Загрузка...
По Уссурийскому краю — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

По Уссурийскому краю

Автор Владимир Клавдиевич Арсеньев
6+2011412 читателей
Дата написания1920-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияВ дебрях Уссурийского края, 1
Возрастное ограничение6+

Описание

Владимир Арсеньев в «По Уссурийскому краю» описывает свои путешествия по горной области Сихотэ‑Алинь и прилегающим регионам в начале XX века. Книга сочетает географические, этнографические и природные наблюдения с личными впечатлениями автора и его проводника Дерсу Узалы. Через хронику экспедиций автор раскрывает особенности местной флоры, фауны, климатических условий и культурных взаимодействий с китайцами, казаками и удегейцами, а также изменения, вызванные освоением территории.

Главный конфликт / проблема

Проблема освоения и исследования неизведанных территорий, сопряжённая с опасностями дикой природы и необходимостью взаимодействия с разными культурами.

Ключевые идеи

  • Экспедиции в Уссурийском крае как источник географических и этнографических знаний
  • Дерсу Узала как символ следопыта и культурного посредника
  • Проблемы и изменения в природе и обществе Уссурийского края в начале XX‑века
  • Тщательная подготовка и отбор квалифицированных участников критичны для успешной экспедиции.
  • Взаимодействие с местными жителями и знание местных условий облегчает продвижение по труднопроходимой местности.
  • Природные условия (погода, рельеф, флора и фауна) создают постоянные испытания для экспедиции.
  • Сбор и документирование природных образцов требуют системного подхода и специального оборудования.
  • Сихотэ-Алинь как важный водораздел и переход между тайгой и прибрежной зоной
  • Различия в растительности и фауне между западным и восточным склонами
  • Гостеприимство китайцев и их традиции в фанзах
  • Встреча с тигром как символ дикой природы Уссурийского края
  • Влияние климатических условий (туман, дождь, буря) на жизнь и путешествие

Вывод

Книга демонстрирует, как неизведанные территории меняются под влиянием освоения, подчёркивая важность местных проводников и культурных взаимодействий, а также красоту и опасность тайги.

Кому полезна

  • Историки и географы
  • Любители путешествий и приключений
  • Экологи и биологи, интересующиеся тайгой

Главные темы

  • География и геология Уссурийского края
  • Этнография и культура местных народов
  • Природа и дикая фауна
  • История освоения и изменения ландшафта

Персонажи

  • Владимир Арсеньев — Владимир Арсеньев – путешественник, исследователь и географ, автор географического и этнографического дневника о путешествии в Уссурийский край 1906 г. Он описывает природу, культуру и взаимодействие с местными народами, а также благодарит участников экспедиций.
  • Дерсу Узала — Дерсу Узала – туземный охотник и проводник, известный навыками чтения следов, знаниями местной фауны, умением обращаться с тигром и ориентацией в тайге. Он спасает автора и спутников, проявляя гостеприимство.
  • П. К. Рутковский — П. К. Рутковский – генерал-лейтенант, участник экспедиции, обеспечивающий организационную поддержку и известный шуткой о сахаре.
  • Гранатман — Гранатман – ответственный за снабжение и фуражное обеспечение отряда экспедиции.
  • А. И. Мерзляков — А. И. Мерзляков – участник экспедиции, подарил нарраторам кожаную сумочку.
  • Козак Кожевников — Козак Кожевников – смелый участник экспедиции, помогая переправлять лошадей через реку Уssури.
  • Н. А. Пальчевский — Н. А. Пальчевский – лесник, собирающий растительные образцы и проводящий ботанические исследования в экспедиции.
  • Поликарп Олентьев — Поликарп Олентьев – опытный охотник, сопровождающий автора и Дерсу в экспедиции.
  • Старый китайский проводник — Старый китайский проводник – старик, показывающий путь, делающий земной поклон и сообщающий о водоразделе.
  • Кинь Чжу — Кинь Чжу – старик, живший на Тадушу более шести лет, рассказывающий легенды о битвах царей и происхождении названия Тадушу.
  • Старик Удегейцев — Старик Удегейцев – старик, дающий нарраторам коготь рыси и советующий помнить просьбу о Ли Тан-куе.
  • Старик Мяолина — Старик Мяолина – старик, сначала отказывающийся принимать путешественника, но позже принимающий его, с конфликтом из‑за алкоголя.

