Загрузка...
Назад в библиотеку
Смерть Вазир-Мухтара — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Смерть Вазир-Мухтара

Автор Юрий Николаевич Тынянов
12+2007387 читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1927-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Жанры
русская классика
Темы
10 класс

Описание

Молодой дипломат и писатель Александр Сергеевич Грибоедов отправляется в Персию, где его дипломатические усилия, культурные взаимодействия и личные переживания приводят к трагической гибели, отражая сложные политические и культурные отношения России и Персии в начале XIX века.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между Россией и Персией, дипломатические напряжения и личная судьба Грибоедова.

Ключевые идеи

  • Грибоедов готовится к посольской миссии в Персию и сталкивается с семейными сомнениями.
  • Взаимодействие Грибоедова с чиновниками (Ермолов, Пасьевич, Нессельрод) раскрывает политический контекст войны с Персией.
  • Успешное заключение «Туркменчайского мира» подтверждается новостной заметкой, но предвещает трагический исход.
  • Тонкая граница между официальной церемонией и личным восприятием Грибоедова
  • Слияние политических и культурных событий в одном повествовании
  • Грибоедов как наблюдатель и посредник между разными мирами
  • Дипломатические интриги и тайные братства среди иностранных дипломатов
  • План России по колонизации Закавказья и созданию «Восточной Индии»
  • Роль Грибоедова как посредника и советника в переговорах
  • Бюрократические интриги и назначение в Персию
  • Творческая деятельность Грибоедова как трагедии
  • Взаимодействие с литературными деятелями

Вывод

Грибоедов погибает во время штурма дворца, оставляя после себя дипломатические последствия и напоминание о сложности международных отношений.

Кому полезна

  • Историки
  • Любители русской литературы
  • Студенты истории и международных отношений
  • Профессионалы в дипломатии

Главные темы

  • Дипломатия и международные отношения
  • Культурные взаимодействия
  • Личная судьба и трагедия
  • Война и внутренние интриги Персии

Персонажи

  • Александр Сергеевич Грибоедов — Молодой, решительный чиновник, талантливый писатель и музыкант. Стремится к служебному росту, но не хочет отказываться от творчества. Участвует в переговорах с шахом, посещает монетный двор Аббаса, наблюдает ритуалы, размышляя о своей роли в политике и войне.
  • Нессельрод — Старший дипломат, сопровождает Грибоедова в дворец, участвует в церемонии. Управляет дипломатическими делами, интересуется проектом по Востоку, принимает решения о назначении и повышении статуса Грибоедова.
  • Аббас‑Мирза — Главный правитель, стремящийся укрепить государство, проводить военные реформы и противостоять внешнему давлению. Руководитель монетного двора, наблюдает ритуалы, его решения влияют на ход войны с Россией.
  • Вазир‑Мухтар — Сдержанный и внимательный к деталям, он наблюдает за ритуалами и пытается сохранить баланс между русской дипломатией и персидскими традициями.
  • Пушкин — Встречается с Грибоедовым в театре, обсуждает планы по литературе. Участвует в обеде, обсуждает творчество Грибоедова.
  • Доктор Макниль — Рассказывает о работе в Персии и о дипломатических миссиях. Обсуждает ордена, дипломатические миссии и культурные различия.
  • Пакевич — Участвует в дипломатических усилиях и оказывает поддержку Аббасу‑Мирзой.
  • Фетх‑Али‑шах — Владелец государства, иногда конфликтует с Аббасом‑Мирзой из-за политических решений.
  • Самсон-хан — Участвует в церемонии брака дочери, обсуждает подарки. Он является объектом дипломатических усилий Грибоедова.
  • Алаяр-хан — Участвует в церемонии, обсуждает подарки. Он участвует в обсуждении жен Алаяр‑хана и дестхата.
  • Манучехр‑хан — Он наблюдает за ритуалами и помогает Вазир‑Мухтару в аудиенции.
  • Фазиль‑хан — Читает стихи шаху и министрам, участвует в церемонии.

