Загрузка...
Тридцатилетняя война — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Тридцатилетняя война

Автор Фридрих Шиллер
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Тридцатилетняя войнареформацияГерманияполитикарелигиозные конфликтыисторияВойнаЕвропаКалвинизмЛютеранство

Описание

Тридцатилетняя война – масштабный конфликт, возникший из религиозных разногласий и политических амбиций, в котором католический дом Габсбургов столкнулся с протестантскими государствами. Война развивалась под влиянием дипломатических союзов, военных кампаний и внутренних интриг, и завершилась подписанием Вестфальского мира, который закрепил новые границы и принципы суверенитета. Книга подробно описывает ключевые события, персонажей и последствия, демонстрируя, как религия и политика переплетаются в истории Европы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между католическим домом Габсбургов и протестантскими государствами за религиозную свободу и политическую власть, осложненный внутренними интригами и внешними вмешательствами

Ключевые идеи

  • Реформация как катализатор политических конфликтов
  • Роль Австрийского дома как католического защитника
  • Аугсбургский мир как временное решение, но не окончательное
  • Взаимное усиление религиозных и политических интересов
  • Ненависть Генриха IV к Габсбургам и план их изгнания
  • Создание евангелической унии как политического и военного союза
  • Формирование католической лиги в ответ на угрозу унии
  • Бохемское восстание как катализатор конфликта
  • Вмешательство Франции и временное прекращение боевых действий
  • Разделение Германии по религиозным и политическим интересам, которое ослабило протестантские князья.
  • Влияние внешних держав (Испания, Франция, Швеция, Дания) на ход войны и внутренние конфликты.
  • Ришелье использует дипломатические усилия для поддержки шведского короля и ограничения австрийского влияния.

Вывод

Тридцатилетняя война завершилась подписанием Вестфальского мира, который установил новые границы, закрепил принципы суверенитета и завершил религиозные конфликты в Европе, но оставил глубокие изменения в структуре европейских государств.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории
  • Люди, интересующиеся политической и военной историей Европы
  • Профессионалы в области международных отношений и дипломатии
  • Общие читатели, желающие понять причины и последствия Тридцатилетней войны

Главные темы

  • Религиозно‑политические корни и роль Габсбургов
  • Влияние дипломатических союзов и вмешательства Швеции
  • Внутренние интриги и личные амбиции лидеров
  • Финальный исход и Вестфальский мир

Персонажи

  • Карл V — Использовал религиозный раскол для укрепления своей власти и подавления протестантских государств.
  • Филипп II — Подавлял протестантские государства, защищая католическую церковь.
  • Рудольф II — Слабый правитель, чьи действия привели к внутренним конфликтам и усилению протестантских движений.
  • Генрих IV — Генрих видит в Габсбургах угрозу для Франции и стремится навсегда обезоружить их, разрабатывая план их изгнания и раздела их земель.
  • Фердинанд — Сын короля Венгрии, назначенный императором, но фактически лишь символический командир. Стремится выполнить обет и подавить протестантов, принимает реституционный эдикт, удерживает власть над армией и союзниками, но сталкивается с предательством Валленштейна.
  • Густав-Адольф — Дисциплинированный и тактически умелый лидер, после победы при Лейпциге стал уверенным в своих силах, активно расширял территорию и укреплял союзнические связи, стремился к расширению влияния в Германии, вступал в союз с Валленштейном, но погиб в бою, что привело к распаду протестантского союза.
  • Валленштейн — Отчаянно стремится к власти, строит собственную армию и заключает союз с Швецией, но его действия привели к конфликту с союзниками. Смерть Валленштейна привела к изменению военной стратегии и усилению конфликта.
  • Максимилиан Баварский — Максимилиан Баварский возглавляет лигу, получает значительную власть и финансирование, активно противостоит евангелической унии, получает Пфальцское курфюршество, усиливает католическую позицию и выбирает разум и стратегию, не позволяя страсти управлять решениями.
  • Кардинал Ришелье — Старается балансировать интересы Франции и католической церкви, поддерживает шведов в их борьбе против Австрии.
  • Оксеншерна — Близкий друг Густава-Адольфа, получивший полномочия вести дела Швеции в Германии. Ключевой игрок, который после поражения шведов ищет поддержку у Франции.
  • Иоганн‑Георг — Стремится к сохранению и расширению своего наследия, избегает участия в войне.
  • Фридрих — Убит в ходе войны, его смерть приводит к передаче Пфальцского курфюршества.