Цитаты

  • Сердце моё надрывается от тоски, как только я вспоминаю его и нашу совместную странническую жизнь.
  • Мой отряд состоял из шести человек сибирских стрелков и четырёх лошадей с вьюками.
  • Никакой городской гостиница не может сравниться с ними.
  • Ничего, ничего.
  • — Эх! Если бы сахар был!
  • Тигр (Felis tigris longipilis zitz), обитающий в Уссурийском крае, крупнее своего индийского собрата.
  • Тадушу во всём Ольгинском районе является лучшим местом для колонизации.
  • Амба, капитан! — сказал гольд, оправляясь.
  • Надо стрелять! От хорошего прицела зависит спасение жизни
  • Медведь круто обернулся, посмотрел в нашу сторону и проворно исчез в лесу.

Сводка по автору из Wikidata

1872–1930. Vladimir Arsenjev. русский и советский исследователь Дальнего Востока, этнограф и писатель (1872–1930)

Читать онлайн

Страница 2 из 103

Глава 1 Стеклянная падь

Бухта Майтун. — Село Шкотово. — Река Бейца. — Встреча с пантерой. — Да-дянь-шань. — Изюбры

В 1902 году во время одной из командировок с охотничьей командой я пробирался вверх по реке Цимухе[1], впадающей в Уссурийский залив около села Шкотова. Мой отряд состоял из шести человек сибирских стрелков и четырёх лошадей с вьюками. Цель моей командировки заключалась в обследовании Шкотовского района в военном отношении и в изучении перевалов в горном узле Да-дянь-шань[2], откуда берут начало четыре реки: Циму, Майхе, Даубихе[3] и Лефу. Затем я должен был осмотреть все тропы около озера Ханка и вблизи Уссурийской железной дороги.

Горный хребет, о котором здесь идёт речь, начинается около Имана и идёт к югу параллельно реке Уссури в направлении от северо-северо-востока к юго-юго-западу так, что на запад от него будет река Сунгача и озеро Ханка, а на восток — река Даубихе. Далее он разделяется на две ветви. Одна идёт к юго-западу и образует хребет Богатую Гриву, протянувшийся вдоль всего полуострова Муравьёва-Амурского, а другая ветвь направляется к югу и сливается с высокой грядой, служащей водоразделом между реками Даубихе и Сучаном[4].

Верхняя часть Уссурийского залива называется бухтой Майтун. Бухта эта раньше значительно глубже вдавалась в материк. Это бросается в глаза с первого взгляда. Береговые обрывы ныне отодвинуты в глубь страны километров на пять. Устье реки Тангоузы[5] раньше было на месте нынешних озёр Сан[6] и Эль-Поуза[7], а устье реки Майхе[8] находилось немного выше того места, где теперь пересекает её железная дорога. Вся эта площадь в 22 квадратных километра представляет собой болотистую низину, заполненную наносами рек Майхе и Тангоузы[9]. Среди болот сохранились ещё кое-где озерки с водой; они указывают, где были места наиболее глубокие. Этот медленный процесс отступления моря и нарастания суши происходит ещё и теперь. Эта же участь постигнет и бухту Майтун. Она и теперь уже достаточно мелководна. Западные берега её слагаются из порфиров, а восточные из третичных отложений: в долине Майхе развиты граниты и сиениты, а к востоку от неё — базальты.

Село Шкотово находится около устья реки Цимухе, на правом берегу. Основание его относится к 1864 году. В 1868 году его сожгли хунхузы, но на другой год оно возродилось снова. Пржевальский в 1870 году в нём насчитал шесть дворов и тридцать четыре души обоего пола[10]. Я застал Шкотово довольно большим селом[11].