Цитаты

  • Взгляни на лик холодный сей, Взгляни: в нем жизни нет; Но как на нем былых страстей Еще заметен след!
  • В конце концов, в 1828 году, Пушечный выстрел из Петропавловской крепости объявил о заключении мира с Персией.
  • Пушкин подошел к нему и просто протянул руку.
  • Он сказал: «Мы еще встретимся. Я рад.»
  • «Важны не только воинственный дух, но и способы прокормления, доходы и их приращение».
  • «Мы не одолжены уже иностранцам за их произведения, но нуждаемся в новых ресурсах».
  • «Я же и по чину своему на этот пост назначен быть не могу.»
  • «Господин министр, я буду счастлив…»
  • «Потому что в очках, в этой мелочи, – тоже очень многое заключается. Самые легкомысленные глаза приобретают в очках ученость.»
  • «Чудо может вознести всякого.»

Сводка по автору из Wikidata

1894–1943. Ю́рий Никола́евич Тыня́нов. русский писатель, литературовед, критик, переводчик

Читать онлайн

Страница 1 из 120

Annotation

Юрий Николаевич Тынянов во всех своих произведениях умеет передать живое ощущение описываемой им эпохи. «Смерть Вазир-Мухтара» – один из самых известных романов Юрия Тынянова. В нем он рассказал о последнем годе жизни великого писателя и дипломата Александра Сергеевича Грибоедова, о его трагической гибели в Персии, куда он был отправлен в качестве посла. Также в сборник вошли повесть «Восковая персона» и рассказы «Подпоручик Киже» и «Гражданин Очер».

Юрий Тынянов

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

2

3

4

5

6

7

ГЛАВА ВТОРАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

ГЛАВА ПЯТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

ГЛАВА ШЕСТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

1

2

3

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

Юрий Тынянов Смерть Вазир-Мухтара

Взгляни на лик холодный сей, Взгляни: в нем жизни нет; Но как на нем былых страстей Еще заметен след!

Так ярый ток, оледенев, Над бездною висит, Утратив прежний грозный рев, Храня движенья вид.

Евгений

Баратынский

На очень холодной площади в декабре месяце тысяча восемьсот двадцать пятого года перестали существовать люди двадцатых годов с их прыгающей походкой. Время вдруг переломилось; раздался хруст костей у Михайловского манежа – восставшие бежали по телам товарищей – это пытали время, был «большой застенок» (так говорили в эпоху Петра).

Лица удивительной немоты появились сразу, тут же на площади, лица, тянущиеся лосинами щек, готовые лопнуть жилами. Жилы были жандармскими кантами северной небесной голубизны, и остзейская немота Бенкендорфа стала небом Петербурга.

Тогда начали мерить числом и мерой, судить порхающих отцов; отцы были осуждены на казнь и бесславную жизнь.

Случайный путешественник-француз, пораженный устройством русского механизма, писал о нем: «империя каталогов», и добавлял: «блестящих».

Отцы пригнулись, дети зашевелились, отцы стали бояться детей, уважать их, стали заискивать. У них были по ночам угрызения, тяжелые всхлипы. Они называли это «совестью» и «воспоминанием».

И были пустоты.

За пустотами мало кто разглядел, что кровь отлила от порхающих, как шпага ломких, отцов, что кровь века переместилась.

Дети были моложе отцов всего на два, на три года. Руками рабов и завоеванных пленных, суетясь, дорожась (но не прыгая), они завинтили пустой Бенкендорфов механизм и пустили винт фабрикой и заводом. В тридцатых годах запахло Америкой, ост-индским дымом.

Дуло два ветра: на восток и на запад, и оба несли с собою: соль и смерть отцам и деньги – детям.

Чем была политика для отцов?

«Что такое тайное общество? Мы ходили в Париже к девчонкам, здесь пойдем на Медведя»– так говорил декабрист Лунин.

Он не был легкомыслен, он дразнил потом Николая из Сибири письмами и проектами, написанными издевательски ясным почерком; тростью он дразнил медведя – он был легок.

Бунт и женщины были сладострастием стихов и даже слов обыденного разговора. Отсюда же шла и смерть, от бунта и женщин.

Людей, умиравших раньше своего века, смерть застигала внезапно, как любовь, как дождь.

«Он схватил за руку испуганного доктора и просил настоятельно помощи, громко требуя и крича на него: „Да понимаешь ли, мой друг, что я жить хочу, жить хочу!“

Так умирал Ермолов, законсервированный Николаем в банку полководец двадцатых годов.

