Удобнее читать в приложении
Дата написания1908-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Темыгосударственное и муниципальное управление
Описание
Книга исследует взаимосвязь свободы и общественной солидарности, опираясь на исторический анализ, социологические теории и примеры из разных эпох. Автор развенчивает миф о противоречии свободы и равенства, показывая, что развитие прав и свобод не приводит к их потере. В итоге подчеркивается необходимость баланса между индивидуальной автономией и коллективной солидарностью для устойчивого демократического порядка.
Главный конфликт / проблема
Вопрос о том, может ли свобода и общественная солидарность (или равенство) существовать одновременно, или они являются взаимно противоречивыми понятиями
Ключевые идеи
- Свобода и равенство не являются взаимно исключающими понятиями.
- Исторические примеры показывают совместное развитие свободы и равенства.
- Смешанные политические формы и разделение властей способствуют сохранению свободы.
- Уравнительные движения могут усиливать свободу, а не разрушать её.
- Прогресс личности невозможен без общественного прогресса.
- Разделение труда приводит к переходу от механической к органической солидарности.
- Нормы права отражают требования общественной солидарности.
- Социализация и индивидуализация не противоречат друг другу.
- Свобода как личная автономия отсутствовала в античности и средневековье из‑за военного и семейного строя
- Религиозные изменения, особенно христианство, расширили понятие свободы совести
- Классовая и кастовая структура ограничивала индивидуальную свободу через нормы чести и «Noblesse oblige»
- Переход к индустриализму снизил военный контроль и расширил автономию личности
Вывод
Исторический анализ и социологические теории показывают, что свобода и солидарность не противоречат друг другу; их совместное развитие возможно при соблюдении баланса между индивидуальной автономией и коллективными ценностями, что необходимо для устойчивого демократического порядка.
Кому полезна
- Студенты и исследователи политической науки
- Историки и социологи
- Политические деятели и общественные работники, интересующиеся вопросами гражданственности и социальной справедливости
Главные темы
- Свобода и равенство в историческом контексте
- Разделение труда и переход от механической к органической солидарности
- Роль права и социальных норм в поддержке солидарности
- Исторические примеры развития свободы и солидарности
- Современное понимание гражданственности и баланса автономии и солидарности
Персонажи
- М.М. Ковалевский — Проводит исторический анализ и развенчивает миф о противоречии свободы и равенства, анализируя исторические процессы, связывая свободу с социальными структурами и религиозными институтами.
- Зиммель — Показывает, как дифференциация групп связана с разделением труда.
- Дюркгейм — Использует право как символ солидарности и описывает механическую и органическую формы.
- Дуги — Развивает идею, что социализация и индивидуализация совместимы, и формулирует правила поведения, отражающие солидарность.
- Монтескье — Обсуждается как представитель теории разделения властей и смешанных форм правления.
- Бенжамэн Констан — Предлагает, что в древности свобода означала участие в политической власти.
- Эдуард Лабуле — Считает, что различие свободы связано с религиозными изменениями, особенно христианством.
- Георгий Столыпин — Приводится как пример того, как государственная политика может влиять на свободу и равенство.
- Мироб Старший — Показывает, как дворянство в Франции становилось открытым и как «Noblesse oblige» ограничивало свободу.
- Агамемнон — Пример жертвоприношения ради народа, иллюстрирующий идею «salus populi».
- Аристид — Пример исключения из общества ради общего блага.
- Людовик XIV — Использовал религиозные войны для укрепления власти.
Цитаты
- Если бы люди понимали, что они живут не одной своей жизнью, а жизнью всех, то они знали бы, что, делая добро другим, они делают его себе.
- Невозможно найти оснований для утверждения, что развитие свободы шло в ущерб равенству, а равенства – в ущерб свободе.
- прогресс личности немыслим без прогресса общественности
- право совпадает с понятием нормы, приводящей свободу индивидуальных лиц в соответствие с требованиями общественной солидарности
- "Noblesse oblige"
- "salus populi"
Читать онлайн
Страница 1 из 9М.М. Ковалевский[1] Взаимоотношение свободы и общественной солидарности 1909 г.
Если бы люди понимали, что они живут не одной своей жизнью, а жизнью всех, то они знали бы, что, делая добро другим, они делают его себе.
