Читать бесплатно онлайн

Оливер Твист

Автор Чарльз Диккенс

0+13k читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Язык оригиналаen

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза детская проза детские приключения книги о приключениях

Темы

сиротаБританская литератураДиккенс19 вексоциальная критикадетствопотерясудьбапутешествиеистория

Описание

Оливер Твист – история сироты, рожденной в доме призрения, которая вынуждена бороться за выживание в жестоком обществе, сталкиваясь с эксплуатацией, преступностью и моральными дилеммами, пока ищет дружбу и справедливость.

Главный конфликт / проблема

Борьба Оливера за выживание и справедливость в условиях жестокого общества, где дети подвергаются эксплуатации и преступности.

Ключевые идеи

Оливер рождается в условиях безнадёжности и спасается благодаря вмешательству врача и матери.
Система сиротского воспитания приводит к игнорированию и жестокому обращению с детьми.
Переезд Оливера на ферму и последующее обучение у мистера Бембля отражают социальные и экономические реалии того времени.
Жестокое обращение в приюте и последующее бегство Оливера в Лондон демонстрируют его стремление к свободе.
Встреча с Диком и другими мальчиками в Лондоне открывает новые возможности и опасности для молодого сироты.
Несправедливость и жестокость полицейской системы в Лондоне
Симпатия и забота добрых людей, которые помогают бедному Оливеру
Эксплуатация и насилие над детьми в преступном мире
Планирование ограбления и использование ребёнка как инструмента
Оливер вынужден стать прислужником разбойника и осознаёт опасность.
Моральные дилеммы и внутренний конфликт персонажей в отношении насилия.
Сложность и опасность жизни Оливера в обществе взрослых.

Вывод

Книга показывает, как социальная несправедливость и преступность влияют на судьбу человека, но также подчёркивает важность дружбы и моральных принципов, которые помогают преодолеть трудности.

Кому полезна

Читатели, интересующиеся историей и социальной справедливостью
Люди, желающие понять психологию выживания в неблагоприятных условиях
Любители классической литературы

Главные темы

Социальная несправедливость и эксплуатация детей
Преступность и моральные дилеммы
Выживание и поиск дружбы

Персонажи

Оливер Твист — Маленький мальчик, рожденный в доме призрения, переживает жестокое обращение и вынужден адаптироваться к жизни в системе сиротского воспитания. Бедный и больной, попадает в полицейскую камеру, затем в плен преступников, где используется как инструмент. Молодой, истощённый, бинтованная рука, подозреваемый в ограблении.
Сайкс — Участвует в планировании ограбления, бросает Оливера в канаву, но в итоге они бегут, оставляя Оливера раненым. Сильный и агрессивный, пытается заставить Феджина раскрыть планы, готов к физическому конфликту.
Мистер Феджин — Попытки вмешаться и контролировать ситуацию, хитрый и манипулятивный, использует власть для получения денег.
Мистер Браунлоу — Проявляет сочувствие к Оливера и берёт его в свой дом.
Мистер Бембл — Находит монеты, обсуждает смерть старухи, выражает недовольство судьбой и правосудием, пытается защитить свою семью.
Дик — Молодой человек, помогает Оливеру адаптироваться и обучает его навыкам выживания.
Мистер Фен — Жестокий и недоверчивый полицейский, проводит допрос Оливера.
Мистер Соуэрберри — Сотрудник приюта, участвующий в решениях о наказании.
Миссис Соуэрберри — Старается смягчить наказание, но в итоге поддерживает строгий подход.
Мистер Лосберн — Прибывает в дом для расследования ограбления.
Мэйли — Сопровождает Оливера и участвует в обсуждении его участия.
Гарри — Стремится завоевать сердце Розы, но сталкивается с её отказом из-за долга и репутации.

Цитаты

дайте мнѣ взглянуть на ребенка прежде, чѣмъ я умру
Бедняжечка!
Оливеръ!
Боже мой, Боже мой!
Всё же вам нужно пройти к коммиссару, сэр!
Бедный мальчик, бедный мальчик!
— Я не боюсь этого, Билль, не боюсь!
— Нѣтъ, не будетъ этого!
Нѣтъ, нѣтъ, мой милый! Нѣтъ, тебя не оставятъ тамъ.
Если ты скажешь хоть единое слово, когда мы выйдемъ изъ дому, за исключеніемъ тѣхъ случаевъ, когда я самъ заговорю съ тобой, то весь этот зарядъ безъ всякаго предупрежденія попадетъ тебѣ въ голову.