И врач, сдавленный его рукой, упал в обморок.

Они узнавали друг друга потом в толпе тридцатых годов, люди двадцатых, – у них был такой «масонский знак», взгляд такой и в особенности усмешка, которой другие не понимали. Усмешка была почти детская.

Кругом они слышали другие слова, они всеми силами бились над таким словом, как «камер-юнкер» или «аренда», и тоже их не понимали. Они жизнью расплачивались иногда за незнакомство со словарем своих детей и младших братьев. Легко умирать за «девчонок» или за «тайное общество», за «камер-юнкера» лечь тяжелее.

Людям двадцатых годов досталась тяжелая смерть, потому что век умер раньше их.

У них было в тридцатых годах верное чутье, когда человеку умереть. Они, как псы, выбирали для смерти угол поудобнее. И уже не требовали перед смертью ни любви, ни дружбы.

Что дружба? Что любовь?

Дружбу они обронили где-то в предыдущем десятилетии, и от нее осталась только привычка писать письма да ходатайствовать за виноватых друзей – кстати, тогда виноватых было много. Они писали друг другу длинные сентиментальные письма и обманывали друг друга, как раньше обманывали женщин.

Над женщинами в двадцатых годах шутили и вовсе не делали тайн из любви. Иногда только дрались или умирали с таким видом, как будто говорили: «Завтра побывать у Истоминой». Был такой термин у эпохи: «сердца раны». Кстати, он вовсе не препятствовал бракам по расчету.

В тридцатых годах поэты стали писать глупым красавицам. У женщин появились пышные подвязки. Разврат с девчонками двадцатых годов оказался добросовестным и ребяческим, тайные общества показались «сотней прапорщиков».

Благо было тем, кто псами лег в двадцатые годы, молодыми и гордыми псами, со звонкими рыжими собаками!

Как страшна была жизнь превращаемых, жизнь тех из двадцатых годов, у которых перемещалась кровь!

Они чувствовали на себе опыты, направляемые чужой рукой, пальцы которой не дрогнут.

Время бродило.

Всегда в крови бродит время, у каждого периода есть свой вид брожения.

Было в двадцатых годах винное брожение – Пушкин.

Грибоедов был уксусным брожением.

А там – с Лермонтова идет по слову и крови гнилостное брожение, как звон гитары.

Запах самых тонких духов закрепляется на разложении, на отбросе (амбра – отброс морского животного), и самый тонкий запах ближе всего к вони.

Вот – уже в наши дни поэты забыли даже о духах и продают самые отбросы за благоухание.

В этот день я отодвинул рукой запах духов и отбросов. Старый азиатский уксус лежит в моих венах, и кровь пробирается медленно, как бы сквозь пустоты разоренных империй.

Человек небольшого роста, желтый и чопорный, занимает мое воображение.

Он лежит неподвижно, глаза его блестят со сна.

Он протянул руку за очками, к столику.

Он не думает, не говорит.

Еще ничего не решено.

Страница 1 из 120

Назад12…120Далее

Вам также может понравиться

Тихий Дон — обложка книги

Тихий Дон

Михаил Александрович Шолохов

Братья Карамазовы — обложка книги

Братья Карамазовы

Федор Михайлович Достоевский

Идиот — обложка книги

Идиот

Федор Михайлович Достоевский

Преступление и наказание — обложка книги

Преступление и наказание

Федор Михайлович Достоевский

Ночевала тучка золотая — обложка книги

Ночевала тучка золотая

Анатолий Игнатьевич Приставкин

Живые и мертвые — обложка книги

Живые и мертвые

Константин Михайлович Симонов

Вечный зов — обложка книги

Вечный зов

Анатолий Степанович Иванов

Евгений Онегин — обложка книги

Евгений Онегин

Александр Сергеевич Пушкин

Герой нашего времени — обложка книги

Герой нашего времени

Михаил Юрьевич Лермонтов

Бесы — обложка книги

Бесы

Федор Михайлович Достоевский

Отцы и дети — обложка книги

Отцы и дети

Иван Сергеевич Тургенев

Камера обскура — обложка книги

Камера обскура

Владимир Владимирович Набоков

Страница 1 из 402

Назад12…402Далее