Загрузка...
История русской революции. Том I — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История русской революции. Том I

Автор Лев Давидович Троцкий
12+70 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга Льва Троцкого «История русской революции. Том I» представляет последовательный анализ причин, ходов и ключевых событий Февральской и Октябрьской революций 1917 года, подчёркивая роль масс, партий, армии и аграрного вопроса в формировании революционного процесса.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между монархией, буржуазией, рабочими и крестьянством, приводящий к революции и гражданской войне

Ключевые идеи

  • Февральская революция – демократическая оболочка, скрывающая ядро Октябрьской.
  • Российское развитие характеризуется отсталостью, феодализмом и слабой промышленностью.
  • Война выявила слабости армии и экономики, усилив недовольство масс.
  • 1905‑годовая революция и рост стачек подготовили почву для массового восстания.
  • Пролетариат и крестьянство стали ключевыми участниками революции.
  • Сочетание аграрного и пролетарского движений как основа революции.
  • Николай II – эмоционально апатичный и слабый правитель.
  • Влияние царицы Александры Федоровны и мистической «камарильи».
  • Распутин как центр власти и мистического влияния.
  • Проблемы и неудачи дворцового переворота.
  • Монархия не смогла эффективно подавить революционные волнения в Петрограде.
  • Между царём, царицей, генералами и министрами возникло недоверие и разногласия, что ускорило падение власти.

Вывод

Революция возникла из сочетания экономических, социальных и политических кризисов, а её развитие было обусловлено борьбой между классами и внутренними разногласиями, что привело к гражданской войне.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории России
  • Политологи и социологи
  • Общие читатели, интересующиеся революционными движениями

Главные темы

  • Причины и ход русской революции 1917 года
  • Роль масс, партий и армии в революции
  • Двоевластие и переход к гражданской войне
  • Аграрный вопрос и роль крестьян
  • Внутренние разногласия и коалиционные правительства

Персонажи

  • Николай II — Эмоционально апатичный, слабый воли, не способен управлять страной. Попытки подавить революцию, отречение от престола, формальный арест.
  • Александра Федоровна — Владеет значительным влиянием, активно вмешивается в политику. Пытается удержать порядок, отправляет телеграммы о необходимости уступок.
  • Григорий Распутин — Влияние на царя и царицу, участие в назначениях министров.
  • Лев Троцкий — Троцкий анализирует события, критикует демократические партии, подчёркивает роль масс в революции, рассматривает перевооружение партии и апрельские тезисы.
  • Ленин — Ленин формулирует апрельские тезисы, отвергает демократическую диктатуру и вводит идею немедленной диктатуры пролетариата.
  • Керенский — Керенский – ключевая фигура Временного правительства, выступал за участие рабочих, стремился к сотрудничеству с советами, но уступил влияние большевикам. Старался удержать власть, но не смог организовать эффективную армию и отступал от военных планов, игнорируя крестьянские требования.
  • Милюков — Обвиняет демократические партии в неэффективности и отстранённости от масс. Ставил условия для передачи власти буржуазии, стремясь сохранить порядок. Был отстранён в результате давления со стороны Антанты и коалиционного правительства. Выступал против демонстрации и обвинял большевиков в заговоре.
  • Суханов — Убедил массы, что власть должна перейти к буржуазии, чтобы избежать хаоса. Старался сохранить власть Временного правительства, но уступал влияние советов. Критик форсирования аграрных вопросов, выступает против ускорения земельных реформ.
  • Родзянко — Родзянко – министр, отправлял телеграммы о кризисе, стремился сохранить монархию, но в итоге согласился передать власть либеральным кадетам.
  • Чернов — Теоретик и оратор, представлял эсеров в советах, но его влияние было ограничено. Сохранял влияние в сельском хозяйстве, но его позиции были ограничены в коалиционном правительстве.
  • Церетели — Сопротивлялся коалиции, опасался, что социалисты будут использовать её для контроля масс. Аргументировал союз с капиталистами как способ противостоять большевикам.
  • Шингарев — Инициатор создания земельных комитетов, пытается регулировать аграрную реформу.

