Удобнее читать в приложении
Дата написания1887-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияЖивые цифры, 1
Возрастное ограничение12+
Описание
Наблюдатель, будучи обычным деревенским обывателем, осознаёт, что статистика может стать живой картиной, если к ней применить воображение, и решает посвятить себя её изучению.
Главный конфликт / проблема
Наблюдатель сталкивается с тем, как статистика воспринимается как сухие цифры, и ищет способ увидеть в ней живую картину.
Ключевые идеи
- Статистика становится живой картиной, если к ней применить человеческое воображение.
- «Четверть лошади» символизирует ограниченную трудоспособность крестьян.
- Наблюдатель переходит от игнорирования статистики к осмыслению её как живой картины.
Вывод
Статистика становится живой картиной, отражающей реальность, и наблюдатель решает посвятить себя её изучению.
Кому полезна
- Читатели, интересующиеся социальной антропологией и статистикой
- Люди, ищущие новые подходы к анализу данных
Главные темы
- Статистика как живое изображение
- Социальная реальность крестьянской жизни
Персонажи
- Наблюдатель — Сначала игнорирует статистику, но после наблюдений начинает видеть в ней живые образы.
- Иван Иванович — Показывает, как статистика может быть истолкована в бытовом контексте.
- Баба — Трудится сено без лошади, демонстрируя ограниченность «четверти лошади».
- Пашутка — Маленькая девочка, не способная помочь в переносе сена.
Цитаты
- Четверть лошади!
- Кабы лошадь была, так уж отвез бы!
Сводка по автору из Wikidata
1843–1902. Gleb Uspenski. русский писатель и публицист
Читать онлайн
Страница 1 из 6Глеб Иванович Успенский «Четверть» лошади
1
…Кажется, во всей «нашей округе» нет среди местной обывательской интеллигенции (даже самого высокого сорта) такого страстного любителя местных статистических «данных», каким совершенно неожиданно оказался я, деревенский обыватель, пишущий эти строки. Огромные кипы и связки изданий статистического комитета, обязательно получаемые деревенской, обывательской интеллигенцией, постоянно и повсюду производили и производят на нее какое-то удручающее впечатление. Получишь, бывало, такую толстую книгу, подержишь в руке, почему-то непременно вздохнешь и положишь на полку; так эти книги и покоятся недвижимо там, где их положат. А между тем только ведь в этих-то толстых скучных книгах и сказана цифрами та «сущая» правда нашей жизни, о которой мы совершенно отвыкли говорить человеческим языком, и нужно только раз получить интерес к этим дробям, нулям, нуликам, к этой вообще цифровой крупе, которою усеяны статистические книги и таблицы, как все они, вся эта крупа цифр начнет принимать человеческие образы и облекаться в картины ежедневной жизни, то есть начнет получать значение не мертвых и скучных знаков, а, напротив, значение самого разностороннейшего изображения жизни.
И все-таки, не случись со мной одного самого (как увидит читатель ниже) ничтожного обстоятельства, я бы никогда не вошел во вкус этих, покрытых какою-то черною мушкарой, страниц и никогда бы не понял многозначительности выводов из этой цифровой мушкары, всегда казавшихся мне, как коренному «обывателю», совершенно нестоящим делом и пустопорожним словоизвержением. Никогда не думая серьезно вникать в это дело, мы, однакож, не прочь иной раз вложить в цифры и собственный свой смысл, сделать собственные свои выводы, и всякий раз делаем это, конечно, только «для смеху». Бывают в нашей пустопорожней обывательской жизни такие минуты, когда мы умеем облаять все в настоящем порядке вещей. Вот только в такие-то минуты универсального облаивания текущей действительности, в числе прочих, подлежащих облаянию сюжетов, не минует нашего издевательства и статистика, не минует только потому, что настроение минуты требует всестороннейшего облаивания жизни.
