить в своих книгах печаль по моей безвозвратно погибшей Леноре, по драгоценной и лучезарной Леноре, имя которой известно ангелам и которую здесь не назовут больше никогда.

И шорох шелковых пурпуровых завес, полный печали и грез, сильно тревожил меня, наполнял душу мою чудовищными, неведомыми мне доселе страхами, так что в конце концов, чтобы замедлить биение своего сердца, я встал и принялся повторять себе: «Это какой-нибудь прохожий, который хочет войти ко мне; это какой-нибудь запоздалый прохожий стучит в дверь моей комнаты; это он, и больше ничего».

Моя душа тогда почувствовала себя бодрее, и я, ни минуты не колеблясь, сказал: «Кто бы там ни был, умоляю вас, простите меня ради Бога; дело, видите, в том, что я вздремнул немножко, а вы так тихо постучались, так тихо подошли к двери моей комнаты, что я едва-едва вас расслышал». И тогда я раскрыл дверь настежь, – был мрак и больше ничего.

Всматриваясь в этот мрак, я долгое время стоял, изумленный, полный страха и сомнения, грезя такими грезами, какими не дерзал ни один смертный, но молчанье не было прервано и тишина не была нарушена ничем. Было прошептано одно только слово «Ленора», и это слово произнес я. Эхо повторило его, повторило, и больше ничего.

Вернувшись к себе в комнату, я чувствовал, что душа моя горела как в огне, и я снова услышал стук, – стук сильнее прежнего. «Наверное, – сказал я, – что-нибудь кроется за ставнями моего окна; посмотрю-ка, в чем там дело, разузнаю секрет и дам передохнуть немножко своему сердцу. Это – ветер, и больше ничего».

Тогда я толкнул ставни, и в окно, громко хлопая крыльями, влетел величественный ворон, птица священных дней древности. Он не выказал ни малейшего уважения; он не остановился, не запнулся ни на минуту, но с миною лорда и леди взгромоздился над дверью моей комнаты, взгромоздился на бюст Паллады над дверью моей комнаты, – взгромоздился, уселся и… больше ничего.

Тогда эта черная, как эбен, птица важностью своей поступи и строгостью своей физиономии вызвала в моем печальном воображении улыбку, и я сказал: «Хотя твоя голова и без шлема, и без щита, но ты все-таки не трусь, угрюмый, старый ворон, путник с берегов ночи. Поведай, как зовут тебя на берегах плутоновой ночи». Ворон каркнул: «Больше никогда!»

Я был крайне изумлен, что это неуклюжее пернатое созданье так легко разумело человеческое слово, хотя ответ его и не имел для меня особенного смысла и ничуть не облегчил моей скорби; но, ведь, надо же сознаться, что ни одному смертному не было дано видеть птицу над дверью своей комнаты, птицу или зверя над дверью своей комнаты на высеченном бюсте, которым было бы имя _Больше никогда!

Но ворон, взгромоздившись на спокойный бюст, произнес только одно это слово, как будто в одно это слово он излил всю свою душу. Он не произнес ничего более, он не пошевельнулся ни единым пером; я сказал тогда себе тихо: «Друзья мои уже далеко улетели от меня; наступит утро, и этот так же покинет меня, как мои прежние, уже исчезнувшие, надежды». Тогда птица сказала: «_Больше никогда!»

Весь задрожал я, услыхав такой ответ, и сказал: "Без сомнения, слова, произносимые птицею, были ее единственным знанием, которому она научилась у своего несчастного хозяина, которого неумолимое горе мучило без отдыха и срока, пока его песни не стали заканчиваться одним и тем же припевом, пока безвозвратно погибшие надежды не приняли меланхолического припева: «Никогда, никогда больше!»

Но ворон снова вызвал в моей душе улыбку, и я подкатил кресло прямо против птицы, напротив бюста и двери; затем, углубившись в бархатные подушки кресла, я принялся думать на все лады, старался разгадать, что хотела сказать эта вещая птица древних дней, что хотела сказать эта печальная, неуклюжая, злополучная, худая и вещая птица, каркая свое: «_Больше никогда!» Я оставался в таком положении, теряясь в мечтах и догадках, и, не обращаясь ни с единым словом к птице, огненные глаза которой сжигали меня теперь до глубины сердца, я все силился разгадать тайну, а голова моя привольно покоилась на бархатной подушке, которую ласкал свет лампы, – на том фиолетовом бархате, ласкаемом светом лампы, куда она уже не склонит своей головки больше никогда!

Тогда мне показалось, что воздух начал мало-помалу наполняться клубами дыма, выходившего из кадила, которое раскачивали серафимы, стопы которых скользили по коврам комнаты. «Несчастный! – вскричал я себе. – Бог твой чрез своих ангелов дает тебе забвение, он посылает тебе бальзам забвения, чтобы ты не вспоминал более о своей Леноре! Пей, пей этот целебный бальзам и забудь погибшую безвозвратно Ленору!» Ворон каркнул: «Больше никогда!»

«Пророк! – сказал я, – злосчастная тварь, птица или дьявол, но все-таки пророк! Будь ты послан самим искусителем, будь ты выкинут, извергнут бурею, но ты – неустрашим: есть ли здесь, на этой пустынной, полной грез земле, в этой обители скорбей, есть ли здесь, – поведай мне всю правду, умоляю тебя, – есть ли здесь бальзам забвенья? Скажи, не скрой, умоляю!» Ворон каркнул: «Больше никогда!»

«Пророк! – сказал я, – злосчастная тварь, птица или дьявол, но все-таки пророк! Во имя этих небес, распростертых над нами, во имя того божества, которому мы оба поклоняемся, поведай этой горестной душе, дано ли будет ей в далеком Эдеме обнять ту святую, которую ангелы зовут Ленорой, прижать к груди мою милую, лучезарную Ленору!» Ворон каркнул: «Больше никогда!»

«Да будут же эти слова сигналом к нашей разлуке, птица или дьявол! – вскричал я, приподнявшись с кресла. – Иди снова на бурю, вернись к берегу плутоновой ночи, не оставляй здесь ни единого черного перышка, которое могло бы напомнить о лжи, вышедшей из твоей души! Оставь мой приют неоскверненным! Покинь этот бюст над дверью моей комнаты. Вырви свой клюв из моего сердца и унеси свой призрачный образ подальше от моей двери!» Ворон каркнул: «Больше никогда!»

И ворон, неподвижный, все еще сидит на бледном бюсте Паллады, как раз над дверью моей комнаты, и глаза его смотрят, словно глаза мечтающего дьявола; и свет лампы, падающий на него, бросает на пол его тень; и душа моя из круга этой тени, колеблющейся по полу, не выйдет больше никогда!

Страница 2 из 9

Вам также может понравиться

Страница 1 из 74

Назад1274Далее