(Лев Толстой. О жизни и смерти. Друкарь, Москва, 1910 г., с. 3)
I
Мы все еще живем традициями. Утверждение тех историков, которые полагают, что человеческое развитие представляет собой непрерывную цепь, не отвечая в строгом смысле слова фактам, отражает на себе наше сознание. Прислушайтесь к тому, что говорится с публичной трибуны и что на все лады повторяют журналы и газеты, брошюры и толстые книги. Свобода и равноправие и, в противовес им, опека и неравенство в обязанностях, а соответственно и в правах, владычество закона или правовой порядок, с одной стороны, спасение народа – высший закон, с другой, – да разве все это не понятие и нередко формулы, одинаково хорошо известные и Древней Греции и Древнему Риму? Ведь справедливость для Платона была немыслима без равенства и не только формального, но и материального; его «диkiа» отвечает многим из тех требований, которые ставят современные общественные реформаторы. О том, что афинская гражданственность стремилась к изополитии, известно любому школьнику, а что то же тяготение существовало в Риме и нашло позднее удовлетворение себе в реформе Каракаллы, уничтожившего всякие средостения между людьми свободными, признается всяким, кто сколько-нибудь занимался историей. Когда с трибуны Государственной думы г. Столыпин говорит, что законы должны молчать, раз того требует интерес государства, он сознательно или бессознательно, подобно Робеспьеру, повторяет сложившуюся еще в Древнем Риме поговорку.
Не все дошедшее до нас от древности по тому самому должно считаться кладезем народной мудрости; наряду с истинами уцелели и предрассудки или, точнее, предубеждения. К числу таких необходимо отнести представление о том, что свобода и равенство находятся между собой в необходимом, органическом противоречии. Я не берусь сказать, как возникло впервые такое представление. Мне легче ответить на вопрос, какими данными оно поддерживалось и поддерживается до наших дней. Деспотии Востока могли первые породить мысль о том, что равенство возможно в бесправии, а следовательно, и при отсутствии свобод. Несомненно, однако, что и на Востоке были и продолжают держаться не только сословные, но и кастовые средостения. Не более спорен и тот факт, что покоренные племена обращались здесь в рабство и что те из них, которым дозволено было сохранить некоторую автономию, все же не уравниваемы были в правах с членами господствующей национальности. Но все это, по-видимому, забывают те, чье внимание приковано к одному бесправию подданного перед властителем. Восточный деспот располагал жизнью и смертью всех ему подвластных; неограниченность его произвола, говорящая только об отсутствии свободы, истолковываема была в смысле равенства в бесправии; таким образом возникло ложное представление о том, что свобода в деспотиях уживается с отсутствием каких бы то ни было наследственных привилегий и преимуществ. В действительности же мы встречаем в деспотиях очень резкие сословные и даже кастовые неравенства при полном отсутствии свободы.
Более убедительным могло показаться противоположение друг другу государств эллинского мира, из которых одни, с аристократическим устройством, сохранили республиканские порядки, а другие, с демократическим, – подпали под владычество тиранов и олигархов. Особенно резко разошлись в этом отношении судьбы Спарты и Афин. Афинская демократия, как известно, продержалась недолго, каких-нибудь сто лет, если считать начальным ее периодом реформу Клисфена, а концом – установление правительства тридцати тиранов. Наоборот, аристократическая Спарта, с ее смешанным образом правления, оказалась жизнеспособной в течение ряда столетий. Немудрено, если и до Ксенофонта, и после него считали возможным ставить спартанские порядки в образец всем тем, кто желал придать республике устойчивый характер; немудрено, если этим сознанием не раз проникались политические реформаторы и если оно лежит в основе учения древних о смешанных формах политического устройства как наилучших, учения, одинаково присущего Аристотелю, Цицерону и Полибшо. Последние два писателя подкрепляли его примером не одной Спарты, но и республиканского Рима, в котором, при неравенстве в правах патрициев и плебеев, граждан и союзников, свободных рабов, в течение столетий сохранилась смешанная форма политики. Современник ее падения, благодаря росту власти императора, Тацит, признавая эти исчезавшие порядки наилучшими из всех существующих, в то же время сомневался в их прочности и продолжительности. Наступали времена единовластия, при котором прирожденные неравенства не спасали народа от произвола, а следовательно, и отсутствия свободы. Наступали времена, когда дальнейшее развитие всесословности, при неограниченности императорской власти, стало поддерживать, в свою очередь, фальшивое представление о том, что равенство непримиримо со свободой. На самом деле факты, на которых опирались эти чересчур поспешные обобщения, нимало не оправдывали того предположения, что с ростом равенства гибнет свобода, и наоборот. Римляне, разумеется, были не менее свободны к концу Пунических войн, чем в эпоху отхода плебеев на Священную гору; а между тем какая бездна отделяет эти две эпохи, если иметь в виду политическое бесправие плебеев в эпоху, предшествовавшую Гракхам. Не все средостения пали с империей; когда провинциалы впервые при Каракалле уравнены были в правах с квиритами, не этот факт вызвал упразднение свободы, так как она была потеряна значительно ранее.