– В деревне Присухине, – издевается в такие минуты какой-нибудь обыватель, – школа имеет тридцать учеников, в деревне Засухине двадцать, а в деревне Оплеухине всего два ученика… Из этого, изволите видеть, следует такой средний вывод, что средним числом на школу – по семнадцати человек и еще какой-то нуль, да еще и около нуля какая-то козявка… Это все равно, ежели бы я взял миллионщика Колотушкина, у которого в кармане миллион, присоединил к нему просвирню Кукушкину, у которой грош, – так тогда в среднем выводе на каждого и вышло бы по полумиллиону. Просто нужно за что-нибудь деньги брать! Очень просто!
– Да! из-за чего это Болванкин на собрании с своим кирпичом совался? – спрашивает кто-нибудь во время этого обличительного монолога. «Кто-нибудь» спрашивает просто зря, от нечего делать. Но так как «облаивание» коснулось статистики, то немудрено услыхать и ответ на этот случайный вопрос, подходящий к подлежащей облаиванию теме.
– А как же! – ответствует другой из занимающихся облаиванием собеседников. – По статистическим данным, на каждую печную трубу приходится шесть рождаемостей, а на каждую курную избу две рождаемости и четыре смертности. Следовательно, ежели земство купит по дешевой цене кирпич у Болванкина и станет раздавать его бабам для устройства печей-голландок в курных избах, то сейчас же бабы будут производить шесть процентов рождаемости – и, следовательно, купец Болванкин отличнейшим образом продаст свой кирпич, который у него уж и так развалился и который со всем, с заводом и с Болванкиным, стоит грош. Как же ты этого не понимаешь? Нет, брат!.. Тут в среднем выводе можно запустить лапу очень хорошо!..
Известный обывателю склад и строй окружающей его жизни, в котором слово «хапнуть» играет не последнюю роль, невольно заставляет его прилагать этот господствующий принцип и к такого рода явлениям жизни, которых он даже и не понимает совершенно, в которых ровно ничего не смыслит. Неудивительно, что в те редкие минуты праздного лаянья на всех и вся, когда, за истощением облаиваемого материала, на зубок обывателя попадается и такой неприкосновенный материал для разговора, как статистика, основной принцип «хапнуть» не покидает соображений обывателя, и он прикладывает его там, где принцип этот не имеет никакого значения. И, говоря откровенно, я не знаю ни одного статистического «столбца», который не был бы истолкован нашими коренными деревенскими обывателями именно в этом последнем смысле. И я помню положительно только один случай, когда облаиванье, начавшееся «от нечего делать» и добравшееся за истощением материала до статистики, вдруг должно было замолкнуть за полнейшею невозможностью приткнуть к облаиваемой цифре хоть каплю принципиального во всех облаиваниях обвинения, то есть слово «хапнуть», казалось, готовое сорваться с языка, вдруг не сорвалось, и облаиватель только стал в тупик.
– Неведомо чего уж и писать стали! – говорил мне однажды один из таких облаивателей, зайдя попить чайку и от нечего делать перелистывая «обзор» нашего уезда, только что полученный с почты… – Уж даже и неведомо до чего доболтались!
– Одна, вишь, четверть лошади приходится, изволите видеть, на каждую какую-то там квадратную, что ли, душу. Ну что ж это означает, позвольте вас спросить?
– Как квадратную душу? Что вы, Иван Иваныч!
Иван Иваныч посмотрел в книгу и сказал:
– Ну, пес с ней! ну, ревизскую[1], что ли! Но что ж означает четверть лошади? Какая такая лошадиная четвертая часть? Которая же первая-то часть у ей? Это даже, прямо сказать, – насмешка одна!
– И очень просто!.. Положительно одно издевательство!.. С кирпича, с беременной бабы, с трубы все можно что-нибудь взять и даже в карман положить… А это уж – чорт знает что! Четверть лошади!..
Лично я хотя и мог бы совершенно иначе понимать эти «цифры», подлежащие облаиванию на разные лады, но, говоря по совести, обжившись с деревенскими обывателями, также, подобно им, привык очень мало интересоваться этим множеством крупных и мелких нулей, которые мы только и видим в таблицах многотомных трудов. Быть может, подумавши, я бы и мог что-нибудь возразить Ивану Ивановичу, но простое нежелание думать серьезно и привычка ограничиваться облаиванием не вызвали меня на разговор о непостижимой цифре.
