Загрузка...
Тридцатилетняя война — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Тридцатилетняя война

Автор Фридрих Шиллер
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Тридцатилетняя войнареформацияГерманияполитикарелигиозные конфликтыисторияВойнаЕвропаКалвинизмЛютеранство

Описание

Тридцатилетняя война – масштабный конфликт, возникший из религиозных разногласий и политических амбиций, в котором католический дом Габсбургов столкнулся с протестантскими государствами. Война развивалась под влиянием дипломатических союзов, военных кампаний и внутренних интриг, и завершилась подписанием Вестфальского мира, который закрепил новые границы и принципы суверенитета. Книга подробно описывает ключевые события, персонажей и последствия, демонстрируя, как религия и политика переплетаются в истории Европы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между католическим домом Габсбургов и протестантскими государствами за религиозную свободу и политическую власть, осложненный внутренними интригами и внешними вмешательствами

Ключевые идеи

  • Реформация как катализатор политических конфликтов
  • Роль Австрийского дома как католического защитника
  • Аугсбургский мир как временное решение, но не окончательное
  • Взаимное усиление религиозных и политических интересов
  • Ненависть Генриха IV к Габсбургам и план их изгнания
  • Создание евангелической унии как политического и военного союза
  • Формирование католической лиги в ответ на угрозу унии
  • Бохемское восстание как катализатор конфликта
  • Вмешательство Франции и временное прекращение боевых действий
  • Разделение Германии по религиозным и политическим интересам, которое ослабило протестантские князья.
  • Влияние внешних держав (Испания, Франция, Швеция, Дания) на ход войны и внутренние конфликты.
  • Ришелье использует дипломатические усилия для поддержки шведского короля и ограничения австрийского влияния.

Вывод

Тридцатилетняя война завершилась подписанием Вестфальского мира, который установил новые границы, закрепил принципы суверенитета и завершил религиозные конфликты в Европе, но оставил глубокие изменения в структуре европейских государств.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории
  • Люди, интересующиеся политической и военной историей Европы
  • Профессионалы в области международных отношений и дипломатии
  • Общие читатели, желающие понять причины и последствия Тридцатилетней войны

Главные темы

  • Религиозно‑политические корни и роль Габсбургов
  • Влияние дипломатических союзов и вмешательства Швеции
  • Внутренние интриги и личные амбиции лидеров
  • Финальный исход и Вестфальский мир

Персонажи

  • Карл V — Использовал религиозный раскол для укрепления своей власти и подавления протестантских государств.
  • Филипп II — Подавлял протестантские государства, защищая католическую церковь.
  • Рудольф II — Слабый правитель, чьи действия привели к внутренним конфликтам и усилению протестантских движений.
  • Генрих IV — Генрих видит в Габсбургах угрозу для Франции и стремится навсегда обезоружить их, разрабатывая план их изгнания и раздела их земель.
  • Фердинанд — Сын короля Венгрии, назначенный императором, но фактически лишь символический командир. Стремится выполнить обет и подавить протестантов, принимает реституционный эдикт, удерживает власть над армией и союзниками, но сталкивается с предательством Валленштейна.
  • Густав-Адольф — Дисциплинированный и тактически умелый лидер, после победы при Лейпциге стал уверенным в своих силах, активно расширял территорию и укреплял союзнические связи, стремился к расширению влияния в Германии, вступал в союз с Валленштейном, но погиб в бою, что привело к распаду протестантского союза.
  • Валленштейн — Отчаянно стремится к власти, строит собственную армию и заключает союз с Швецией, но его действия привели к конфликту с союзниками. Смерть Валленштейна привела к изменению военной стратегии и усилению конфликта.
  • Максимилиан Баварский — Максимилиан Баварский возглавляет лигу, получает значительную власть и финансирование, активно противостоит евангелической унии, получает Пфальцское курфюршество, усиливает католическую позицию и выбирает разум и стратегию, не позволяя страсти управлять решениями.
  • Кардинал Ришелье — Старается балансировать интересы Франции и католической церкви, поддерживает шведов в их борьбе против Австрии.
  • Оксеншерна — Близкий друг Густава-Адольфа, получивший полномочия вести дела Швеции в Германии. Ключевой игрок, который после поражения шведов ищет поддержку у Франции.
  • Иоганн‑Георг — Стремится к сохранению и расширению своего наследия, избегает участия в войне.
  • Фридрих — Убит в ходе войны, его смерть приводит к передаче Пфальцского курфюршества.