Средневековая политическая мысль питалась мудростью древних. Плутарх, Цицерон и Полибий в первый период схоластики были такими же авторитетами, какими с XIII века стала вновь открытая «Политика» Аристотеля, а с эпохи Возрождения – трактаты Платона «о республике» и «законах». Немудрено поэтому, если и учение о том, что основанная на неравенстве в правах смешанная форма политического устройства всего более благоприятная сохранению свободы, одинаково встречается у тех писателей, для которых высшим учителем политической мудрости был Цицерон и Полибий, и у тех, которые, подобно Фоме Аквинскому, заменяли обоих Аристотелем и пытались распространить его учение о преимуществах смешанного устройства на сословные представительные монархии, в частности на Священную Римскую империю. У Фортескью и Коммина в XV веке, как и у Макиавелли и Бодэна в следующее за тем столетие, мы равно находим отголосок тех взглядов, какие в древности высказывались по поводу Спарты и Рима как типов смешанного политического устройства. Английские и французские писатели одинаково опирались при защите, один – парламента, другой – генеральных и провинциальных штатов, на уподобление отстаиваемого ими строя сословной представительной монархии с аристократическими республиками древности, несравненно более жизнеспособными, утверждали они, чем едва продержавшееся одно столетие «владычество черни» или охлократия в Афинах. Стремление к равенству казалось поэтому исключающим возможность свободы.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/2Obpv388","pageTitle":"Взаимоотношение свободы и общественной солидарности (Максим Максимович Ковалевский) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Взаимоотношение свободы и общественной солидарности». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Взаимоотношение свободы и общественной солидарности». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Максим Максимович Ковалевский","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"государственное и муниципальное управление","item":"https://bookra.app/genre/6784"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Взаимоотношение свободы и общественной солидарности","item":"https://bookra.app/books/2Obpv388"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388","url":"https://bookra.app/books/2Obpv388","name":"«Взаимоотношение свободы и общественной солидарности». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Взаимоотношение свободы и общественной солидарности». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/24d17f49-9b69-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388#work","name":"Взаимоотношение свободы и общественной солидарности","url":"https://bookra.app/books/2Obpv388","description":"Книга исследует взаимосвязь свободы и общественной солидарности, опираясь на исторический анализ, социологические теории и примеры из разных эпох. Автор развенчивает миф о противоречии свободы и равенства, показывая, что развитие прав и свобод не приводит к их потере. В итоге подчеркивается необходимость баланса между индивидуальной автономией и коллективной солидарностью для устойчивого демократического порядка.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/24d17f49-9b69-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["государственное и муниципальное управление","политология"],"keywords":"государственное и муниципальное управление","sameAs":["https://litres.ru/book/maksim-kovalevskiy/vzaimootnoshenie-svobody-i-obschestvennoy-solidarnosti-628625/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/de68007e-0d06-11e0-8c7e-ec5afce481d9#person","name":"Максим Максимович Ковалевский","url":"https://bookra.app/author/de68007e-0d06-11e0-8c7e-ec5afce481d9"}],"about":[{"@type":"Thing","name":"государственное и муниципальное управление"},{"@type":"Thing","name":"политология"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2Obpv388#edition","url":"https://bookra.app/books/2Obpv388","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/maksim-kovalevskiy/vzaimootnoshenie-svobody-i-obschestvennoy-solidarnosti-628625/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Взаимоотношение свободы и общественной солидарности»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/2Obpv388","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":761138,"shortId":"2Obpv388","title":"Взаимоотношение свободы и общественной солидарности","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/24d17f49-9b69-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","annotationText":"«…Не все дошедшее до нас от древности по тому самому должно считаться кладезем