Читать бесплатно онлайн

Русский мир

Автор Лев Николаевич Толстой

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

всемирная история публицистика

Темы

русский миртолстойпублицистикапатриотизмвластьнациональная идентичностьисториясоциальная критикарелигиянациональная безопасность

Описание

Сборник произведений Л.Н. Толстого, в котором он критикует власть, религию и патриотизм, исследует смысл жизни через христианство и призывает к внутренней свободе и критическому осмыслению общественных институтов.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личной свободой и властью, а также между религиозным учением и государственными институтами

Ключевые идеи

Насилие власти и патриотизм служат инструментами подавления народа, а истинный патриотизм должен вызывать стыд, а не гордость.
Вера, соединённая с властью, является ложной; истинная вера должна быть свободной от государственного влияния.
Толстой призывает к жизни без насилия и лжи, к внутреннему освобождению и отказу от государственной власти.
Церковная власть использует насилие и внушение для контроля веры.
Никейский символ веры считается единой истиной, но его применение приводит к искажению и суевериям.
Внушение формирует у детей и необразованных взрослых непоколебимое убеждение, препятствующее развитию разума.
Постановление синода незаконно и клеветническое.
Толстой отвергает церковь после критического изучения её догматов.
Кризис смысла жизни приводит к мысли о самоубийстве и поиску ответов в науке и вере.
Разрыв между интеллектуальной философией и практической верой.
Простое народное верование даёт более глубокий смысл, чем сложные теории.
Вера – это не только слова, но и действия, подтверждающие её смысл.

Вывод

Книга приводит к выводу, что истинная свобода и мир достигаются через внутреннее освобождение, критическое осмысление власти и религии, а также через практическое применение христианских принципов в повседневной жизни.

Кому полезна

Люди, интересующиеся историей России и критикой власти
Читатели, ищущие духовные и философские размышления
Студенты и исследователи русской литературы и общественных наук

Главные темы

Критика власти и насилия
Критика церковной власти и внушения
Поиск смысла жизни через христианство
Критика патриотизма и его роли в обществе
Роль общественного мнения и внутренней свободы

Персонажи

Лев Николаевич Толстой — Писатель и публицист, выступающий против насилия власти, патриотизма и ложной веры. Писатель и философ, выступающий против догматизма и насилия в религиозной практике. Рассуждает о постановлении синода, отречении от церкви, внутреннем кризисе и поиске смысла жизни. Критически относится к церковным учениям, особенно к заповеди непротивления злу, и анализирует реакцию критиков.
Царь Николай II — Получатель критических писем от Толстого, символизирующий авторитарную власть.
П.А. Столыпин — Получатель письма от Толстого, обсуждающего земельные реформы.
Духовенство — Объект критики автора, обвиняемый в использовании насилия и внушения.
Русский народ — Целевая аудитория, которую, по мнению автора, обманывают и контролируют церковные методы.
Простые люди и монахи — Принимают страдания, трудятся, видят смысл в жизни.
Еврейский раввин — Показывает сомнения в применимости христианского закона о непротивлении злу.
Гранатом — Показывает внутренний конфликт между службой и учением Христа.
Церковные учителя — Они проповедуют учение, которое, по мнению Толстого, отклоняется от истинного учения Христа.
Религиозные критики — Представляют различные аргументы, включая оправдание насилия и ограничение заповеди.
Светские критики — Фокусируются на несовместимости учения Христа с современным обществом.
Рабочий — Трудящийся, живущий в постоянном лишении и страдании.

Цитаты

Не верьте, что народ вас любит…
Ничего не может быть хуже насилия власти…
Вся ваша жизнь посвящена тому, чтобы проповедывать, поддерживать и распространять среди людей учение, по вашим словам открыто вам самим Богом и потому единое истинное и спасительное.
Но я знаю, что доводы, обращенные к уму, не убеждают, – убеждает только чувство, и потому, оставляя доводы, обращаюсь к вам, кто бы вы ни были: папы, епископы, архиереи, священники и др., – к вашему чувству, к вашей совести.
Постановление синода вообще имеет много недостатков. Оно незаконно или умышленно двусмысленно.
Я действительно не верю в то, во что они говорят, что верят.
«Я готов был принять теперь всякую веру, только бы она не требовала от меня прямого отрицания разума, которое было бы ложью.»
«Я понял, что вера этих людей – не та вера, которой я искал, что их вера не есть вера, а только одно из эпикурейских утешений в жизни.»
Ни один цивилизованный передовой человек теперь не в состоянии дать ответ на прямой вопрос: зачем ты живёшь тою жизнью, которой ты живёшь?
«В книге моей я обвиняю церковных учителей в том, что они учат противно заповедям Христа…»

Сводка по автору из Wikidata

1828–1910. Лев Никола́евич Толсто́й. русский писатель (1828—1910)

Читать онлайн

Страница 1 из 109

Annotation

Л.Н. Толстой не только корифей мировой художественной литературы, но и признанный автор публицистических произведений. В них он постоянно затрагивает тему «русского мира». Толстой ищет ответы на вопросы, в чем сущность русской души, какие особенности русского народа помогали России выстоять в тяжелые годы испытаний, отразить нашествия с Запада и Востока, пережить времена лихолетья.