Цитаты

  • "Реформация была причиной гражданской войны, которая в продолжение четырёх бурных правлений потрясала самые основы Франции"
  • "Аугсбургский мир, поставивший свободу вероисповедания, оставил католическую церковь в доминирующем положении"
  • «Сколь великих трудов ему стоило умиротворить мрачный хаос, в который ввергла Францию многолетняя междоусобная война, вызванная и питаемая этой Австрией!»
  • «Его уполномоченные вели переговоры при всех протестантских дворах Германии, и того немногого, что они выдавали или позволяли угадывать из великой политической тайны своего монарха, было вполне достаточно, чтобы привлечь к нему души, охваченные столь пламенной враждой к Австрии и обуреваемые столь могучею жаждой стяжания.
  • "Фердинанд не хотел отнять у них всякую надежду снова увидеть пфальцграфа"
  • "Реституционный эдикт"
  • Не с лёгким сердцем, — так он начал, — ввергаю я снова себя и вас в эту опасную войну.
  • Если дожидаться неприятеля в Швеции, — говорил Густав, — то, потеряв одно сражение, мы потеряем всё; наоборот, если мы удачно начнём в Германии — мы победим.
  • Славная битва при Лейпциге вызвала огромную перемену как во всём дальнейшем поведении Густава-Адольфа, так и в воззрениях его врагов и друзей.
  • Он был единственным источником, из которого проистекала всякая власть, единственной целью, на которую обращены были в сражении взоры воинов.

Сводка по автору из Wikidata

1759–1805. Johann Christoph Friedrich von Schiller. немецкий поэт, философ, теоретик искусства, драматург, профессор истории и военный врач

Читать онлайн

Страница 5 из 115

Пока что в империи царило временное затишье, и непрочное согласие как будто вновь объединяло расторгнутые части в единое государственное целое, так что на некоторое время вновь возродилось стремление, к общему благополучию. Но разрыв коренился в самых глубинах, и момент, удобный для восстановления былого согласия, был упущен. Как ни точно, казалось, были установлены миром границы прав обеих сторон, они, однако, подвержены были весьма разнообразным толкованиям. В разгаре яростной борьбы договор определял для враждующих сторон лишь временное умиротворение; он прикрыл огонь, но не погасил его, и неудовлетворённые притязания сохранились у обеих партий. Католикам казалось, что они потеряли слишком много; евангелистам — что они отвоевали слишком мало; каждая из сторон искала выхода в том, что, ещё не смея нарушить мир, толковала его соответственно своим целям.

Могущественный мотив — секуляризация церковных имуществ, побудивший столь многих протестантских государей склониться к принятию учения Лютера, остался и после заключения мира в той же силе, что и раньше, и все такие имущества, ещё не попавшие в их руки, должны были вскоре перейти к ним. Вся Нижняя Германия была секуляризована с чрезвычайной быстротой, и если в Верхней Германии дело обстояло иначе, то лишь вследствие живейшего сопротивления католиков, которые здесь имели перевес. Каждая партия угнетала или притесняла сторонников другой там, где она была сильнее. Особенно настойчиво теснили церковных владетелей, как слабейших членов империи, их некатолические соседи, жаждавшие расширить свои владения. Кто был слишком слаб, чтобы противопоставить насилию насилие, тот искал защиты под сенью закона, и жалобы на протестантских чинов накоплялись в имперском суде, который с готовностью выносил решения, осуждавшие виновную сторону, но не располагал достаточной поддержкой, чтобы вводить их в силу. Аугсбургский мир, предоставивший чинам империи полную свободу совести, до некоторой степени всё же позаботился также и о подданном, выговорив ему право беспрепятственно покидать страну, где его религия подвергалась преследованиям. Но от насилий, которым подвергался ненавистный подданный со стороны своего государя; от невыразимых мучений, какими затруднялось его переселение; от искусно расставленных тенёт, какими хитрость в союзе с силой может опутать умы людей, — от всего этого мёртвая буква договора не могла охранить никого. Католический подданный протестантских государей громко жаловался на нарушения религиозного мира; евангелический ещё громче жаловался на притеснения, какие он терпел от своих католических владык. Ожесточение и озлобление богословов разжигали души и обостряли всякую мелочь, как бы ни была она ничтожна сама по себе; хорошо ещё, когда эта богословская ярость изливалась на общего религиозного врага, не обрызгивая ядом своего собственного единоверца.