народной мудрости; наряду с истинами уцелели и предрассудки или, точнее, предубеждения. К числу таких необходимо отнести представление о том, что свобода и равенство находятся между собой в необходимом, органическом противоречии. …»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Максим Максимович Ковалевский","authors":[{"id":"de68007e-0d06-11e0-8c7e-ec5afce481d9","displayName":"Максим Максимович Ковалевский","protectedUrl":"/author/de68007e-0d06-11e0-8c7e-ec5afce481d9","wikipediaUrl":null,"wikidataUrl":null}],"genres":[{"id":6784,"title":"государственное и муниципальное управление","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6784"},{"id":5622,"title":"политология","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5622"}],"keywords":["государственное и муниципальное управление"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1908-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Книга исследует взаимосвязь свободы и общественной солидарности, опираясь на исторический анализ, социологические теории и примеры из разных эпох. Автор развенчивает миф о противоречии свободы и равенства, показывая, что развитие прав и свобод не приводит к их потере. В итоге подчеркивается необходимость баланса между индивидуальной автономией и коллективной солидарностью для устойчивого демократического порядка."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Вопрос о том, может ли свобода и общественная солидарность (или равенство) существовать одновременно, или они являются взаимно противоречивыми понятиями"},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Свобода и равенство не являются взаимно исключающими понятиями.","Исторические примеры показывают совместное развитие свободы и равенства.","Смешанные политические формы и разделение властей способствуют сохранению свободы.","Уравнительные движения могут усиливать свободу, а не разрушать её.","Прогресс личности невозможен без общественного прогресса.","Разделение труда приводит к переходу от механической к органической солидарности.","Нормы права отражают требования общественной солидарности.","Социализация и индивидуализация не противоречат друг другу.","Свобода как личная автономия отсутствовала в античности и средневековье из‑за военного и семейного строя","Религиозные изменения, особенно христианство, расширили понятие свободы совести","Классовая и кастовая структура ограничивала индивидуальную свободу через нормы чести и «Noblesse oblige»","Переход к индустриализму снизил военный контроль и расширил автономию личности"]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Исторический анализ и социологические теории показывают, что свобода и солидарность не противоречат друг другу; их совместное развитие возможно при соблюдении баланса между индивидуальной автономией и коллективными ценностями, что необходимо для устойчивого демократического порядка."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Студенты и исследователи политической науки","Историки и социологи","Политические деятели и общественные работники, интересующиеся вопросами гражданственности и социальной справедливости"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Свобода и равенство в историческом контексте","Разделение труда и переход от механической к органической солидарности","Роль права и социальных норм в поддержке солидарности","Исторические примеры развития свободы и солидарности","Современное понимание гражданственности и баланса автономии и солидарности"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["М.М. Ковалевский — Проводит исторический анализ и развенчивает миф о противоречии свободы и равенства, анализируя исторические процессы, связывая свободу с социальными структурами и религиозными институтами.","Зиммель — Показывает, как дифференциация групп связана с разделением труда.","Дюркгейм — Использует право как символ солидарности и описывает механическую и органическую формы.","Дуги — Развивает идею, что социализация и индивидуализация совместимы, и формулирует правила поведения, отражающие солидарность.","Монтескье — Обсуждается как представитель теории разделения властей и смешанных форм правления.","Бенжамэн Констан — Предлагает, что в древности свобода означала участие в политической власти.","Эдуард Лабуле — Считает, что различие свободы связано с религиозными изменениями, особенно христианством.","Георгий Столыпин — Приводится как пример того, как государственная политика может влиять на свободу и равенство.","Мироб Старший — Показывает, как дворянство в Франции становилось открытым и как «Noblesse oblige» ограничивало свободу.","Агамемнон — Пример жертвоприношения ради народа, иллюстрирующий идею «salus populi».","Аристид — Пример исключения из общества ради общего блага.","Людовик XIV — Использовал религиозные войны для укрепления власти."