Цитаты

  • "Реформация была причиной гражданской войны, которая в продолжение четырёх бурных правлений потрясала самые основы Франции"
  • "Аугсбургский мир, поставивший свободу вероисповедания, оставил католическую церковь в доминирующем положении"
  • «Сколь великих трудов ему стоило умиротворить мрачный хаос, в который ввергла Францию многолетняя междоусобная война, вызванная и питаемая этой Австрией!»
  • «Его уполномоченные вели переговоры при всех протестантских дворах Германии, и того немногого, что они выдавали или позволяли угадывать из великой политической тайны своего монарха, было вполне достаточно, чтобы привлечь к нему души, охваченные столь пламенной враждой к Австрии и обуреваемые столь могучею жаждой стяжания.
  • "Фердинанд не хотел отнять у них всякую надежду снова увидеть пфальцграфа"
  • "Реституционный эдикт"
  • Не с лёгким сердцем, — так он начал, — ввергаю я снова себя и вас в эту опасную войну.
  • Если дожидаться неприятеля в Швеции, — говорил Густав, — то, потеряв одно сражение, мы потеряем всё; наоборот, если мы удачно начнём в Германии — мы победим.
  • Славная битва при Лейпциге вызвала огромную перемену как во всём дальнейшем поведении Густава-Адольфа, так и в воззрениях его врагов и друзей.
  • Он был единственным источником, из которого проистекала всякая власть, единственной целью, на которую обращены были в сражении взоры воинов.

Сводка по автору из Wikidata

1759–1805. Johann Christoph Friedrich von Schiller. немецкий поэт, философ, теоретик искусства, драматург, профессор истории и военный врач

Читать онлайн

Страница 4 из 115

Когда бессильно решить право, решает сила; так было и в этом случае. Одна часть удержала за собой то, чего у неё уже нельзя было отнять; другая защищала то, чем ещё владела. Все епископства и аббатства, секуляризованные до заключения мира, остались за протестантами; но паписты обезопасили себя специальной оговоркой, что в будущем секуляризации больше не будет. Всякий господин церковного владения, непосредственно подчинённого империи, — курфюрст, епископ или аббат, — теряет свои доходы и сан, как только он переходит в протестантство. Он обязан тотчас же оставить свои владения, и капитул приступает к новым выборам совершенно так же, как в том случае, если бы место его освободилось вследствие его смерти. На этом священном якоре «церковной оговорки»- (Reservatio ecclesiastica), ставившем всё земное благополучие князя церкви в зависимость от его вероисповедания, держится до сих пор католическая церковь Германии, — и что сталось бы с ней, если бы этот якорь не выдержал? «Церковная оговорка» наткнулась на ожесточённое сопротивление со стороны протестантских чинов, и хотя они в конце концов внесли её в мирный договор, однако потребовали, чтобы прямо было сказано, что соглашение обеих партий по этому пункту не было достигнуто. Могла ли такая оговорка иметь для протестантской стороны большую силу, нежели для католиков — обещание Фердинанда обеспечить свободу совести протестантских подданных в церковных владениях? Таким образом, в мирном договоре сохранились два спорных пункта; они и повлекли за собой войну.

