Загрузка...
Вам письмо — обложка книги
Дата написания1965-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение0+

Описание

Повесть «Вам письмо» рассказывает о жизни почтальонши Тоски, её работе, внутреннем одиночестве и поиске смысла через письма, которые становятся мостом к другим людям и к собственному самопознанию.

Главный конфликт / проблема

Тоска сталкивается с внутренним одиночеством и поиском смысла в своей работе и отношениях, пытаясь найти связь с миром через письма и человеческие взаимодействия.

Ключевые идеи

  • Ежедневная работа почтальонши становится источником размышлений о жизни и смысле человека.
  • Сенсорные детали (аромат яблок, железные ящики) усиливают эмоциональный отклик и воображение Тосы.
  • Тоська чувствует зависть и грусть, наблюдая за жизнью Алексеевой;
  • Тоська обладает многими бытовыми навыками, но лишена романтической жизни;
  • В работе почтальонки важна личность и подпись;
  • Семейные и коллегиальные отношения влияют на её эмоциональное состояние;
  • Сон и встреча с Олегом усиливают ощущение неопределённости и одиночества.
  • Письма как средство связи и эмоционального исцеления
  • Проблемы и переживания обычных людей в военное время
  • Влияние любви и дружбы на личностный рост
  • Письма служат мостом между живыми и ушедшими, позволяя Тоське сохранять связь с Олегом и Яшкой.
  • Прыжок с парашютом становится актом памяти и смелости, символом освобождения от боли.

Вывод

Книга показывает, как простые письма и человеческие связи помогают преодолеть утрату, открыть новые грани себя и найти смысл в повседневной жизни.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся повседневной жизнью и психологией
  • Любители русской прозы и литературных исследований

Главные темы

  • Почтовая служба как метафора жизни
  • Поиск смысла и идентичности через письма
  • Влияние человеческих связей на личный рост

Цитаты

  • Шага-аю я по эта-жам, То тут, то там, то тут, то там…
  • Вам письмо!
  • Невеститься тебе пора, Антонида!
  • «Письма пришли, и Тоська получила их на работе. Утром, разбирая почту, Нюра вдруг сказала: «Тоська, пляши!» – и у Тоськи перехватило дыхание.
  • «Олег писал, как спас Сережу, и Тоська плакала, когда прочитала его письмо, потому что представляла, как бы она могла помочь ему в такой ситуации.»
  • Вьюга смешала землю с небом, Серое небо с белым снегом…
  • Здравствуй, Тося! Ты, наверное, забыла меня. Это пишет тебе Олег…
  • "Естественно и непредвзято написана маленькая повесть «Вам письмо». Чисто и достоверно повествует автор о почтальонше Тосе, о неласковой ее судьбе. Неожиданно будничные, ежедневные впечатления становятся размышлениями о мире, о жизни, о назначении человека. Это делает повесть динамичной и интересной, вызывает желание прочитать ее еще раз" (Иванов К.).
  • "Вам письмо. – Впервые в журнале «Сельская молодежь», 1966, № 7–8."

Читать онлайн

Страница 1 из 12

Annotation

«Естественно и непредвзято написана маленькая повесть «Вам письмо». Чисто и достоверно повествует автор о почтальонше Тосе, о неласковой ее судьбе. Неожиданно будничные, ежедневные впечатления становятся размышлениями о мире, о жизни, о назначении человека. Это делает повесть динамичной и интересной, вызывает желание прочитать ее еще раз.»

Альберт Лиханов

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

Комментарии

Альберт Лиханов Вам письмо

Мирами правит жалость, Любовью внушена Вселенной небывалость И жизни новизна.

Борис Пастернак

1

Тоське одной во всем отделе доставки не нравится этот новый порядок: стоишь, а перед тобой не живые лица, а железные ящики с номерами. Вот вам, номер шестнадцать, «Правда» и «Работница». А писем сегодня нет. Зато номеру семнадцать извещение на посылку из Киева. Наверное, яблоки. Тоська представила себе желтый, будто восковой, ящик, испечатанный сургучными кляксами, от которого плывет сладкий аромат какого-нибудь «налива» или еще получше – «дюшеса», есть такие груши.

Весной, в мае, в посылочном отделении, где на деревянных стеллажах всегда полно ящичков, и ящиков, и кулей, зашитых крупной белой стежкой, – ничем не пахнет. В конце июня тут появляется тонкий, чуть уловимый запах яблок, а в августе, в сентябре – и так до самого ноября – посылочное отделение, наверное, самое ароматное и приятное место во всем городе. Только об этом мало кто знает, ведь не каждого пустят за дверь, обшитую железом. А Тоську, конечно, пускают. Она тут везде своя. И Тоська начиная с конца июня и до ноября нет-нет да и заскочит в посылочный отдел. Зайдет, когда никого там нет, закроет глаза и представляет себе, как она стоит в яблоневом саду, а вокруг, будто сладкие лампы, висят огромные яблоки и светят ей розовыми боками.