«Четверть лошади!» – подумал я и присоединился к издевательству Ивана Ивановича. Толстые томы «трудов» как и прежде, так и после облаивания, сделанного Иваном Ивановичем, продолжали спокойно лежать на тех самых местах, где были положены, и всякий раз возбуждали во мне только глубокий вздох, когда, перечитав все, что можно было перечитать, приходилось с прискорбием увидеть, что кроме «трудов» решительно ничего для чтения нет!
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","pageTitle":"«Четверть» лошади (Глеб Иванович Успенский) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги ««Четверть» лошади». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"««Четверть» лошади». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Глеб Иванович Успенский","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 19 века","item":"https://bookra.app/genre/5305"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"«Четверть» лошади","item":"https://bookra.app/books/2isDMoFj"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","url":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","name":"««Четверть» лошади». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги ««Четверть» лошади». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/022ebe74-e983-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj#work","name":"«Четверть» лошади","url":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","description":"Наблюдатель, будучи обычным деревенским обывателем, осознаёт, что статистика может стать живой картиной, если к ней применить воображение, и решает посвятить себя её изучению.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/022ebe74-e983-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 19 века","русская классика"],"keywords":"очерки","sameAs":["https://litres.ru/book/gleb-uspenskiy/chetvert-loshadi-665815/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/64fdeda1-4d5b-102c-9c5b-e8b0b7836b8f#person","name":"Глеб Иванович Успенский","url":"https://bookra.app/author/64fdeda1-4d5b-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A3%D1%81%D0%BF%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%93%D0%BB%D0%B5%D0%B1_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q171242"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 19 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"очерки"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2isDMoFj#edition","url":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/gleb-uspenskiy/chetvert-loshadi-665815/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн ««Четверть» лошади»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/2isDMoFj","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":760253,"shortId":"2isDMoFj","title":"«Четверть» лошади","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/022ebe74-e983-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","annotationText":"«…Картина полного расстройства крестьянского хозяйства капитализирующейся деревни, нарисованная в художественном очерке Успенского, явилась своеобразным ответом на публицистические рассуждения о состоянии деревни народников, также пользовавшихся в своих статьях цифровыми данными статистических трудов. Успенский своим очерком говорит … о безнадежности сохранения мелких крестьянских хозяйств, несмотря на каторжный труд их владельцев…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Глеб Иванович Успенский","authors":[{"id":"64fdeda1-4d5b-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","displayName":"Глеб Иванович Успенский","protectedUrl":"/author/64fdeda1-4d5b-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A3%D1%81%D0%BF%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%93%D0%BB%D0%B5%D0%B1_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q171242"}],"genres":[{"id":5305,"title":"литература 19 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5305"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":["очерки"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1887-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"sourceLanguage","label":"Язык оригинала","value":"0"},{"key":"series","label":"Серия","value":"Живые цифры, 1"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Наблюдатель, будучи обычным деревенским обывателем, осознаёт, что статистика может стать живой картиной, если к ней применить воображение, и решает посвятить себя её изучению."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Наблюдатель сталкивается с тем, как статистика воспринимается как сухие цифры, и ищет способ увидеть в ней живую картину."