Цитаты

  • Февральская революция была только оболочкой, в которой скрывалось ядро Октябрьской революции.
  • История Февральской революции есть история того, как Октябрьское ядро освобождалось от своих соглашательских покровов.
  • "14 апреля. Гулял в тонкой рубашке и обновил катанье в байдарках. Пил чай на балконе. Стана обедала и каталась с нами. Читал"
  • "7 июля. Пятница. Очень занятое утро. Опоздали на полчаса на завтрак офицерам… Была гроза и большая духота. Гуляли вместе. Принял Горемыкина; подписал указ о роспуске Думы!"
  • Тихая жизнь началась здесь. Все будет по-старому. От него (от царя) ничего не будет.
  • Все признают, что этот ночной поворот в Вишере есть историческая ночь…
  • Скрепя сердце, пошли на это большевики, за которыми потянулись рабочие – меньшевики и эсеры.
  • Казаки обещают не стрелять.
  • «Власть должна перейти к буржуазии, чтобы избежать хаоса».
  • «Парадокс заключается в том, что революционные массы, не доверяя буржуазии, но не обладая реальной властью, передали её ей».

Сводка по автору из Wikidata

1879–1940. Лев Давидович Троцкий. российский и советский революционер, государственный и военный деятель

Читать онлайн

Страница 1 из 138

Annotation

Историю русской революции` можно считать центральной работой Троцкого по объему, силе изложения и полноте выражения идей Троцкого о революции. Как рассказ о революции одного из главных действующих лиц этот труд уникален в мировой литературе – так оценивал эту книгу известный западный историк И. Дойчер. Тем не менее она никогда не издавалась ни в СССР, ни в России и только сейчас предлагается российскому читателю. Первый том посвящен политической истории Февральской революции.

Лев Троцкий

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

ПРЕДИСЛОВИЕ

ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ РОССИИ

ЦАРСКАЯ РОССИЯ В ВОЙНЕ

ПРОЛЕТАРИАТ И КРЕСТЬЯНСТВО

ЦАРЬ И ЦАРИЦА

ИДЕЯ ДВОРЦОВОГО ПЕРЕВОРОТА

АГОНИЯ МОНАРХИИ

ПЯТЬ ДНЕЙ

КТО РУКОВОДИЛ ФЕВРАЛЬСКИМ ВОССТАНИЕМ?

ПАРАДОКС ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

НОВАЯ ВЛАСТЬ

ДВОЕВЛАСТИЕ

ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

АРМИЯ И ВОЙНА

ПРАВЯЩИЕ И ВОЙНА

БОЛЬШЕВИКИ И ЛЕНИН

ПЕРЕВООРУЖЕНИЕ ПАРТИИ

«АПРЕЛЬСКИЕ ДНИ»

ПЕРВАЯ КОАЛИЦИЯ

НАСТУПЛЕНИЕ

КРЕСТЬЯНСТВО

СДВИГИ В МАССАХ

СОВЕТСКИЙ СЪЕЗД И ИЮНЬСКАЯ ДЕМОНСТРАЦИЯ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЯ

К главе «Особенности развития России»

Об особенностях исторического развития России

К главе «Перевооружение партии»

К главе «Советский съезд и июньская демонстрация»

comments

1

2

Лев Троцкий Февральская революция

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

Февральская революция считается демократической революцией в собственном смысле слова. Политически она развертывалась под руководством двух демократических партий: социалистов-революционеров и меньшевиков. Возвращение к «заветам» Февральской революции является и сейчас официальной догмой так называемой демократии. Все это как будто дает основание думать, что демократические идеологи должны были поспешить подвести исторические и теоретические итоги февральскому опыту, вскрыть причины его крушения, определить, в чем собственно состоят его «заветы» и каков путь к их осуществлению. Обе демократические партии пользуются к тому же значительным досугом уже свыше тринадцати лет, причем каждая из них располагает штабом литераторов, которым во всяком случае нельзя отказать в опытности. И тем не менее мы не имеем ни одной заслуживающей внимания работы демократов о демократической революции. Лидеры соглашательских партий явно не решаются восстановить ход развития Февральской революции, в которой им довелось играть такую видную роль. Не удивительно ли? Нет, вполне в порядке вещей. Вожди вульгарной демократии тем опасливее относятся к действительной Февральской революции, чем смелее они клянутся ее бесплотными заветами. То обстоятельство, что сами они занимали в течение нескольких месяцев 1917 года руководящие посты, как раз больше всего и заставляет их отвращать взоры от тогдашних событий. Ибо плачевная роль меньшевиков и социалистов-революционеров (какой иронией звучит ныне это имя!) отражала не просто личную слабость вождей, а историческое вырождение вульгарной демократии и обреченность Февральской революции как демократической.

