Удобнее читать в приложении
Дата написания1932-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+
Описание
Горький анализирует современную русскую драму, критикуя её поверхностность и отсутствие классового сознания, и призывает к революционному подходу, основанному на языке, фольклоре и наблюдении за людьми.
Главный конфликт / проблема
Отсутствие глубины и классового сознания в современной русской драме
Ключевые идеи
- Действие как основа изменения мира
- Роль речи и языка в создании пьесы
- Классовый признак как внутренний, а не внешний элемент персонажа
- Критика поверхностного подхода молодых драматургов
- Необходимость революционного и социального содержания в пьесах
Вывод
Нужен революционный подход к созданию пьес, основанный на наблюдении за людьми, изучении языка и народного творчества, чтобы пьесы служили средством освобождения рабочего класса
Кому полезна
- Театральные критики
- Драматурги
- Студенты театрального искусства
- Историки культуры
Главные темы
- Классовый подход к драматургии
- Роль языка и фольклора в создании пьес
Персонажи
- Максим Горький — Литератор, театральный зритель, который делится своим опытом написания и анализа пьес, критикует современную драматургию.
- Уинстон Черчилль — Горький использует Черчилля как иллюстрацию того, как классовый признак проявляется в личности.
Цитаты
- Пьеса – драма, комедия – самая трудная форма литературы, потому что пьеса требует, чтобы каждая действующая в ней единица характеризовалась и словом и делом самосильно.
- Трудно и важно, чтобы каждая фигура была яркой и выразительной, чтобы зритель понял, что каждая фигура пьесы может говорить и действовать только так, как это утверждается автором.
Сводка по автору из Wikidata
1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)
Читать онлайн
Страница 4 из 6В наши дни человек подвергается разнообразнейшим воздействиям буйно взвихренной действительности, он переживает в себе самом борьбу индивидуалиста с социалистом, борьбу противоречий непримиримых, столкновение качеств, унаследованных им под гнётом векового насилия мещанства, с решительным и суровым требованием истории, – с требованиями партии рабочего класса, призванного историей быть родоначальником нового человечества. Есть люди, у которых классовое, революционное самосознание уже переросло в эмоцию, в несокрушимую волю, стало таким же инстинктом, как голод и любовь, но есть и люди, самосознание которых как бы лежит на поверхности их разума и, легко поддаваясь ударам боевой действительности, непрерывно колеблется слева направо и обратно.
Отношение людей к миру удобно – хотя это будет несколько грубовато – разместить в четыре формы: мироощущение, то есть пассивное ощущение действительности как цепи различных и неустранимых противодействий росту и движению человека; миросозерцание – настроение равнодушное и «объективное», доступное только тем, кто ещё обеспечен сытостью, покоем, безопасностью и уверен, что на его век всего этого хватит; мировоззрение – система «рациональных» взглядов, усвоенных в семье и школе, дополненных чтением разнообразных книг, – о человеке, обладающем такими универсально гибкими взглядами, прекрасно и метко сказано:
Что ему книга последняя скажет, То на душе его сверху и ляжет.[ 5]
А самым драматическим героем современности является человек миропонимания, – он стремится изучить и понять мир в целях полного освоения его как своего хозяйства. Он – человек нового человечества, большой, дерзкий, сильный, – поэтому он так яростно ненавистен людям старого мира.
Наши молодые драматурги находятся в счастливом положении, они имеют перед собой героя, какого ещё никогда не было, он прост и ясен так же, как велик, а велик он потому, что непримирим и мятежен гораздо больше, чем все дон-Кихоты и Фаусты прошлого. Именно таким должен видеть его драматург для того, чтоб помочь ему почувствовать таким же себя.
Наше искусство должно встать выше действительности и возвысить человека над ней, не отрывая его от неё. Это – проповедь романтизма? Да, если социальный героизм, если культурно-революционный энтузиазм творчества новых условий жизни в тех формах, как этот энтузиазм проявляется у нас, – может быть наименован романтизмом. Но, разумеется, этот романтизм недопустимо смешивать с романтизмом Шиллера, Гюго и символистов.