},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Статистика становится живой картиной, если к ней применить человеческое воображение.","«Четверть лошади» символизирует ограниченную трудоспособность крестьян.","Наблюдатель переходит от игнорирования статистики к осмыслению её как живой картины."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Статистика становится живой картиной, отражающей реальность, и наблюдатель решает посвятить себя её изучению."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Читатели, интересующиеся социальной антропологией и статистикой","Люди, ищущие новые подходы к анализу данных"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Статистика как живое изображение","Социальная реальность крестьянской жизни"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Наблюдатель — Сначала игнорирует статистику, но после наблюдений начинает видеть в ней живые образы.","Иван Иванович — Показывает, как статистика может быть истолкована в бытовом контексте.","Баба — Трудится сено без лошади, демонстрируя ограниченность «четверти лошади».","Пашутка — Маленькая девочка, не способная помочь в переносе сена."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Четверть лошади!","Кабы лошадь была, так уж отвез бы!"]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1843–1902. Gleb Uspenski. русский писатель и публицист"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_760253","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_760253","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_760253","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_760253","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_760253","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_760253"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_760253","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_760253","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_760253","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_760253"},"guestReaderUrl":"/books/2isDMoFj#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/64fdeda1-4d5b-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","readersCount":3,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":6,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/2isDMoFj?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 6","sections":[{"id":"content0:0","kind":"heading","text":"Глеб Иванович Успенский «Четверть» лошади"},{"id":"content0:1","kind":"heading","text":"1"},{"id":"content0:2","kind":"paragraph","text":"…Кажется, во всей «нашей округе» нет среди местной обывательской интеллигенции (даже самого высокого сорта) такого страстного любителя местных статистических «данных», каким совершенно неожиданно оказался я, деревенский обыватель, пишущий эти строки. Огромные кипы и связки изданий статистического комитета, обязательно получаемые деревенской, обывательской интеллигенцией, постоянно и повсюду производили и производят на нее какое-то удручающее впечатление. Получишь, бывало, такую толстую книгу, подержишь в руке, почему-то непременно вздохнешь и положишь на полку; так эти книги и покоятся недвижимо там, где их положат. А между тем только ведь в этих-то толстых скучных книгах и сказана цифрами та «сущая» правда нашей жизни, о которой мы совершенно отвыкли говорить человеческим языком, и нужно только раз получить интерес к этим дробям, нулям, нуликам, к этой вообще цифровой крупе, которою усеяны статистические книги и таблицы, как все они, вся эта крупа цифр начнет принимать человеческие образы и облекаться в картины ежедневной жизни, то есть начнет получать значение не мертвых и скучных знаков, а, напротив, значение самого разностороннейшего изображения жизни."},{"id":"content0:3","kind":"paragraph","text":"И все-таки, не случись со мной одного самого (как увидит читатель ниже) ничтожного обстоятельства, я бы никогда не вошел во вкус этих, покрытых какою-то черною мушкарой, страниц и никогда бы не понял многозначительности выводов из этой цифровой мушкары, всегда казавшихся мне, как коренному «обывателю», совершенно нестоящим делом и пустопорожним словоизвержением. Никогда не думая серьезно вникать в это дело, мы, однакож, не прочь иной раз вложить в цифры и собственный свой смысл, сделать собственные свои выводы, и всякий раз делаем это, конечно, только «для смеху». Бывают в нашей пустопорожней обывательской жизни такие минуты, когда мы умеем облаять все в настоящем порядке вещей. Вот только в такие-то минуты универсального облаивания текущей действительности, в числе прочих, подлежащих облаянию сюжетов, не минует нашего издевательства и статистика, не минует только потому, что настроение минуты требует всестороннейшего облаивания жизни."