Здесь мы провели двое суток, осматривали окрестности и снаряжались в далёкий путь. Река Цимухе, длиной в 30 километров, течёт в широтном направлении и имеет с правой стороны один только приток — Бейцу. Долину, по которой протекает река, здешние переселенцы называют Стеклянной падью. Такое название она получила от китайской зверовой фанзы, в окне которой был вставлен небольшой кусочек стекла. Надо заметить, что тогда в Уссурийском крае не было ни одного стекольного завода, и потому в глухих местах стекло ценилось особенно высоко. В глубине гор и лесов оно было своего рода меновой единицей. Пустую бутылку можно было выменять на муку, соль, чумизу и даже на пушнину. Старожилы рассказывают, что во время ссор враги старались проникнуть друг к другу в дом и перебить стеклянную посуду. Немудрёно поэтому, что кусочек стекла в окне китайской фанзы[12] был роскошью. Это обратило внимание первых переселенцев, и они назвали Стеклянной не только фанзу и речку, но и всю прилегающую местность.

От Шкотова вверх по долине Цимухе сначала идёт просёлочная дорога, которая после села Новороссийского сразу переходит в тропу. По этой тропе можно выйти и на Сучан, и на реку Кангоузу[13] к селу Новонежину. Дорога несколько раз переходит с одного берега реки на другой, и это является причиной, почему во время половодья сообщение по ней прекращается.

Из Шкотова мы выступили рано, в тот же день дошли до Стеклянной пади и свернули в неё. Река Бейца течёт на запад-юго-запад почти по прямому направлению и только около устья поворачивает на запад. Ширина Стеклянной пади не везде одинакова: то она суживается метров до ста, то расширяется более чем на километр. Как и большинство долин в Уссурийском крае, она отличается удивительной равнинностью. Окаймляющие её горы, поросшие корявым дубняком, имеют очень крутые склоны. Границы, где равнина соприкасается с горами, обозначены чрезвычайно резко. Это свидетельствует о том, что здесь были большие денудационные процессы. Долина раньше была гораздо глубже и только впоследствии выполнилась наносами реки.

По мере того как мы углублялись в горы, растительность становилась лучше. Дубовое редколесье сменилось густыми смешанными лесами, среди которых было много кедра. Путеводной нитью нам служила маленькая тропинка, проложенная китайскими охотниками и искателями женьшеня. Дня через два мы достигли того места, где была Стеклянная фанза, но нашли здесь только её развалины. С каждым днём тропинка становилась всё хуже и хуже. Видно было, что по ней давно уже не ходили люди. Она заросла травой и во многих местах была завалена буреломом. Вскоре мы её совсем потеряли. Встречались нам и зверовые тропы; мы пользовались ими, пока они тянулись в желательном для нас направлении, но больше шли целиной. На третий день к вечеру мы подошли к хребту Да-дянь-шань, который идёт здесь в меридиональном направлении и имеет высоту в среднем около 700 метров. Оставив людей внизу, я поднялся на одну из соседних вершин, чтобы оттуда посмотреть, далеко ли ещё осталось до перевала. Сверху хорошо были видны все горы. Оказалось, что водораздел был в двух или трёх километрах от нас. Стало ясно, что к вечеру нам не дойти до него, а если бы мы и дошли, то рисковали заночевать без воды, потому что в это время года горные ключи в истоках почти совсем иссякают. Я решил встать на бивак там, где остались лошади, а завтра идти к перевалу.

Обыкновенно свой маршрут я никогда не затягивал до сумерек и останавливался на бивак так, чтобы засветло можно было поставить палатки и заготовить дрова на ночь. Пока стрелки возились на биваке, я пользовался свободным временем и отправлялся осматривать ближайшие окрестности. Постоянным моим спутником в такого рода экскурсиях был Поликарп Олентьев — отличный человек и прекрасный охотник. Ему было тогда лет двадцать шесть. Он был среднего роста и хорошо сложён. Русые волосы, крупные черты лица и небольшие усы дадут читателю некоторое представление о его лице. Олентьев был оптимист. Даже в тех случаях, когда мы попадали в неприятные положения, он не терял хорошего настроения и старался убедить меня, что «всё к лучшему в этом лучшем из миров». Сделав нужные распоряжения, мы взяли с ним ружья и пошли на разведку.

Солнце только что успело скрыться за горизонтом, и в то время, когда лучи его золотили верхушки гор, в долинах появились сумеречные тени. На фоне бледного неба резко выделялись вершины деревьев с пожелтевшими листьями. Среди птиц, насекомых, в сухой траве — словом, всюду, даже в воздухе, чувствовалось приближение осени.

Страница 2 из 103

Вам также может понравиться

Страница 1 из 5

Назад125Далее