Вся суть в том, – и это есть главный вывод настоящей книги, – что Февральская революция была только оболочкой, в которой скрывалось ядро Октябрьской революции. История Февральской революции есть история того, как Октябрьское ядро освобождалось от своих соглашательских покровов. Если бы вульгарные демократы посмели объективно изложить ход событий, они так же мало могли бы призывать кого-либо вернуться к Февралю, как нельзя призывать колос вернуться в породившее его зерно. Вот почему вдохновители ублюдочного февральского режима вынуждены ныне закрывать глаза на свою собственную историческую кульминацию, которая явилась кульминацией их несостоятельности.

Можно, правда, сослаться на то, что либерализм, в лице профессора истории Милюкова, попытался все же свести счеты со «второй русской революцией». Но Милюков вовсе не скрывает того, что он лишь претерпевал Февральскую революцию. Вряд ли есть какая-либо возможность причислять национал-либерального монархиста к демократии, хотя бы и вульгарной, – не на том же основании, в самом деле, что он примирился с республикой, когда не осталось ничего другого? Но, даже оставляя политические соображения в стороне, работу Милюкова о Февральской революции ни в каком смысле нельзя считать научным трудом. Вождь либерализма выступает в своей «Истории» как потерпевший, как истец, но не как историк. Его три книги читаются, как растянутая передовица «Речи» в дни крушения корниловщины. Милюков обвиняет все классы и все партии в том, что они не помогли его классу и его партии сосредоточить в своих руках власть. Милюков обрушивается на демократов за то, что они не хотели или не умели быть последовательными национал-либералами. В то же время он сам вынужден свидетельствовать, что чем больше демократы приближались к национал-либерализму, тем больше они теряли опору в массах. Ему не остается, в конце концов, ничего иного, как обвинить русский народ в том, что он совершил преступление, именуемое революцией. Зачинщиков русской смуты Милюков, во время писания своей трехтомной передовицы, все еще пытался искать в канцелярии Людендорфа. Кадетский патриотизм, как известно, состоит в том, чтобы величайшие события в истории русского народа объяснять режиссерством немецкой агентуры, но зато стремится в пользу «русского народа» отнять у турок Константинополь. Исторический труд Милюкова достойно завершает политическую орбиту русского национал-либерализма.

Понять революцию, как и историю в целом, можно только как объективно обусловленный процесс. Развитие народов выдвигает такие задачи, которых нельзя разрешить другими методами, кроме революции. В известные эпохи эти методы навязываются с такой силой, что вся нация вовлекается в трагический водоворот. Нет ничего более жалкого, как морализирование по поводу великих социальных катастроф! Здесь особенно уместно правило Спинозы: не плакать, не смеяться, а понимать.

Проблемы хозяйства, государства, политики, права, но рядом с ними также и проблемы семьи, личности, художественного творчества ставятся революцией заново и пересматриваются снизу доверху. Нет ни одной области человеческого творчества, в которую подлинно национальные революции не входили бы великими вехами. Это одно уже, отметим мимоходом, дает наиболее убедительное выражение монизму исторического развития. Обнажая все ткани общества, революция бросает яркий свет на основные проблемы социологии, этой несчастнейшей из наук, которую академическая мысль кормит уксусом и пинками. Проблемы хозяйства и государства, класса и нации, партии и класса, личности и общества ставятся во время великих социальных переворотов с предельной силой напряжения. Если революция и не разрешает немедленно ни одного из породивших ее вопросов, создавая лишь новые предпосылки для их разрешения, зато она обнажает все проблемы общественной жизни до конца. А в социологии больше, чем где бы то ни было, искусство познания есть искусство обнажения.

Страница 1 из 138

Назад12138Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 148

Назад12148Далее