},{"id":"content0:4","kind":"paragraph","text":"– В деревне Присухине, – издевается в такие минуты какой-нибудь обыватель, – школа имеет тридцать учеников, в деревне Засухине двадцать, а в деревне Оплеухине всего два ученика… Из этого, изволите видеть, следует такой средний вывод, что средним числом на школу – по семнадцати человек и еще какой-то нуль, да еще и около нуля какая-то козявка… Это все равно, ежели бы я взял миллионщика Колотушкина, у которого в кармане миллион, присоединил к нему просвирню Кукушкину, у которой грош, – так тогда в среднем выводе на каждого и вышло бы по полумиллиону. Просто нужно за что-нибудь деньги брать! Очень просто!"},{"id":"content0:5","kind":"paragraph","text":"– Да! из-за чего это Болванкин на собрании с своим кирпичом совался? – спрашивает кто-нибудь во время этого обличительного монолога. «Кто-нибудь» спрашивает просто зря, от нечего делать. Но так как «облаивание» коснулось статистики, то немудрено услыхать и ответ на этот случайный вопрос, подходящий к подлежащей облаиванию теме."},{"id":"content0:6","kind":"paragraph","text":"– А как же! – ответствует другой из занимающихся облаиванием собеседников. – По статистическим данным, на каждую печную трубу приходится шесть рождаемостей, а на каждую курную избу две рождаемости и четыре смертности. Следовательно, ежели земство купит по дешевой цене кирпич у Болванкина и станет раздавать его бабам для устройства печей-голландок в курных избах, то сейчас же бабы будут производить шесть процентов рождаемости – и, следовательно, купец Болванкин отличнейшим образом продаст свой кирпич, который у него уж и так развалился и который со всем, с заводом и с Болванкиным, стоит грош. Как же ты этого не понимаешь? Нет, брат!.. Тут в среднем выводе можно запустить лапу очень хорошо!.."},{"id":"content0:7","kind":"paragraph","text":"Известный обывателю склад и строй окружающей его жизни, в котором слово «хапнуть» играет не последнюю роль, невольно заставляет его прилагать этот господствующий принцип и к такого рода явлениям жизни, которых он даже и не понимает совершенно, в которых ровно ничего не смыслит. Неудивительно, что в те редкие минуты праздного лаянья на всех и вся, когда, за истощением облаиваемого материала, на зубок обывателя попадается и такой неприкосновенный материал для разговора, как статистика, основной принцип «хапнуть» не покидает соображений обывателя, и он прикладывает его там, где принцип этот не имеет никакого значения. И, говоря откровенно, я не знаю ни одного статистического «столбца», который не был бы истолкован нашими коренными деревенскими обывателями именно в этом последнем смысле. И я помню положительно только один случай, когда облаиванье, начавшееся «от нечего делать» и добравшееся за истощением материала до статистики, вдруг должно было замолкнуть за полнейшею невозможностью приткнуть к облаиваемой цифре хоть каплю принципиального во всех облаиваниях обвинения, то есть слово «хапнуть», казалось, готовое сорваться с языка, вдруг не сорвалось, и облаиватель только стал в тупик."},{"id":"content0:8","kind":"paragraph","text":"– Неведомо чего уж и писать стали! – говорил мне однажды один из таких облаивателей, зайдя попить чайку и от нечего делать перелистывая «обзор» нашего уезда, только что полученный с почты… – Уж даже и неведомо до чего доболтались!"},{"id":"content0:9","kind":"paragraph","text":"– Что такое?"},{"id":"content0:10","kind":"paragraph","text":"– Одна, вишь, четверть лошади приходится, изволите видеть, на каждую какую-то там квадратную, что ли, душу. Ну что ж это означает, позвольте вас спросить?"},{"id":"content0:11","kind":"paragraph","text":"– Как квадратную душу? Что вы, Иван Иваныч!"},{"id":"content0:12","kind":"paragraph","text":"Иван Иваныч посмотрел в книгу и сказал:"},{"id":"content0:13","kind":"paragraph","text":"– Ну, пес с ней! ну, ревизскую[1], что ли! Но что ж означает четверть лошади? Какая такая лошадиная четвертая часть? Которая же первая-то часть у ей? Это даже, прямо сказать, – насмешка одна!"},{"id":"content0:14","kind":"paragraph","text":"– Ну как же так!"},{"id":"content0:15","kind":"paragraph","text":"– И очень просто!.. Положительно одно издевательство!.. С кирпича, с беременной бабы, с трубы все можно что-нибудь взять и даже в карман положить… А это уж – чорт знает что! Четверть лошади!.."},{"id":"content0:16","kind":"paragraph","text":"Лично я хотя и мог бы совершенно иначе понимать эти «цифры», подлежащие облаиванию на разные лады, но, говоря по совести, обжившись с деревенскими обывателями, также, подобно им, привык очень мало интересоваться этим множеством крупных и мелких нулей, которые мы только и видим в таблицах многотомных трудов. Быть может, подумавши, я бы и мог что-нибудь возразить Ивану Ивановичу, но простое нежелание думать серьезно и привычка ограничиваться облаиванием не вызвали меня на разговор о непостижимой цифре."