Драматурги наши ещё и потому счастливы, что они могут писать пьесы, не стесняя себя «каноном» и «традициями», ибо взятых в строгом смысле понятий канона и традиций у нас, в русской драматургии – не было, и – на мой взгляд – не было драмы в той форме, как её создала Европа. Прекрасные наши комедии «Горе от ума», «Ревизор», «Плоды просвещения» отнюдь не хуже комедий Мольера и Бомарше, но у нас не было Шекспира, Кальдерона, Лопе-де-Вега, Шиллера, Клейста и Гюго, не было даже таких ловких и умных фабрикантов пьес, как Скриб, Ожье, Пальерон, Сарду и т. д. Признано, – да и очевидно, – что у нас драма не достигла той высоты, которой достигла она на Западе – особенно в Испании и Англии – уже в средневековье. Это объясняется тем, что на Западе драма развивалась из материала «народного творчества». Гораздо раньше Христофора Марлоу и почти за двести лет до Гёте ремесленники Англии и Германии во дни своих цеховых праздников разыгрывали самодельную «Комедию о докторе Фаусте». Гёте, работая над «Фаустом», пользовался стихами нюренбергского сапожника Ганса Сакса, который жил и помер в XVI веке.
Европейские драматурги не брезговали фольклором – устным поэтическим творчеством трудового народа, пользовались они песнями трубадуров, мейстерзингеров. У нас до начала XVII века тоже были свои «лицедеи» – скоморохи, свои мейстерзингеры-«калики перехожие», они разносили по всей стране «лицедейства» и песни о событиях «великой смуты», об «Ивашке Болотникове», о боях, победах и о гибели Степана Разина.
Но когда воцарился первый Романов, а особенно при сыне его Алексее, церковь и боярство истребили «скоморохов» и калик перехожих, а тех холопов, которые помнили и пели скоморошьи песни, велено было «нещадно бить кнутом». Кнутобойное отношение правительства к народной поэзии очень крепко и надолго вошло в страшный русский быт – ещё в тридцатых годах XIX столетия в Нижнем Новгороде били кнутом «слободского кузнеца Семёна Нечесу за паскудные песни про Бонапарта».
Русские литераторы-дворяне, за исключением всеведавшего Александра Пушкина, не обратили внимания на фольклор, крайне богатый драматическим материалом; впрочем, они не касались и материала истории, может быть, потому, что предки их делали историю отменно скверно. Трудно представить, например, кого-либо из князей Трубецких, который в XIX веке решился бы правдиво написать роман или пьесу на тему о поведении князя Трубецкого, одного из героев «семибоярщины».
Основное требование, предъявляемое к драме: она должна быть актуальна, сюжетна, насыщена действием. Основоположником русской драматургии считается Островский, знаток языка и талантливейший изобразитель быта русских, точнее – московских купцов. Его пьесы всегда сюжетны; чтобы убедиться в этом, стоит только вспомнить их титулы: «Не в свои сани не садись», «Не так живи, как хочется», «Правда – хорошо, а счастье – лучше», «Свои собаки дерутся – чужая не приставай», «Не было ни гроша, да вдруг алтын», «На всякого мудреца довольно простоты» и т. д. Всё это бытовые комедии, написанные в целях обличения поразительного невежества, самодурства, мракобесия сытых и пьяных дикарей. Но комедия требует иронии, сарказма, а Островский был богат лишь одним добродушным юмором.
Талантливость его пьес неоспорима, но обличительная сила их невелика, и даже можно думать, что добродушие автора нравилось обличаемым зрителям. Возможно, что они искренно забавлялись, видя себя на сцене только домашними животными в длинных сюртуках, в шёлковых платьях, и, видя себя таковыми, нимало не стыдились утраты человеколюбия, даже не чувствовали этой утраты.
Я не представляю, чему мог бы научиться у Островского современный молодой драматург. Другой наш крупнейший деятель театра А. П. Чехов создал – на мой взгляд – совершенно оригинальный тип пьесы – лирическую комедию. Когда его изящные пьесы играют как драмы, они от этого тяжелеют и портятся. Герои его пьес – интеллигенты из тех, которые всю жизнь свою старались понять: почему так неудобно сидеть в одно и то же время на двух стульях? Меньше всего сейчас нам необходима лирика.