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Если бы люди понимали, что они живут не одной своей жизнью, а жизнью всех, то они знали бы, что, делая добро другим, они делают его себе.","Невозможно найти оснований для утверждения, что развитие свободы шло в ущерб равенству, а равенства – в ущерб свободе.","прогресс личности немыслим без прогресса общественности","право совпадает с понятием нормы, приводящей свободу индивидуальных лиц в соответствие с требованиями общественной солидарности","\"Noblesse oblige\"","\"salus populi\""]}],"authorSummary":null,"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_761138","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_761138","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_761138","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_761138","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_761138","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_761138"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_761138","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_761138","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_761138","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_761138"},"guestReaderUrl":"/books/2Obpv388#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/de68007e-0d06-11e0-8c7e-ec5afce481d9","readersCount":15,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2008","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":9,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/2Obpv388?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 9","sections":[{"id":"content0:0","kind":"heading","text":"М.М. Ковалевский[1] Взаимоотношение свободы и общественной солидарности 1909 г."},{"id":"content0:1","kind":"paragraph","text":"Если бы люди понимали, что они живут не одной своей жизнью, а жизнью всех, то они знали бы, что, делая добро другим, они делают его себе."},{"id":"content0:2","kind":"paragraph","text":"(Лев Толстой. О жизни и смерти. Друкарь, Москва, 1910 г., с. 3)"},{"id":"content0:3","kind":"heading","text":"I"},{"id":"content0:4","kind":"paragraph","text":"Мы все еще живем традициями. Утверждение тех историков, которые полагают, что человеческое развитие представляет собой непрерывную цепь, не отвечая в строгом смысле слова фактам, отражает на себе наше сознание. Прислушайтесь к тому, что говорится с публичной трибуны и что на все лады повторяют журналы и газеты, брошюры и толстые книги. Свобода и равноправие и, в противовес им, опека и неравенство в обязанностях, а соответственно и в правах, владычество закона или правовой порядок, с одной стороны, спасение народа – высший закон, с другой, – да разве все это не понятие и нередко формулы, одинаково хорошо известные и Древней Греции и Древнему Риму? Ведь справедливость для Платона была немыслима без равенства и не только формального, но и материального; его «диkiа» отвечает многим из тех требований, которые ставят современные общественные реформаторы. О том, что афинская гражданственность стремилась к изополитии, известно любому школьнику, а что то же тяготение существовало в Риме и нашло позднее удовлетворение себе в реформе Каракаллы, уничтожившего всякие средостения между людьми свободными, признается всяким, кто сколько-нибудь занимался историей. Когда с трибуны Государственной думы г. Столыпин говорит, что законы должны молчать, раз того требует интерес государства, он сознательно или бессознательно, подобно Робеспьеру, повторяет сложившуюся еще в Древнем Риме поговорку."},{"id":"content0:5","kind":"paragraph","text":"Не все дошедшее до нас от древности по тому самому должно считаться кладезем народной мудрости; наряду с истинами уцелели и предрассудки или, точнее, предубеждения. К числу таких необходимо отнести представление о том, что свобода и равенство находятся между собой в необходимом, органическом противоречии. Я не берусь сказать, как возникло впервые такое представление. Мне легче ответить на вопрос, какими данными оно поддерживалось и поддерживается до наших дней. Деспотии Востока могли первые породить мысль о том, что равенство возможно в бесправии, а следовательно, и при отсутствии свобод. Несомненно, однако, что и на Востоке были и продолжают держаться не только сословные, но и кастовые средостения. Не более спорен и тот факт, что покоренные племена обращались здесь в рабство и что те из них, которым дозволено было сохранить некоторую автономию, все же не уравниваемы были в правах с членами господствующей национальности. Но все это, по-видимому, забывают те, чье внимание приковано к одному бесправию подданного перед властителем. Восточный деспот располагал жизнью и смертью всех ему подвластных; неограниченность его произвола, говорящая только об отсутствии свободы, истолковываема была в смысле равенства в бесправии; таким образом возникло ложное представление о том, что свобода в деспотиях уживается с отсутствием каких бы то ни было наследственных привилегий и преимуществ. В действительности же мы встречаем в деспотиях очень резкие сословные и даже кастовые неравенства при полном отсутствии свободы."