Сводка по автору из Wikidata

1812–1870. Charles Dickens. британский писатель, стенограф, репортёр, романист и эссеист (1812—1870)

Читать онлайн

Страница 1 из 133

Полное собраніе сочиненій Чарльза Диккенса Книга I ОЛИВЕРЪ ТВИСТЪ

I. Мѣсто рожденія Оливера Твиста и обстоятельства, сопровождавшія его рожденіе

Къ числу общественныхъ зданій нѣкоего города, настоящее названіе котораго я не хочу упоминать, желая по многимъ причинамъ быть осторожнымъ, и не нахожу въ то же время нужнымъ придумывать для него другое какое нибудь вымышленное имя, принадлежалъ и домъ призрѣнія для бѣдныхъ, какой вы можете встрѣтить въ большинствѣ городовъ, какъ большихъ, такъ и малыхъ. Въ этомъ домѣ призрѣнія — указаніемъ дня и числа также не желаю утруждать себя, тѣмъ болѣе что эта первоначальная ступень развитія послѣдующихъ событій не имѣетъ особеннаго значенія для читателя, — родился смертный, имя котораго начертано въ заголовкѣ этой главы.

Спустя нѣсколько времени послѣ того, какъ смертный этотъ былъ стараніями приходскаго доктора водворенъ въ мірѣ печали и воздыханій, явилось серьезное сомнѣніе въ томъ, доживетъ ли малютка до того момента когда ему дадутъ имя. Въ послѣднемъ случаѣ болѣе, чѣмъ достовѣрно, что мемуары эти не появились бы въ печати, а если бы и появились, то заняли бы всего лишь нѣсколько страницъ, имѣя, безъ сомнѣнія, неоцѣненную заслугу въ томъ, что представили бы собой наиболѣе точный и крѣпкій образчикъ біографіи, какія встрѣчаются въ литературѣ всѣхъ вѣковъ и странъ.

Я не намѣренъ вовсе утверждать, будто фактъ рожденія въ домѣ призрѣнія для бѣдныхъ, является самъ по себѣ наиболѣе счастливымъ и завиднымъ обстоятельствомъ, какое можетъ выпасть на долго человѣческаго существа; я хочу только сказать, что фактъ этотъ былъ только счастливой случайностью для Оливера Твиста. Дѣло въ томъ, что Оливеру было бы весьма трудно примѣнить къ себѣ самому нѣкоторое правило, вызывающее первый актъ дыханія, — правило непріятное, но въ тоже время равно необходимое для нашего существованія. Нѣсколько времени лежалъ малютка на маленькомъ матрасикѣ, какъ бы колеблясь между этимъ міромъ и будущимъ: всѣ шансы, само собою разумѣется, были на сторонѣ послѣдняго. Будь Оливеръ въ теченіе этого короткаго времени окруженъ заботливыми бабушками, безпокойными тетушками, опытными нянюшками и докторами глубокой мудрости, онъ погибъ бы неизбѣжно и несомнѣнно. Но такъ какъ при немъ никого не было, кромѣ нищей старухи, потерявшей способность разсуждать вслѣдствіе непомѣрнаго употребленія вина, и доктора, исполнявшаго свои обязанности по контракту, то Оливеръ и природа справились съ ними. Результатомъ этого явилось то, что послѣ непродолжительныхъ усилій Оливеръ началъ дышать, чихать и наконецъ возвѣстилъ жителямъ дома призрѣнія фактъ появленія на свѣтъ обузы, тяжесть которой всецѣло ложилась на приходъ; возвѣстилъ онъ его крикомъ такимъ громимъ, какого и слѣдовало ожидать отъ ребенка мужскаго пола, получившаго всего какихъ нибудь три съ четвертью минуты тому назадъ такой полезный даръ, какъ голосъ.

Не успѣлъ Оливеръ дать доказательство собственной и свободной дѣятельности своихъ легкихъ, какъ одѣяло, все покрытое заплатами и кое какъ брошенное на желѣзную кровать, зашевелилось и на подушкѣ слегка приподнялась голова блѣдной молодой женщины и слабый голосъ неясно произнесъ слѣдующія слова: «дайте мнѣ взглянуть на ребенка прежде, чѣмъ я умру».