Следует упомянуть о пьесах Леонида Андреева. О них, быть может, несколько зло, но правильно было сказано: «Нельзя же ежедневно питаться только мозгами, да к тому ещё они – всегда недожарены!»
Наконец, я обязан сказать кое-что и о себе, ибо есть опасность, что моя «драматургия», ныне чрезмерно восхваляемая, способна соблазнить молодых людей на бесполезное изучение её и – того хуже – на подражание ей. Наша критика обычно слишком торопится – и хвалит и порицает, но недостаточно хорошо и внимательно читает.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","pageTitle":"О пьесах (Максим Горький) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «О пьесах». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«О пьесах». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Максим Горький","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"публицистика","item":"https://bookra.app/genre/6491"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"О пьесах","item":"https://bookra.app/books/259rA1Ya"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","url":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","name":"«О пьесах». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «О пьесах». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b79ce42c-0388-11e1-8be0-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya#work","name":"О пьесах","url":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","description":"Горький анализирует современную русскую драму, критикуя её поверхностность и отсутствие классового сознания, и призывает к революционному подходу, основанному на языке, фольклоре и наблюдении за людьми.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b79ce42c-0388-11e1-8be0-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["публицистика"],"sameAs":["https://litres.ru/book/maksim-gorkiy/o-pesah-2452195/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Максим Горький","url":"https://bookra.app/author/f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%80%D1%8C%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%9C%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%B8%D0%BC","https://www.wikidata.org/wiki/Q12706"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"публицистика"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/259rA1Ya#edition","url":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/maksim-gorkiy/o-pesah-2452195/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «О пьесах»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/259rA1Ya","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":764558,"shortId":"259rA1Ya","title":"О пьесах","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b79ce42c-0388-11e1-8be0-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","annotationText":"«Наиболее трудно и плохо усваиваются простые мысли. Вот, например, за сто лет до наших дней Гёте сказал: „В деянии начало бытия“…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Максим Горький","authors":[{"id":"f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Максим Горький","protectedUrl":"/author/f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%80%D1%8C%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%9C%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%B8%D0%BC","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q12706"}],"genres":[{"id":6491,"title":"публицистика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6491"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1932-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"sourceLanguage","label":"Язык оригинала","value":"0"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Горький анализирует современную русскую драму, критикуя её поверхностность и отсутствие классового сознания, и призывает к революционному подходу, основанному на языке, фольклоре и наблюдении за людьми."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Отсутствие глубины и классового сознания в современной русской драме"},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Действие как основа изменения мира","Роль речи и языка в создании пьесы","Классовый признак как внутренний, а не внешний элемент персонажа","Критика поверхностного подхода молодых драматургов","Необходимость революционного и социального содержания в пьесах"]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Нужен революционный подход к созданию пьес, основанный на наблюдении за людьми, изучении языка и народного творчества, чтобы пьесы служили средством освобождения рабочего класса"},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Театральные критики","Драматурги","Студенты театрального искусства","Историки культуры"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Классовый подход к драматургии","Роль языка и фольклора в создании пьес"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Максим Горький — Литератор, театральный зритель, который делится своим опытом написания и анализа пьес, критикует современную драматургию.","Уинстон Черчилль — Горький использует Черчилля как иллюстрацию того, как классовый признак проявляется в личности."