Тоська никогда не бывала в яблоневом саду. Здесь, в ее городе, яблони, правда, есть, но яблоки на них вырастают маленькие и зеленые, кислые-прекислые на вкус. Пожевать их, конечно, можно, – так, от нечего делать, но удовольствия в этом мало. Впрочем, пожалуй, не одна Тоська думает так. Не зря же их посылочный отдел всегда полон фруктовых посылок из далеких южных городов с непривычными именами – Анапа, Батуми, Феодосия…

Интересно, где это? К стыду своему, Тоська плохо знает географию. Карта школьного атласа, который она снесла в букинистический магазин вместе с учебниками в тот же день, как взяла документы из школы, уже стушевалась, стерлась в памяти, и Тоська что-то не могла припомнить, где это такой город Феодосия – то ли на Кавказе, то ли в Крыму…

Тоська опустила извещение о посылке в ящик семнадцатой квартиры и еще раз вздохнула, представив себе светящийся яблоневый сад. Потом она стала доставать по очереди газеты, конверты, журналы и совать их в пустые рты железных ящиков, похожих на голодных галчат.

Раньше, бывало, позвонишь, и дверь откроет какая-нибудь старушка, протянешь ей письмо, а она всплеснет руками, потом вытрет их о передник – может, стирала, а может, картошку чистила, – возьмет письмо и уйдет в комнату, забыв и дверь закрыть, и спасибо сказать. Но Тоська не обижалась. Тихонько притворяла дверь и шла дальше по этажам. И песенка для такой работы была у нее подходящая:

Шага-аю я по эта-жам, То тут, то там, то тут, то там…

Дальше слов Тоська не знала, но ей хватало и этих, потому что ведь дело вовсе не в том, чтобы ходить и распевать песни, а в том, что у тебя хорошее настроение, когда ты приносишь человеку письмо, или перевод, или извещение на посылку, и он так хорошо радуется.

За это-то и любила Тоська свою работу: подойдешь к двери, позвонишь, протянешь руку с конвертом, скажешь: «Вам письмо!» – и тебе сразу улыбаются. Очень хорошая, улыбчивая была почтальонская работа, пока домоуправление не приколотило этих черных щербатых галчат на площадке между первым и вторым этажом. Ходи теперь, гляди на них, железных, корми их два раза в день.

2

Только и осталось от веселой Тоськиной работы – заказные письма. Их в ящик не бросишь, их надо вручать лично и требовать, чтобы за них расписались в тощей книжке с зелеными корочками. Но заказные письма писали редко, и из всех пяти восьмидесятиквартирных домов, куда Тоська носила почту, заказные приходили только в один, сорок девятый по улице Жуковского, в пятьдесят первую квартиру Алексеевой Т. Л.

Раза два в неделю, иногда чаще, Тоська получала от Нины Ивановны, начальника отдела доставки, синий конверт – из рук в руки, вписывала в книжку номер, который стоял на жирном, густом штемпеле с большой буквой З, и, когда доходила очередь до сорок девятого дома, она наконец-то не кидала письмо в ящик, а поднималась на третий этаж и, прижав палец к синей кнопке звонка у двери, обитой блестящей кожей, долго не отпускала его. Тут, в пятьдесят первой квартире, жила Алексеева Т. Л.

В глубине коридора слышались легкие шаги, щелкал замок, и в дверях появлялась стройная, смуглая женщина. Тоська улыбалась ей, говорила: «Вам письмо!» – и женщина тоже улыбалась в ответ, открывала дверь шире, и Тоська проходила в комнату босая, сняв в прихожей свои всегда пыльные туфли со сбитыми каблуками.

Дни, когда Тоська вступала в квартиру, были для нее днями сладкой зависти. Впрочем, это не то слово. Правда, она завидовала Алексеевой Т. Л., но завидовала как-то независтливо, скорее это была тихая грусть, нежели зависть.

Да, здесь были красивая мебель и прохладная чистота, лежал на полу, распластавшись, мохнатый медведь, и, проходя по нему, Тоська чувствовала босыми ногами мягкую теплоту шкуры. Наверное, здорово растянуться на таком медведе! Всего этого у Тоськи не было дома, но не вещам завидовала она.

Она доставала тощую зеленую книжицу, шуршала страницами, а сама не отрываясь, жадно смотрела на женщину.

Женщина не обращала внимания на Тоську. Она стояла рядом и, прикрыв мохнатыми ресницами глаза, смотрела вниз, на стол, на Тоськины руки, листавшие страницы. Она ждала письма, и ей было не до Тоськи.

Тоська машинально, кося глазом, находила нужную страницу, протягивала книжку женщине – расписаться, а сама все смотрела и смотрела на нее, и сладкая грусть сжимала горло.

Женщина была красива удивительной, редкой красотой. Тоську поражали ее густо-зеленые глаза, ее длинные и слабые руки, ее губы, будто не живые, а нарисованные темно-красной акварелью. Смуглое лицо ее, еле тронутое румянцем, было спокойно и не потому, что женщина не волновалась, это было другое, какое-то глубокое, внутреннее спокойствие, и это спокойствие было частью ее красоты.

Красивых женщин много, и, может быть, эта не была первой среди них, но она была единственная, на кого Тоська могла смотреть вот так близко, обмолвиться с ней двумя-тремя словами – «вот здесь распишитесь… пожалуйста… спасибо… до свидания» – и, слушая ее ответы, сказанные удивительно спокойным голосом, снова и снова поражаться ее красоте…

Страница 1 из 12

Назад1212Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 86

Назад1286Далее