Так обстояло дело со свободой совести и с церковными владениями; в таком же положении был вопрос о правах и званиях. Германская имперская система была рассчитана на единую церковь, потому что, когда эта система создавалась, никакой другой церкви не было. Затем в церкви произошёл раскол, имперский сейм распался на две религиозные партии — как могла имперская система отныне покоиться исключительно на одной из них? Все императоры до сих пор были сынами римской церкви, потому что до сих пор римская церковь в Германии не имела соперницы. Но что, собственно, составляло сущность германского императора: связь с Римом или сама Германия, находившая в этом императоре своё воплощение? Между тем в состав всей Германии входит также и её протестантская часть; каким же образом может эта часть находить своё воплощение в непрерывном ряде католических императоров? В высшем имперском суде германские чины сами судят себя, потому что из их среды набираются судьи; смысл этого учреждения заключается именно в сознании, что чины сами себя судят, что всем им оказывается равная справедливость; сможет ли эта идея осуществиться, если заседать там будут представители одного лишь, а не обоих вероисповеданий? То, что в момент основания этого учреждения в Германии царила единая вера, — случайность; основной целью учреждения имперского суда было воспрепятствовать тому, чтобы один властитель угнетал другого на основании закона. Между тем цель эта, очевидно, не будет достигнута, если одной религиозной партии будет принадлежать исключительное право судить другую. Но можно ли пожертвовать основной целью, если изменились случайные обстоятельства? Лишь с большим трудом добились протестанты в конце концов одного места в верховном суде для представителя своей религии, но не могли добиться равновесия голосов. Императорской короной не был ещё увенчан ни один протестантский государь.

Вообще, как ни расценивать равенство, установленное религиозным миром в Аугсбурге между обеими немецкими церквами, победительницей оттуда бесспорно вышла католическая. Всё, чего добилась лютеранская, была терпимость; всё, что уступила католическая, было уступкою необходимости, но не справедливости. Всё ещё не был достигнут мир между двумя равноправными силами; был лишь договор между господином и неусмирённым мятежником. Именно этот принцип руководил, по-видимому, всеми действиями католической церкви по отношению к протестантской, руководит ими как будто и посейчас. Всё ещё считалось преступлением перейти в протестантство, и для отпавшего князя церкви это влекло за собой тяжкие потери, предусмотренные «церковной оговоркой». И в дальнейшем католическая церковь предпочитала идти на риск потерять всё под гнётом насилия, нежели добровольно и по справедливости отказаться от маленькой выгоды; ибо всегда оставалась надежда вернуть себе отнятое и всегда потеря рассматривалась лишь как нечто случайное; наоборот, отказ от притязания, право, добровольно признанное за протестантами, потрясало самые основы католической церкви. Даже при заключении религиозного мира это начало оставалось руководящим. Все уступки, сделанные протестантам в мирном договоре, были сделаны с оговорками. Всё — так было прямо сказано в акте — имеет силу лишь до ближайшего собора, который займётся воссоединением обеих церквей. Лишь в том случае, если эта последняя попытка не увенчается успехом, религиозный мир получит безусловную силу. Как ни слаба была надежда на такое воссоединение, как ни мало, быть может, верили в него сами католики, выгода для них всё же заключалась в том, что мир был ограничен хотя бы этим условием.

Итак, этот религиозный мир, долженствовавший навеки загасить пламя междоусобной войны, был по существу лишь временной мерой, делом необходимости и насилия; он не был продиктован велениями справедливости, не был плодом обновлённых понятий о религии и свободе совести. Такого религиозного мира не могли дать католики, и — сказать правду — до такого мира не доросли ещё и протестанты. Далёкие от того, чтобы проявлять по отношению к католикам полную справедливость, они душили там, где могли, кальвинистов, которые, разумеется, заслуживали терпимости в этом лучшем смысле не более всех остальных, так как сами столь же далеки были от её применения. Для такого религиозного мира ещё не пришло время, и ещё слишком большая смута царила в умах. Как могла одна сторона требовать от другой того, что сама она не в состоянии была дать? Всё, что спасла или выиграла та или иная религиозная партия по Аугсбургскому миру, было результатом случайного соотношения сил во время заключения мира. То, что было приобретено силой, могло быть сохранено только силой; стало быть, это равновесие сил должно было сохраниться и на будущее время — или же религиозный мир перестал бы существовать. Мечом были намечены границы между обеими церквами; меч должен был охранять их и в будущем — и горе стороне, преждевременно сложившей оружие! Уже теперь этот мир сулил покою Германии сомнительное, страшное будущее!

Страница 4 из 115

Вам также может понравиться

Страница 1 из 11

Назад1211Далее