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Пьеса – драма, комедия – самая трудная форма литературы, потому что пьеса требует, чтобы каждая действующая в ней единица характеризовалась и словом и делом самосильно.","Трудно и важно, чтобы каждая фигура была яркой и выразительной, чтобы зритель понял, что каждая фигура пьесы может говорить и действовать только так, как это утверждается автором."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_764558","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_764558","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_764558","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_764558","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_764558","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_764558"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_764558","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_764558","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_764558","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_764558"},"guestReaderUrl":"/books/259rA1Ya?page=4#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":1,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":4,"totalPages":6,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/259rA1Ya?page=3#reader-content","nextPageUrl":"/books/259rA1Ya?page=5#reader-content","progressLabel":"Страница 4 из 6","sections":[{"id":"content0:41","kind":"paragraph","text":"В наши дни человек подвергается разнообразнейшим воздействиям буйно взвихренной действительности, он переживает в себе самом борьбу индивидуалиста с социалистом, борьбу противоречий непримиримых, столкновение качеств, унаследованных им под гнётом векового насилия мещанства, с решительным и суровым требованием истории, – с требованиями партии рабочего класса, призванного историей быть родоначальником нового человечества. Есть люди, у которых классовое, революционное самосознание уже переросло в эмоцию, в несокрушимую волю, стало таким же инстинктом, как голод и любовь, но есть и люди, самосознание которых как бы лежит на поверхности их разума и, легко поддаваясь ударам боевой действительности, непрерывно колеблется слева направо и обратно."},{"id":"content0:42","kind":"paragraph","text":"Отношение людей к миру удобно – хотя это будет несколько грубовато – разместить в четыре формы: мироощущение, то есть пассивное ощущение действительности как цепи различных и неустранимых противодействий росту и движению человека; миросозерцание – настроение равнодушное и «объективное», доступное только тем, кто ещё обеспечен сытостью, покоем, безопасностью и уверен, что на его век всего этого хватит; мировоззрение – система «рациональных» взглядов, усвоенных в семье и школе, дополненных чтением разнообразных книг, – о человеке, обладающем такими универсально гибкими взглядами, прекрасно и метко сказано:"},{"id":"content0:43","kind":"paragraph","text":"Что ему книга последняя скажет, То на душе его сверху и ляжет.[ 5]"},{"id":"content0:44","kind":"paragraph","text":"А самым драматическим героем современности является человек миропонимания, – он стремится изучить и понять мир в целях полного освоения его как своего хозяйства. Он – человек нового человечества, большой, дерзкий, сильный, – поэтому он так яростно ненавистен людям старого мира."},{"id":"content0:45","kind":"paragraph","text":"Наши молодые драматурги находятся в счастливом положении, они имеют перед собой героя, какого ещё никогда не было, он прост и ясен так же, как велик, а велик он потому, что непримирим и мятежен гораздо больше, чем все дон-Кихоты и Фаусты прошлого. Именно таким должен видеть его драматург для того, чтоб помочь ему почувствовать таким же себя."},{"id":"content0:46","kind":"paragraph","text":"Наше искусство должно встать выше действительности и возвысить человека над ней, не отрывая его от неё. Это – проповедь романтизма? Да, если социальный героизм, если культурно-революционный энтузиазм творчества новых условий жизни в тех формах, как этот энтузиазм проявляется у нас, – может быть наименован романтизмом. Но, разумеется, этот романтизм недопустимо смешивать с романтизмом Шиллера, Гюго и символистов."