},{"id":"content0:6","kind":"paragraph","text":"Более убедительным могло показаться противоположение друг другу государств эллинского мира, из которых одни, с аристократическим устройством, сохранили республиканские порядки, а другие, с демократическим, – подпали под владычество тиранов и олигархов. Особенно резко разошлись в этом отношении судьбы Спарты и Афин. Афинская демократия, как известно, продержалась недолго, каких-нибудь сто лет, если считать начальным ее периодом реформу Клисфена, а концом – установление правительства тридцати тиранов. Наоборот, аристократическая Спарта, с ее смешанным образом правления, оказалась жизнеспособной в течение ряда столетий. Немудрено, если и до Ксенофонта, и после него считали возможным ставить спартанские порядки в образец всем тем, кто желал придать республике устойчивый характер; немудрено, если этим сознанием не раз проникались политические реформаторы и если оно лежит в основе учения древних о смешанных формах политического устройства как наилучших, учения, одинаково присущего Аристотелю, Цицерону и Полибшо. Последние два писателя подкрепляли его примером не одной Спарты, но и республиканского Рима, в котором, при неравенстве в правах патрициев и плебеев, граждан и союзников, свободных рабов, в течение столетий сохранилась смешанная форма политики. Современник ее падения, благодаря росту власти императора, Тацит, признавая эти исчезавшие порядки наилучшими из всех существующих, в то же время сомневался в их прочности и продолжительности. Наступали времена единовластия, при котором прирожденные неравенства не спасали народа от произвола, а следовательно, и отсутствия свободы. Наступали времена, когда дальнейшее развитие всесословности, при неограниченности императорской власти, стало поддерживать, в свою очередь, фальшивое представление о том, что равенство непримиримо со свободой. На самом деле факты, на которых опирались эти чересчур поспешные обобщения, нимало не оправдывали того предположения, что с ростом равенства гибнет свобода, и наоборот. Римляне, разумеется, были не менее свободны к концу Пунических войн, чем в эпоху отхода плебеев на Священную гору; а между тем какая бездна отделяет эти две эпохи, если иметь в виду политическое бесправие плебеев в эпоху, предшествовавшую Гракхам. Не все средостения пали с империей; когда провинциалы впервые при Каракалле уравнены были в правах с квиритами, не этот факт вызвал упразднение свободы, так как она была потеряна значительно ранее."},{"id":"content0:7","kind":"paragraph","text":"Средневековая политическая мысль питалась мудростью древних. Плутарх, Цицерон и Полибий в первый период схоластики были такими же авторитетами, какими с XIII века стала вновь открытая «Политика» Аристотеля, а с эпохи Возрождения – трактаты Платона «о республике» и «законах». Немудрено поэтому, если и учение о том, что основанная на неравенстве в правах смешанная форма политического устройства всего более благоприятная сохранению свободы, одинаково встречается у тех писателей, для которых высшим учителем политической мудрости был Цицерон и Полибий, и у тех, которые, подобно Фоме Аквинскому, заменяли обоих Аристотелем и пытались распространить его учение о преимуществах смешанного устройства на сословные представительные монархии, в частности на Священную Римскую империю. У Фортескью и Коммина в XV веке, как и у Макиавелли и Бодэна в следующее за тем столетие, мы равно находим отголосок тех взглядов, какие в древности высказывались по поводу Спарты и Рима как типов смешанного политического устройства. Английские и французские писатели одинаково опирались при защите, один – парламента, другой – генеральных и провинциальных штатов, на уподобление отстаиваемого ими строя сословной представительной монархии с аристократическими республиками древности, несравненно более жизнеспособными, утверждали они, чем едва продержавшееся одно столетие «владычество черни» или охлократия в Афинах. Стремление к равенству казалось поэтому исключающим возможность свободы."