Докторъ сидѣлъ въ это время у камина, то растирая ладони рукъ, то грѣя ихъ у огня. Когда молодая женщина заговорила, онъ всталъ и, подойдя къ ея кровати, сказалъ съ оттѣнкомъ гораздо большей доброты въ голосѣ, чѣмъ этого можно было ожидать отъ него:

— О, вамъ еще нечего говорить о смерти!

— Спаси, Господи, ее бѣдняжку! — сказала сидѣлка, поспѣшно пряча въ карманъ зеленую стеклянную бутылку, содержимое которой она выпила съ очевиднымъ удовольствіемъ, сидя въ углу комнаты. — Спаси, Господи, ее бѣдняжку, когда она проживетъ столько, какъ я, сэръ, и будетъ у нея штукъ тринадцать собственныхъ дѣтей, которыя всѣ умрутъ, за исключеніемъ двухъ, да и тѣ будутъ съ нею въ этомъ домѣ… Не то запоетъ она тогда, спася ее, Господи! Подумайте только, что значитъ быть матерью такого милаго малютки.

Надо полагать, что такая утѣшительная перспектива материнскаго счастья произвела надлежащее дѣйствіе. Больная опустила голову на подушку и протянула руку къ ребенку.

Докторъ положилъ ей его на руки. Холодными, блѣдными губами запечатлѣла она страстный поцѣлуй на головѣ малютки… провела рукой по его лицу… дико оглянулась… вздрогнула… откинулась навзничь и… умерла. Докторъ и сидѣлка принялись растирать ей грудь, руки и виски; но кровь остановилась навсегда.

Они говорили ей о надеждѣ и счастьѣ, но все это теперь уже стало чуждымъ для нея.

— Все кончено, миссисъ Тингомми, — сказалъ докторъ.

— Бѣдняжечка! — сказала сидѣлка, закупоривая зеленую бутылку пробкой, которая выпала на подушку, когда она подошла, чтобы взять ребенка. — Бѣдняжечка!

— Не посылайте за мной, сидѣлка, когда ребенокъ будетъ кричать, — сказалъ докторъ, натягивая на руки перчатки. — Надо полагать, онъ будетъ очень безпокойный. Дайте ему немного кашки, если есть. — Онъ надѣлъ шляпу, но на пути къ дверямъ остановился и сказалъ:- Она казалась такой здоровой дѣвушкой. Откуда она?

— Ее принесли прошлую ночь, — отвѣчала старуха, — по приказанію надзирателя. Ее нашли лежащей на улицѣ. Она шла должно быть издалека, потому что башмаки у нее совсѣмъ потрепанные. Но откуда и куда она шла, никто этого не знаетъ.

Докторъ наклонился надъ тѣломъ и поднялъ лѣвую руку.

— Старая исторія, — сказалъ онъ, качая головой;- обручальнаго кольца не видать… Эхъ!.. Спокойной ночи!..

Джентльменъ медицины поспѣшилъ на обѣдъ; сидѣлка, приложившись еще разъ къ зеленой бутылкѣ, сѣла на стулъ у камина и занялась облаченіемъ ребенка.

Какимъ чуднымъ доказательствомъ всемогущества одежды былъ юный Оливеръ Твистъ! Завернутый въ одѣяльце, которое до этой минуты было его единственной покрышкой, онъ съ одинаковымъ успѣхомъ могъ быть принятъ какъ за ребенка дворянина, такъ и за ребенка нищаго, и даже самый увѣренный въ себѣ человѣкъ съ трудомъ могъ бы опредѣлить настоящее положеніе его въ обществѣ. Теперь же, когда на него надѣли старое каленкоровое платье, пожелтѣвшее на такой же точно службѣ, онъ былъ завсегда отмѣченъ и сразу занялъ подобающее ему мѣсто — приходскаго ребенка — сироты дома призрѣнія для бѣдныхъ — жалкаго, полуголоднаго горемыки, надѣляемаго со всѣхъ сторонъ пинками и побоями, презираемаго всѣми и не пользующагося ничьимъ состраданіемъ.

Оливеръ кричалъ громко. Имѣй онъ возможность знать, что онъ сирота, предоставленный произволу церковнаго старосты и надзирателей, онъ кричалъ бы еще громче.