},{"id":"content0:17","kind":"paragraph","text":"«Четверть лошади!» – подумал я и присоединился к издевательству Ивана Ивановича. Толстые томы «трудов» как и прежде, так и после облаивания, сделанного Иваном Ивановичем, продолжали спокойно лежать на тех самых местах, где были положены, и всякий раз возбуждали во мне только глубокий вздох, когда, перечитав все, что можно было перечитать, приходилось с прискорбием увидеть, что кроме «трудов» решительно ничего для чтения нет!"}],"toc":[{"id":"content0:0:1","label":"Глеб Иванович Успенский «Четверть» лошади","page":1,"pageUrl":"/books/2isDMoFj#reader-content"},{"id":"content0:1:1","label":"1","page":1,"pageUrl":"/books/2isDMoFj#reader-content"},{"id":"content1:0:2","label":"2","page":2,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=2#reader-content"},{"id":"content2:0:3","label":"3","page":3,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=3#reader-content"},{"id":"content2:13:3","label":"4","page":3,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=3#reader-content"},{"id":"content3:0:5","label":"5","page":5,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=5#reader-content"},{"id":"content3:3:5","label":"Примечания","page":5,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=5#reader-content"},{"id":"content3:15:6","label":"«Четверть» лошади","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:0:6","label":"Сноски","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:1:6","label":"1","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:4:6","label":"2","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:7:6","label":"3","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"},{"id":"contentnotes0:10:6","label":"4","page":6,"pageUrl":"/books/2isDMoFj?page=6#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":763518,"shortId":"3LvRJB52","title":"Братья Карамазовы","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/7a76e4b8-faea-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3LvRJB52"},{"idCatalog":766082,"shortId":"0M91uPgi","title":"Идиот","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/eb0c06f8-fa5a-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0M91uPgi"},{"idCatalog":762359,"shortId":"1lOPpIC9","title":"Преступление и наказание","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4a1dc61b-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1lOPpIC9"},{"idCatalog":761045,"shortId":"0AKnEwPv","title":"Евгений Онегин","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/2141842d-6af7-11e7-a56b-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0AKnEwPv"},{"idCatalog":764764,"shortId":"2McXoho6","title":"Герой нашего времени","authorLine":"Михаил Юрьевич Лермонтов","primaryAuthorId":"41b1c20d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc790be1-fc0b-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2McXoho6"},{"idCatalog":766274,"shortId":"3cmoY1yG","title":"Бесы","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f7222e47-fac9-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3cmoY1yG"},{"idCatalog":787874,"shortId":"1PfL6r40","title":"Отцы и дети","authorLine":"Иван Сергеевич Тургенев","primaryAuthorId":"75de63a0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/50ec3991-fc0d-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1PfL6r40"},{"idCatalog":177111,"shortId":"167M8mLN","title":"Обыкновенная история","authorLine":"Иван Александрович Гончаров, Алиса Каретина","primaryAuthorId":"de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/82ccf8c9-7555-11e7-a9a5-0cc47a5453d6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/167M8mLN"},{"idCatalog":789596,"shortId":"2YxjX10E","title":"Капитанская дочка","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/83dd5e53-fb4c-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2YxjX10E"},{"idCatalog":671393,"shortId":"0NWHuoAt","title":"Горе от ума","authorLine":"Александр Сергеевич Грибоедов, Иван Александрович Гончаров, Литрес Классика","primaryAuthorId":"cebc5dce-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/6aa91805-530f-11f0-8ce3-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0NWHuoAt"},{"idCatalog":761829,"shortId":"2hBLjWAp","title":"Униженные и оскорбленные","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/311e3dd9-16c5-102c-96f3-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2hBLjWAp"},{"idCatalog":792820,"shortId":"0Jki4h4k","title":"Дворянское гнездо","authorLine":"Иван Сергеевич Тургенев","primaryAuthorId":"75de63a0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/e6d0c512-fc0b-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0Jki4h4k"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":2054,"totalPages":172,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}