},{"id":"content0:47","kind":"paragraph","text":"Драматурги наши ещё и потому счастливы, что они могут писать пьесы, не стесняя себя «каноном» и «традициями», ибо взятых в строгом смысле понятий канона и традиций у нас, в русской драматургии – не было, и – на мой взгляд – не было драмы в той форме, как её создала Европа. Прекрасные наши комедии «Горе от ума», «Ревизор», «Плоды просвещения» отнюдь не хуже комедий Мольера и Бомарше, но у нас не было Шекспира, Кальдерона, Лопе-де-Вега, Шиллера, Клейста и Гюго, не было даже таких ловких и умных фабрикантов пьес, как Скриб, Ожье, Пальерон, Сарду и т. д. Признано, – да и очевидно, – что у нас драма не достигла той высоты, которой достигла она на Западе – особенно в Испании и Англии – уже в средневековье. Это объясняется тем, что на Западе драма развивалась из материала «народного творчества». Гораздо раньше Христофора Марлоу и почти за двести лет до Гёте ремесленники Англии и Германии во дни своих цеховых праздников разыгрывали самодельную «Комедию о докторе Фаусте». Гёте, работая над «Фаустом», пользовался стихами нюренбергского сапожника Ганса Сакса, который жил и помер в XVI веке."},{"id":"content0:48","kind":"paragraph","text":"Европейские драматурги не брезговали фольклором – устным поэтическим творчеством трудового народа, пользовались они песнями трубадуров, мейстерзингеров. У нас до начала XVII века тоже были свои «лицедеи» – скоморохи, свои мейстерзингеры-«калики перехожие», они разносили по всей стране «лицедейства» и песни о событиях «великой смуты», об «Ивашке Болотникове», о боях, победах и о гибели Степана Разина."},{"id":"content0:49","kind":"paragraph","text":"Но когда воцарился первый Романов, а особенно при сыне его Алексее, церковь и боярство истребили «скоморохов» и калик перехожих, а тех холопов, которые помнили и пели скоморошьи песни, велено было «нещадно бить кнутом». Кнутобойное отношение правительства к народной поэзии очень крепко и надолго вошло в страшный русский быт – ещё в тридцатых годах XIX столетия в Нижнем Новгороде били кнутом «слободского кузнеца Семёна Нечесу за паскудные песни про Бонапарта»."},{"id":"content0:50","kind":"paragraph","text":"Русские литераторы-дворяне, за исключением всеведавшего Александра Пушкина, не обратили внимания на фольклор, крайне богатый драматическим материалом; впрочем, они не касались и материала истории, может быть, потому, что предки их делали историю отменно скверно. Трудно представить, например, кого-либо из князей Трубецких, который в XIX веке решился бы правдиво написать роман или пьесу на тему о поведении князя Трубецкого, одного из героев «семибоярщины»."},{"id":"content0:51","kind":"paragraph","text":"Основное требование, предъявляемое к драме: она должна быть актуальна, сюжетна, насыщена действием. Основоположником русской драматургии считается Островский, знаток языка и талантливейший изобразитель быта русских, точнее – московских купцов. Его пьесы всегда сюжетны; чтобы убедиться в этом, стоит только вспомнить их титулы: «Не в свои сани не садись», «Не так живи, как хочется», «Правда – хорошо, а счастье – лучше», «Свои собаки дерутся – чужая не приставай», «Не было ни гроша, да вдруг алтын», «На всякого мудреца довольно простоты» и т. д. Всё это бытовые комедии, написанные в целях обличения поразительного невежества, самодурства, мракобесия сытых и пьяных дикарей. Но комедия требует иронии, сарказма, а Островский был богат лишь одним добродушным юмором."},{"id":"content0:52","kind":"paragraph","text":"Талантливость его пьес неоспорима, но обличительная сила их невелика, и даже можно думать, что добродушие автора нравилось обличаемым зрителям. Возможно, что они искренно забавлялись, видя себя на сцене только домашними животными в длинных сюртуках, в шёлковых платьях, и, видя себя таковыми, нимало не стыдились утраты человеколюбия, даже не чувствовали этой утраты."},{"id":"content0:53","kind":"paragraph","text":"Я не представляю, чему мог бы научиться у Островского современный молодой драматург. Другой наш крупнейший деятель театра А. П. Чехов создал – на мой взгляд – совершенно оригинальный тип пьесы – лирическую комедию. Когда его изящные пьесы играют как драмы, они от этого тяжелеют и портятся. Герои его пьес – интеллигенты из тех, которые всю жизнь свою старались понять: почему так неудобно сидеть в одно и то же время на двух стульях? Меньше всего сейчас нам необходима лирика."},{"id":"content0:54","kind":"paragraph","text":"Следует упомянуть о пьесах Леонида Андреева. О них, быть может, несколько зло, но правильно было сказано: «Нельзя же ежедневно питаться только мозгами, да к тому ещё они – всегда недожарены!»"},{"id":"content0:55","kind":"paragraph","text":"Наконец, я обязан сказать кое-что и о себе, ибо есть опасность, что моя «драматургия», ныне чрезмерно восхваляемая, способна соблазнить молодых людей на бесполезное изучение её и – того хуже – на подражание ей. Наша критика обычно слишком торопится – и хвалит и порицает, но недостаточно хорошо и внимательно читает."