Для того чтобы удержать обе враждующие партии в равновесии и таким образом продлить мир, было бы в конце концов достаточно единства протестантов между собой, но в довершение общей смуты вскоре исчезло и это единство. Учение, распространённое Цвингли в Цюрихе и Кальвином в Женеве, вскоре стало укореняться и в Германии и сеять раздоры между протестантами, так что теперь они едва ли могли распознавать друг друга по чему-либо, кроме общей ненависти к папству. Протестанты этого времени уже не были похожи на тех, которые полвека тому назад изложили своё исповедание в Аугсбурге, и причиной перемены является именно это аугсбургское исповедание. Оно поставило протестантской религии твёрдые границы, прежде чем пробудившийся дух исследования мог примириться с этими границами, и протестанты по неведению потеряли часть преимуществ, которые им обеспечивало отпадение от папства. Одинаковых жалоб на римскую иерархию и на злоупотребления в римской церкви, одинакового отрицания католических доктрин было бы достаточно, чтоб объединить протестантскую церковь. Но они искали этого объединительного начала в новой положительной религиозной системе, в ней видели отличительные признаки, преимущества и сущность своей церкви и лишь к ней относили договор, заключённый с католиками. Религиозный мир они заключили лишь в качестве приверженцев определённого вероучения: одни только приверженцы этого вероучения могли пользоваться благами этого мира. Таким образом, каков бы ни был исход для кальвинистов, дело обстояло одинаково печально. Требование строго придерживаться аугсбургского исповедания надолго ограничивало дух исследования; несогласие в толковании установленной формулы означало гибель объединяющего начала. К несчастью, произошло ж то и другое, и печальные последствия того и другого не замедлили обнаружиться. Одна сторона крепко держалась первого (аугсбургского) исповедания, и если кальвинисты отступали от него, то лишь для того, чтобы таким же образом замкнуться в новом вероучении.

Протестанты не могли доставить своему общему врагу лучшего аргумента против себя, чем это внутреннее разногласие, не могли доставить более утешительного зрелища, чем взаимное ожесточение, с каким они преследовали друг друга. Кто мог осуждать католиков за то, что они высмеивали заносчивость, с которой эти преобразователи веры выставляли себя провозвестниками единственно истинной религии? Ведь оружие в борьбе против протестантов католики брали не у кого другого, как у самих протестантов; ведь эта борьба воззрений укрепляла их веру в авторитет своей религии, за которую к тому же говорила почтенная давность и ещё более почтенное большинство. Но протестантам пришлось испытать ещё более неприятные последствия своих несогласий. Религиозный мир имел в виду исключительно единоверцев, и католики требовали теперь от протестантов объяснения, кого именно они считают своими единоверцами. Совесть не позволяла евангелистам принять в свою среду реформатов; между тем они не могли исключить их из неё, не превращая полезного друга в опасного врага. Так этот злополучный разрыв проложил путь махинациям иезуитов, которые постарались посеять недоверие между обеими сторонами и разрушить единство их действий. Скованные двойным страхом пред католиками и пред своими протестантскими противниками, протестанты упустили невозвратимый момент, когда им ещё возможно было отвоевать для своей церкви права, совершенно равные правам римской церкви. И всех этих затруднений они могли бы избежать, отпадение реформатов не причинило бы ни малейшего ущерба общему делу, если бы основы для объединения искали не в одних только аугсбургских исповеданиях и согласительных писаниях, а в совместном отдалении от папства.

Страница 5 из 115

Вам также может понравиться

Страница 1 из 11

Назад1211Далее