}],"toc":[{"id":"content0:0:1","label":"М.М. Ковалевский[1] Взаимоотношение свободы и общественной солидарности 1909 г.","page":1,"pageUrl":"/books/2Obpv388#reader-content"},{"id":"content0:3:1","label":"I","page":1,"pageUrl":"/books/2Obpv388#reader-content"},{"id":"content1:0:3","label":"II","page":3,"pageUrl":"/books/2Obpv388?page=3#reader-content"},{"id":"content2:0:6","label":"III","page":6,"pageUrl":"/books/2Obpv388?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:0:9","label":"Примечания","page":9,"pageUrl":"/books/2Obpv388?page=9#reader-content"},{"id":"contentnotes0:1:9","label":"1","page":9,"pageUrl":"/books/2Obpv388?page=9#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":762236,"shortId":"1qcO5Lao","title":"Поучение","authorLine":"Владимир Мономах","primaryAuthorId":"a8f713d5-f855-102d-b528-b4a213751508","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/46b6417d-9b3e-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1qcO5Lao"},{"idCatalog":765340,"shortId":"2QFSuJEg","title":"Об основах ленинизма. (Лекции, читанные в Свердловском университете)","authorLine":"Иосиф Виссарионович Сталин","primaryAuthorId":"c737e539-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/c779fbd7-9bb9-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2QFSuJEg"},{"idCatalog":765686,"shortId":"1hxAcToO","title":"Великая ложь нашего времени","authorLine":"Константин Петрович Победоносцев","primaryAuthorId":"520fe20b-12d9-11e0-8c7e-ec5afce481d9","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d14accf8-9b66-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1hxAcToO"},{"idCatalog":760424,"shortId":"1H5xbbgg","title":"О статье Энгельса «Внешняя политика русского царизма» (письмо членам Политбюро ЦК ВКП(б))","authorLine":"Иосиф Виссарионович Сталин","primaryAuthorId":"c737e539-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/09fa00bb-9bba-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1H5xbbgg"},{"idCatalog":764269,"shortId":"2gKenyaV","title":"Очередные задачи Советской власти","authorLine":"Владимир Ильич Ленин","primaryAuthorId":"2ae8b51f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a8977d7b-9bb3-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2gKenyaV"},{"idCatalog":764415,"shortId":"3vq3JoML","title":"О проблемах государственного управления (из выступлений на партийных и хозяйственных мероприятиях). Речь при открытии I Всероссийского совещания ответственных работников РКИ","authorLine":"Иосиф Виссарионович Сталин","primaryAuthorId":"c737e539-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b2706ab2-9bb9-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3vq3JoML"},{"idCatalog":765793,"shortId":"3RbVEk47","title":"Об едином хозяйственном плане","authorLine":"Владимир Ильич Ленин","primaryAuthorId":"2ae8b51f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d92320e7-9bb3-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3RbVEk47"},{"idCatalog":791019,"shortId":"06ViHcd3","title":"Из выступлений на заседаниях Государственной Думы","authorLine":"Петр Аркадьевич Столыпин","primaryAuthorId":"9632f854-9b68-11e0-9959-47117d41cf4b","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/aea348cc-9b68-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/06ViHcd3"},{"idCatalog":760567,"shortId":"4BbSQS4b","title":"Книга о скудости и о богатстве","authorLine":"Иван Тихонович Посошков","primaryAuthorId":"c589ce28-f855-102d-b528-b4a213751508","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/12e47277-9b4c-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4BbSQS4b"},{"idCatalog":762000,"shortId":"1AsIuFTe","title":"Тектология. Всеобщая организационная наука","authorLine":"Александр Александрович Богданов","primaryAuthorId":"737c285f-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/375f99c7-9c25-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1AsIuFTe"},{"idCatalog":764565,"shortId":"2NuOt0uN","title":"Политика","authorLine":"Юрий Крижанич","primaryAuthorId":"a327a762-9b4a-11e0-9959-47117d41cf4b","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b7ed95de-9b4a-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2NuOt0uN"},{"idCatalog":764711,"shortId":"3dY7FIkn","title":"Сказание о Магмете-салтане","authorLine":"Иван Семенович Пересветов","primaryAuthorId":"98b0f065-9b49-11e0-9959-47117d41cf4b","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bb844a6c-9b49-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3dY7FIkn"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":42,"totalPages":4,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}