}],"toc":[{"id":"content0:0:1","label":"Максим Горький О пьесах","page":1,"pageUrl":"/books/259rA1Ya#reader-content"},{"id":"contentnotes0:0:6","label":"Примечания","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:1:6","label":"1","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:4:6","label":"2","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:7:6","label":"3","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:10:6","label":"4","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:13:6","label":"5","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:16:6","label":"6","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:19:6","label":"7","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:22:6","label":"8","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:25:6","label":"9","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:28:6","label":"10","page":6,"pageUrl":"/books/259rA1Ya?page=6#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":4076,"shortId":"3UWsNX1W","title":"У войны не женское лицо","authorLine":"Светлана Александровна Алексиевич, Время","primaryAuthorId":"647a67ed-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/2e7b077e-6507-48e7-be06-2cafa96574f7/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3UWsNX1W"},{"idCatalog":502149,"shortId":"2LOXjOLv","title":"Жизнь – сапожок непарный. Книга первая","authorLine":"Тамара Владиславовна Петкевич","primaryAuthorId":"e4de5ccc-7616-4f20-9577-226ee9377b21","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/1044df22-c704-11ed-903e-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2LOXjOLv"},{"idCatalog":177110,"shortId":"1eMv0zCK","title":"Одноэтажная Америка","authorLine":"Илья Арнольдович Ильф, Евгений Петрович Петров","primaryAuthorId":"c15f15df-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/56bcab5c-7543-11e7-8e4c-0cc47a52085c/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1eMv0zCK"},{"idCatalog":760586,"shortId":"1elXUTiC","title":"Москва и москвичи","authorLine":"Владимир Алексеевич Гиляровский","primaryAuthorId":"44b822b5-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/13a7eabf-fb47-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1elXUTiC"},{"idCatalog":190466,"shortId":"3sbFg5Yi","title":"Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов","authorLine":"Роберт Сапольски, Мария Николаевна Десятова, Альпина нон-фикшн, Ирина Васильевна Майгурова","primaryAuthorId":"c191e22a-c592-11e4-8f35-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/bfe9d02b-caaf-11e7-8c38-0cc47a520424/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3sbFg5Yi"},{"idCatalog":348457,"shortId":"47eJ6EBn","title":"Убийца сидит напротив. Как в ФБР разоблачают серийных убийц и маньяков","authorLine":"Джон Дуглас, Марк Олшейкер, БОМБОРА, Сергей Михайлович Богданов","primaryAuthorId":"cae35112-0507-11e4-848e-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e3be4ba0-c04b-11ea-a9ce-0cc47a520475/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/47eJ6EBn"},{"idCatalog":392559,"shortId":"1uKUxMFt","title":"Град обреченных. Честный репортаж о семи колониях для пожизненно осуждённых","authorLine":"Альпина Паблишер, Ева Михайловна Меркачёва","primaryAuthorId":"479b8c95-e05d-11ee-8496-0cc47af30fe4","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/05abd4a0-8c9a-11eb-9deb-441ea152441c/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1uKUxMFt"},{"idCatalog":440544,"shortId":"2dJdu30I","title":"Подлинная история Анны Карениной","authorLine":"Павел Валерьевич Басинский","primaryAuthorId":"826705fb-b495-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/275cccdf-8a53-11ec-876c-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2dJdu30I"},{"idCatalog":22339,"shortId":"4EM7ZkfB","title":"Николай II","authorLine":"Эдвард Станиславович Радзинский","primaryAuthorId":"b5c2b8bb-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/1d8d3a86-c375-421c-b282-b939aa40662a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4EM7ZkfB"},{"idCatalog":350339,"shortId":"3lASOq5B","title":"Найден, жив! Записки о поисковом отряде «Лиза Алерт»","authorLine":"Ксения Александровна Кнорре Дмитриева, БОМБОРА, Виктория Вячеславовна Давлетбаева","primaryAuthorId":"a0960c5f-c788-11ea-a9ce-0cc47a520475","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/f19ffa55-c788-11ea-a9ce-0cc47a520475/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3lASOq5B"},{"idCatalog":400098,"shortId":"2ZZNXp3o","title":"От двух до пяти","authorLine":"Корней Иванович Чуковский","primaryAuthorId":"d1d156bf-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/38090074-a1ad-4522-bc7b-f68806fb080d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2ZZNXp3o"},{"idCatalog":803362,"shortId":"2wldXZNA","title":"Государство","authorLine":"Платон, Андрей Николаевич Егунов","primaryAuthorId":"bfbcc84f-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/99f60800-addc-11e6-9c73-0cc47a1952f2/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2wldXZNA"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":1769,"totalPages":148,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}