Эти произведения великого писателя не потеряли актуальность и в наши дни. В книгу, представленную вашему вниманию, вошли лучшие работы Л.Н. Толстого по данной тематике.

Лев Толстой

Вместо предисловия

Насилие власти над народом

«Не верьте, что народ вас любит…»

«Вы заслужили ужасную славу…»

«Два враждебных лагеря»

«Ничего не может быть хуже насилия власти…»

«Кем мы управляемы?»

Патриотизм как орудие власти

«Влияние правящих классов поддерживается патриотизмом»

«Патриотизм должен вызывать стыд»

Зло и ложь церкви

«Вера, соединенная с властью – ложная»

Как внушается «истинная вера»

Определение Святейшего Синода (22 февраля 1901 года)

Ответ Л.Н. Толстого на Определение Синода

«Отпадение мое от веры»

Как жить без насилия и лжи

«Разорвать цепи обмана…»

«Царство божие внутри вас…»

Вместо послесловия

Лев Толстой Русский мир

Вместо предисловия (Из очерка М. Горького «Лев Толстой»)

…У него удивительные руки – некрасивые, узловатые от расширенных вен и все-таки исполненные особой выразительности и творческой силы. Вероятно, такие руки были у Леонардо да Винчи. Такими руками можно делать всё. Иногда, разговаривая, он шевелит пальцами, постепенно сжимает их в кулак, потом вдруг раскроет его и одновременно произнесет хорошее, полновесное слово. Он похож на бога, не на Саваофа или олимпийца, а на этакого русского бога, который «сидит на кленовом престоле под золотой липой», и хотя не очень величествен, но, может быть, хитрей всех других богов…

Он напоминает тех странников с палочками, которые всю жизнь меряют землю, проходя тысячи верст от монастыря к монастырю, от мощей к мощам, до ужаса бесприютные и чужие всем и всему. Мир – не для них, бог – тоже. Они молятся ему по привычке, а в тайне душевной ненавидят его: зачем гоняет по земле из конца в конец, зачем? Люди – пеньки, корни, камни по дороге, – о них спотыкаешься и порою от них чувствуешь боль. Можно обойтись и без них, но иногда приятно поразить человека своею непохожестью на него, показать свое несогласие с ним.

Если бы он был рыбой, то плавал бы, конечно, только в океане, никогда не заплывая во внутренние моря, а особенно – в пресные воды рек. Здесь вокруг него ютится, шмыгает какая-то плотва; то, что он говорит, не интересно, не нужно ей, и молчание его не пугает ее, не трогает. А молчит он внушительно и умело, как настоящий отшельник мира сего. Хотя и много он говорит на свои обязательные темы, но чуется, что молчит еще больше. Иного – никому нельзя сказать. У него, наверное, есть мысли, которых он боится.

В тетрадке дневника, которую он дал мне читать, меня поразил странный афоризм: «Бог есть мое желание».

Сегодня, возвратив тетрадь, я спросил его – что это?

– Незаконченная мысль, – сказал он, глядя на страницу прищуренными глазами. – Должно быть, я хотел сказать: бог есть мое желание познать его… Нет, не то… – Засмеялся и, свернув тетрадку трубкой, сунул ее в широкий карман своей кофты. С богом у него очень неопределенные отношения, но иногда они напоминают мне отношения «двух медведей в одной берлоге».

* * *

Гуляли в Юсуповском парке. Он великолепно рассказывал о нравах московской аристократии. Большая русская баба работала на клумбе, согнувшись под прямым углом, обнажив слоновые ноги, потряхивая десятифунтовыми грудями. Он внимательно посмотрел на нее.

– Вот такими кариатидами и поддерживалось всё это великолепие и сумасбродство. Не только работой мужиков и баб, не только оброком, а в чистом смысле кровью народа. Если бы дворянство время от времени не спаривалось с такими вот лошадями, оно уже давно бы вымерло. Так тратить силы, как тратила их молодежь моего времени, нельзя безнаказанно. Но, перебесившись, многие женились на дворовых девках и давали хороший приплод. Так что и тут спасала мужицкая сила. Она везде на месте. И нужно, чтобы всегда половина рода тратила свою силу на себя, а другая половина растворялась в густой деревенской крови и ее тоже немного растворяла. Это полезно.

О женщинах он говорит охотно и много, как французский романист, но всегда с тою грубостью русского мужика, которая – раньше – неприятно подавляла меня. Сегодня в Миндальной роще он спросил Чехова:

– Вы сильно распутничали в юности?

А. П. смятенно ухмыльнулся и, подергивая бородку, сказал что-то невнятное, а Л. Н., глядя в море, признался:

– Я был неутомимый…

Он произнес это сокрушенно, употребив в конце фразы соленое мужицкое слово. Тут я впервые заметил, что он произнес это слово так просто, как будто не знает достойного, чтобы заменить его. И все подобные слова, исходя из его мохнатых уст, звучат просто, обыкновенно, теряя где-то свою солдатскую грубость и грязь. Вспоминается моя первая встреча с ним, его беседа о «Вареньке Олесовой», «Двадцать шесть и одна». С обычной точки зрения речь его была цепью «неприличных» слов. Я был смущен этим и даже обижен; мне показалось, что он не считает меня способным понять другой язык. Теперь понимаю, что обижаться было глупо.

Страница 1 из 109

Назад1 2…109 Далее